Куда проще

А зачем мне беззвëздность ночи и белëсая милость дня? Одиночество мне пророчат, дождь и ветер — мои друзья. Куда проще не улыбаться, не кривить ни лица, ни губ. Мне отныне всегда двенадцать и полынью пропах мой дух. Куда проще хранить секреты, сберегая шкатулку тайн — а в кармане ключи от лета, в одиночку искать свой рай. Ну на что мне, скажи, улыбка и кровяно-небесный свод? Моя правда нелепа, зыбка, я теряюсь, теряю счёт с этой жизнью, сама с собою, я в тумане не вижу путь, лишь бескрайность над головою, а по венам — осадком ртуть. По ночам я считаю звëзды, а в полях собираю мак; что за глупость, не плачу, слёзы?.. Вовсе нет их в моих глазах. Я ведь сильная, мне держаться — завещала сама себе. Только, знаешь... Мне бы — остаться. Мне не нужно побед в борьбе. Правда, знаешь, врагов не видно, а в руке ни кинжал, ни нож. Всё равно подошёл ты близко, убирайся, пожалуй, прочь (даже если совсем не против разделить с тобой эту ночь — не могу, у меня заботы и построенный пустотой лист написанных кровью целей, что, конечно, мне не нужны). Не открою тебе секретов под оконцем слепой луны. Я должна (почему-то) сильной. Я должна... знаешь, не собой. Я должна крапивой могильной сохранять малахитный сон о багрово-светящем счастье. Я не буду рыдать, как трус, пусть весь мир разорвëт на части. Я не плачу и не смеюсь. Не смеюсь — мне зачем улыбка, нежность, горе и горечь слëз? Никому не скажу — полынью засушу мириады грëз. Потому что не надо чувства, потому что такой закон, что внутри — холодело-пусто, с безупречно-прямой спиной и холодным несменным взглядом не давать разглядеть судьбу. Знаешь, чувств вовсе мне не надо. (Я всегда так умело лгу.) И зачем мне слепые ночи? Светло-маревые лучи? Я в судьбе смело ставлю точку. ...только, Господи, не молчи.