Любимый цвет

Аллан возвращался со своим питомцем в дорогущий особняк. Он не особо любил выходить на улицу, но ради своего капризного друга, готов пожертвовать. Сейчас он как раз весело бежал впереди хозяина, и умей он говорить, то наверняка напевал детскую мелодию. Подходя к дому, писатель с ужасом обнаружил, что на пороге сидит Рампо. Он смотрел на людей, явно изучая их, или как он говорил «тренировал свою способность». Заметив приближающегося По, он помахал рукой в знак приветствия. «Тц. Опять забыл про время встречи, - подумал про себя писатель, - Мне следует быть внимательней в этом плане». - Знаешь, не очень вежливо заставлять гостей ждать на пороге этого жуткого особняка. Но так уж и быть – я тебе прощаю в последний раз. Промямлив под нос что-то вроде «Обещаю это последний раз» и «Надеюсь я не сильно опоздал», По все же впустил его. Эдогава, зачастивший к нему в гости, ориентировался в нем уже намного лучше, поэтому сразу пошел на кухню – заварить чай к сладостям. Тем временем, Алан с немного виноватым видом начал накрывать на стол. - Кстати, у меня есть одна идея. Давай сыграем в «Правду и Действие»? Это поможет нам узнать друг про друга много нового! - Ну, если ты так хочешь…- неуверенно отозвался красноглазый. - Тогда ты первый! Правда или действие? Писатель на момент замялся, и заметил, что в отличии от других игр, он не старался увиливать от трудных вопросов или смущающих заданий – он доверяет Эдогаве. - Действие, - выдохнул он. - Убери челку до конца игры! – выпалил сладкоежка, наверное, заранее подготовленный вопрос. (На самом деле, он затеял всю эту игру только для этого, но я вам этого не говорила) Слегка ошарашенный таким заданием, Аллан все-таки подчинился, и убрал мешающие волосы. Подняв лицо, он столкнулся с пораженным лицом детектива. Испугавшись подобной реакции, Эдгар сказал: - - Если ты не хочешь смотреть, то я могу их уб… - Почему ты их не показывал? – перебил того зеленоглазый, - Я бы хотел видеть твое лицо чаще! - Ох, ну раз ты…В смысле… Я могу убирать челку, когда мы вдвоем? Ярчайшая улыбка озаряло лицо детектива. Пиши сейчас роман по этой сцене, то он бы описал свое состояние как «моментальное обращение в бесформенную массу за счет превышения лимита очарования». В принципе, он сейчас этой массой и был. - Отлично! Теперь мой черед. Действие. Это была экстремальная идея, но либо сейчас, либо никогда. - Закрой глаза и не открывай, пока я не разрешу. Собрав волю в кулак, Аллан все же сделал то, что задумал. А в это время Рампо весь сжался в предвкушении признания. Он почувствовал мягкое прикосновение к своему лицу и… - Открывай. Прикоснувшись к своему лицу, молодой детектив обнаружил у себя на голове ободок с округлыми ушками, походу енотовыми. Парень, стараясь не выдать разочарования спросил: — Это все что ты хотел сделать? - Если честно, то да, - сказал писатель, едва сдерживая смех, - Теперь я наконец понял, кого ты мне так сильно напоминал! - Смейся, смейся, Эдгар Аллан По! Итак, твой черед. - Правда. - Какой у тебя любимый цвет? По, еще не отошедший от смеха, решил продолжить свои игры с несчастным Рампо. - А ты попробуй угадать! С первой попытки. Конечно, за такую дерзость Эдогава его не простит, но вызов он все-таки принял. Итак, любимый цвет Эдгара? Однозначно не рубиновый, он комплексует из-за своего цвета глаз. И не желтый - ни яичницу, ни солнце он не любит. Но зато, большая часть обложек книг имеет… - Зеленый! – выкрикнул сладкоежка так громко, что писатель вздрогнул. На самом деле, у него не было любимого цвета. Но он промолчал по поводу этого. И на самом деле, он настолько плотно связывал свое существование с любителем сладостей, что старался вложить его образ в каждую мелочь, даже цвета. - Верно, - вдохнул побежденный Аллан. Он подумал, что ради любимого сыщика можно и притворится, будто именно этот оттенок тебе симпатизирует. - Но как ты это понял? – все-таки поинтересовался он, стараясь вжиться в роль «любителя травяного цвета». - У тебя большинство драгоценных книг – именно этого цвета. - На самом деле, я их делал такими, потому что…- а вот это было уже слишком смущающее, - В общем, это последствие, а не причина… Сказав это, Аллан опустил лицо в сгиб локтей, чтобы не выдать стыд. Черт, намекать при умнейшем детективе на свои чувства к нему – слишком большой риск. Он сейчас просто молился, чтобы причина учащённого пульса не догадался об этом. - Ох, ясно., - голос Рампо выдавал искренне изумление, - Твой ход? - Правда…-тихо и не совсем уверенно откликается Эдгар. - Ты делал цветные обложки, потому что они напоминали тебе о любимом человеке, не так ли? - Как ты понял? – изумленно поднял он голову, но стукнулся головой об подбородок Эдогавы. - Ну, - протянул детектив, будто сейчас ничего не произошло, - я подумал, что это мог бы быть… Он приблизился к лицу писателя, нежно целуя его. Это движения было детским и невинным, как и душа зеленоглазого. Но, к сожалению, Аллана, они были недолгими. - Я. Яркие глаза, взъерошенные волосы, румянец, играющий на щеках – Рампо был воплощением идеала. И было бы святотатством не прикоснуться к нему вновь. Так как в этот раз вел Эдгар, то это был уже не тот танец, который подарил ему Эдогава. О, нет. Это было похоже на порыв всех чувств, которые в мгновенье ока оказались на воле. Если их выпускают – то поток практически невозможно остановить. За одним поцелуем следовал второй, короткая пауза, еще один порыв. По отстраняется на пару сантиметров и наблюдает самую восхитительную картину. Рампо, весь красный и распаленный от этой ласки, прикасался к своим, чуть опухшим, но все таким же прекрасным и манящим губам кончиками пальцев. Походу, он тоже слабо верил в реальность происходящего. — Это значит… - Теперь ты точно знаешь еще и причину, - беззаботно ответил Эдгар.