Кацуки ответил бы: губы

У каждого есть то, на что он в первую очередь обращает внимание когда дело касается внешности другого человека. Будь то бёдра, руки, спина или глаза – это доставляет эстетическое удовольствие. Бакуго Кацуки создаёт впечатление человека, который не заинтересован во внешности. В конце концов, он до сих пор путает своих одноклассников и даёт им прозвища, чтобы хоть как-то различать. Но даже у него есть то, на что он может смотреть часами: губы. Пухлые губы, ради них блондин мог бы и убить, и, естественно, о таком он никому не расскажет. Не то чтобы никто не замечал. – Так тебе губы нравятся, – Каминари отпивает свой коктейль. Звучит он так, будто бы сказал всему миру известный факт. – Чего? – не особо понятно напуган Кацуки или возмущён. – Вот оно что, – говорит Киришима. – Так ты поэтому смотришь на губы собеседника во время разговора? Не могу понять мило это или ты извращенец. – А заметил, что он смотрит не на все? – Денки и Эйджиро с энтузиазмом начинают обсуждать фетиши Кацуки, будто бы он совсем не сидит рядом и не закипает от гнева. – Заткнулись оба! – у Бакуго искрятся ладони. Начинает пахнуть чем-то сладким. – Ему нравятся пухлые губы! – Каминари щёлкает пальцами и улыбается. Догадался. Блондин со стуком опускает руки на стол перед тем, как встать и, громко топая, уйти под смех своих одноклассников. Плохо. Очень плохо. Если заметили они, то мог заметить кто-то ещё. А ведь его друзья не самые внимательные люди, которых он знает. Всё нормально до тех пор, пока он не заметил. Обладатель губ, от взгляда на которые Кацуки иногда становится дурно. Учащается дыхание, сердце начинает стучать быстрее. В своё время это вызвало очень много вопросов. Губы Мидории Изуку – чёртов идеал. Они пухлые, красивой формы и всегда блестят, потому что парень постоянно и всюду таскает с собой гигиенические помады. Они покусанные, на них всегда маленькие ранки. Бакуго всегда думал о том, какие они на ощупь. И такие мысли никогда не радовали его. Они часто приводили к не совсем приличным фантазиям, из-за которых блондин метался по кровати, не зная что ему делать. Его голова болела от переизбытка эмоций. Пубертатный период это просто ад. – Каччан, – парень вздрагивает и сразу же хмурится. Деку не вовремя. Не то, чтобы он хоть раз появлялся вовремя. – Чего тебе? – блондин отворачивается. – Можешь, пожалуйста, помочь вот с этим? – с чем конкретно, Кацуки не видит, ведь даже не смотрит на одноклассника. У того в руках тетрадь. – Попроси своего старосту тебе помочь и отвали от меня, – Бакуго прикусывает губу. Звучало немного ревностно или ему показалось? Мидория молча уходит на своё место, звенит звонок. Айзава заканчивает урок, собирая бумаги только что написанного теста в стопочку. – Вы должны объединиться в группы по четыре человека для проектной работы. Я хочу, чтобы вы изучили причуды друг друга и раскрыли их, используя знания по биологии. На столе список групп. На всё это у вас есть неделя, – говорит учитель и спокойно удаляется под возгласы учеников. Кто-то удивлён, кто-то недоволен, кто-то взволнован. Бакуго слышал радостный вздох позади. Конечно, изучать природу причуд было призванием этого задрота, так что он без сомнений сдаст на отлично. Сам Кацуки был далеко не в восторге от задания. Работать с другими в команде... Просто отстой. Может ему хотя бы повезёт с напарниками. – А? – удивление сменяется на разочарование, а затем на злость. – Какого чёрта?! Какого чёрта Деку, Каминари и Киришима оказались в его команде? Как ему могло настолько не повезти? Это всё потому, что эти клоуны сидят друг за другом, как они с Мидорией? – О, – радостно произносит Эйджиро, заглядывая в список. – Давай постараемся, Бакубро, – красноволосый широко улыбается и, кажется, не затевает ничего до тех пор, пока не встречается взглядом с Каминари. – С нами ещё Мидория, да? – Денки хитро смотрит на Кацуки, а затем на Изуку, который, искренне улыбаясь, направляется к ним. – Мидория, который с пухлыми губами, – говорит блондин Киришиме на ухо и тот сразу всё понимает и подхватывает идею. – Киришима-кун, Каминари-кун, Каччан, давайте постараемся, – видно, что парень взволнован. У него уже имеется много данных, так что сделать проект не составит никакого труда. – Давайте встретимся у меня в комнате на днях. Я достану все свои записи. – Чёрта с два я пойду в твою задротскую комнату, даже не мечтай, – твёрдо говорит Бакуго. – Тогда давай к тебе, Каччан, – блондин возмущённо смотрит на друга детства. Это звучит так, будто его берут на слабо, он не может отказать. – Завтра в шесть, утырки. Не опаздывайте, – Кацуки топает на выход. Ему крупно не везёт сегодня. Бакуго ждал подлянки от Киришимы и Каминари. Он слишком хорошо их знал, чтобы просто взять и расслабиться. Плюсом ко всему ещё и то, что Деку тоже с ними. С тех пор, как эти трое зашли в комнату, блондин был как на иголках. Прошло только два часа, а казалось, что вечность. – Вы закончите тут без нас, парни? Нам очень нужно идти, – Киришима виновато кланяется. – Куда это вы намылились? – С нас причитается, – одноклассники быстро собирают свои принадлежности и удаляются, напоследок хитро улыбаясь Кацуки. Ну конечно, как же без этого. Оставить их наедине, как банально. Бакуго переводит взгляд на друга детства. Он, кажется, даже не заметил, что двое его сокомандников уже ушли. Мидория прикусывает нижнюю губу и Кацуки сглатывает, чувствуя напряжение. Это всё из-за недавних разговоров, причина только в этом, конечно же. – Так можно или нет? – каким-то образом Изуку оказывается прямо у лица блондина. Тот недовольно смотрит, отталкивая зеленоволосого от себя. – Чего тебе? – Можно посмотреть твои руки? Мне нужно дополнить детали. Бакуго молча протягивает ладонь тыльной стороной вниз, второй рукой подпирая щеку. Он недовольно смотрит куда-то в сторону, когда чувствует, как его кисть аккуратно обхватывают. Мидория подвигается ближе, внимательно рассматривает чужую ладонь, параллельно делая записи. Его собственные руки немного больше рук Кацуки, хоть он и меньше ростом. Бакуго не может удержаться, переводит взгляд с их рук на губы друга детства. Блондин чувствует, как его дыхание начинает сбиваться, он вдруг осознаёт, насколько близко они сидят. Парень наконец поднимает взгляд и встречается с большими зелёными глазами. Только сейчас Кацуки понимает, что задрот, кажется, что-то говорил. Чёрт, это очень, ОЧЕНЬ плохо. – Ты меня не слушаешь, – Изуку звучит не то, чтобы обиженно, скорее устало. – Отвали, – относительно спокойно произносит Бакуго. Он старается не выдать волнения. А ещё ему кажется, что Деку обязательно услышит, как громко и быстро стучит его сердце. – Я закончил, – произносит Мидория и потягивается. Он не торопится уходить и, немного подумав, говорит: – Есть свободная минутка? – Хочешь потренироваться? – Нет, мне нужна твоя помощь вот с этим, – Изуку копается в тетрадях и берёт в руки одну из них. Тетрадь по точным наукам. Так вот с чем он просил ему помочь на днях. – Что, с этим не разобрался даже твой очкарик? – Я не подходил к нему, – Бакуго, почему-то, чувствует себя неловко после этих слов, поэтому выдёргивает тетрадь из рук Деку, просматривая его конспекты. – Что конкретно тебе непонятно, задрот? Мидория начинает что-то говорить и, о боже, как же невовремя кровь приливает к лицу, Кацуки чувствует жар. Он не может оторвать взгляд от губ как бы ни старался. Они перестают двигаться и блондин чувствует, что влип. – Каччан, ты опять пялишься на мои губы, – разочарованно произносит Изуку. Сейчас нужно ответить что-то колкое, но Бакуго теряется настолько, что не может произнести и слова, а ведь обычно он за словом в карман не лезет. И стоп, в каком смысле опять? – В каком смысле опять? – блондин случайно озвучивает свои мысли и даже не сразу понимает, что он сказал это вслух. – Ты ведь делаешь так ещё с детства. У тебя есть привычка иногда бросать взгляд на губы собеседника во время разговора, и если тебе нравятся сами губы, то ты задерживаешь взгляд на них подольше. Иными словами, у тебя фетиш на пухлые губы, – с улыбкой говорит Изуку. Кацуки смотрит на зеленоволосого большими глазами, удивляясь его словам, ситуации, да вообще всему. – И чему ты так радуешься, задрот? – Потому что мои нравятся тебе больше всего, – взгляд Мидории становится более хитрым. Он, чёрт возьми, знает, что говорит. Ублюдок, думает блондин. К чёрту всё. Бакуго грубо сжимает щёки Изуку, заставляя того приоткрыть рот. Кацуки прижимается губами к чужим, а затем проводит по ним языком. Он чувствует, как дыхание Деку сбивается и это сносит крышу ещё больше. Свободной рукой парень прижимает друга детства к себе за талию, грудь к груди. Так близко они никогда не были. Мидория, в свою очередь, не долго думает куда деть руки, запуская одну в волосы блондина, а второй сжимая ткань футболки на спине Бакуго. Ни один, ни другой не умеют целоваться и никогда не делали этого раньше, но Кацуки и не нужен опыт. Он ждал этого дня слишком долго и не собирается мешкать. Изуку чувствует чужой горячий язык у себя во рту. Ощущения странные, но чертовски приятные, он чувствует, как покрывается мурашками. Контролировать свой голос становится всё сложнее. Зеленоволосый позволяет Бакуго вести. Оба чувствуют горячее дыхание друг друга, градус повышается. Кацуки приподнимается на колени, не разрывая поцелуй, и нависает над Деку, перемещает руку на его щеку, ослабляя хватку. Он подаётся вперёд и Мидория ложится на пол, не сразу понимая, что оказался под Бакуго. Блондин трётся пахом о член Изуку и он стонет в поцелуй, это отрезвляет их обоих. Здесь нужно остановиться, иначе всё обретёт неожиданный поворот. Кацуки смотрит вниз. Щёки Деку красные, как и его влажные губы. Вид чертовски хорош, настолько, что даже не хочется останавливаться. Но нужно. По крайней мере, сегодня. Оба парня пытаются восстановить дыхание, смотря друг другу в глаза. Бакуго хочется укусить Изуку за губу, но он сдерживается и резко поднимается с пола. – Ты был прав, – произносит блондин. – Что? – Твои нравятся мне больше всего.