Жизнь после.

Омут воспоминаний наконец выпустил Леви из своих объятий, мужчина и не заметил, как дошел до могилы. Это была лаконичная каменная плита, без излишнего пафоса, она находилась на самом краю кладбища, чуть поодаль стояла небольшая лавочка, рядом с которой росли ромашки и васильки, одни из любимейших цветов Ханджи. Она вообще не любила вычурность и роскошь королевского двора. Даже на приёмах у Хистории, несмотря на гостеприимность той, Ханджи чувствовала себя неловко. Леви присел на лавочку рядом с могилкой и стал вглядываться в надписи на плите, сотни раз перечитывая её имя. Минут через семь Аккерман достал кисет, вынув из него её очки. Те самые дурацкие широкие очки на резинке с одной треснутой линзой. Пять лет он хранил эти очки в черном мешке, не рашаясь выбросить. Его грела мысль о том, что его Ханджи когда-то носила эти очки, ну какие же они дурацкие. Леви примерил их, его зрение на правом глазу стало слишком резким, а на левом и вовсе не было ничего видно из-за трещин. Мужчина в голос рассмеялся от собственной нелепости. — Ханджи, твои очки просто ужасны. Как в них вообще можно идти на встречу мечте, если ничего не видно. Невероятно, чем занимается когда-то сильнейший воин человечества. — Вы очень забавно выглядите, капитан, — с улыбкой сказал поднявшийся с соседней лавки Армин. Когда пришел, Леви и не заметил, что там кто-то сидит, обычно он пребывал на кладбище в полном одиночестве, поэтому присутствию товарища очень удивился и немного смутился, хотя был и не против компании. — Ох, Арлерт, здравствуй, я уже давно не капитан, — с лёгкой улыбкой расслабленно сказал Леви. — Для нас вы навсегда наш капитан, — пояснила вставшая с той же лавки Микаса. Следом поднялись Энни, Жан, Конни, Хистория и Райнер, они все хором сказали: «Да, капитан Леви» и отдали честь. Леви очень громко рассмеялся, такого капитана остаток 104-го никогда не видел. — Хах, ребят, ну насмешили, я даже почти решился заставить вас убираться, — проговорил Леви, пытаясь отойти от смеха. Всё таки с годами он размяк. Вся компания рассмеялась и одновременно удивились, капитан Леви смеётся, 5-6 лет назад в это бы никто не поверил, но сейчас они это видели в живую. — Так, а что вы тут делаете, сколько хожу сюда, никогда вас не видел? , — поинтересовался Леви, он искренне не понимал, что поспособствовало этой приятной встречи. — Так сегодня же её годовщина, — сказал Армин, кивая в сторону могилы Ханджи, — пять лет как, так ещё и четверг, она же именно в четверг умер… — Не нужно, Армин, я помню, — перебив, проговорил Леви. На самом деле именно эту деталь он и позабыл, мучая себя какой год вопросом: почему четверг? , — в прошлом году я вас не видел, что заставило придти именно сегодня? — Да чисто совпадение на самом деле, раньше постоянно у всех были какие-то дела, как это глупо звучит, — тихо, но очень четко проговорила Энни, — годовщина смерти одного из главных людей в нашей жизни, а мы отнекиваемся делами, идиоты, — когда Энни выпалила это, всё порядком засмущались, больше всех выделялась Хистория, она очень сильно покраснела, — ну а в этом году круглая дата и все решили собраться, вот мы и здесь. — Понял. Не вините себя, ребята, вы ещё молоды, конечно, у вас своя жизнь, Ханджи бы поняла, — легко усмехнувшись от своих же слов, сказал Леви. Какие же это «ребята», это взрослые люди уже совершенно состоявшиеся, среди них королева и командор разведотряда, — на самом деле я рад, что встретил вас, ребята, вы мне её напоминаете. — Не понял, это как, капитан? , — спросил Конни с лицом полного непонимания происходящего. — Хах, Конни, ну вы все переняли что-то от Ханджи, ум — Армин, лидерские качества — Жан, боевые навыки — Энни и Микаса, глупые шутки — Конни, невероятная сила воли — Хистория, любовь к моему чаю — Райнер, — с улыбкой пояснил Леви. Все расмеялись, как маленькие дети, Леви даже показалось, что он на секунду вернулся в те времена, когда эти только выпустившиеся кадеты пришли к нему в отряд. — Капитан, если не секрет, мы краем уха услышали, что вы говорили что-то про мечту Ханджи, может если уж все собрались расскажете, — как обычно нежно сказала Хистория. — Хистория, ты меня поставила в тупик, как я могу отказать нашей королеве, но вообще это секрет мой и Ханджи… — Леви остановился и задумался, стоит ли рассказать, — но спустя пять лет почему бы не поведать его вам, её продолжателям. Это было в тот день, когда мы впервые увидели море…

***

Наступил закат, пока отряд занимался лагерем или дурачился на берегу, Леви и Ханджи сидели на песке совсем рядом и смотрели на безмятежную воду. — Леви, а так когда-нибудь будет? , — еле слышно, чтобы не нарушить тот хрупкий покой, который установился на этом берегу, сказала Ханджи. — Как «так»? , — уточнил Леви. — Ну вот так, мы вместе где-нибудь, где спокойно, да можно даже на этом пляже. Как думаешь так будет ещё когда-нибудь? — Если ты этого хочешь, Ханджи, то обязательно будет. — Знаешь чего я по настоящему хочу, — девушка резко вскочила на ноги и начала очень эмоционально рассказывать, — я хочу выйти за тебя, мы откроем чайную лавку, будем вместе делать бизнес, заработаем кучу денег, построем домик у моря, может у нас будет ребенок, а может несколько и мы состаримся вместе, — дослушав, Леви легко рассмеялся, Ханджи спросила, — что слишком наивные мечты для командора разведки? — Нет, Ханджи, ты прекрасна всё описала, я тоже этого хочу, просто представил, что сказал бы Эрвин, увидев эту картину. — Он бы рассмеялся, но поддержал бы нас, — пояснила Ханджи, снова присев на песок. - Вот и я так считаю, я думал ты хотела быть ученой после войны, а чайная лавки — это моя мечта, разве нет? — Я хочу, чтобы ты был счастлив, вот моя мечта, я сделаю всё для этого, — призналась Ханджи, переводя взгляд на лицо Леви. — Так твоя заветная мечта — моё счастье, а моя — твоё. Значит, мы сделаем все, чтобы мы вдвоем были счастливы? , — он посмотрел ей прямо в глаза. — Так точно, мой капитан, — сказала Ханджи и поцеловала Леви. У всего отряда были не то, что удивлённые, а скорее ахуевшие выражения лиц. Теперь роман камандора и капитана был не какой-то сплетней от Саши и Конни, а общим признанным фактом. Леви и Ханджи просидели так до самой ночи, этот вечер четко отпечатался в их памяти, теперь они делали всё для исполнения их мечты.

***

— Жаль, что она так и увидела мою чайную лавку… Вот это был наш маленький секрет, наше несбыточное будущее, наша мечта. Компания, предусмотрительно рассевшаяся по лавочкам, были с поникшими лицами, Хистория и Микаса пустили слезу и только Армин решился задать вопрос: — Вы исполнили её мечту? Вы счастливы? — Ох, Армин, нет конечно, я никогда не смогу исполнить её мечту, ведь моё счастье — это она, а её больше нет и я не могу её отпустить. Вы думаете, я от хорошей жизни храню эти очки?! Я каждый четверг беру из с собой сюда и смотрю на них, надеялась быть поближе к моей Ханджи. Уже пять лет одно и тоже. Но ничего не помогает, ни чайная лавка, ни домик у моря, без неё не бывать моему счастью. Осмелясь на то, чтобы высказать свое мнение, Жан протараторил: — Может выбросить очки? — Что? , — с недопониманием спросил Леви. — Ну выкинуть их в море и освободить её, Ханджи, — боязливо повторил он. — Ты не поверишь сколько раз пытался, но не могу, не могу отпустить её, не могу позволить покинуть меня. Так же как Микаса никогда не выбросит шарф Эрена, - Микаса неловко поправила так греющий её душу предмет гардероба, - так и я буду до потери пульса таскать эти битые, дурацкие очки с собой. — Мне кажется, Ханджи не порадовало бы это, — монотонно проговорила Энни, — даже если она с вами таким образом, её явно не радуют ваши страдания. Она спасала вас не для этого, она жертвовала мечтой не для этого, — резко и даже грубовато продолжила она. — Возможно, ты права… Нет. Я уверен, что ты права, Эрвин сказал также. Но как найти в себе эти силы, как? Дополнение капитана про Эрвина так никто и не понял, но решили лишних вопросов не задавать. — Капитан Леви смог бы, простой Леви инвалид с чайной лавкой бесполезен. Если вернётся Леви Аккерман, которого и полюбила Ханджи, то проблемы сами решаться, — выпалил как на духу Райнер, он озвучил мнение всех, возможно, даже самого Леви. Эти слова лавиной высыпались на него без предупреждений. Эта была чистая правда, которая была так необходима Леви. — Капитан, вам нужно побыть одному. Мы с ребятами пожалуй пойдем, — тихо сказал Армин. — Да… спасибо, до встречи, — безразлично протараторил Леви. Попрощавшись 104-й отряд разошелся по домам. Леви остался один. Один на унылом кладбище. Снова один… Через некоторое время, он без лишних слов, встал и быстрым шагом, несмотря на ноющую боль в ноге, пошел к морю. Когда закатное солнце почти скрылось за горизонтом, Леви стоял на том самом пляже, где когда-то определилась его несбыточная мечта. Вернув очки обратно в кисет, он размахнулся, как только мог и со всей силы бросил мешок в море. Леви, конечно, не видел и не слышал её, но ему казалось, что в тот момент Ханджи улыбнулась и рассмеялась как никогда звонко. Это было только его воображение, но все равно эта иллюзия успокоила душу. — Невозможно узнать правильный ли выбор ты сделал, пока не столкнешься с последствиями. Как думаешь, Ханджи, ты сделала правильный выбор? Не жалеешь ли? Ответы на эти вопросы Леви уже не услышал, наверное, он и не хотел слышать, на том пляже он сидел ещё очень долго и теперь уже точно в полном одиночестве… На следующий день Габи и Фалько нашли тело бывшего капитана в его доме у моря. Леви сидел у любимом кресле, на коленях лежала пустая баночка сильно действующих таблеток, которые мужчина принимал, когда боль в ноге становилась невыносимой, а на столе лаконичное завещание. Чайную лавку Аккерман оставил Райнеру, а свой дом Габи и Фалько, наказывая им жить счастливо, наслаждаясь друг другом. Бывший 104-ый отряд Леви поблагодарил за всё сделанное для него, попросил исполнять свои мечты и жить, главное жить. Капитан разведывательного отряда, Леви Аккерман, покончил жизнь самоубийством, ведь так и не сумел справиться с горечью утраты любимой женщины. Его похоронили вблизи могилы Ханджи Зоэ. - Вот мы и встретились, мой капитан. - все такая же неуклюжая женщина стояла прямо перед Леви. Он снова ее увидел. - Я так долго тебя ждала. Ну, может обнимешь, коротышка? Или так и не научился манерам? - Ханджи! - из глаз Леви брызнули слёзы, вот она, его мечта. Аккерман порывисто обнял Зоэ, подхватывая и кружа в воздухе. - Прости, прости меня, прости, что не выдержал, что не смог без тебя, что не стал счастливым, что ушёл сам так рано. Прости меня! - Леви, помнишь, я сказала тогда, что моя мечта - это твоё счастье, если оно здесь, рядом со мной, то так тому и быть. - после этих слов выдержка женщины дала трещину, теперь она тоже была вся в слезах и, чуть отстранившись, обхватила ладонями лицо капитана. Ханджи просто смотрела в глаза Леви, ничего не искала, просто наслаждалась его близостью, как и он её. - Как же я тебя люблю, мой угрюмый коротышка! Пойдём, Эрвин и все остальные ждут тебя. - Я тоже тебя люблю, четырёхглазая…