Яблочный пирог с корицей

Накануне Субботнего вечера Гермиона решила испечь яблочный пирог, собираясь потратить на это дело час, ну, или два максимум. Но откуда же ей было знать, что это дело затянется ой, как надолго? Весело припевая магловскую песенку, недавно услышанную по радио, Грейнджер включила духовку, чтобы та разогрелась, приняв нужную температуру, а сама принялась нарезать аккуратными дольками яблоки — его любимый сорт, между прочим. Такие зелёные и кислые, что аж сводит зубы, но он их любит, и поэтому других быть в пироге не может. Первые две попытки с крахом провалились, и, по правде, следующие тоже. В первые два раза гриффиндорка неумело отделила белки от желтков, из-за чего белая пенка не получилась. В третий раз тесто в духовке почти не поднялось, а внутри было сырое. В четвёртый раз, желая не повторять прежнюю ошибку, Гермиона поставила его в духовку на целый час, из-за чего тот подгорел, и вся кухня, да и вся квартира воняли гарью. После четвёртой попытки её позитивный настрой улетучился, но сдаваться она не собиралась. Так и продлилась вся эта кулинария до поздней-поздней ночи. Когда, наконец, результат удовлетворил Грейнджер, она позволила себе провалиться в сон прямо там, на кухонном столе, не в силах идти принимать душ, а после идти в постель. Громкий звонок в дверь пронзил её небольшую магловскую квартирку, и девушка простонала, не открывая глаз. «Ну кто там ещё так рано?» — гневно подумала она и подняла голову, чтобы взглянуть на кухонные часы. На белом циферблате показывало 10:35 утра, и Гермиона с ужасом осознала, что находится в короткой маечке и домашних шортиках, а сверху на ней надет розовый фартух в горошек. Звуки в дверь неумолимо раздавались, и гриффиндорка, использовав заклинания уборки, мигом очистила кухню от потёкшего теста и муки, а также мигом запихнула неудавшиеся партии пирогов в первый попавшийся ящик. Не хватало ещё, чтобы Драко увидел её провальные попытки. — Мерлин, да иду я! — сонно пробубнела она. Этот звук, звонящий уже минут пять, порядком действовал на нервы. Открыв дверь, солнечный свет ударил в лицо, и Гермиона прищурилась. — Драко, — выдохнула она, — Заходи. Девушка отошла от двери, и Малфой молча зашёл. — Я рада, что ты пришёл, — расплылась она в предвкушенной улыбке. — Правда? А чего же тогда так долго не открывала? — весело вскинул бровь Драко, слегка наклоняя голову. — Неужели передумала? — ухмыльнулся он, ловя пальцами её волнистый локон и накручивая его. — У меня кое-что есть для тебя, — Гермиона прикусила губу, чтобы не выглядеть уж слишком радостной, но уголки губ счастливо поползли вверх. — Да, и что же это? — Мой руки и на кухню, — бросила она, направляясь туда. — Ммм, я уже в предвкушении, — улыбнулся слизеринец, следуя в ванную. Гермиона нервно вздохнула и поставила перед ним яблочный пирог. Его пары ароматно поднимались вверх, и Драко втянул носом воздух. Пахло сочными яблоками и корицей. Тесто было воздушное и гладкое, без каких-либо изъян. Малфой с интересом рассматривал пирог, сглатывая. Отсутствие завтрака и проснувшийся аппетит, глядя на творение его гриффиндорки, дали о себе знать. Гермиона слегка подпрыгнула и, пританцовывая, пошла за вилкой и тарелкой. — Решила меня отравить, Грейнджер? — хмыкнул Драко, и её руки замерли в воздухе, так и не поставив тарелку и вилку на стол. — Что? — тихо спросила она. — Ну, мало ли, что там в твоей стряпне, не хочу потом лежать в больнице с отравлением. Да и вряд-ли он такой же вкусный, как у Малфоев. Ты ведь не Малфой, — весело шутил он, сверля блюдо интересующим взглядом. Тарелка звонко приземлилась на стол, а вместе с ней и вилка. Грейнджер отпрыгнула от стола, делая шаги к окну напротив. Она резко отвернулась, отказываясь смотреть в его сторону. Гермиона прочистила горло. — Тебя никто не заставляет есть, Драко, — осипшим голосом холодно сказала она. — Салазар, это шутка, — закатил глаза Малфой, следя за её реакцией. — Не смешно, совсем не смешно, Малфой. Она шмыгнула носом и резко развернулась, глядя в пустоту отсутствующим взглядом. — Шутка — это когда смешно, а мне совсем не смешно, — прохрипела она, чувствуя слёзы, готовые градом покатится по щекам. Обида подкатывала к горлу, образовывала там большой ком и намеревалась вылиться слезами наружу. Драко взглядом упёрся в карие глаза, но там была непробиваемая стена. — Грейнджер... — Молчи, — замотала она головой, и губы искривились, — Просто молчи. Драко прожевал и глотнул, во рту осталось приятное послевкусие, которое, почему-то, встало поперёк горла, стоило ему взглянуть на её лицо. — Я не... — Я так старалась, — перебила она его, — Я хотела тебя порадовать, Драко, — слеза скатилась по щеке и оказалась в ямочке возле губ, — Я всю ночь не спала, пыталась усовершенствовать свои умения в кулинарии, не смотря на то, что я совершенно не умею готовить. Ты говорил, что яблочный пирог был твоим любимым блюдом в детстве. Я — не Нарцисса и вряд-ли бы смогла приготовить также вкусно, но я так старалась, — она уже не сдерживала слёз, которые градом катились по щекам. Гермиона не видела Драко, потому что солёная пелена плотно укрывала её взгляд от стальных глаз слизеринца. Малфой поднялся с места и, преодолев короткое расстояние, оказался с ней, возле окна. — Я просто пошутил, Грейнджер, — он коснулся её плеча, но девушка вздрогнула, желая сделать шаг назад. — Пожалуйста, Гермиона, — он смотрел с сожалением, невесомо коснулся её подбородка. — Это самый невероятный пирог, который я ел. Эта корица, она делает с яблоком просто необъяснимые вещи. Без неё яблоко теряет весь свой вкус, становится обычным, земным, в то время, как с корицей оно ощущается невесомым и лёгким, оно чувствует себя особенным рядом с ней. Гермиона стёрла рукавом слёзы. — Ты потрясающая, Грейнджер, и я сейчас совсем не о яблоках.