Вендетта

Это просто небольшой ресторанчик с китайской кухней, работники полицейского отделения ходят сюда на обед, ведь здесь совсем неплохо готовят. Чонгук тоже не исключение. Он просто зашёл сюда перекусить. Детектив повторяет все это в своей голове снова и снова. — Вот этот человек покупал марки, — повторяет Юнги. Тэхён раньше не замечал за своим помощником страсти к коллекционированию монет, тем более — интереса к немецким маркам. Они вообще мало знакомы и видятся только в кабинете. Ким ещё ни разу не слышал от Чона, что его вообще интересует, кроме работы. Есть ли у него семья, друзья, хобби? — Если посмотреть, то он копия того, что я нарисовал, — Мин подсовывает свой фоторобот шокированному детективу, который не дышит и совсем не двигается. Тэхён переводит взгляд с Чонгука на рисунок, замечая их сходства. Нарисованный Чон постепенно кажется ему похожим на настоящего. Его глаза, нос и губы. Словно ответ был всегда на поверхности, а он замечать его не хотел. Но не выдумал ли Ким всё это, как вчера с Чимином? Может, он просто обладает хорошим даром самоубеждения? — Спасибо за информацию, — шепчет Тэхён, снова наблюдая за Чонгуком. — Думаю, поговорить с моим помощником мне всё же лучше в другой обстановке. Даже если и спросить у него, то как? — Чонгук, зачем тебе немецкие марки? Банкир — твой абсолютный кумир и ты хочешь подражать ему? Или может. — Наверное, ты живёшь двойной жизнью. Днём ты детектив, а ночью преступник? Тэхён понятия не имеет. Словно всё разом посмешивалось. Чон Чонгук — это и есть Банкир? Тогда как он, являясь тем самым человеком, спокойно разгуливает рядом с детективом? Неужели ему совсем не страшно, ведь срок за содеянное ему светит большой. После обеда Тэхён ждёт его в своем кабинете. Он не считает, что это их кабинет, потому что Чон всё ещё не имеет на него никакого права. Сейчас Ким нервничает. Детектив кусает губы и нервно стучит пальцами по столу. Может, стоить опробовать сигару Чимина? Тэхён вытаскивает её из футляра, а после достает спичечный коробок. Он чиркает одной из спичек по специальной шершавой поверхности, а после подносит пламя к своей сигаре. Как раз в этот момент появляется Чонгук и закатывает глаза. Ким делает долгую хорошую затяжку. Чон сразу же бежит к окну, отворяя его на всю. — Я же просил не курить... — произносит он устало. — Не переживай за меня, — равнодушно отвечает Ким. — У меня непереносимость табака и всего, что с ним связано. Ты ведь этим не только себя травишь. Неужели так сложно не быть эгоистом? — Давай на чистоту, Чонгук. Эгоист здесь вовсе не я, а ты. Чон удивлённо заламывает свои брови, смотря на Тэхёна. — О чём ты вообще говоришь? — спрашивает он. — Ты прекрасно понимаешь. Мне рассказали, что ты покупаешь монетки. Ещё интереснее, что это как раз-таки немецкие марки. Ответь, ты давно в коллекционеры заделался? Чонгук спокоен как удав. Он слушает это, переваривая сказанное в своей голове. — Так значит, ты уже и меня начал подозревать? — Чон вдруг усмехается. — Да, подозреваю. Нахрена тебе эти деньги? — Ким начинает злиться, но больше всего его бесит, наверное, то, что предатель был совсем рядом всё это время. — Стало интересно, вот и купил. Кстати, вот они, — парень протягивает пару монеток из кармана. Тэхён принимает их, затягиваясь. — Интересно? Чего же в них интересного? — Я решил провести химический анализ. — Для чего? — Ким смотрит с подозрением. — Чтобы посмотреть, как именно можно убрать все отпечатки. Это же монеты, до этого их трогали тысячи, даже миллионы людей. Неужели ты думаешь, что не осталось бы не единого отпечатка? — Прошло слишком много времени. — Не думаю, что дело в этом. Они в хорошем состоянии, время их не испортило. Скорее всего, их поместили в какое-то специальное оборудование, наподобие шкатулки. А, зная Намджуна, я уверен, что он чуть ли не пылинки с них сдувал. — Чонгук, что-то не сходится... — Тэхён смотрит ему прямо в глаза. — Ты кого обмануть пытаешься? Отпечатки не хранятся так долго, максимум, несколько дней. А ещё, откуда ты знаешь, что Намджун — владелец ломбарда? Человек, который продал тебе монеты, — это Мин Юнги. Чон выглядит растерянным. Это длится некоторое время, но потом Тэхён вздрагивает от уведомления, которое пришло ему на почту. — Договорим позже и лучше бы тебе не врать, — произносит детектив. Он открывает сообщение от неизвестного адресата. Чонгук подходит ближе и тоже внимательно смотрит в компьютер. На экране появляется чёрный силуэт. Можно подумать, что это тень или что-то вроде этого. Не видно ничего, что хоть как-то намекнуло бы на личность этого человека. Непонятно даже, мужчина это или женщина. Тэхён пытается рассмотреть этот образ в деталях, найти хоть что-нибудь, но у него не выходит. Он устало выдыхает. Тёмная фигура просто сидит, не произнося ничего. Видео длится уже больше минуты, и Киму даже хочется закрыть его, как вдруг обработанный голос начинает говорить. — Тебе меня не найти, — детектив морщится, а про себя думает о том, какой этот человек наивный. Он найдёт его рано или поздно. Лучше бы, конечно, рано. — Даже не пытайся. Голос фигуры настолько обработан, что его невозможно узнать. В нём слышатся металлические нотки, а также равнодушие, от которого пробегают мурашки по коже. — Я гораздо ближе к тебе, гораздо ближе, чем ты думаешь. И пока ты меня не нашёл, сомневаюсь, что ты вообще сделаешь это когда-то, я прошу тебя оставить это дело. — Ага, щас, — отвечает детектив, хотя его никто, кроме Чона, не слышит. — Я ведь прошу только об этом. — Да мне всё равно, о чем ты меня просишь. Преступник, значит, получи наказание. Будь не таким трусом или трусихой, чтобы показать свое истинное лицо, — отвечает Ким, но на его слова, разумеется, не реагируют. Видео вдруг сворачивается, и затем сообщение автоматически удаляется. — Оно удалилась? — спрашивает Чонгук. — Да, этот козёл или коза, должно быть, шарит в технике, раз все доказательства самоуничтожились так быстро. — Ладно. — Мы продолжим поиски и найдём преступника во что бы то ни стало. — Тэхён смотрит на Чонгука, слегка улыбаясь. Тот же лишь устало отводит взгляд. — Как скажешь. Ты же у нас главный, — Чон жмёт плечами. — Я пойду домой. Сегодня был напряжённый день. Надеюсь, сейчас ты больше не подозреваешь меня? — Не уверен, что могу доверять тебе на сто процентов. — Тэхён... — Хорошо. Могу доверять тебе примерно на восемьдесят. Но меня волнует вот что: как мы поступим, если нам снова пришлют видео? — Не знаю, может, это было бы слишком просто и скучно? Думаю, нас хотят поводить за нос и заставить окончательно сойти с ума. — Ты прав. Этот кто-то явно хочет хлеба и зрелищ, но мы тоже не глупые и знаем кое-что. — Что? — Что этому человеку не скрыться, кем бы он ни был, — Тэхён улыбается. Он не может скрыть своего восторга. Сегодня очень важный день. — Ты становишься азартным. Не делай раскрытие этого дела смыслом своей жизни. — Сожалею, но начало этому уже положено. — Ким играет бровями. — Ты просто сумасшедший, парень! — хмыкает Чонгук. — Значит, вот он... Предатель. Осталось только узнать его имя, — выдыхает Ким. — Он не предатель. Предают всегда самые близкие, Тэхён, — произносит Чонгук. — А если это делают чужие, то это и не предатели вовсе.