за пределами черепной коробки

Там.

Сону открывает слипшиеся ресницы, понимая, что плюхнулся на пол и здорово приложился головой. Пистолет дал осечку — он ничего себе не прострелил и отделался разве что учащённым сердцебиением. Руки касаются холодного пола, кулаки раскрываются в ладонях и лёгкие наполняются свежим воздухом, пока Сону снова запрокидывает голову. Шея болит. — Надо же…— мечтательно смотрит Ким на чистые занавески, не испачканные ничем обои и делает ещё глубокий вдох, разминая почти что свернувшуюся шею. — Сработало… За спиной слышится стук в дверь — это наверняка Чонсон вернулся с пар. Здесь. — Так значит, ты чувствуешь то же самое, что и он, правильно? — Это у меня на подкорке, — Чонвон утыкается Чонсону в плечо уже по привычке, рассматривая разыгравшуюся на улице метель. Они в тёплом кафе, потому что Чонсону совсем не хочется, чтобы он сам окоченел, а Чонвон заржавел раньше времени. Интересно, как вообще согласился вот так общаться с роботом?.. Но дело в том, что с недавних пор Яна совсем не хочется так называть: он не робот, он — просто человек из стали (причём во всех смыслах, раз смог вытерпеть характер Чонсона на подходе); совсем немного отличается структурой и ингредиентами, из которых состоит. — Прости, что так относился к тебе, — извиняется Чонсон, виновато поджимая губы и складывает руки в замок. — И с днём рождения. Да, в пределах мозга Чонсона — робот это робот; в пределах черепной коробки Чонвона, он — это Сону и его воспоминания. Но за пределами этих условностей существует кое-что совершенно иное. Что-то намного большее, куда более внушительное в своей глубине и красоте, чем простые вызубренные, привычные предрассудки.

За пределами наших суждений стоит настоящий мир.

Прохладная ладонь Чонвона накрывает этот замок сверху, успокаивая тем, что сказал бы сейчас как Сону, так и он сам: — Ничего. За стальным каркасом и проржавевшими на дожде рёбрами я прячу чувства, которые могу назвать человеческими. Если любовь возвращается к нам несмотря ни на что, я знаю, что ты примешь меня, хён — даже в таком виде.