Но у медиков нет души.

      С кухни послышались крики и визги, а вместе с этим звуки падающей посуды и чьё-то рычание.       - Первый курс никто не предупредил? - незаинтересованно спросил парень, внимательно перечитывая конспект.       - Ага. Второй курс пошутить решил. - спокойно ответил другой, не отрывая глаз от учебника.       - ПОМОГИТЕ! УМОЛЯЮ!       Студенты недовольно уставились на первокурсника, ворвавшегося к ним и трясущегося от страха.       - ТАМ НА КУХНЕ! ТАМ!..       - Демоны. Мы в курсе. Чё ещё расскажешь?       Младший опешил. Никакой реакции. Каменные лица. Может, их уже захватили другие твари!?       - Нет, правда, чего ты от нас ожидаешь? Наша нечисть сейчас занята глажкой. Если ты не против, мы продолжим учиться, ладно?       - В-в-ваша?..       - Ой, не делай вид, что не видел учебник по латыни. Один неверный звук - и они здесь.       - Но почему они тогда?!..       - У медиков нет души. Мы её давно уже продали нашему государству. Вот и работают теперь эти черти на нас. Вопросы остались?       Первокурсник молчал, в шоке пытаясь переварить полученную только что информацию. Получалось плохо.       - Но как же контракт... У вас ведь с ними?..       - Верно, контракт. - захлопнул учебник студент, потягиваясь и вставая, - Закончим учёбу хорошо - они продолжат работать на нас, пока не получат нашу душу от других людей. Закончишь учёбу плохо... Ну, что ж... Скрывать не будем: тебе лучше вскрыться, пока эти твари тебя не достали. Авось на божественном суде и простят тебя, раба демона, которого ты принуждал на себя работать. Хотя это очень вряд ли.       Старшие рассмеялись, смотря на перепуганного ребёнка.       - Дениченко точно теперь у них в рабстве. Могу гарантировать.       - Но почему вы так уверены? Почему смеётесь?       - Потому что мудаком был. Как жил как дрянь, так и умер. Даже прибить себя не смог.       - Как вы можете так спокойно говорить об этом?! Я не понимаю!       - Ты - врач. Для тебя смерть станет обыденностью совсем скоро.       Эти слова врезались в память Вите навсегда. И даже сейчас, будучи взрослым, он вспоминает этот период своей жизни с содроганием.