Велосипед

Приятное чувство никотина разлилось, словно по бутылочкам, по телу парня утром. Пару жевачек и встав с кровати он пошёл в ванную. Встав напротив зеркала и упираясь руками в умывальник, он взглянул в зеркало: на теле парня были побои, не маленькие, но и не такие огромные чтобы ехать в больницу. Пару синяков на предплечье, разбитая губа, разорванные в кровь костяшки на руках, — все это делало вид Арсения более брутальным, но в тоже время складывалось впечатление что ему это никак не идёт. Арсений Сергеевич Попов. 22 года. Живет в одном из спальных районов Питера. Учиться на актера, 5 курс. Есть пару друзей с потока, довольно скрытный, не любит рыбу, параллельно как хобби любит танцевать. На этом пожалуй все, что итак известно большинству студентов.       Что же это? Неприятно осознавать в кого себя превратил? А не жаль было того парня, которого ты избивал вчера ночью? Кем ты стал Арс… ведь было все по другому. Он был другим, но видимо судьба перерезала нити так резко, что не успев опомниться он летел в пропасть.       — Перестань, перестань, перестань, ХВАТИТ! — парень с сдавленным смешком огрызнулся сам на себя, даже немного испугавшись своей реакции. Попов вышел из ванны, не удосужившись вытереть лицо и побрел на кухню. Пару батончиков валявшиеся на полу, разбросанные по всюду вещи, разбитая ваза, больше не походила на свой первоначальный вид, контрацепция, валявшаяся на электронной плите… эта картина даже не удивляла хозяина квартиры. Парень взял со стола полупустую бутылку с дешевым виски, и уже собирался уходить, как заметил на столешнице кое-что важное. Ноги сами его привели к собственной кровати, но видимо сил не осталось, и Арс упал возле, облокотившись спиной об неё. Студент не сразу заметил, как по щекам лились горячие струйки соленой, эм, слабости? Да — это слабость. Так он считал с детства, так ему это внушал отец.       Бля, отец, только его в моей голове и не хватало, — огрызнувшись на собственные мысли, он взглянул на вещь в правой руке. Арс мимолетно улыбнулся краешком губ, но тут же его улыбка сошла на нет, вспоминая все что с ним, из-за этой сраной вещи происходило. Он покрутил в руках несчастную зажигалку, и согнув ноги под себя, обнял их, сначала медленно, потом сильнее, да так, что коленные чашечки, впечатались в небольшую щетину, после оставляя неприятные красные следы. Эта «слабость» не переставала уходить, даже наоборот — сошла на то, что аж кровь из носа пошла. Парень не сразу это заметил, да и ему было как-то плевать на своё состояние теперь, он думал о нём, и о этой сраной зажигалке.

***

*два года назад*

Снег хрустел под небольшим давлением ног высокого парня. Мягкие, но колкие снежинки смешно щекотали нос, отчего тот морщился, но улыбка на тонких губах все же выдавала душевное спокойствие. Пару сигарет в пачке даже не особо его расстраивали, он привык что их всегда мало. Всегда было чего-то мало, но это не особо его ебало. По пути в общагу он бил под машиной маленькие сосульки, по привычки, из детства. Фонарь всегда мигал в этом парке. Он был не единственным, но почему-то особенным. Рядом с ним всегда была чуть шаткая скамейка. На этот день, она была покрыта снегом вдвойне больше, чем неделю назад. Погода была хоть и морозная, но хорошая, приятная. Белые глыбы радовали детей, но взрослым они больше не казались мороженным, а вполне огромной проблемой. И пару сломанных снеговиков вдалеке лишь забавляли. И потерянная невнимательным ребёнком варежка, что смирно лежала на скамье, забавляла. И тот неуклюжий парень что вырезался в столб и падая на заднюю точку, так же малость забавлял.       Эм… что? Парень? Нет, в смысле, живая душа в пол третьего ночи? Хули он тут забыл? Но высокая фигура быстро потеряла к тому неуклюжему интерес, и пала на скамейку. Парень достал из внутреннего кармана куртки помятую пачку с ядом, и вытащив одну, поднёс к губам. *цик* — Щелчок зажигалки и вот белая трубочка уже испускает сероватый дым.       Эта лампа всегда так мигала, или как только я сюда переехал? Тонкие пальцы, полезли в пачку за вторым ядом, ещё не докурив первую, как от испуга быстро сорвались и злосчастная сигарета с ели видным «Marlboro» упала в снег.       — Курение убивает. — спокойно промолвила высокая фигура, чуть склонившись над озлобленным от потери последней, парнишкой.       — Отъебись, а, — огрызнулся сидящий, и на зло, резко выдохнул дым в лицо незнакомцу, от уже более ценной сигаретой. Высокий парень в чёрном пальто, резко отстранился и сделав пару шагов назад, поправил воротник и снял шляпу. Из малюсенького кармана шляпы, тот достал что-то неизвестное и закинул в рот, дабы показывая что он выстоял этот момент и довольно скрытен.       Показушник. Че он блять тут стоит и пялится на меня, из-за него последнюю сигу выкинул, а этот стоит, глазеет. Фу. Блять. Съебись.       — Не волнуйся ты так из-за сигареты, новые все ровно купил бы, — парень в пальто ели заметно улыбнулся нахмурившемуся курящему, и подошёл ближе, присаживаясь чуть поодаль от фигуры, державшей в руках трубочку с ядом, явно уже заканчивающуюся. Тонкие губы сделали долгую, последнюю затяжку. И такие же тонкие, но более бледные пальцы кинули яд в снег.       — Из-за тебя последняя сига упала, так и покупай мне, как компенсация, за ущерб. Незнакомец в пальто недовольно усмехнулся, и секундно посмотрев на другого парня, опрокинул голову на скамейку. Немного даже задевая макушкой темных, будто чёрных как смоль волос, снег. Хотя в такую темноту и не разглядишь какого цвета у парня волосы, какого одежда… Лишь тусклый, временами мегающий фонарь, отдавал малость света, чтобы хоть как-то ориентироваться. Изначально, можно было сказать, что два парня, сидящие на скамейке пред фонарем, не дружны, возможно даже не знают друг друга. И то, и другое было верно. 3:34, А они оба сидят на улице в мороз. Один пялится в снег, разглядывая как сверкают масенькие снежники, другой же упрямо смотрит в бескрайнее небо, в надежде что оно даст хоть какую-то ему подсказку или знак. Но оба они просто сидят. Сидят, и слово промолвить страшно. Что ж тогда сидеть тут, причём обоим, и не уходить. Что их тревожит? Отчего не спят в такую глубокую ночь? Оба в душе не ебут ответ на этот вопрос. Да даже и не ждут особо, просто приятно ночью сидеть под небом, и наслаждаться запахом ночи. Скоро положен был рассвет, но все же небо синее, темное, как душа у одного из молодых людей. Или у двоих? Этот факт, не даётся объяснениям, ему нет ответа.       Курить хочу. Пиздец как хочу. Вот ну на что ему приспичило сигу выкинуть, а ведь от неё столько пользы бы было… сука! Незнакомец, мельком заметивший в другом парне нарастающее недовольство, решил малость изменить обстановку.       — Арсений. Арсений Попов, третий курс обучения на актера. Собеседник посмотрел на него, изначально холодно, после усмехнулся, поправляя небольшие локоны русых волос, и присоединился к разговору.       — Ммм, забавно. Меня Антон зовут. Антон Шастун, одиннадцатый класс в школе. — на последних словах, Тоха устало выдохнул, начиная судорожно рыться по карманам куртки, в надежде найти хотя бы завалявшийся самокруток. Но это мимолётное занятие ему не принесло ничего, кроме понимания что сможет покурить лишь на следующий неделе.       Блять, ну и где мне денег на сиги взять, степуха только во вторник, так мне ещё ждать дня четыре где-то. Димке я итак должен аж два косаря, а день без сиг я не могу, да сука почему так все сложно…

***

Арс явно удивился тому, что парень был школьником, да ещё и таким наглым. Тем более курящим.       Ну а хотя многие школьники же сейчас курят, но блять, не доходить же до сигарет, правильно? Хотя так же и было интересно, это он, потому что считает себя крутым, на «натуральный» яд перешел, или… нет. Студент твёрдо решил что для крутизны. Другие варианты ему скорее не подходили, в первую очередь беря пример с его внешнего вида. А вот, по внешности он довольно симпатичен девушкам, это точно. Его зелёные, глубокие, глаза, как крепкие лианы, с шипами, что обовьют своими сетями любого, кто доберётся до сердца его.       Похож на элиту школы… ненавижу таких. Самоутверждается, неся вред другим. Может сразу нахуй его послать, не общаясь толком?       *Его зелёные, глубокие, глаза, как крепкие лианы, с шипами, что обовьют своими сетями любого, кто доберётся до сердца его.* Эта фраза засела в разуме Арсения, что он на пару моментов отходил от темы и обдумывал её, но Шастун видимо это упорно не замечал и продолжал так же вести свою байку.       …и так я получил два с нихуя, прикинь? Светлоглазые очи парня, будто бы загипнотизировали Арса. Закончив свой рассказ, видимо весьма увлекательный и бессмысленный, парень явно ждал одобрения со стороны, но видимо его надежды медленно пали, и тут же вовсе превратились в прах, разлетаясь по ветру.       — Обязптельно так много матерится? Школьник малость растерялся, а после грозно посмотрев на Попова, рыкнул:       — Тебя это ебёт как-то, я не пойму Ты кто мне, чтоб разговаривать учить?       — Что ты здесь ночью делаешь? — студент, не желая влезать в спор, решил сменить тему. На что Шастун, победно улыбнулся, и его внутреннее эго кричало ему: «так держать!»       — Тебе есть до этого дело?       Ох блять, спасибо что не матом. Нормально что ли не ответить на вопрос, я не понимаю. Школота наглая, а перевоспитать некому.       — Оборзел? Не намного старше, придурок. Похоже что Арс не заметил как сказал вслух эти слова. Р-р-р-р. Видимо надо было наконец научится держать язык на зубами, Сень, видимо надо.       — Все, довольно. А то мы сейчас разморимся как семейная парочка в Анапе. Забавно считая ещё тот факт, что мы только познакомились. — на последних словах, Попов, перешёл на шёпот, наклоняясь вперёд и закрыв глаза, потирая виски.       «Семейная парочка», боже, что я несу… От сказанных, хоть и на ветер слов, Антон чуть воздухом не поперхнулся и многозначительно, с подозрением, посмотрел на студента. Тот выглядел уставшим, и кажется даже не помня нескольких слов, сказанных моментом назад. Шаст слегка нахмуримся, но возражать не стал, хотя за подобную шутку от одноклассников, он прописывал хорошенький удар. Хоть Тоха и худой как спичка, бьет хорошо. Довольно занятно, не правда ли?       — Послушай, а можешь мне сиги в долг купить, а? Я во вторн… — но не успев договорить, собеседник вдруг встал и потянул на себя парня. Арс схватил Антона за воротники куртки, рыча неодобрения его тягу к сигаретам, и явно ожидая привычного ему «Угу», от однокурсников, но Шаст сдаваться не собирался. — Ну купи, прошу купи! Я тебе в два раза больше верну потом, чего тебе стоит то?       И правда, что мне стоит купить этому «королю школы», пачку каких-то злосчастных сигарет? Так жалко же его, а то совсем на дно скатится…       — Да успокойся ты, — Попов оттолкнул его от себя, усаживая на скамейку обратно, и быстро поменял тему, — твоя варежка? Видимо забыл, вот вернулся. Тоха, не успев опомниться, ощущал как на руку уже надевают маленькую варежку с нарисованным котёнком. Решив что это уже перебор, он резко выдергивает руку, отправляя противную вещь в сторону, где она благополучно упала в снег.       — Харе, а. Если сиги не купишь, я найду тебя, и буду доебывать до тех пор, пока тебя не отхерачат моя братва за гаражами. Выбесил меня. Тем более, я последнюю сиг…       — Сам же её уронил. Хватит, я тебе не игрушка чтоб так командовать. Куплю, но чтоб на этом месте больше не появлялся. А то я сам тебя под гаражами накажу за наглость.       — Ты меня испугал, придурок. Но ладно, спасибо и на том. — школьник встал, отряхнув задницу от снега, и в знак благодарности подал Попову руку. До ближайшего продуктового магазина было минут пять ходьбы, но и за это время, парни успели обменяться пару ласковыми, чуть ли не сцепились, Антон толкнул Арса в снег, от чего ещё догонял пол парка с просьбами все же купить ему «Marlboro». На выходе из магазина, Тоха раз двадцать поблагодарил его спасителя, пообещав что отвяжется от него и не будут просить ещё раз, устраивая подобный цирк. — На вот, пока с собой есть только полтос, остальное верну потом. Попов лишь неодобрительно покачал головой, и запихнул деньги обратно в карман парню. Не нравилась вообще ему эта вся идея с сигаретами. То что парень, тем более школьник их курил, тем более спускал все свои деньги на них, чуть ли наружу не выворачивало. Что это за чувство? Возможно просто паренёк ему приглянулся, возможно он просто был яростно против курения, кто знает, хотя второе однозначно да… а первое? Арс шёл обратно на ту скамью, куда и планировал пойти изначально, не ожидая конечно встретить там кто-то. В душе бушевал ураган, шквал эмоций, эмоций и проблем. Не спал он так уже вторую ночь, просто что-то не давало ему уснуть. Ему всего двадцать лет, а уже проблемы с психическим здоровьем. То что все его психи, перемены настроения, внезапная агрессия и прочая херня что творилась с ним уже не первый месяц, корнями исходила с детства, но он упорно это игнорировал, ссылая все на учебу. На душе становились не свойственно пусто, как будто выжимали все соки, оставляя лишь корку. Студент исхудал, стал меньше высыпаться, но приходил на большую часть пар и сдавал вовремя все сессии, что было по нраву преподавателям. Круги под глазами, растрепанные постоянно волосы, усталый взгляд и ещё множество признаков того, как парень все больше походил на смерть. На сигареты с наркотой ещё перейти не хватало, тогда был бы полный комплект. А знаете до чего все это доводит? До того, когда приходишь в полуразрушенную общагу и просто без всяких вопросов садишься монотонно записывать что-то в тетрадь, учить, нет не учить, а скорее заучивать весь материал, и в пол первого ночи выходить на улицу, чтоб послушать ПФ. Или до того, что когда кинул шапку наверх, а она упала, тебе приходиться поворачиваться, нагибаться за шапкой и кидать опять наверх. Но она вновь падает… и тогда уже нервы после всех сдержанный ситуаций и эмоций в тебе просто морально разрываться. А ведь все из-за какой то упавший шапки. Но точно ли шапка источник всего этого пиздеца? Арсений считал что возможно и шапка, а возможно он просто недоспал очередной день. Ничего, показалось. Ведь все хорошо, было, есть?, и всегда? будет.