Моя

Остриё катаны взмывает в воздухе и тут же вспарывает чью-то плоть — кровь буйным потоком рвётся из раны, орошает бесплодную землю и клочки сухой травы. Неописуемая жестокость и красота момента. Вновь едва заметная тень, снова взмах клинка, и через мгновение чья-то голова катится под ноги, а Саске небрежно пинает её подальше, думая только о том, что не хочет пачкать одежду. Он обходит тёмно-бордовые лужи вокруг ещё не остывших тел и отделенных от них конечностей — чего ждали эти несчастные ублюдки, нападая на Учиху? Ему даже не пришлось использовать никаких способностей, чтобы с лёгкостью устранить проблему в виде семи шиноби-отступников и не заляпать плащ их кровью. Что ж, теперь подобный мусор не причинит никому вреда, и, быть может, другие преступники, наткнувшись на последствия произошедшей бойни (сложно дать сему иное описание), предпочтут, если хотя бы не пресечь свой противозаконный путь, то, как минимум, не станут разбивать здесь лагерь. В последний раз Саске делает замах своей кусанаги, дабы очистить её от крови — алые капли, словно роса, увлажняют пожелтевший репейник, а клинок возвращается в ножны. Наконец-то можно зайти внутрь полуразрушенного храма и заняться своими прямыми обязанностями — Ооцуцуки ждать не будут, и Учиха тоже не может терять время.

***

Хината даже не замечает, как покидает кабинет и резиденцию Хокаге, и ясность сознания возвращается к ней только посреди уже залитых дождем улиц. Крупные капли воды будто отрезвляют, от них быстро тяжелеет одежда, а бурлящие реки стекаются к ливневым канализациям, неся за собой под решетки всю дорожную пыль. Руки почему-то до сих пор прижимают к груди папку с документацией, и девушка вдруг с испугом озирается по сторонам в поиска места, где можно было бы спрятаться. Глупая, глупая Хината. Невозможная и непроходимая тупица. Надо было вернуться за зонтом; надо было переждать дождь там, в душных коридорах резиденции; надо было проявить смелость перед собой, чтобы не убегать от природы сейчас, сталкиваясь с последствиями собственной беспомощности. Утопая по щиколотку в волнах дождевой воды, Хината пересекает дорогу, всё ещё не отнимает папку от груди, надеясь только на то, что бумаги внутри не промокли, что ей не придётся возвращаться назад и расписываться в своей безответственности и чувствительности, что такой жестокий человек, как Саске Учиха, не озвучит снова то, что она сама о себе думает. Колокольчик дребезжит с некрасивой фальшью, оповещая владельца заведения о новом посетителе, а непроглядная стена дождя остаётся за дверью, когда Хината проходит внутрь кафе. Девушка с отчаянием наблюдает, как под её ноги стекает вода — словно она тает от тепла помещения и стыдится за это, даже если, полностью обратившись в жидкость, погибнет. — Хината? Слишком знакомый голос. Слишком много неожиданных встреч для одного утра. Слишком часто приходится сталкиваться взглядами с членами бывшей команды номер семь. И всё же, Хината смотрит на Сакуру с вежливой улыбкой, пытаясь не стирать ту со своего лица, когда в поле зрения попадает Наруто. — Здравствуйте, Сакура-чан, Наруто-кун. — Оо! Хината-чан! Ты тоже тут от дождя прячешься? — Наруто, как и всегда, довольно шумный, жестом подзывает Хинату присоединиться к ним, стоящим у витрины с пирожными.— Ты куда так рано? В резиденцию? Сакура не успевает вставить ни одного слова в речь Узумаки, а Хьюга, уже подойдя к молодым людям, вспоминает снова про документы — наконец отрывает их от груди и отряхивает, а потом вздыхает с блаженным облегчением, потому что пластиковая папка плотно запечатана со всех сторон, видимо, в целях некоторой секретности или же безопасности. То есть Хината была настолько расстроена словами Учихи, что даже этого не заметила? Может, всё навалилось разом? — Наруто, видно же, что Хината там побывала. — Харуно, видимо, понимает это и по предмету в руках Хьюга, и по её невесёлому настроению. — Ага, значит, понятно. И что? Согласилась? Ну, Хината-чан, отправляешься на новую миссию? Это я тебя посоветовал! Можешь мне спасибо сказать! От облегчения не остаётся и следа, потому что слова Наруто ранят сильнее, чем кунай в сердце. Ещё хуже, чем быть бесполезной, глупой и немощной — быть жалкой. Хината жалкая, и Саске более чем прав на её счёт. Они оба жестоки, вот только если Учиха жесток намеренно, то Узумаки жестокости своих слов не осознаёт. А Хината не знает, что хуже, но Наруто делает больнее. Всегда больнее. — Спасибо, Наруто-кун. — Она вновь выдавливает из себя улыбку, надеясь, что настоящие эмоции останутся незамеченными. — Конечно, я с радостью готова принять любое задание. А обычно агрессивная к таким выпадам со стороны друга Сакура совсем не реагирует на это, меняется в лице, как будто в голове у неё происходит термоядерный взрыв. Хината замечает это, потому что сама слишком часто чувствует подобное, хотя скрывает куда лучше. — М… Когда отправляетесь? — Харуно отводит взгляд в сторону, пытается воспринять ответ как можно более спокойно, но пальцы её чуть подрагивают от нервного напряжения. — Завтра утром, время не ждёт… Обе девушки молчат, и только Наруто не считывает, как обычно, атмосферу, втягивая Хинату в бесконечный круговорот своих слов и её кратких ответов. — Эх, этот чёртов жопошник так и спешит свинтить из деревни! Смотри, следи там за ним! Я такое могу только тебе доверить, Хината-чан! — Да… Хорошо… — Ну, ты чего грустная такая? Подумаешь, промокла. А! Или ты заболеть боишься? Не бойся! Сакура-чан тебя вылечит, если что, да? А Саске и подождать может, а то слишком важный! Правильно говорю? А? — Если Хината не взаимодействовала с вирусом, то она не заболеет, — по голосу Сакуры можно понять, что она с трудом не добавляет в конце «к сожалению». — Но дома лучше принять тёплую ванную и выпить горячий чай. — Хорошо, спасибо за совет, Сакура-чан. — Эхх, ты там побереги Саске, не обижай его! Он очень ранимый, прямо как девчонка! Ха! Вот я сказал, жаль, что он не слышит, — Наруто сам смеётся от своих слов, потому что никто, кроме него, смеяться не намерен. Саске? Ранимый? Беречь? Теперь все замолкают, не зная, что сказать дальше, а неловкость давит на затылок и притягивает к земле (или грузом висит мокрая одежда?), пока Сакура не предлагает выпить согревающего чая прямо сейчас. Молодые люди делают заказ у слишком вежливого бариста, видимо, узнавшего в белобрысом парне Наруто Узумаки, а беседы перестают иметь хоть какое-то значение, потому что втроём их удерживает только дождь.

***

Уже перед сном, собрав все вещи в дорогу и внимательно прочитав детали миссии, Хината в голове прокручивает утренние разговоры снова и снова, пытаясь найти в них хоть какой-то намёк, но стоит лишь вспомнить глаза Наруто, как становится понятно одно: следующие десять дней их нельзя будет увидеть, и это хорошо, Ками-сама, как же это хорошо.