Адская комедия Данте.

Не скроешь подлинной природы Под слоем пудры и сурьмы, И как тюрьма — отель свободы, Свобода – копия тюрьмы. И. Губерман

Абиссо.

Свободу чаще всего теряют те, кто к ней стремится. Е. Лец

- На, держи, поешь немного, - блондинка подала Сальери незамысловатый бутерброд с сыром. - Сейчас ещё чай будет. После неожиданной встречи Никиты с бывшей сотрудницей журнала «Август», девушка отвела молодого человека в какой-то разваливающийся дом, в котором сохранился в целостности только первый этаж. Именно тут и обитала уже несколько лет без вести пропавшая журналистка. Помимо Лены в доме также жили её приятели или, как она сама их называла, «соратники». Среди её соратников был мальчишка лет четырнадцати с серыми волосами и очень светлыми зелеными глазами, двадцатитрехлетний парень с красными волосами, блондин с дредами, одетый в зеленый килт, который выглядел чуть помладше красноволосого, и девчонка лет двадцати с короткой стрижкой. Рябинина усадили за стол, который стоял у окна, и решили накормить и напоить чаем, дабы паренек побыстрее отошел от перенесенного стресса. - Как ты попал сюда? – Беотрисса подала Рябинину чай и уселась напротив него. - Я… Я прошел через подземный переход… Там надпись была, - вспоминал Никита, крутя в руках чашку с чаем. - Значит, переход… В моем случае это был лифт. Там тоже была надпись… Я зашла в него в нашем мире, а вышла уже здесь. Первое время думала, что свихнулась, но постепенно поняла здешние правила, и все встало на свои места… В каком-то плане… - Лен, где мы сейчас? - Я не могу сказать точно, возможно, это - параллельный мир, в котором что-то пошло по-другому… Например, в этом мире изначально не были введены религиозные заповеди или какие-то другие моральные рамки, и история начала развиваться совсем в другом ключе… Или наоборот, эта цивилизация развивалась намного быстрее, чем наша, и в итоге где-то оступилась и погрязла в собственных пороках… Или это - зеркальное отражение нашего мира… Мы можем находиться, где угодно, но раз в три года в нашем мире открывается портал, который затаскивает своих потенциальных жертв сюда. Я не знаю, существуют ли подобные порталы здесь, но я все ещё не потеряла надежду выбраться из этого Ада, поэтому я и мои ребята ищем любые зацепки… Жаль, пока безуспешно… Место, в котором мы находимся, называется Абиссо – бездна, где вседозволенность переходит все существующие границы. Мы в центре этого пекла – Син Урбас, так его называют местные жители. Это столица, - девушка тяжело вздохнула и перевела взгляд на мальчишку, который что-то мастерил из проволоки и каких-то железок. - Аккуратней, Мишель, нам только не хватало, чтобы эта штука здесь рванула, - проговорила девушка. - Не рванет, бля… А если и рванет, то здесь пока мощность маленькая, при взрыве максимум мне на хуй оторвет руки, все остальное даже не шелохнется, - успокоил мальчишка, вытирая тыльной стороной ладони грязь со лба. - Боже… Лена, это бомба? Что вы взрывать собрались? – забеспокоился Сальери и придвинулся ближе к окну. - Одного ублюдка, к ебеням собачьим, - подал голос красноволосый из другой, небольшой комнатки, что была совсем рядом с кухней. - Завтра ночью будет выступление Викариуса-Дэя, это у них что-то вроде царя… Президента… Короче говоря, их глава верховной и законодательной власти. - И? Зачем же его взрывать? - Никит, правительство виновно во всей этой мерзости, что творится здесь! Оно пропагандирует вредные привычки и вульгарность, запрещает книги и учит людей презирать любое стремление к знаниям, культуре и порядку. Изначально может показаться, что здесь творится полная анархия. С одной стороны, да, это так. Здесь каждый волен делать то, что хочет. Но с другой - власть полностью контролирует этих людей с помощью страха. Любое неповиновение карается смертью! Для этого были созданы отряды, которые следят за так называемым порядком. Отряды делятся на группы: главный центральный отряд – Падальщики, этот похуже всякого гестапо, отряд Мародеры - они обычно разъезжают на мотоциклах и отряд Троглодиты - это что-то вроде нашей полиции. - Значит, свобода без свободы… Я правильно понимаю? – задумчиво изрек Рябинин. - Правильно, голубоглазый, - заходя на кухню, подмигнула коротко стриженая девушка в кожаном костюме. - Никит, таких людей, как мы, немного. Мы повстанцы. Мы пытаемся помочь этому миру обрести гармонию… Возможно, если во главе этого хаоса встанет нормальный человек, мы сможем что-то изменить. Иначе мы попросту в скором времени здесь все передохнем, - стукнула по столу кулаком блондинка. - Обрести гармонию? Да ты видела этот адовый пиздец, что творится на улицах? – не выдержал слишком эмоциональный Сальери. - Я тут пробыл меньше суток, и меня уже дважды чуть не изнасиловали и чуть не убили! Лена, я удушил человека! - Ого, прямо удушил? Не думал, что такой мямля, как ты, на такое способен, респект тебе, братиш, - оскалился парень с красными волосами, заглядывая на кухню. - Что, мямля? – возмутился Никита. - Ребята успокойтесь… Я все понимаю, Рябинин, но я не могу сидеть сложа руки и смотреть, как мир летит ко всем чертям! - Лен, он уже давно прилетел туда, куда нужно, - Сальери поднялся и пошел в сторону прихожей. - Братиш, не советую… Тот мудлан до сих пор под окнами стоит, - затормозил Никиту высокий юноша. - Да я и не собираюсь уходить, я хотел вымыть лицо в ванной… До сих пор? – приподнял одну бровь Рябинин. Он подошел к засаленному оконцу и выглянул на улицу: да, во дворе и вправду стоял тот самый парень, который так бессовестно хотел воспользоваться наивностью Сальери. «Надо же, все это время шел за нами по пятам и теперь здесь стоит, ждет… На что он надеется? Неужели так приспичило?» - пока Никита размышлял, брюнет поднял голову и, увидев в окне знакомую фигуру в сиреневом платке, бодро помахал ему рукой. - Гадость какая… - тихо прошептал журналист и отошел от окна от греха подальше. - Кажется, ты ему приглянулся, - хихикнул блондин, сидя на диване и крутя в руке небольшой нож. Рябинин одарил парня физиономией, которая выражала фразу «ну очень смешно» и побрел обратно к Лене. - Расскажи мне ещё что-нибудь об этой помойке, - устало вымолвил Сальери, включая кран. - Вода скоро польется. Подожди, трубы должны прочиститься… Тут свои законы, и они почти полностью противоположны нашим. О моральности здесь вообще речь не идет… Для них скромность, вежливость и культура - это что-то невообразимое. Тут опять действует правило зеркальности: если для нас грубость и насилие - это плохо, то для здешних людей – хорошо, и наоборот, ласка, недоступность и любовь здесь считается чем-то омерзительным и непристойным… - Забавно… - умывая лицо, проговорил юноша. - Это забавно до тех пор, бля, пока тебя не коснется… Вот, - мальчишка поставил на стол какой-то замысловатый прибор. - Сильная разрушительная волна? - Этому хую с его ублюдинами хватит, - злобно изрек Мишель, поправляя съехавшие на глаза волосы. - Ублюдинами? - У Рэджена, это и есть представитель власти в Син Урбас, есть два помощника, советника – правая и левая рука. Делириум – левая рука и Руморибус – правая. О них сейчас говорил Мишель, - пояснила Беотрисса. - Боже, ну и имена здесь… - тихо проговорил Сальери, смывая грязь и кровь с рук и лица. - Кстати, я вас всех не представила… Вот я клуша… Так, ребята, это – Никита Рябинин, можно Сальери. - Приятно, бля, до безумия, - усмехнулась девушка, раскачивающаяся на стуле. - Этот молодой человек, который умен не по годам – Мишель. Этот красноволосый распирсингованный хам – Гриэль. Парень в килте – Эльзар, а эта прекрасная особа – Мойра. - Угу, очень приятно… - вымолвил Сальери, утирая лицо рукавом. - Как ты таких нашла, ну… Нормальных! Среди этих всех маньяков и убийц? - Кто сказал, что мы нормальные? – скалясь, пихнул в плече Никиту Гриэль. - Эти ребята хотят перемен, они устали так жить… Поверь, таких людей много в этом городе, просто они боятся. - А мы, бля, бесстрашные! – гордо уперев руки в боки, заявил мальчишка. - Не-е, бля, мы просто на всю голову пизданутые, и у нас инстинкт самосохранения полетел к ебеням, - поправил его распирсингованный парень. После небольшого ужина, который умело и быстро приготовила Беотрисса, встал вопрос: «Кто отправится к некому «связному», дабы передать ему одну из бомб, которую он должен был установить под сценой?» Столь опасную миссию возложили на Мишель и Беотриссу. Но Сальери отказался оставаться в обществе новых, странных знакомых и увязался за ними. - Никит, только будешь просто стоять в сторонке, понял? - Конечно, Лен, просто я не хочу оказаться снова один… С этими… - Да ладно тебе, они хорошие! Они тебя не тронут! Ну, по крайней мере, не убьют, - утешила голубоглазого юношу Беотрисса, похлопав его по плечу. - Чудесная перспективка, - пробубнил Никита и пошел рядом с Леной. Как только они вышли из подъезда к ним тут же прибился брюнет, который все это время караулил несчастного Рябинина под окнами. - Да что тебе от меня надобно, старче? – взвился Никита, когда почувствовал чужую руку у себя на талии. - По-моему, мы уже это выяснили, - придвигаясь плотнее, улыбнулся паренек. - Нет! Черт побери! И ещё раз - нет! И даже если бы я был бы геем, то - нет! Ты не в моем вкусе! Мне не нравятся брюнеты, ты меня понимаешь? - Ой, да перестань, я покажу тебе звезды… - Какие на хрен звезды? - Ты их увидишь, когда я заставлю тебя испытать такое, от чего у тебя сведет кончики пальцев ног… - Ле-е-е-ен, оно опять, - проныл Сальери, пытаясь нагнать блондинку, которая, решив, что Никите не угрожает никакая опасность со стороны этого приставучего фетишиста, пошла вперед чуть быстрее. Она-то в этом городишке чего только не навидалась, так что паренек, который говорит другому пареньку всякие гадости - это ещё цветочки. - Ну стой, блять! Давай, если тебе не понравится, я тебе двойную ставку отдам! – продолжал упрашивать брюнет. - Так, молодой человек, отстаньте от него, нам надо идти по делам. Он Вам не даст, Вы его недостойны и вообще хотите кого-то – завоюйте его, - проговорила бывшая журналистка, утаскивая за собой Рябинина и оставляя юношу, скривившегося от подобного лексикона, позади. Молодые люди прошли через узкие переулки и городскую свалку, которая просто кишела жизнью: бомжи, крысы, кошки, собаки, обычные люди – все они были заняты своим делом, возясь в хламе из старой одежды, еды и прочего мусора. Пройдя зловонную кучу, которая раскинулась почти на километр, мальчишка, Лена и Рябинин оказались у места, где их должен был встретить «связной». - Ну вот. Осталось только его дождаться, - улыбнулась девушка и присела на поваленный фонарный столб, дабы перевести дух. - Парень, бля, я от тебя не отстану, - послышался уже успевший надоесть буквально всем голос. Брюнет все-таки догнал утомленных путников. - Он тебя, блять, что ли, как течную суку, по запаху выслеживает? – гневно пробурчал Мишель. - Откуда, я, блять, знаю, как он меня находит!? - Ебать, вас не трудно было найти… а насчет запаха, да, бля, от него пахнет чем-то нереальным, ни от кого другого так не пахнет! - Ну, все, Никит, это - любовь, - захихикала Беотрисса. - Это мыло и чистая одежда… идиот… Лен, может его убить? – Сальери печально взглянул на блондинку. - Нет, Рябинин, сам виноват… Теперь терпи, - дама поднялась и посмотрела вдаль. - Где этот ебаный хуй? – устало, вымолвил паренек с серыми волосами и уселся прямо на асфальт. Пока ребята ждали парня, который промышлял на два фронта, пошел дождь, и им пришлось, укрывшись валявшимся неподалеку брезентом, всем вместе усесться на поваленный столб. Дождь был холодным и противным, а после него оставались лужи с цветными переливающимися кругами и пузырьками – экология данной местности явно оставляла желать лучшего. - Меня, блять, Морцэд зовут, - представился брюнет, который теперь сидел рядом с Рябининым и держал правый край полиэтилена. - Тоже мне, Моцарт… - иронично изрек Сальери, глядя на пузырящуюся под ногами воду. - А тебя, бля? Рябинин? - Никита меня зовут, Никита! – раздраженно проговорил юноша и рефлекторно поежился от холода. - Холодно, блядь? – любезно поинтересовался брюнет. - Нет, мне, бляди, не холодно… - недовольно прошипел Никита. - Хех, ну, как знаешь, - повел плечами Морцэд. - Ну, наконец, - поднимаясь, пробормотала Елена. Высокий, худощавый, темноволосый юноша подошел к девушке и довольно улыбнулся: «Прекрасная, блядь, погодка, не правда ли?» - Просто прекрасная, - поморщилась Беотрисса от капель, которые стекали с мокрых волос на нос и щеки. - О, я смотрю, ты с собой привела малышку, - кивая на Мишель, усмехнулся парень. - Моя малышка тебе в рот не влезет, - огрызнулся мальчишка, вставая на ноги. - Ого, блять, какие мы! Да ты, ебать тебя некому, наверное, и хуя-то ни разу в жизни не видел! - Дядя, если бы все хуи, которые я перевидал, выросли бы у тебя на спине – то ты бы стал похож на ёжика! – злобно изрек парень с серыми волосами и подошел ближе. Лена не сдержала смех и, похлопав в ладоши, оценив, таким образом, шутку, потрепала Мишель по макушке. - Растет, гаденыш! - Так, блять, ладно… Ближе к делу! Что там на этот раз? - почесав затылок, поинтересовался высокий парень. - А на этот раз, Корвус, мы будем всех взрывать к чертовой бабушке… - лукаво улыбнулась Беотрисса.