Прости меня

      Люксовый спорткар резко срывается с места, стоит лишь мне сесть внутрь, оглушая ревом мотора. Ловко вырулив на полупустой вечерней автостраде, Эдриан в считанные минуты набирает большую скорость, так необходимую сейчас. Химера устраивается поудобнее на заднем сидении и тихо дремлет, пока мы мчим в сторону дома парня. Он внимательно следит за дорогой, и я замечаю, как напряжено его тело, что не свойственно для такого опытного водителя. Эдриан замечает, как пристально я смотрю на него, и, не выдерживая, косится на меня, и в его взгляде я улавливаю злость. Он спрашивает: — Что? — Когда ты собирался рассказать мне? — спрашиваю я, желая услышать правду.       Он напрягается ещё сильнее, сжимая руль до побледневших костяшек пальцев, не проронив ни слова. Я жду какое-то время, а потом повторяю свой вопрос, но уже более настойчиво. — Когда ты собирался рассказать мне правду? — Никогда, — сухо бросает он.       И эти слова задевают меня так сильно, что становится трудно дышать, а злость и обида поглощают меня. Я не справляюсь с эмоциями и, не скрывая возмущения, выдаю: — И как это понимать? — Я не собирался тебе рассказывать. Я хотел, чтобы ты прожила долгую и счастливую жизнь, без всего этого «божественного». Закончила университет, вышла замуж, завела семью.       Его слова повергают меня в шок, он распланировал всю мою жизнь, не спросив, чего я хочу, не дав права выбора, решив всё за меня. — А не слишком ли много ты на себя взял? — борясь с подступающими слезами от обиды, спрашиваю я, прожигая его взглядом. — Ты не совсем поняла… — увидев моё выражение лица, отвечает Эдриан. — Да? А звучит именно так. Ты решил, что я не смогу справиться с этим. — Андреа, ты ещё не понимаешь, в какую опасную игру вовлечена. Я просто хотел лучшего для тебя. — Не верю! Ты просто хотел как лучше и удобнее для тебя! — в сердцах говорю я, повышая голос.       Лица Эдриана касается мрачная тень, мои слова задевают его, но меня было уже не остановить. Воспоминания накрыли меня с головой, унося в свой вихрь.

***

Три недели после выпускного, на котором мы признались друг другу в любви. Непередаваемое счастье и вера в светлое будущее с родственной душой кружили мне голову. Я ждала приезда Эдриана, мечтая поскорее обнять, поцеловать, утонуть во взгляде самых прекрасных серых глаз. Он должен был приехать с минуты на минуту, и я не находила себе места, ожидая встречи. Раздался стук в дверь, и я со всех ног бросилась открывать, но, когда увидела выражение лица Эдриана, замерла на пороге. — Андреа, нам нужно серьёзно поговорить, — говорит Эдриан, не посмотрев на меня.       От его серьёзно тона я вся похолодела, чувствуя, что разговор будет неприятный. — Хорошо, зайдёшь в дом? — поинтересовалась я, пытаясь скрыть волнение. — Нет, лучше поговорим на улице.       Я лишь кивнула и переступила порог, запирая за собой дверь. Мы прошли на задний двор и сели на скамейку, не проронив ни слова. — О чём ты хотел поговорить? — нарушая затянувшееся молчание, спрашиваю я. — Мы расстаёмся, — сухо отвечает Эдриан.       Я не верю в то, что только что услышала, и переспрашиваю. — Что ты только что сказал? — Мы расстаёмся, я ухожу от тебя, — повторяет он.       Эти слова отдаются болью во всем моем теле. Я не могу поверить, что он говорит мне это. Не понимаю, что изменилось, и почему он даже не смотрит на меня. — Эдриан, что ты такое говоришь? Что случилось? Давай просто поговорим, мы же не чужие друг другу люди, всё же совсем недавно было хорошо, — говорю я в попытке подавить слёзы. Тяжёлый ком осел в горле и мешал даже дышать. — Андреа, дело не в тебе, дело во мне. Мы не можем больше быть вместе. Это конец, и ничего уже не исправить. Я так решил. — Ты принял решение за нас обоих? Разве это справедливо? Разве я не заслуживаю нормальных объяснений, а не эту избитую фразу? — Заслуживаешь, но у меня их нет. Просто прими этот факт и всё. Больше мы не пара. Возможно, когда первые эмоции пройдут, и ты успокоишься, мы сможем общаться, как друзья. — Уходи, — собрав всё свое самообладание, отвечаю я. — Андреа… — Уходи! Убирайся! Сейчас же! — уже кричу я, а слезы ручьём бегут по щекам. — Прости… — слышится эхом, когда Эдриан встает и уходит не оглядываясь. Но я уже этого не слышу, полностью отдавшись эмоциям горько разрыдавшись.

***

      Я возвращаюсь в реальность. Это воспоминание отдаётся сильным покалыванием в груди. Ситуация годовой давности проясняется, и теперь я вижу её совсем по-другому. Я решаюсь задать свой вопрос: — Эдриан, тогда, год назад, ты бросил меня из-за этого? Из-за того, что решил не посвящать меня во всё это?       Я вижу, что своим вопросом попала в яблочко. Эдриан весь напрягается, а когда бросает на меня свой взгляд, я вижу в нем столько боли и сожаления, что ответ уже и не требуется. Это именно так. Я отвожу свой пристальный взгляд от него. Вероятно, я была не готова к этому. Моя правота причиняет мне же боль. — Андреа, тогда я думал, что это единственный верный выход, — тихо говорит Эдриан, останавливая машину около своего дома. — Ты чертов эгоист, Ньюман! Ты даже не дал мне возможности понять, что происходит. Я полгода мучилась и искала причину в себе, хотя ни в чем не была виновата! — почти сорвавшись на крик, сказала я и вылетела из машины.       Слезы застили глаза, пока я бежала в комнату, которую мне до этого выделила Аида в их доме. Захлопнув дверь с оглушительным грохотом, я закрыла замок на два оборота и сползла по двери на пол. Закрыв лицо руками, я дала волю эмоциям и заплакала.       Я только научилась жить без него. Только пришла в себя. Поверила, что могу быть счастливой с кем-то другим. А потом эта вечеринка в его доме, новая встреча спустя столько времени и вроде бы даже нормальное теплое общение. Мы изменились и повзрослели. Я поверила в то, что мы сможем быть друзьями. Ведь ничего плохого в прошлом не было. Да, мы расстались по неизвестной мне причине, но я пережила это и отпустила. А сегодня я узнаю правду. Почему мне от этого не легче? Почему, когда я искала проблему в себе, не было так больно, как сейчас? Я всхлипываю от рыданий, не в силах успокоиться. Мне слишком больно осознавать, что Эдриан так поступил со мной уже дважды.       Я слышу шаги на лестнице и зажимаю рот рукой, чтобы не было слышно моих всхлипываний. Шаги прекращаются около моей двери и следом раздаётся взволнованный голос Эдриана. — Андреа, открой дверь, пожалуйста, прошу, давай поговорим.       Я молчу, пусть даже он и представляет, в каком я состоянии, но пока он меня не видит и не слышит это лишь его догадка, и я не хочу чтобы она подтвердилась. Он опускается на пол и облокачивается о дверь с другой стороны и, помолчав с минуту, начинает говорить. — Андреа, я поступил как настоящий идиот. Дважды. Ты несомненно заслуживала объяснений в тот вечер, год назад, но я не знал, как сказать тебе о причине, чтобы не открыть правду и при этом остаться честным. Да, я принял решение в одиночку, но всё, что я хотел — это защитить тебя. А потом, спустя год, я снова увидел тебя на вечеринке, мы стали общаться, я увидел, что ты счастлива и подумал, что тогда всё правильно сделал. — Но ты ошибся, — отозвалась я. — Ошибся… — эхом отозвался Эдриан.       Помолчал с минуту и продолжил. — Потом всё вокруг тебя завертелось: пропажа брата, странные обстоятельства, в которые ты так или иначе попадала, как я не старался тебя от них оградить, и сегодняшний день, когда ты узнала всю правду про себя от Мёрфи, — не скрывая раздражения, сказал Эдриан. — Он хотя бы нашёл в себе силы быть честным со мной, в отличие от тебя, — ответила я, точно зная, что мои слова заденут его. — Возможно. Возможно, он не так сильно любит тебя, как я, и не так сильно боится, что с тобой случиться что-то страшное. — А возможно, он просто считает, что я в состоянии принять правду и справиться с ней, — отзываюсь я, сделав вид, что не услышала его фразу про чувства ко мне.       Но я услышала, и от этого новая волна грусти накатила на меня, а в глазах снова защипало от слез. Ведь я тоже до сих пор люблю его, даже несмотря на все эти поступки. Мы молчим какое-то время. Просто сидя на полу, по разные стороны двери. Переваривая всё сказанное. Тишину нарушает Эдриан. — Я был не прав, Андреа, ты заслуживаешь знать всю правду, просто я слишком боялся за тебя и так хотел защитить. Ты намного сильнее, чем кажешься, и не раз уже это доказала, но я никогда не перестану видеть в тебе хрупкую, нежную и дорогую сердцу девушку, которую хочется защищать и уберечь от всех бед.       Его слова заставляют мое сердце замереть. Я чувствую в них столько нежности одновременно с болью и сожалением. Поднявшись с пола, я открываю дверь. Эдриан смотрит на меня так проникновенно, и сил держаться больше не остаётся. Я захлебываюсь рыданиями, и он моментально заключает меня в свои объятия. Уткнувшись в его широкую грудь, я плачу так сильно, давая выход всем скопившимся эмоциям, пропитывая его рубашку солёными слезами, а он лишь гладит меня по голове, сильнее прижимая к себе, шепча: — Прости меня. Прости меня, маленькая, если сможешь. Я люблю тебя. И не переставал любить ни на минуту.       Я не могу успокоиться, и тогда Эдриан берет моё лицо в руки и начинает осыпать его невесомыми поцелуями, ловя мои слезы губами.       Чувствовать его заботу и трепет так приятно. Его губы, такие родные и теплые, оставляющие нежные поцелуи на моем лице, постепенно успокаивают меня, и я перестаю плакать. Эдриан немного отстраняется от меня и заглядывает в мои заплаканные глаза своими пронзительными серыми глазами, в которых я вижу подтверждение всех его слов и чувств, и просто тону как и раньше. Он медленно наклоняется обратно, нежно касаясь моих губ, будто спрашивая разрешения. Я чуть подаюсь вперёд, и он целует меня. Нежно, тягуче, долго, сладко. Время замирает. Все проблемы отходят на второй план. Сейчас есть только он, его губы и нежные объятия. Я полностью растворяюсь в этом поцелуе, в его близости, по которой так скучала, и убеждала себя, что мне это не нужно. Когда воздуха в лёгких почти не осталось, мы отстранились друг от друга. Эдриан смотрит прямо мне в глаза и тихо говорит: — Я больше никогда не усомнюсь в твоей способности справиться со всеми трудностями. Прошу, только позволь мне быть рядом, если, конечно, можешь после всего, что я сделал. — Будь, но больше никогда не смей отталкивать меня, — говорю я и вижу, как загораются его глаза. — Никогда, — отзывается Эдриан и снова находит мои губы своими уже в более требовательном поцелуе.       Мы целуемся жадно и страстно, показывая друг другу, как скучали всё это время. Голова идёт кругом, и я понимаю, что хочу большего, чем просто поцелуи. Эдриан тоже чувствует это и тихонько подталкивает меня к кровати, пока мы не слышим разговор на первом этаже на повышенных тонах, заставляющий нас прерваться. Мы оба тяжело дышим, прислушиваясь, и понимаем, что без нашего вмешательства не обойтись. Тогда Эдриан смотрит на меня, с ноткой сожаления и досады, и, взяв за руку тянет за собой из комнаты. — Я рядом, что бы не случилось. — Я знаю, — тихо отвечаю я.       И мы спускаемся вниз узнать, что стряслось.