Сделка с дьяволом. Обречённая

Ощущение дежавю. Кажется, вчера она вот так же встала и направилась в ванную комнату, чтобы быть готовой к приходу мистера Малфоя. В этот раз дядя точно не станет откладывать их тренировку, девушка была уверена. Теперь, когда пострадал Драко... Интересно, как он там? Всю ночь Александра не могла сомкнуть глаз, перед которыми и доселе было лицо юноши, до неузнаваемости исказившееся от невыносимой боли. Одного не могла она понять: почему он взял всю вину на себя и начал придумывать глупые оправдания для своего отца? Не проще ли в его ситуации было отдать Алекс в руки жестокому Пожирателю смерти, который расправился бы с ней, невзирая на её положение в магическом мире? Хотя… Должно быть, он решил повременить с наказанием, и худшее ещё впереди. Пирс не сможет ничего сделать без волшебной палочки. Да и если уж представить на миг, что она всё-таки была у девушки, разве имела та право поднять руку на человека, имеющего полномочия манипулировать всей её жизнью? Вернувшись из ванной, Алекс присела на краешек кровати. Наконец, дверь распахнулась, и вниманию гриффиндорки предстал Люциус Малфой. Лицо было бледнее обычного, и взгляд как-то неодобрительно оценивал племянницу. – Что с Драко? – сразу начала Алекс. – А ты не знаешь? – Нет. Мне неизвестно, что сложилось далее, после того, как Вы отправили меня сюда. – Он болен, если тебе это так интересно, – нехотя ответил мужчина. – Ну как, ты рада? Алекс нахмурилась. – Не делай вид, что ничего не понимаешь. Поверь, на твоём месте я поступил бы так же. Все мы, дети аристократии, одинаковы в своей сущности. Нам свойственно такое поведение. Однако я не допущу того, чтобы ты убила моего сына. – Я и не собиралась. Просто потеряла контроль над собой… – Довольно. У нас осталось слишком мало времени, а тебе необходимо ещё усвоить многое. Начнём. Малфой призвал жестом девушку встать. – Я верну тебе твою волшебную палочку, когда ты покинешь этот дом, – начал он. – До тех пор ты будешь обходиться без неё. Так не будет соблазна воспользоваться ей для защиты. – Для защиты? – недоумённо переспросила Алекс. Люциус кивнул и продолжил: – Мы будем долгое время практиковаться в отражении абсолютно любых заклинаний и заклятий, которые только бывают. Не научишься до конца каникул – считай, наш план будет разбит вдребезги. – Вы недоговариваете. По вашим словам, я должна научиться создавать некий щит вокруг себя. Но как? Откуда мне знать, что нужно делать? – Я могу лишь помочь в этом, но не сделать всё за тебя. – Мистер Малфой отвернулся. – Мне ещё интереснее: как Вы вообще мне сможете помочь, не зная, что делать? – хмыкнула Алекс, переведя взгляд на окно, за которым была новая снежная буря. – Круцио! Единственное, что она помнила – резкое движение, которое она заметила краем глаза, и страшную боль, пронзившую всё тело. Ощущение было такое, будто в неё поочерёдно вонзали сотню или тысячу раскалённых добела кинжалов. Алекс не могла вспомнить свой крик, заглушающий её саму, падение на пол и совершенно вышедшее из-под контроля тело, бьющееся в конвульсиях. Всё это время она думала лишь об одном: почему она не предугадала этот момент и не была готова? Всё резко закончилось, хотя боль всё равно слабо, но окутывала каждую клеточку тела. Она вспомнила. Вчера вечером так же умирал Драко Малфой. В этой жизни всё закономерно, разве нет? Мучая и причиняя боль человеку, ты получаешь двойную порцию тех же самых страданий. Справедливо, не так ли? – Ты не сопротивлялась. Не старалась даже уклониться. А сейчас лежишь как последнее ничтожество, не пытающееся предотвратить муки и отомстить мне. Ты жалка. – Алекс видела над собой это лицо, полное отвращения и жестокости. – Продолжим? – промурлыкал голос. – Круцио! Она знала, каково это – видеть человека, которого пытают, видеть человека в нечеловеческих страданиях, но ни разу не допускала мысли, что сможет сама оказаться на его месте. А что страшнее? Наверное, всё же быть жертвой. Как это эгоистично… И насколько безжалостно ведут себя люди. Словно животные. Все беспокоятся лишь за свою шкуру, лишь за своё спасение. – Тебе не надоело, Алекс? Мне – нет. Я никогда не устану делать это. Круцио! Он был так восторжен, на пике своих звериных чувств. Это ведь Малфои. Самые приближённые люди Тёмного Лорда. Многие века они существуют именно так – унижая других и купаясь в лучах славы. Неужели все они такие? Нет, был один, который отличался. Или же ей казалось, что он – другой. Вчера она совершила с ним то, за что сейчас дорого платит, искупает свою вину. – Остановись! Что ты делаешь?! Вспышка света. И рядом с лицом Алекс упало что-то деревянное. – Ты ничего этим не добьёшься! Она станет такой же, как и мы все. Этого не должно случиться! – О чём ты говоришь, Драко? Неужели ты испытываешь к ней хотя бы каплю сочувствия? Если бы я не пришёл вчера, то ты бы не стоял сейчас здесь, обвиняя своего отца. Кому ты веришь? Ей, которая стояла и восхищалась, отбирая твою жизнь, или мне, человеку, воспитавшему тебя и давшему всё, что тебе когда-либо было необходимо? – Я не собираюсь делать никакого выбора. Просто прекрати это. – Прекратить? Ты отобрал мою волшебную палочку. Глупо в твоём положении требовать безоружного прекратить. – Не прикасайся больше к ней. Смех. – Да кто ты такой, чтобы командовать мной, сопляк? Без фамилии, которую ты получил от своих великих предков, ты – никто! Алекс чувствовала, как боль звенит в ушах, постепенно отдаляя от неё реальность. Голос и смех Люциуса были здесь, но девушка медленно уплывала в темноту, и они затихали с каждой секундой. Я всегда с тобой, и мы отомстим. * * * – Я рад, что ты очнулась. – Где мистер Малфой? – Ушёл. Мне всё-таки удалось этого добиться, – довольно улыбнулся Драко. Они были в той же комнате, однако теперь Алекс лежала в своей постели, а Драко расположился на краешке, совсем рядом. Кажется, она потеряла сознание. Боль вывела её из колеи. Но что она делала тут? – Малфой, скажи на милость: как я здесь оказалась и что вообще произошло? – Ты потеряла сознание. Я просто перенёс тебя сюда. Или ты предпочла бы всё-таки продолжать валяться на полу? – Необязательно было встревать. Мне вовсе не нужна помощь. – То есть ты хотела сказать, что получаешь необъяснимое удовольствие от пыток? – Нет. Это должно было произойти. В любом случае. Не твой отец, так Тёмный Лорд. Либо сейчас, либо будет поздно. Только так я смогу научиться отражать заклинания. – А тебе не кажется, что методы слишком радикальны? Почему именно Круциатус? – Не знаю. Но если ты не заметил, я больше не человек, и ничто не сможет погубить меня. – Забавные слова благодарности. В жизни ещё такого не слышал, – саркастически заметил парень. – Мне надоело, что ты меня всё время спасаешь, хотя я жажду тебя убить. Выражение лица слизеринца резко изменилось. Он словно бы заново пережил то вчерашнее потрясение. Вид сделался угрюмым, но глаза не могли не выдать страх и отчаянье. – Мы – квиты. Однажды я тоже предпринял попытки уничтожить тебя. И как она могла забыть? Ночь в Тайной комнате совсем стёрлась из сознания Александры. Да и слишком много впечатлений за какую-то пару-тройку дней. – Ты остановился, но я – нет… Твой отец прав: я бы сделала это, не приди он. – Говоришь так, будто кровожадная убийца. – А что, разве это не так? – Нет. Ты другая, как бы ни убеждала себя в обратном. – Не говори ерунды, Малфой. Сколько мне ещё повторять: мы не сможем быть друзьями. – То есть ты готова всю оставшуюся жизнь быть одиночкой? – Если потребуется, то да. – Знаешь, – Парень встал, – Протрезвей немного и послушай со стороны тот бред, который ты сейчас несёшь. Когда буду нужен – позовёшь. Услуги великого героя всегда в силе. Она осталась одна. Который день Александра отказывалась себе объяснять это странное поведение кузена. Но теперь было бесполезно отрицать: он оказывал ей знаки внимания, пытался показать свою симпатию, свою заботу. Но неужели он подумал, что девушка настолько глупа, чтобы повестись на всё это? Неужели он всерьёз решил, будто Алекс не понимала его истинных намерений? Да Малфой ведь хотел, чтобы она точно и уж наверняка не отступилась от своей цели – спасти его мать. Ей совершенно наскучила эта игра на чувствах. Были ли они вообще? Пора сказать братцу, что это уже не игрушки. Девушка ещё больше желала прикончить его именно по этой причине. И кто из них после этого жесток? В этот раз ей не удалось отбить у него желание преследовать её и быть рядом, однако вскоре она предпримет новую попытку. Угрозы не помогли, хотя она и не думала таким образом его отшивать. Значит, стоило просто поговорить начистоту. Он – слизеринец, и навряд ли расстроится или испугается каких-то там слов гриффиндорки. Решение было принято. * * * – Теперь никто не придёт тебе на помощь. – Люциус Малфой наложил на дверь оглушающие чары. – Я готова, – уверенно и холодно произнесла девушка, встав напротив мужчины и прикрыв глаза, ожидая новую дозу мучений. Сначала всё было как по сценарию прошлого дня. Поток мыслей, немного отвлекающий её от действия заклинания. Но что-то странное произошло после третьего такого раза. Будто внутри что-то включилось. В голове появился странный голос. Нанеси удар. Заставь его страдать. Как? Как мне это сделать? Просто закрой глаза. Сосредоточься. Представь, как заклинание отлетает от тебя подобно рикошету. Алекс тут же послушалась. Тело снова невыносимо ныло, голова раскалывалась, а тут ещё и этот голос… В конце концов, хуже быть просто не могло. Было бы совсем неразумно заново потерять сознание. Тогда она точно окажется слабой. – Это всё, на что ты способна? Да ты просто ничто в этом мире! Последние слова гулом отдались в сознании. Сколько оскорблений Алекс уже услышала от него? Никто в жизни не говорил ей, что она – пустое место. Может, он прав? Дурочка! Да кто он такой, чтобы ты его слушала?! Он человек, и это он – ничтожество! Убей его, не позволяй опускать себя. Голос был прав. Неожиданно апатия девушки сменилась злостью и гневом. Голос в сознании словно подкинул дров в огонь, и Алекс почувствовала новый прилив сил, последовавших за яростью. Ничего не боясь, она открыла глаза. Сосредоточиться. Нужно сосредоточиться. Она смотрела на красный луч пыточного заклятия, представляла, как он отлетает от неё… Люциус Малфой упал навзничь, тело начало извиваться от внезапно пришедшей боли. Теперь Александра Пирс возвысилась над ним. На лице промелькнула тень ехидной улыбки, но она не торопилась помогать дядюшке. Тот с искренним страхом смотрел на неё снизу вверх. Палочка лежала в нескольких метрах. Мужчина сделал попытку привстать, но через миг племянница уже прижимала его к стене, сжимая горло. Убей. Убей его. – Алекс… Что ты собираешься делать? – выдохнул мистер Малфой, беспомощно глядя ей в глаза. – Может, поможете с этим вопросом? Я дам Вам право выбора: либо Вы выбираете медленную и мучительную смерть, но у Вас есть шанс спастись, либо быструю. Как лучше? – Девушка чуть прищурила глаза, внимательно вглядываясь в его лицо. – Ты не сделаешь этого. – С чего же такая уверенность? – Он умрёт… следом за мной. Стоп. Нужно остановиться. Она забыла… Девушка отпустила его и отступила на шаг. – Ну, и как мои успехи? – деловым тоном поинтересовалась она, скрестив руки на груди. Люциус пытался отдышаться, но всё-таки с трудом ответил: – Уже лучше, но нужна ещё практика. – И что же теперь? Авада Кедавра? Или всё-таки Империус для разминки? – Посмотрим, – бросил вслед дядя, намереваясь уйти. Вид у него был снова невозмутимый, и он даже не повернулся, чтобы смерить племянницу всё тем же высокомерным взглядом. Перед открывшейся дверью стоял Драко Малфой. Отец сделал вид, что не обратил на него внимания и прошёл мимо. Парень с отсутствием понимания смотрел на девушку. – Что? – раздражённо спросила Алекс. – Ничего. – Вот и уходи к чёрту! Ненавижу тебя и всю твою семью! Не приходи сюда больше, а не то пожалеешь! – с яростью выкрикнула она. К её удивлению, парень спокойно развернулся и ушёл, прикрыв за собой дверь. Прошла минута. Алекс упала на постель, не в силах бороться с пришедшей истерикой. * * * Прошла неделя трудных тренировок и испытаний, а главное – новая неделя одиночества. Алекс было невыносимо тоскливо, хоть ей теперь было и дозволено выходить из своей комнаты и даже гулять по территории Малфой-Мэнора. Тренировки проходили как нельзя лучше. С каждым разом девушка становилась всё сильнее. Теперь Люциус брал уже и окклюменцию (защиту от проникновения в разум). Здесь было сложней, но помогал ей опять-таки тот голос в сознании, призывающий уничтожить дядю, отомстить. Каждый раз Алекс была на грани этого преступления, но с каждой тренировкой она всё больше держала контроль над собой, не давая этому внутреннему «я» возобладать над ней. Ночи были мучительными. Ей снова снились кошмары. Во снах была первая попытка защититься от действия Круциатуса. Мужчина с белыми волосами стоял и смеялся над ней. А затем он превращался в Драко Малфоя, который с особым остервенением посылал в неё красные лучи мучительного заклятия. Вокруг были реки крови. Одни красные цвета. Она переживала ту боль снова и снова, а затем просыпалась в холодном поту, чувствуя исход сил. Наутро всё было гораздо лучше. Девушка снова, как перед Рождеством, бродила по особняку. Но было ещё кое-что, беспокоящее её – Драко. Вина с силой давила на разум, заставляя чувствовать стыд. Зачем она поддалась зову эмоций и сказала такие жестокие слова? Она всё больше понимала, насколько эгоистично и безнравственно рассуждала в первые дни своего пробуждения. Как будто была совсем другим человеком, безжалостным и расчётливым, прямо как отец. Нужно было прекращать это. Да, иногда она должна мыслить хладно и рационально, но в такие минуты сознание наполнялось злостью, заставляло её совершать плохие вещи, делало её беспощадной тварью. Сколько раз она уже практически убивала человека? А что, если однажды это «практически» перерастёт в настоящее убийство? Переживёт ли она такое? Алекс должна уничтожить в себе этого зверя, который командовал ей, или хотя бы просто утихомирить. А ещё она должна извиниться перед Драко. Однако теперь это было сделать крайне сложно. Парень словно исчез куда-то. Алекс не знала, где его комната, да и сомневалась, что он вообще в поместье. Сколько ни гуляла она по замку, за неделю ни разу не встретила Малфоя. Чтобы он избегал её – это было не в его стиле аристократичного поведения. Но гриффиндорка не отчаивалась и продолжала пустое хождение в попытке поиска. И однажды ей повезло. Был последний день каникул. На следующий день предстояло сделать тот же маршрут, что и первого сентября. Алекс шла по территории владений Малфоев, когда увидела среди деревьев в заснеженном парке фигуру знакомого юноши. Она не стала пересекать всё то расстояние, что отделяло их, за одну секунду. Пускай, они будут равны. Пускай, он увидит её приближение и будет готов. Ни к чему было приводить его в недоумение. Стоявший вполоборота к ней Драко всё-таки уловил краем глаза движение справа и медленно развернулся, вглядываясь в идущую навстречу Алекс. На лице не было ни кровинки. Он был бесстрастен, как и всегда. Однако потухший взгляд насторожил девушку. – Где ты пропадал? – начала она. – Насколько помню, ты послала меня к чёрту, – ледяным тоном произнёс Малфой. – Я искала тебя, чтобы извиниться. – Зачем? Ты всё сделала правильно. – Прекрати это. Парень наигранно поднял бровь. – Давить на жалость, прибедняться, корчить из себя отверженного героя-романтика, – объяснила Алекс. – А что, я именно так выгляжу со стороны? – Да. Ты обижен. Я вижу это. – Знаешь, это ты прекрати преследовать меня, Пирс. Я выполнил твою просьбу, теперь твоя очередь. Сделай уж одолжение для любимого братца, – резко, но совсем тихо, отделяя каждое слово, отчеканил парень. – Драко, выслушай меня… – Что конкретно? Очередную тираду, насколько я противен тебе и во всём виноват? Уж прости, сестрёнка, сыт этим по горло. – Нет, ты не понимаешь… – Хорошо, объясни. – Я часто веду себя жестоко. Как будто я – это не я. На самом деле, мне не хотелось говорить и половину из тех вещей, что ты услышал. Это моя вина, но всё вовсе не так, как я говорю. – А сейчас так? – Да. – Поклянись. - Может, ты мне ещё и сыворотку правды предложишь? – со злостью в голосе спросила Алекс. – Неплохая идея. – Поздно. Я умею сопротивляться таким вещам. – Что же, придётся поверить на слово, – как-то наигранно обречённо вздохнул Малфой. – Ты простишь меня? – Уже. Иначе бы и слова тебе не сказал, – слабо улыбнулся он. – Выполни ещё одну мою просьбу, – снова начала гриффиндорка. – Прекрати весь этот спектакль. – Не понимаю. – Я никогда не поверю тому факту, что ты испытываешь ко мне какие-либо чувства. Хватит уже претворяться, что тебя интересует хоть что-то из моей жизни. Парень лишь фыркнул. – Странно, что ты вообще догадалась. Я так часто намекал, другая поняла бы сразу. Но не ты. – Я просто не подавала виду. Но это настолько осточертело! Я прекрасно поняла весь твой план, так что можешь оставить попытки добиться меня. – Это почему же? – Ты делаешь всё это для своей выгоды, разве нет? Ведь тебе нужно, чтобы я уж наверняка спасла твою мать. – Что за ерунда, Пирс? С чего тебе вообще такое в голову взбрело? – с усмешкой спросил Драко. – А какие ещё могут быть причины? – Представим на миг, что ты мне нравишься. Свечение вокруг парня усилилось, как тогда… Наверное, душа всегда говорила правду. Получалось, он вовсе не врал и не врёт. Неужели… – Допустимо, – ответила девушка. – Но у тебя есть другой, шансы мои равняются нулю. Поэтому я и веду себя так: пытаюсь привлечь твоё внимание и изменить отношение к себе. Достойная версия? – Неплохо спланировано, – хмыкнула Алекс. Нужно было переводить тему. – Ладно, это уже неважно. Зря тебя подозревала. Драко кивнул. Она могла представить, что он сейчас чувствовал. Или не могла? – Завтра мы едем в Хогвартс, а значит, больше не сможем открыто разговаривать на людях, – продолжила разговор гриффиндорка. – Нужно убежище, где мы могли бы встречаться. Место, не доступное для других. – Воющая хижина? – Нет, во-первых, не всегда будет получаться попасть туда; во-вторых, у Поттера есть Карта Мародёров. – Это что? – Карта школы. Он видит каждого, кто в замке и в Хогсмиде. – То есть он следит за мной? – насторожился слизеринец. – Я не знаю. Но впредь будь осторожен. И у меня, собственно, есть предложение получше твоего – Выручай-комната. – Слышал про неё. Недурной вариант. Но как туда попасть? И в какое время будем встречаться? Алекс помедлила. Нужно было как-то рассказать ему о собраниях ОД и о фальшивых галеонах, но как? Магия. Хотя нет же! Магия ведь больше не действовала на гриффиндорку. Следовало попробовать. Она рассказала Малфою всё, что знала. Теперь и он был в курсе о собраниях ОД. – Пирс, это самоубийство! Мы можем столкнуться с этой новоиспечённой армией Поттера. – Уверяю, всё обойдётся. Ты можешь заколдовать два галеона? – Да. Но неужели эта комната и впрямь не видна на чудесной карте Избранного? – Уверяю. Парень достал из кармана две золотые монеты и палочку, поколдовал над ними, а затем протянул галеон девушке. – Будешь сама назначать время. – Я и так могу уже с точностью сказать: встретимся завтра в восемь. Как добираться – ты знаешь. Я уже думаю над планом разоблачения Отряда Дамблдора. – И у меня есть небольшая идейка касательно этого, – ухмыльнулся Малфой. – Не первый день думаю над этим. Завтра узнаешь. Уже вечереет. Пошли в дом. Они направились в поместье. – Ты так и не ответил: где пропадал целую неделю? – В гостях у Забини. – Избегал меня? – Да, раз уж ты так не хотела меня видеть… Воцарилось молчанье, в котором они дошли до особняка. Предстояло многое сделать. И завтра Алекс наконец-то получит свою волшебную палочку. Очередные перемены, решающие её жизнь, были уже не за горами, но она справится. Обязательно справится.