Школа тёмного пути

Гуаньшан старался изо всех сил, но его было слишком мало, а полов неимоверно много. К тому же прошло не так уж много времени с тех пор, как он освоил уборочное оборудование. Мадам Юй при всем желании не могла поставить ему в вину то, что почти весь порядок оказывался под батареями. – Можно шторы повесить, – предложил Гуаньшан, разглядывая аккуратные кучки грязи, которые не успевал собрать и выкинуть. – Зато сами полы выглядят довольно чистыми, – Цзян Чэн постучал каблуком ботинка по полу. Тот как-то странно хрупнул, и каблук застрял в полу. Цзян Чэн скривился, но промолчал. Полы здесь тоже неплохо бы поменять, читалось во взгляде всех причастных. – Ничего, пятьдесят лет они продержались, еще неделю как-нибудь простоят. – Гуаньшан, продолжайте свою нелегкую работу. Сделайте столько, сколько получится. Мадам Юй засобиралась в свой кабинет. Но ее остановил бегущий Яо. Отдышавшись, он трагически прошептал. – Госпожа Юй, беда. У нас уволился библиотекарь. Нет, это не я! К тому же… из кухни подозрительно воняет. – Что там еще Вэй Ин приготовил, – сердито спросила Мадам Юй. – Точнее, не из кухни, а из кладовки. Мадам Юй развернулась и пошла на кухню. Яо и Цзян Чэн отправились следом, сохраняя благоговейную тишину. Что-то в последнее время проблемы щедро сыпались на них, словно какой-то бог неудачи с радостью взял их под свое покровительство. – Где Вэй Ин? – мадам Юй остановилась, разглядывая двери в школьную столовую, откуда уже доносились характерные запахи, от которых слезились глаза. – На кухне, – Яо опустил взгляд, скрывая покрасневшие глаза и нос. – Да неужели вспомнил, чем заниматься надо, – мадам Юй фыркнула, подбирая подол длинного платья, и шагнула в столовую. – А я думала, он только с мужем обжиматься умеет. Цзян Чэн возмущенно пожал плечами. В отличие от Яо он и его мама привыкли к острой пище. И запахи им казались несколько… насыщенными, но не более того. Поэтому они бестрепетно вошли на кухню. И огляделись. Вэй Ин стоял возле кастрюли, покрывшейся красным налетом, и держал в руке колбасу, а другой рукой помешивал булькающее нечто. Какое-то время Вэй Ин с сомнением разглядывал колбасу, гадая, то ли откусить хлястик, то ли и так сойдет. А он потом поест с остальными. За столом сидели Ванцзи и Цзычэнь. Они пили чай и негромко обсуждали достоинства и недостатки Вэй Ина и Сюэ Яна. Причем первый напирал на достоинства мужа, а второй – на недостатки врага. И оба казались необычайно счастливыми. – Вэй Ин! Вэй Ин, не ожидавший, что приемная мать окажется в святая святых, дернулся. Колбаса выскользнула из руки и с тихим шлепком нырнула в суп. Вэй Ин проводил ее расстроенным взглядом, жалея, что не успел откусить. Вкусная, наверное, была. А теперь… – Да, госпожа, – Вэй Ин отвлекся от готовки. Испортить что-то больше уже было невозможно. – Забудь о еде. Вы с а-Чэном пойдете в кладовку и проверите, чем там воняет. Потом ты встретишь комиссию. – Я?! – пришел в ужас Вэй Ин. – Ты. Яо, идем, нам надо еще библиотекаря найти. Срочно. Яо поклонился остальным и пошел за мадам Юй. Но Вэй Ин не собирался их так просто отпускать. – Госпожа Юй, а готовить кто будет? – Найдем, – зловеще пообещала госпожа. На кухню вошел Сичэнь. Он случайно услышал. что здесь какие-то проблемы и с улыбкой предложил свою помощь. – Брат! – Ванцзи резко поднялся, чуть не уронив стул, – ты не обязан. – Ничего страшного, помнишь, как мы в учебных целях готовили на целый клан? Не думаю, что это будет хуже… Сичэнь подошел к кастрюле, закатывая рукава и все так же приветливо улыбаясь. Из кастрюли всплыла колбаса, точнее то, что от нее осталось. Она безмолвно вопияла, чтобы ее убили. Сичэнь перестал улыбаться, задумавшись, что взял на себя непосильную задачу. – Брат, я тебе помогу, – Ванцзи покосился на Вэй Ина, но тот беспечно отмахнулся. – Да что со мной здесь случится? – спросил он и подхватил бутылку колы, в которой плескалась подозрительно пахнущая жидкость, и пошел в кладовку. Цзян Чэн хмуро последовал за ним.

***

Сяо Синчэнь прислонился к стенке, наблюдая за тем, как Сюэ Ян самозабвенно дует в свисток. Вот же, дали ребенку игрушку, подумал он. Но если бы дело ограничилось только этим… даочжан вздохнул, подняв голову и разглядывая деревья, обвешанные детьми. Все два десятка цветов жизни украсили собой ветки в считанные мгновения. Может, Сюэ Ян и был неплохим физруком, вот только методы у него были не самые гуманные… – А-Ян, может, ты уберешь это? Это стояло под деревом и шаталось. Оно напоминало собаку, из него много где повылезала шерсть, и даже просвечивал скелет. Одного глаза у этого не было, но в целом можно было подумать, что это очень больная собака. – Даочжан, ты только посмотри, как они быстро забрались на деревья! с такими успехами мы победим на олимпиаде! То есть, эстафете. – Но это же усо-пес, его нужно упокоить. Что если дети поймут, что это такое? – воззвать к благоразумию киллера было сложнее, чем вычерпать море ковшиком. – Да ладно тебе, я его контролирую. А вот если бы это была бешеная собака, я мог бы не уследить. Что было бы, покусай она детей? Правильно, по три или сколько там болезненных укола в живот каждому. Да мы бы разорили национальную медицину! – А-Ян, не доводи до греха, прошу тебя. А-Ян сдался. Он бросил на даочжана какой-то странный взгляд, и подманил к себе пса. Тот медленно, почти разваливаясь на ходу, подошел к хозяину. Ян присел перед ним на корточки, погладил по холке и что-то прошептал на ухо. Пес попытался поднять морду, и безжизненной куклой свалился на землю. Дети перестали орать и просить, чтобы их сняли. Ян молча смотрел на собаку, и в его глазах читалось что-то непостижимое. Сяо Синчэню стало не по себе. Он мягко подошел к Яну и шепотом спросил, была ли у него когда-то собака. Ян поднял взгляд, криво усмехнулся. – Да, была, когда я на улице еще жил. Защищала меня от отбросов, пока кто-то ее не отравил. Встряхнувшись, Ян выпрямился, отряхнул спортивные штаны и хлопнул в ладоши. – Дети, если вы не слезете за пять минут, я начну стрелять из рогатки. И кто упадет, бежит штрафной круг. Дети слабо заворочались. Залезли они быстро, а вот слезть им не представлялось возможным. Разве только упасть на землю. Но падать ради штрафного круга в четверть километра им не хотелось. Сяо Синчэнь покачал головой и закрыл глаза. Но перед глазами почему-то предстала до невозможности нелепая картина. Будто Сюэ Ян сидит на пыльной дороге, а на его коленях лежит собачья голова с пустыми глазами. Его глаза сухие, потому что слез давно уже нет… Помотав головой, Синчэнь прогнал жуткое видение и перевел взгляд на кусты. Те как-то подозрительно шуршали. Ян тоже обратил на это внимание и с интересом заглянул. Там виднелись темные брюки, по котором с трудом угадывался Хуайсан. Возможно потому, что такие стильные вещи здесь больше никто не носил. – Эй, ты что здесь делаешь? – удивился Ян. – Ты же вроде ОБЖ ведешь, а не биологию. – Я… это… цветы пытаюсь воскресить. Господин некромант, подскажете, что может помочь? – заискивающе спросил Хуайсан. – Слезы девственниц. Ян потерял интерес, и отвернулся. Хуайсан хотел возмутиться, но не успел. Вдалеке появилось облачко пыли, когда оно рассосалось, из него вылетел черный блестящий мопед, украшенный рисунком волчьей головы. На этом мопеде восседал высокий человек в кожаной куртке, черных брюках и увешанный цепями. Под курткой явно угадывалась кобура с массивным пистолетом сорок пятого калибра. Хуайсан ойкнул и спрятался в кусты. Ян с восхищением повернулся к главе клана Нэ. Тот приехал проверить своего брата, и теперь выискивал его среди встречающих. Но брата что-то не находилось, и Минцзюэ начал подумывать, что пора бы идти в школу и пообщаться с ним на уроке ОБЖ. В этот момент из дверей школы вышла мадам Юй. Увидев главу клана Нэ, она засияла и вогнала в ступор всех присутствующих. – Как же мы рады вас видеть! – не очень удачно скопировала она Яо. Даже Яо немного поплохело от этой искренней радости и неискренней вежливости. – Э.. чем обязан такому счастью? – так радостно его еще ни разу не встречали. – Я хочу назначить вас библиотекарем! – Библиоте… кем? - опешил Минцзюэ, который в библиотеках бывал очень редко, и только для того, чтобы почитать новости военного дела. – Не волнуйтесь, это всего на пару дней. Потом будете свободны, как птица в небе. Мадам Юй многозначительно похлопала хлыстиком по ладони. И намекала, что может использовать его несколько нетрадиционным способом. – Пожалуй, нет. – Во имя будущего кланов! – мадам Юй сердито прибегла к тяжелой артиллерии. Против будущего кланов глава Нэ устоять не мог и сдался. Яо улыбнулся и провел дагэ в библиотеку, собираясь ему там показать все, что нужно. Но в душе у Яо горели смутные подозрения, что все не будет так радужно, как кажется на первый взгляд. И кому так кажется вообще? Подумал он, размышляя о несправедливости мира, и как можно это исправить с помощью струны от гуцина и парочки запретных заклинаний.

***

Вэй Ин спустился первым. Следом за ним шел Цзян Чэн с таким видом, словно Вэй Ин одолжил у него сто тысяч, и потом забыл вернуть. Какое-то время они шли молча. Потом Цзян Чэн подтолкнул брата. – Ты бы мог пошевеливаться? – Мог бы, – согласился Вэй Ин, перепрыгивая через ступеньки. – Кстати, почему кладовая сделана в подвале? – Так удобнее, видимо. – Цзян Чэн поморщился. – Ну и запах. – Да, воняет так, словно здесь кого-то убили и забыли убрать Они переглянулись и рванули вниз намного быстрее. Однако трупы оказались куриные, говяжьи и свиные. При этом разделанные и освежеванные. Кто-то решил, что хранить их в холодильнике будет плохой идеей и вывалил прямо на пол. Смердели они так, что даже у привычных к этому заклинателей защипали глаза. – Идем отсюда, главное мы уже выяснили, – Цзян Чэн пошел первым и удивленно заметил, что дверь закрыта. – Какого демона? Нас кто-то закрыл. – Жаль, – Вэй Ин подлетел следом, и толкнул дверь. Надо же самому проверить, вдруг у брата сил не хватило. Брат скептично посмотрел на Вэй Ина, но промолчал. Перед ними встала задача: как выйти из этого места. Дверь можно было разнести. Цзян Чэн сделал бы это с полпинка. Но как потом объяснять непосвященным, что так оно и было. Вэй Ин подумал. Пожал плечами и потянулся к поясу. Пощупал его и внимательно посомтрел на Цзян Чэна – Чего уставился? – Цзян Чэну этот взгляд не понравился. – Дай свой ремень, у меня нет. – Зачем тебе ремень, идиот? Повеситься решил? – Нет, мне нужна та штука, которую в дырки суют. Почему-то эта фраза натолкнула Цзян Чэна на очень неприличные мысли. Однако он решил не уточнять и молча снял ремень, сунув его Вэй Ину. Тот благодарно кивнул, обмотал ремень вокруг запястья, и начал шуровать язычком ремня в дырке замка. Цзян Чэн придерживал свои штаны, наблюдая за тем что делает Вэй Ин. И где он только навострился такое творить? – Надеюсь, ты не подрабатываешь взломом? – спросил он с подозрением. – Нет, конечно. Я чист, как слеза младенца, – фыркнул Вэй Ин, – Блин! что ж здесь так скользко то?! Вэй Ин полетел на пол. Цзян Чэн, забыв о своих штанах, попытался схватить брата. Ухватил за пояс. Штаны опасно затрещали, порвавшись. И по закону вселенского свинства, именно в этот момент дверь открылась. За дверью стояли мадам Юй, Ванцзи и Сичэнь. На лицах всех троих было написано недоумение. Цзян Чэн поспешно отпустил Вэй Ина, тот рухнул на пол, но тут же поднялся, подтягивая треснувшие джинсы. – Это не то, что вы подумали, – пробормотал он, поглядывая виновато на Ванцзи. – То есть, ты не поскользнулся, а а-Чэн не пытался тебя ухватить, и случайно порвал джинсы? Понятно. Мадам Юй мрачно уставилась вниз, принюхиваясь к неприятному запаху. – Ну… тогда все верно, – Вэй Ин улыбнулся. – Я пойду, да? Мне джинсы надо поменять. – Я тебе зашью, – пообещал Ванцзи, который гадал, как сообщить Вэй Ину неприятную новость. – Комиссия прибудет быстрее, чем мы рассчитывали, – мадам Юй его опередила, и мрачно вздохнув, спустилась вниз. Она должна была это увидеть. Раз уж дети оказались бесполезны. Вэй Ин поднялся на свет божий. Цзян Чэн натянул ремень, и теперь шел рядом, прикрывая брата от любопытных взглядов. И почему-то чувствовал себя любовником неудачником. Проклятый Вэй Ин, вечно он встревает! Ладно бы сам, а то и других втягивает… А где-то в саду один Хуайсан поливал цветы какой-то мутной жидкостью...