I missed you

-…И я подумал, если мы наладим товарооборот, это поможет создать… Англия с трудом заставляет себя сосредоточиться на монотонно шелестящем голосе Канады, который сидит напротив него со своим извечным медведем на руках. Это было предложение Мэтью – встретиться и обсудить внешнюю торговлю (ничего удивительного, парень выводит свою страну на международную арену и делает это довольно успешно), вот только последние дни Керкленд не в настроении не то что говорить о делах, но и просто выносить кого-либо рядом с собой. Если это, конечно, не… Англия трясет головой и даже зажмуривается на мгновение, стараясь выбить неясные мысли об одном американце, на которого так похож сидящий перед ним Мэтью. Нет, Артур их никогда не перепутает: разве можно принять кого-либо за его неповторимого Альфреда (Англия бы даже под страхом смерти не признался, что «неповторимый» — одно из его личных определений Америки). Но светлые волосы Мэтью, очки – все это так… до странного напрягает. Ну, вот какого черта этот идиот не приходит к нему уже вторую неделю? Подумаешь, разругались. Раньше же приходил, а сейчас что, кроссовки новые – испачкать боится? Или нового лидера опекает? Вечно они ему с приветом попадаются… Нет, сейчас Англия не должен об этом думать, не должен думать об этом треклятом Джонсе…чтоб на него Статуя Свободы упала! -Мистер Англия, вы в порядке?— словно издалека доносится до него тихий обеспокоенный голос Канады. Артур вдруг осознает, что прожигает невидящим взглядом стол, до боли сжимая в ладони ручку. Корпус, кажется, треснул под пальцами… Нет, лицо Англии как всегда спокойно и непроницаемо, но в глаза ему сейчас лучше не заглядывать. -Да, продолжай,— хрипло отзывается он, облизывая пересохшие губы. В голове настойчиво пульсирует «идиот, раздолбай, болван», и это совсем не относится к показателям товарооборота, которые сейчас говорил ему Канада. И сам Мэтью это, кажется, прекрасно понимает, стоит только кинуть взгляд на растерянное лицо и напряженные плечи. Тонкие пальцы нервно прижимают медведя, а тот только щурит умные черные глаза-пуговки. Это тоже напрягает. Медведь медведем, а смотрит – будто в душу глядит. Канада по-прежнему молчит. -Мэтью, продолжай,— сдерживая раздражение, повторяет Керкленд, силясь вспомнить, о чем говорил ему собеседник. Когда он в последний раз был так рассеян на переговорах? Нельзя так нервничать, Артур, нельзя… В конце концов свет клином не сошелся на этом идио… Мысли вновь уходят в сторону. Так, это уже слишком, надо сосредоточиться на работе. Хорошо еще, что Канада – честный и в общем-то порядочный парень, в отличие, например, от своего незабвенного наставника. Тот уж не упустил бы случая подмахнуть пару левых соглашений… Канада тем временем пожимает плечами, вновь пробегает печальным взглядом по листам перед ним и продолжает шуршащим голосом. -И если сравнить… Нет, ну какого черта он даже не звонит! Упрямый до ужаса! Кто его вообще таким воспитал? – увлеченный своими мыслями, Англия даже не замечает в них пару несоответствий, – Пропал – как в воду канул! Наверное, сейчас играет у себя дома в видеоигры или смотрит ужастики…или снова гостит у Японии… Англия беззвучно выдыхает сквозь зубы, неосознанно доламывая пальцами ручку. Ну почему именно на переговорах его так клинит? Так опозориться перед Мэтью! -Мистер Англия, давайте все-таки позже закончим? – в голосе Канады, вновь возвращающем Артура в реальность, слышатся несчастные, практически умоляющие нотки. Раздраженный Керкленд – не самое приятное зрелище. Хорошо еще хватает ума не срываться на людях, так похожих на… -Ну, если ты просишь…— под тонкой маской безразличия чувствуется холодная ярость. Такая, что просто перемахнул бы Атлантику да как врезал бы этому упрямцу. А потом… Но, в конце концов…разве смог бы Англия первым пойти на мировую? Как не раз делал сам Альфред для него. Подойти и сказать что-нибудь в духе: «ОК, давай забудем эту ссору!... I missed you…» Даже сам Керкленд сильно сомневается в таком исходе. Он с каменным лицом провожает Канаду до дверей. Медведь что-то тихо бормочет про долгую дорогу и скорый ужин. Уже на пороге Канада вдруг оборачивается. Мнется и теребит ухо мишки. Тот, впрочем, кажется, не против, только продолжает так же изучать черными бусинами глаз. -Может…— он сбивается, встречая холодный взгляд зеленых глаз, но продолжает чуть громче. Англии даже немного любопытно, что хочет предложить этот парень. Совсем немного. -Может ему что-то передать? На мгновение Англия забывает, как дышать: выдох застревает где-то в горле – ведь Керкленду совсем не нужно говорить, о ком идет речь. Но откуда он… Мэтью продолжает смотреть на него: скромный, проницательный и несколько грустный взгляд. И абсолютно понимающий. Артур заставляет себя выдохнуть. Если Мэтью так быстро понял в чем причина такого ужасного настроения Англии, то скрывать это не имеет смысла. -Скажи ему…— уставившись в пол, глухо начинает он и замолкает. Скажи ему, что я люблю его. Скажи ему, что я скучаю. Скажи ему, что он единственный, кто мне нужен. -Скажи ему…— на бесстрастном лице появляется тень ухмылки. Сжатые до боли кулаки расслабляются. -Ничего не говори. Это ведь гордость, да?... Или глупость? Продолжая неподвижно стоять у стены, он словно через плотную подушку слышит, как закрывается за Мэтью дверь.