Когда ангелы плачут

***

Барбара прошлась по мокрому асфальту. Сегодня было сыро и весь день падал дождь. Блондинка дрожала и зуб на зуб не попадал. Она шла и думала как бы подобрать слова, чтобы снова отчитать Розарию за все её прогулы. Вчера женщина не явилась на вечернюю молитву, как и на утреннюю. Барбара спешила: ведь дождь только усиливался. Она бежала и закрывалась от холодных капель дрожащими руками. В соборе было пусто. Неудивительно. Сегодня плохая погода. Пастор свято верила в то, что Розария вот-вот вернётся, закурит. Барбара уже почувствовала знакомый запах сигарет и закрыла глаза. Перед ней святой образ не святой женщины. Перед ней – весь её мир... Горячие уста произносили молитву. Так искренно и точно, что, кажется, если разбудить девушку ночью – она расскажет эту молитву, как стих. Какое же это чувство любви? Барбара лишь молча смотрела на других. Она ревновала и так желала ту единственную. И если бы хотела, то получила сотню других, но ей нужна только она. Блондинка закрывает глаза и морщит носик услышав имя – Розария. Она улыбается и краснеет, а на языке снова этот привкус горького вина. А может это её вина? Вина блондинки, что не может уговорить женщину побыть с ней ещё чуть-чуть. Барбара устала ходить кругами по белому мрамору. Ей скучно и так тревожно на душе. Её сердце бешено стучится и вот-вот выпрыгнет из груди. Помнит ли Розария тот невинный поцелуй? Такой сладкий и чистый. Блондинка снова закрывает глаза и касается своих уст. Будет ли плакать она зная, что монахиня больше не закурит в соборе и не поцелует её, хоть сделает это так грубо. А дождь за окном всё сильнее и сильнее. Барбара устала ждать. Она ложится на скамейку и засыпает. Такое холодное, но приятное касание по щеке рукой. От этого блондинка вздрагивает. Перед ней её святая женщина. Розария так искренно улыбается. Её глаза наполненные любви. — Я же предупреждала тебя.– Барбара сонно потирает глаза.– А ты не слушалась. — Знаю, прости.– Блондинка чувствует что-то не то. Какую-то непонятную боль. Она плачет, но не понимает почему.– Прости.. Барбара ещё раз чувствует это желанное касание, когда губы со вкусом вина касаются её. Она обнимает Розарию, старается уловить её запах, гладит каждый шрам на руках и Тихо плачет. — Я люблю тебя.– Раздалось где-то в тумане. Барбара пытается поймать женщину руками, но монахиня растворяется, словно в тумане. И не было её. Блондинка просыпается. Она не до конца поняла что это. Глаза полные слёз, а сердце бешено стучится. Тревога и страх поселяются в маленьком сердце девушки. Она и места себе не находит. Она боится, она плачет. Рвётся и мечется, как зверь в клетке. Как птица в клетке.... Вдруг в дверь собора постучали. Сердце Барбары начало биться синхронно с ударами об дверь. Дверь открылась со скрипом. Капли дождя начали падать на белый мрамор. Это были рыцари Ордо Фавониуса. — Что-то случилось?– Спросила Барбара. Двое рыцарей отошли и освободили проходит четверым мужчинам. Она держали носилки с Розарией. Тело женщины было почти порванным на куски. Кровь уже давно засохла и не текла. Монахиня так и до последнего держала своё оружие. — Розария? Нет... нет!– Блондинка упала на холодный асфальт и закрыв глаза руками, заплакала. И этот плач был таким искренним и горьким, что сами рыцари еле удержались. Они помнили Розарию. Помнили как она им помогала и ни разу не предала. — Нам очень жаль.– Они положили на пол окровавленное тело женщины. Но Барбара не слушала никого, она уже ничего не слышала и не видела кроме тела Розарии. Горячие губы коснулись холодной руки.– Я люблю тебя.– Обожгло ухо женщины.

***

— Я всё ещё помню твой запах.– Прохрипела Барбара. Её голос был таким из-за долгих ночей в слезах. Девушка плакала и кричала по ночам. Надгробие было чистым. Блондинка часто убиралась каждую неделю и поливала цветы. — Это твоё любимое вино. Я оставлю тебе.– Барбара положила бутылку вина возле цветов. Где-то в небе кричали птицы. Они кружились над могилой, будто скучали по женщине. Где-то звучал тихий плач девушки....