Не лги мне

-Покажите материал. -Умно, уважаю. На экране высвечивается фото с балкона, где Бин курит очередную сигарету. -Это началось в девятом классе, - начал свою историю Бин. -Я так и знал,что не стоило вообще пробовать это. Чан говорит спокойно, не злиться и не винит Чанбина. Никотиновая зависимость - это не шутки. -Я обещал, что не свяжусь с этим, но не смог сдержать обещание. -Это затягивает? -Именно... -Сделал затяжку и тебя затянуло, Бинни~ Ведущему всё это казалось чем-то смешным и весёлым, бессердечная тварь. -Заткнись, рявкнул Со, сжимая кулаки. -Это вовсе не смешно, ясно? Ты не представляешь, как с этим тяжело бороться... Первое время я старался, не заходил в ларек за сигаретами, пытался о них не думать, но чёртова ломка... Я буквально набрасывался на родных без каких либо причин, я срывался на сестре и, в конце концов, бежал в ларек, снова и снова, пока окончательно не погряз в этом дерьме. Мне нравится, нет даже не так, меня успокаивает то чувство, когда табачный дым заполняет мои лёгкие, когда глаза слезятся и на языке такой хуёвый, но такой нужный мне горький привкус. И выкинуть пачку из кармана, кажется, намного тяжелее, чем выкинуть любимый телефон с окна. Я надеюсь, что друзья, то есть вы, меня поймут и поддержат... Чанбин заканчивает говорить облегчённо выдыхая. -В общем... Эта проблема и в правду тяжёлая, но мы поможем тебе также, как будем стараться помочь Хёнджину! Чонин улыбается, оголяя белоснежные зубки. Остальные кивают в знак согласия, а Чан даже показывает два пальца в верх.

Приятно, когда друзья поддерживают и понимают тебя.

-Хорошо, Бинни~, ты огромный молодец, что смог признаться своим друзьям без слёз и соплей! - с приторной сладостью в голосе говорит ведущий -Думаешь это так просто? Это нормально плакать, рассказывая о том, что тебя очень сильно тревожит! То, что я не плакал, не значит, что мне сейчас не больно! И вообще-то... На экране резко появляется фотография, на которой прекрасно видно парк, в котором парни находятся. В кадре стоит Со и докуривает сигарету, нервно поглядывая на друзей, что стоят в сторонке. -Это фото было сделано сегодня, он не смог отказаться от сигарет даже на один вечер. -ЗАТКНИСЬ! ТЫ НИКОГДА НЕ ПОЙМЁШЬ, КАКОГО ЭТО! - Со всё-таки не выдерживает, громко всхлипывая. -Бинни~, всё хорошо, успокойся, ладно? Хёнджин улыбается, стараясь подбодрить старшего. Чанбин закрывает глаза, прогоняя солёные слёзы. «Я смогу, я справлюсь, у меня есть друзья, они мне помогут...» -Чёрт, ребят, у нас осталось пол часа... Сынмин смотрит на время, покусывая нижнюю губу. -Я..я...я расскажу... Выдавливает из себя самый тихий из всех за всё это время Ликс. Взгляды парней приковываются к Феликсу, и они, "мальчишки-ушки-на-макушке", ждали когда тот начнет свой рассказ. -Сегодня было довольно жарко не так ли? Но я пришёл в длинных джинсах... Дома я тоже хожу в длинных штанах, и даже на пляж я иду в вещах, что закрывают мои ноги, потому что я их ненавижу... Он горько усмехается.

«Какой же ты жалкий, Феликс...»

Парни удивлённо смотрят на Феликса. Жизнерадостный, энергичный и солнечный паренёк, вдруг заявляет о таком. -Раньше... Был человек, который помогал мне с этим справиться, но... Я не знаю, где он сейчас. Первое время, что он не писал мне и игнорировал мои сообщения, я думал, что я ему больше не нужен, и что он забудет обо мне. Что найдёт кого нибудь, кто будет полностью уверен в себе, того кто не будет доставлять ему кучу проблем. Но потом, когда я узнал, что ни родные, ни друзья не видели его после нашей встречи, я понял что ошибался. Я, как делают все, когда у них появляется зависимость или что-то в этом роде, держал себя в руках. Я постоянно напоминал себе слова Юнхо, слова о том что мои ноги прекрасны, и что я не должен колечить себя. Но всё закончилось тем, что я не выдержал, у меня началась истерика, и во время этой самой истерики я оставил на своих ногах очень и очень много порезов... Феликс перевел взгляд на экран и очень громким, но немного дрожащим голосом сказал: -Можете освободить мои руки? Оковы послушно открылись, Ликс немного размял кисти рук и принялся поднимать штанину. Сначала одну, потом другую. Как делал это дома, перед тем как изуродовать свои и без того "уродливые" ноги. Белоснежные ноги были все в порезах, свежих и уже заживших. Было очень много шрамов, как больших, так и маленьких. Несколько синяков красовались чуть выше колена, а самый глубокий порез наоборот чуть ниже. -Как-то так... Парни испуганно смотрели на ноги Ликса. Руки Чана начали немного трястись, а Чанбин закрыл глаза, не желая смотреть на это. -Феликс... -Я не хочу слышать комментарии... Давайте мы поговорим об этом тогда, когда я буду готов, да и тем более времени у нас катастрофически мало. Парень как ни в чём не бывало спускает штанину, снова сначала одну, потом другую, и кладёт руки на место, давая металлу снова охватить их. -Хорошо... А на экране тем временем выходит видео, где Феликс, весь в слезах, проводит лезвием ножа по ногам. Кровь капает на пол, марая белый кафель. Феликс вытирает слёзы, кидая нож в сторону. Громко кричит и бьёт себя по коленям. Размазывает кровь что осталась на кулаках по стенам и обессиленно падает на спину, больно ударяя голову о пол. -В-выключите, пожалуйста... Феликс опускает голову и прячет мокрые глазки за чёлкой. Видео выключается и из колонки слышится тихое копошение. -Чёрт, где же он? -Босс, что-то случилось? -Не могу найти его номер... Тихо говорит ведущий, не знающий о том, что микрофон включён. -И что теперь...? -Мы должны забрать его телефон. -Будет сделано, Босс! -И хватит называть меня так! -Слушаюсь, Босс.