Теперь я тоже тебя люблю

Сокджин настаивал, чтобы Чимин ещё день отдохнул, но омега заверил его, что чувствует себя уже лучше, поэтому отправился к Юнги после обеда. Он знал, что сам альфа был в это время на работе, но надеялся на то, что его родители примут Чимина и позволят ему провести время с Кихёном, пока Юнги не приедет. Такси остановилось перед воротами, где Чимин переговорил с охраной по селектору, что был встроен в ворота, и его впустили. Видимо, распоряжений по поводу него не давали, что, конечно же, омеге на руку. Особняк был двухэтажным в современном стиле, симпатичным на вид и ухоженным, но у Чимина он не вызывал светлых чувств, так как тут он вышел замуж за Юнги, а потом несколько раз приезжал на ужин к его родителям, где каждый раз чувствовал себя не в своей тарелке под пристальными взглядами старших. Хотя, стоит отметить, что старшие Мины не проявляли к Чимину агрессию или неприязнь, но и особого желания с ним общаться тоже не выказывали. Чимин отпустил такси и прошёл к двери, которая тут же перед ним открылась, и его в дом впустил молоденький омега-прислужник, который проводил его в зал, сообщил, что хозяева вчера уехали отдыхать в жаркие страны, и попросил подождать. Чимин не успел спросить, кого именно ему нужно ждать, так как омега быстро поклонился и буквально испарился на глазах, оставляя его одного, и Чимин присел на диван, прислушиваясь к звукам дома. Значит, родителей Юнги нет в городе. Неудивительно. Они часто путешествовали, поэтому застать их дома можно было редко, и, получается, даже рождение внука не изменило их планы на очередную поездку. Возможно, Юнги вернётся раньше с работы? А может он сегодня вообще не уезжал и сейчас проводит время с сыном? Мысли омеги прервали торопливые шаги и Чимин повернулся в их сторону, тут же цокнув от досады, так как к нему спешил бета Ибо с перекошенным от гнева лицом. — Ты зачем сюда приехал? Ты привёз документы на развод? Мог бы по почте прислать, не стоило так утруждаться. Давай их сюда и выметайся. Тебе здесь не рады. — Мне необходимо поговорить с Юнги. Он дома? — Нет, он на работе. Где документы? — Я не подпишу их, пока не поговорю с ним. Если его нет дома, я подожду. Где Кихён? Я хочу увидеть его. — Какой же ты нахал! Уходи сейчас же! Выметайся вон! — закричал бета. — Вы не имеете права меня прогонять, — Чимин лишь немного повысил тон, но в целом был спокоен. — Я не к вам пришёл. И это не ваш дом. Вы тут всего навсего прислуга. — Ошибаешься, гадёныш. У меня много прав в этом доме, и главное это то, что я могу вышвырнуть того, кого не рады здесь видеть. Охрана! Выведите этого молодого человека за ворота. И больше не впускайте его никогда. На зов беты тут же явились два рослых альфы в униформе охраны и с наушниками в ушах, подхватили Чимина под руки, приподняли его и просто понесли к выходу. Чимин вначале брыкался и пытался выбраться, громко крича, а потом повис в сильных руках, молча наблюдая, как его быстро несут к воротам. Его аккуратно поставили на землю за воротами, синхронно поклонились и так же вместе ушли на территорию особняка, не забыв проверить, защёлкнулись ли автоматические ворота. Чимин от досады топнул ногой и выругался в адрес злобного старикашки, возомнившего себя хозяином. Даже с сыном не дал повидаться, хотя это как раз неудивительно. Чимин осмотрел ворота и прошёлся вдоль каменного забора, снова цокая от досады: прутья толстые и витые, расстояния между ними мало, а забор высокий и гладкий, точно не перелезть. И что теперь делать? Уезжать домой и смириться с потерей сына, или караулить Юнги там, где он бывает? Вылавливать его под офисом не вариант, ведь он может выйти как через основные двери здания, так и через другие, или вообще выехать с подземной парковки, а самого Чимина дальше проходной вряд ли пропустят. Так что там огромные шансы упустить его. Поэтому Чимин решил дожидаться его здесь, прямо под воротами его особняка. Так он точно его заметит, когда будет проезжать. Чимин сел прямо на асфальт посреди дороги, опёрся спиной на ворота, хотя это было плохой идеей сидеть на солнце. Минут через пять к нему подошёл охранник, попросил уйти от ворот и пригрозил полицией, и Чимину пришлось отойти в сторону. Он прошёл дальше вдоль забора и сел в тени дерева, настроившись терпеливо ждать. Джин звонил, спрашивал о самочувствии и Чимин заверил его, что с ним всё в порядке. Позже он даже смог задремать, когда его разбудили тихим покашливанием. Перед ним стоял немолодой уже альфа, в джинсовом комбинезоне, клетчатой рубашке и шляпой на голове. Лицо у него было доброе и приветливое, он улыбался, глядя на омегу, а в руках держал тарелку и бутылку с водой. Чимин тут же вскочил и сделал лёгкий поклон, а незнакомец в ответ поклонился ему ещё ниже. — Здравствуйте, господин. Не надо мне кланяться. Я же простой садовник. Не надо, господин. Вот, я принёс вам покушать. Вы тут уже два часа сидите, вот я и подумал, что вы проголодались. Держите. Это вкусно. Я умею готовить. — Вы садовник в усадьбе Мин? — подозрительно спросил Чимин, принимая тарелку с божественно пахнущим овощным супом с водорослями. — Да. Меня зовут Ю Ханю, но все зовут просто садовник Ю. Я здесь уже сорок лет работаю. Каждую травинку знаю не только в усадьбе, но и вокруг неё. Держите ложку. Кушайте, господин. Уважьте старика, — Чимин осторожно попробовал первую ложку супа, а потом стал быстро есть, так как он действительно был вкусным. Альфа помолчал немного, а потом заговорил: — Я видел как вредный Ибо выставил вас из дома. Он тут главный среди прислуги, управляющий, имеет огромную власть над всеми ними. Без его ведома даже мыши в подвале не плодятся. Хозяева ему всецело доверяют и он хорошо ведёт хозяйство, но характер у него отвратительный. Когда он с вами жил всё это время, мы без него здесь как на курорте были, но стоило ему вернуться в дом, как снова стал всех изводить своими придирками. Сварливый старикашка. А я видел вас на свадьбе. Вы были таким красивым, хоть и грустным. Я любовался вами и радовался, что маленькому Юнги достался такой красивый и милый супруг. Жаль, конечно, что у вас не заладилось. Вы очень красивая пара. Вы же Юнги ждёте здесь? Он приедет только вечером. Я слышал, как он это Ибо утром говорил. У него сегодня очень важная деловая встреча, от которой многое зависит. Не знаю, о чём это он говорил, моё дело цветы выращивать, да сорняки убирать. Это сварливый старикашка в курсе всех его дел, мне же никто не докладывает ничего. Понравился вам суп, господин? Могу добавки налить, если хотите ещё. Юнги-я приедет только через три часа, поэтому приглашаю вас в мой скромный домик, подождать его там. Вы сможете отдохнуть на диване, вам сейчас вредно сидеть на земле, вы же ещё не восстановились. — А вы не боитесь Ибо-ши? Он охране приказал не впускать меня в дом, — поинтересовался Чимин. Пожилой альфа нравился ему, и ждать Юнги в комфортных условиях намного лучше, чем тут под деревом, но он не хотел, чтобы Ибо ругал альфу. Да и в туалет жутко хочется. Садовник усмехнулся и сказал: — Этот сварливый старикашка мне не указ. Я работаю здесь столько же, сколько и он, и никогда ему не подчинялся, так как он ничего не соображает в садоводстве. Я не лезу в дом, он не лезет в мой сад. У нас давний с ним уговор. Так что не бойтесь, господин. Следуйте за мной. Садовник Ю забрал у Чимина пустую тарелку, вручил ему бутылку с водой, помог подняться, а потом пошёл в противоположную от основных ворот сторону вдоль забора. Чимин последовал за ним, и вскоре они остановились у дверцы в заборе, которую альфа отпер ключом, отступил, пропуская омегу вперёд, а потом закрыл её. По дорожке они пошли к небольшому домику, что стоял за особняком, укрытый садовыми деревьями от взглядов обитателей особняка. Чимин и раньше поражался идеальному порядку на огромной территории, но всегда думал, что тут работают несколько садовников, о чём он тут же и спросил альфу, но оказалось, что Ханю сам трудился, лишь иногда приглашал в помощь наёмных работников. Войдя в домик, Чимин тут же скрылся в туалете, а после сел на разрекламированном диване и разглядывал обстановку. Вскоре вернулся альфа, принёс ему огромную миску душистой крупной клубники и Чимин с удовольствием ел её, в благодарность слушая болтовню альфы. Садовник Ю так красноречиво рассказывал о цветах, деревьях, правилах посадки и прочих премудростях своей деятельности, что Чимин с удовольствием его слушал и задавал вопросы. За интересной беседой время быстро пролетело и садовник, глянув на часы, сказал, что Юнги должен приехать примерно через полчаса. Чимин тут же подскочил, сказал, что пойдёт ждать его у ворот, и альфа проводил его той же дорогой, на прощание указав на камеру, что висела над воротами и медленно крутилась из стороны в сторону. Чимин и сам её давно заметил, поэтому не собирался появляться в поле её зрения, чтобы охранник снова его не прогнал. Начало уже темнеть, когда огромные ворота неожиданно стали открываться, а вскоре на дороге показался чёрный автомобиль с тонированными стёклами. Чимин побежал ему навстречу, махая руками и громко крича: — Юнги! Юнги, нам надо поговорить! Юнги! Пожалуйста, Юнги. Да пусти ты меня! Мне нужно с ним поговорить. Юнги! Чимин отталкивал охранника, который вырос как из-под земли и тут же прижал к себе омегу, не пуская его бежать за автомобилем, который остановился уже у дома. Чимин увидел, как Юнги вышел из машины, оглянулся на него, а после не спеша поднялся по ступеням, скрываясь в доме. Чимин повернулся к верзиле и в отчаянии сказал, указывая пальцем на дом: — Скажи ему, что мне необходимо с ним поговорить! Я его муж, он обязан меня принять. Чего ты стоишь? Ты разговаривать умеешь? А? — Чимин повернулся к альфе, заглядывая ему в каменное безэмоциональное лицо, а потом отошёл от него. Чимин дёрнулся, собираясь побежать к дому, но в тоже мгновение был пойман. Альфа его как пёрышко поднял, повернул вокруг себя, и поставил возле самых ворот, явно намекая на то, что Чимин должен уйти. Но Чимин наоборот топнул от злости ногой, сжал свои кулачки и бесстрашно выкрикнул в лицо альфе: — Вот как?! Прекрасно! Тогда я тут буду сидеть до тех пор, пока он не согласится меня принять! А если ты и дальше меня будешь прогонять, как бездомного пса, я на тебя в суд подам! Я его муж, ты не имеешь права так со мной обращаться. Чимин отошёл от охранника на пару шагов и осмотрелся, выискивая место, где он может хоть с каким-то комфортом устроиться, как вдруг услышал, что в наушнике альфы раздался голос. Охранник прижал пальцами наушник к уху, слушая, что ему говорили, а потом ответил: — Принято, — после чего посмотрел на омегу и сказал: — Господин Мин приглашает вас в дом. Проходите. — Ну, наконец-то! Я сейчас всё ему выскажу. Чимин чуть ли не бегом припустил к дому, но потом замедлился, начиная волноваться. Им предстоит серьёзный разговор и вряд ли его результат будет в пользу Чимина. В зале его встретил всё тот же омега и, кланяясь, указал направление, в котором следует ему двигаться. Чимин даже не взглянул на бету Ибо, что стоял в коридоре и сверлил его взглядом. Подслушивать собрался? Чимин вошёл в кабинет, закрыл за собой дверь, прижался к ней ухом и замер, а после резко открыл дверь, выглядывая в коридор и заставая бету с поличным, который действительно близко подошёл к двери и собирался подслушивать. Увидев омегу, бета гордо вздёрнул нос, расправил плечи и медленно пошёл по коридору, после скрываясь за поворотом. Чимин буркнул пару нелестных ругательств в его адрес, а потом вернулся в кабинет, где за всем этим действием спокойно наблюдал Юнги. Чимин замер, во все глаза его разглядывая. Юнги был без пиджака и в белоснежной рубашке, верхние пуговицы которой были расстегнуты, обнажая красивые ключицы и мощную шею. Чёрные, немного отросшие волосы были зачёсаны назад, открывая взору безупречное бледное лицо с печатью усталости на нём. Он сидел за столом, откинувшись на спинку кресла, и руки сложил на животе, при этом внимательно смотря на омегу. Они оба молчали, продолжая друг друга разглядывать, и Юнги это вскоре надоело, хоть он безумно соскучился по Чимину. — Что за цирк ты устроил? — сказал он первое, что пришло на ум. Чимин тут же отмер, неопределённо взмахнул рукой и пожаловался: — Ибо-ши возомнил тут себя хозяином и вышвырнул меня из дома, а после охрану натравил. И сейчас подслушивать нас собрался, вот я и спугнул его. Вредный старикашка… — Дядюшка Ибо воспитал меня и он действительно как член нашей семьи, поэтому ты должен уважать его. Хотя зачем тебе это знать? Ты же не собираешься здесь… неважно. Зачем ты пришёл? — Я… я… хотел… нам надо поговорить, — у Чимина внезапно все мысли вылетели из головы. — Проходи, садись и объясни цель своего визита, — скомандовал Юнги и Чимин тут же выполнил всё. Он сел в кресло перед столом, хотел уже начать говорить, как вдруг ощутил запах альфы. Чимин с громким щелчком захлопнул рот и сделал глубокий вдох, чувствуя, как щёки неумолимо заливаются румянцем. Он думал, что после родов запах альфы ему снова станет отвратительным, но нет, сейчас он опять кайфует, вдыхая его полной грудью. И к чему эта идиотская неосознанная радость от понимания того, что Юнги не путался с другими омегами, иначе его запах не был бы таким насыщенным и густым? Чимин попытался взять себя в руки, спокойно посмотрел на альфу и сказал: — Юнги… — он запнулся, заметив как альфа едва заметно вздрогнул от своего имени. Так как он молчал, Чимин продолжил: — Я хочу видеть сына. — Хорошо, — тут же отозвался Юнги. — Можешь с ним видеться. В договоре этот пункт прописан, как и в документах на развод. Думаю, тебе удобнее будет приходить к нему вечером, ведь днём ты учишься. С четырёх до шести тебе будет достаточно? Или можешь другой период выбрать. Я домой после семи приезжаю, так что встречаться с тобой вряд ли будем. — Нет, ты не понял. Я хочу видеть его постоянно. Я хочу жить с ним и воспитывать его. — То есть ты не хочешь разводиться и будешь жить со мной как нормальный супруг? — осторожно уточнил альфа. — Нет. Я не хочу этого. Я не передумал по поводу развода, но если после подписания бумаг ты заберёшь у меня сына, то я тогда не хочу разводиться. — То есть ты хочешь жить здесь, воспитывать ребёнка, пользоваться положением, что даёт тебе статус моего мужа, но при всём при этом не собираешься снова пускать меня в свою постель. Я правильно понял? — Да, в целом всё верно. — Ты меня разочаровал, Чимин. Я и не подозревал, что ты считаешь меня идиотом. Я не собираюсь быть тебе фиктивным мужем. Перечитай контракт, который ты подписывал, будучи беременным. В случае если ты передумаешь разводиться, этот контракт аннулируется и остаётся в силе старый контракт, где ты являешься моим полноправным мужем. Ты сможешь жить здесь, распоряжаться как хозяин, но и исполнять свои супружеские обязанности ты тоже должен будешь. — Но там не было ничего такого. Мы потом на словах договорились… — попытался возразить Чимин. — И раз развода нет, то все прежние договорённости тоже в силе, — с нажимом продолжил Юнги. — Я буду приходить к тебе в любое время суток и ты обязан будешь принять меня и ублажить. — Ты снова меня принуждаешь, — проговорил Чимин, сжимая кулаки. — Ничего не изменилось. Ты не изменился. — А с чего мне меняться? Я свою часть договора выполнил: не появлялся в твоей жизни всю беременность и никак тебе не надоедал, хотя имел на это полное право, а ты вместо того, чтобы отдать мне сына, выполняя свою часть уговора, теперь вместо пары часов свидания требуешь полноправного участия в его жизни, настаивая при этом на разводе. Я понимаю, что в тебе проснулись родительские чувства к Кихёну и даже рад этому, но ты сам подписывал договор. Там не было и слова о совместной опеке после развода. Либо развод и Кихён живёт со мной, и ты изредка его видишь, либо забываешь полностью о разводе, и мы живём, как настоящие супруги. Другого не дано. Выбор за тобой. Чимин кусал губы, раздумывая над словами альфы. Он прав. Чимин тогда совсем не думал о том, что захочет сам растить сына, поэтому и не заморачивался сильно, а вот Юнги всё продумал и просчитал. Омега загнан в очередной тупик. Юнги не торопил с ответом, молча разглядывая супруга, на лице которого отражались все его душевные муки. Пусть молчит хоть до утра, главное, что у Юнги появилась уникальная возможность смотреть на него вблизи и живьём, и дышать его природным ароматом, по которому безумно соскучился. Чимин сделал глубокий вдох, как будто решаясь, а потом проговорил: — Я хочу увидеть Кихёна, — Юнги задумался на пару мгновений, а потом кивнул и встал с кресла, кинув короткое: — Пойдём. Чимин последовал за альфой. Они вышли из кабинета, прошли по коридору и поднялись на второй этаж, где был длинный коридор, куда выходило целое множество дверей. Чимин и не думал, что дом внутри такой большой. Визуально так не казалось. Детская была просторной и уютной. Колыбелька младенца стояла у стены, недалеко от окна. В кресле возле кроватки сидел полненький бета с добрым лицом, скорее всего няня, что следил за малышом. Чимин подбежал к колыбельке и заглянул в неё, с любовью разглядывая спящего сыночка. Кихён явно почувствовал присутствие папочки, так как тут же проснулся и закряхтел. Чимин осторожно взял его на руки, бережно прижимая к себе, а потом расцеловал маленькое личико. Как же он соскучился по нему! Слёзы сами покатились по щекам, но Чимин не обращал на них внимания, продолжая прижиматься губами ко лбу младенца и вдыхая его запах, смешанный с запахом Юнги. Сам альфа стоял в стороне, сложив руки за спиной, и с не меньшим волнением наблюдал за Чимином. Такое потрясающее зрелище — любимый омега с их сыном на руках. Он так погрузился в свои мысли, что вздрогнул, когда Чимин сказал: — Я согласен. Юнги откашлялся прежде чем сказать недовольному Ибо, что тенью явился за ними в детскую: — Дядюшка, приготовь для Чимина персиковую комнату. Он остаётся здесь жить. — Персиковую? Я думал, ты поселишь его в голубой комнате, — в голосе беты сквозило такое недоумение, что даже Чимин повернулся к ним, но тут же отвернулся, стоило ему встретиться взглядом с Юнги. — Нет, дядюшка. Пусть живёт в персиковой. И покорми его чем-нибудь вкусным. Охрана сказала, что он тут весь день сидел. — Хорошо, я подготовлю комнату. Ману проводит господина Чимина в столовую, где ему подадут ужин. Бета сделал лёгкий поклон и вышел, а за ним хотел выйти и няня, но Юнги дал ему знак остаться. Пока Чимин размышлял над тем, какой вежливый и милый с ним Ибо в присутствии альфы, он подошёл к нему сзади, погладил сына по голове, а потом поцеловал его в лоб, склоняясь при этом над омегой. Чимин хоть и напрягся от близости альфы, но почувствовал непонятный ему укол разочарования из-за того, что Юнги не прикоснулся к нему, хотя спокойно мог обнять за талию или за плечи. — Его нужно распеленать и покормить. Няня Ману тебе всё покажет и расскажет. И Юнги вышел из детской, хотя в его планах было провести вечер с сыном. Только вот Чимин изменил все его планы. Как только за альфой закрылась дверь, бета Ману тут же поклонился, расплылся в милой широкой улыбке и заговорил, да так быстро, что Чимин иногда не успевал воспринимать его поток слов. Он за пятнадцать минут успел рассказать не только о том, как ухаживать за ребёнком и что именно необходимо делать, но и о своей жизни, и жизни всех многочисленных своих родственниках, которые жили по всему миру. Он перескакивал с темы на тему, при этом делая всё необходимое с Кихёном. Такое ощущение было, что Ману молчал двадцать лет и только сейчас ему дали возможность выговориться. Чимин вначале пытался и смотреть, и слушать, а потом бросил это дело, и обратил всё внимание на сына, запоминая всё, что делал Ману. Спуститься в столовую Чимин смог только через час, и то потому что Ману чуть ли не за руку его стал тянуть, так как Кихён уже давно спал сытый и довольный. В столовой его ждал тот самый молодой омега, что впустил его днём, и Чимин узнал, что зовут его Солар, и в его обязанности входит помощь по кухне и уборка комнат. Солар тут же поставил перед Чимином большую тарелку дымящегося густого супа из баранины и лапши, маленькие мисочки с мясом и различными солениями, а также свежую выпечку и сладкий фруктовый напиток. Чимин с удовольствием поел и уже доедал последний хрустящий круассан с шоколадом, когда в столовую вошёл бета Ибо и сказал: — Ваша комната готова. Солар вас проводит и всё вам покажет. Я также распорядился, чтобы привезли кое-какие ваши вещи из квартиры, так как я так понимаю, там вы пока жить не будете. Прежний водитель в полном вашем распоряжении, можете вызывать его в любое время и ехать, куда вам угодно. Я надеюсь, что вы не будете против того, чтобы вам готовил и прислуживал Солар, так как у меня в этом доме другие обязанности. Ибо не стал ждать ответ, развернулся и медленно вышел, догадываясь, что Чимин корчит ему рожицы. Солар осмелился прыснуть от смеха в кулачок только после того, как бета вышел за дверь, так как сильно его боялся. Чимин перестал кривляться и допил сок, после чего поблагодарил омегу и они пошли в его спальню. Его комната находилась через две двери от детской и была такой же просторной, как и остальные. Персиковой она называлась потому, что всё в комнате было отделано в этом цвете от стен до мебели и постельного белья. Солар сказал, что так задумал папа Юнги, и что в доме есть комнаты чуть ли не всего цветового спектра. Кстати, детская Кихёна была светло-голубой, а кабинет Юнги содержал в себе коричневые и чёрные цвета. Чимин изъявил желание ознакомиться со всем домом и Солар с готовностью пообещал провести ему экскурсию. Чимин принял душ, заглянул к сыну, посидел с ним немного, а потом вернулся в спальню, гадая придёт ли к нему сегодня Юнги. Конечно, сексом они не смогут заняться, так как у Чимина только всё начало заживать после родов, но от оральных ласк вряд ли альфа откажется. Только вот он так и не появился, а Чимин очень быстро уснул. Утром его разбудил мобильный и Чимин спросонья не сразу понял, что звонит ему Тэхён. Он рассказал ему абсолютно всё, что произошло вчера, и Тэхён возмутился поведением альфы, после чего обещал с ним поговорить, но Чимин попросил не вмешиваться. Пусть будет как будет. Он умылся и переоделся, после чего сразу же поспешил к Кихёну, где узнал от Ману, что хозяин с утра целый час провёл с сыном, а потом уехал на работу. Чимин поцеловал ребёнка, чувствуя на нём запах его отца. В груди слабо защекотало и Чимин не смог бы с точностью назвать причины этого чувства. К сожалению, Чимину необходимо было бежать на учёбу, и, садясь в машину, он боялся, что вечером его не пустят обратно, но его страхи не оправдались и он снова не выпускал сына из рук весь вечер, не в силах насмотреться на него.

***

Юнги сидел в своём шикарном кабинете, расположенном на предпоследнем этаже зеркальной высотки, которую несколько лет назад специально построили для его холдинга. Работы было много, но Юнги уже довольно давно просто сидел и смотрел в столешницу, пребывая в прострации. Он даже не отреагировал, когда Хосок с шумом ворвался к нему, громко хлопая дверью. Альфа упал в кресло и со скрипом придвинулся к столу, облокотился на него локтями и спросил: — Ты, правда, собираешься жить с Чимином как раньше? — Юнги и тут проигнорировал друга, поэтому Хосок стал щёлкать пальцами и махать ладонью перед его лицом, громко говоря: — Эй, Юнги-я! Ты меня слышишь? Приём, приём. Юнги, выйди на связь, не пугай меня, вернись. Фух, напугал. Думал, ты с ума сошёл от счастья. Так что ты решил? Опять на те же грабли? — Нет. — Такой ответ не устроил Хосока и он издал несколько возмущённых вскриков и междометий, а Юнги наконец-то оторвал глаза от стола и посмотрел на друга, проговорив: — Я обещал Чимину даже пальцем его не трогать, если он родит мне сына. Ты знаешь, я свои обещания всегда держу. — Знаю. А как же тогда твои слова о супружеском долге? — Запугивал его. Думал, он отступит и даже ради сына не согласится больше на то, чтобы я… чтобы быть со мной. Но он и тут прогнулся. Готов снова меня терпеть, лишь бы с Кихёном быть. — Ты сказал ему, что улетаешь жить в Японию? — Нет. Не смог. Он так обрадовался, увидев сына. Не хотел ему портить радость от встречи. — Но ты же уже давно всё решил. Всё равно ведь уедешь, — грустно сказал Хосок, выгибая губы грустным смайлом. — Ты сдал билеты? — Поменял на другую дату. Через две недели всё равно придётся лететь в Токио для подписания контракта. Или ты хочешь? Давно ты не был в командировке. — Нет, нет! — замахал руками Хосок. — Нет, Юнги-я, я не могу. У Тэхёна течка будет, и мы уже давно всё распланировали. Давона заберут к себе мои родители, хотя родители Тэхёна тоже хотели. У них настоящая война идёт за внука. Так что неделю меня на работе не будет. Ты знаешь, течки супруга я никогда не пропускаю. — Вечно отмазку находишь, — буркнул Юнги, не в силах скрыть слабую улыбку. Хосок мило захихикал и отвлёкся на свой телефон, поэтому не сразу заметил, как взгляд Юнги неожиданно потяжелел и стал напряжённым. Но когда увидел, тут же отреагировал, выпрямляясь в спине и убирая руки со стола. — Что? Что такое? Ты чего? — затараторил Хосок. Юнги улыбнулся и медленно произнёс: — Да так… просто… никак слова Тэхёна не выходят из головы о нас с тобой. И сейчас представил, как бы ты сладко стонал подо мной на этом столе, — Хосок отвёл взгляд и его щёки мило зарумянились. Юнги забавлялся его реакцией, а потом сам прилёг на стол, разводя локти в стороны и переплетая пальцы перед собой. — Молчишь. И ничего не имеешь против своей позиции? Ты представлял нас вместе? Хосок ещё больше покраснел, а потом нервно рассмеялся, отсаживаясь в кресле от стола. Скрывая смущение за улыбкой, он проговорил: — Воздержание плохо на тебя влияет, Юнги-я. Твои мысли пошли не в том направлении. Некоторые фантазии так и должны оставаться фантазиями, и знать о них никто не должен. Тебе необходимо снять сексуальное напряжение. Сонми о тебе спрашивал недавно. Позвони ему, он с радостью примет тебя сегодня. — Не говори глупости, — отмахнулся от него Юнги, откидываясь на спинку кресла и поворачиваясь в нём в сторону. — После Чимина меня другие омеги вообще не интересуют. — Ага. И поэтому ты на меня решил перекинуться, — друзья рассмеялись, а потом на некоторое время замолчали. Юнги смотрел в сторону, снова задумавшись, а Хосок то и дело стрелял в него взглядом, иногда ерзая в кресле от смущения. Самому лучшему другу вообще не стоит знать, что Хосок хоть немножечко испытывал когда-то к нему влечение не как к другу. Новое сообщение от Тэхёна отвлекло обоих. Когда Хосок отложил телефон, Юнги сказал: — Ты прости меня. Я сейчас выбит из колеи и не совсем соображаю, что говорю. Не ожидал снова Чимина увидеть в своём доме. Я привык к мысли, что мы с ним разведёмся и больше не будем видеться, а тут он внезапно пришёл сам и не хочет уходить. Я в растерянности. — Проехали, — с облегчением выдохнул Хосок. — Не буду давать тебе пустых советов, давай лучше работать. Контракты сами себя не подготовят. Домой Юнги приехал только поздним вечером. Совсем не торопился, наоборот даже медлил как мог. От ужина отказался и отмахнулся от заботливого Ибо, прошёл в детскую и застал там Чимина с Кихёном. Юнги досадливо поморщился, так как всё же надеялся, что омега уже спит, и он сможет побыть с сыном наедине. Юнги уже развернулся к двери, как Чимин его окликнул: — Юнги, подожди. Ты же к Кихёну пришёл. Я просто никак не могу им надышаться, поэтому и не смог оставить его и уйти. Да… я… возьми его… ты же скучал… Чимин подошёл к альфе и несмело протянул ему кряхтящего ребёнка. Юнги пару мгновений стоял истуканом, разглядывая омегу и их сына, а потом принял его, прижимая к себе и целуя в лоб. — Здравствуй, маленький. Ты почему ещё не спишь? — заворковал Юнги. — Радость моя. Как же я тебя люблю. Сыночек мой. Юнги сел в кресло и уложил младенца животиком на себя, продолжая с ним разговаривать. Кихён некоторое время двигался на широкой груди отца, придерживаемый его руками, а потом пригрелся и затих. Альфа не обращал внимания на Чимина, который некоторое время смотрел на них, а вскоре ушёл к себе. Чимин не мог понять его поведение. Он явно избегал его, не разговаривал и даже не смотрел в его сторону. Сегодня после обеда Солар провёл для Чимина экскурсию по дому, где он выяснил, что голубая комната была смежной со спальней Юнги, которую по идее и должен был изначально занять Чимин, но альфа поселил его в персиковой комнате, которая находилась довольно далеко от него. И теперь Чимину понятно было удивление беты Ибо, и по-прежнему непонятны намерения Юнги. Если он собирался приходить к нему, как он выразился, в любое время, чтобы тот его ублажал, то логичнее было бы поселить омегу под боком, а не бежать к нему каждый раз через весь дом. Или же… тогда получается, что Юнги не собирается к нему приходить часто, если вообще собирается. Судя по его поведению, Чимин для него стал словно невидимый. Почему-то эти мысли были неприятны Чимину, и он сглотнул горький комок в горле, переворачиваясь на другой бок. Как же всё сложно. И былой ненависти Чимин не ощущает к мужу, и запах его по-прежнему нравится, хотя надеялся на обратное, и мысли всякие лезут в голову. Что вообще происходит? А ведь он всего лишь вторые сутки в этом доме. А дальше что будет? Снова сам приползёт к Юнги в постель? Нет, Чимин в этом доме только ради ребёнка и никто больше ему не нужен. Раз Юнги избегает его, то и Чимин будет это делать. С такой мыслью омега и уснул.

***

Так и прошли неполные две недели. Чимин после учёбы всё время проводил с сыном, а когда Юнги возвращался домой, уходил к себе, давая и ему такую возможность. Всё это время они не пересекались, лишь обменивались запахами на ребёнке. А потом приехали родители альфы. Папа Юнги, Мин Джесок, стройный и холёный, в идеально выглаженной стильной одежде, выглядел слишком молодо для своих лет. Чимин помнит, что на свадьбе омега был не рад выбору сына, но в дальнейшем он никак не показывал того, что испытывает к Чимину какие-то негативные чувства. Слишком хорошо он был воспитан. Впрочем, Чимин тоже ровно к нему относился. Вот и сейчас омеги обменялись вежливыми приветствиями, но никто из них даже не подумал завести разговор, и разошлись каждый на своё место. Отец Юнги, Мин Джиху, высокий и красивый альфа был намного дружелюбнее супруга, поэтому с удовольствием стал рассказывать Чимину, а заодно и Ибо, который присел рядышком с хозяином на диван по его настойчивому приглашению, о том, где они были и что видели в путешествии. С Ибо если Чимин и встречался в коридорах, то молча проходил мимо него, обращаясь с просьбами только к Солар или Ману. Ибо и сам всячески избегал Чимина, предпочитая находиться в другой от него части дома, поэтому конфликтов не возникало. Старшие Мины были приверженцами семейных завтраков и ужинов, поэтому Чимину пришлось вечером спуститься к столу. Юнги вовремя приехал с работы и был рад встрече с родителями. Он опоздал к столу, так как заглянул к сыну и расцеловал его личико, а потом сел напротив Чимина, который старался на него не смотреть. Чимин не участвовал в оживлённом разговоре Минов, отвечал лишь на обращённые к нему лично вопросы, но слушал с интересом. Юнги был в хорошем настроении, активно поддерживал беседу и много смеялся, но иногда неожиданно затихал. И вскоре Чимин понял, что из-за него. Они пару раз встретились взглядом, но Юнги первым отворачивался, как будто каждый раз обжигался, и Чимин, как учёный-экспериментатор, стал наблюдать за альфой. Юнги заметил это и вместо того, чтобы прямо смотреть на омегу, теперь косил глазом в его сторону, отворачиваясь при этом к родителям. Впрочем, вскоре и это перестал делать. Чимин снова поймал себя на мысли, что ему нравится смотреть на Юнги. И он не отказывал себе в этом желании. Через два дня семья Мин устроила барбекю во дворе. Были приглашены Хосок и Тэхён с сыном и родителями, и несколько друзей семьи, которых Чимин помнит со свадьбы, но потом ни разу не видел. Юнги с отцом готовили мясо на огромном мангале, и Чимину представилась уникальная возможность познакомиться не с успешным бизнесменом Мин Юнги в идеальных строгих костюмах, а с улыбчивым альфой в толстовке и простых джинсах, что сосредоточенно следил за мясом и вёл разговор с отцом и друзьями. Чимин переложил сына на другую руку и обсудил с Тэхёном дела младенца, например, профилактика кишечных колик и что делать, если ребёнок не спит. Невольно взгляд Чимина постоянно приковывался к Юнги, а Тэхён на это лишь улыбался, переглядываясь с Хосоком. Время близилось к обеду и стали накрывать на стол, к тому же мясо уже было почти готово. Юнги щипцами взял кусочек мяса и скормил его Хосоку, который одобрительно замычал, показывая класс. Чимин нахмурился, чувствуя копошение чего-то нехорошего в груди, и посмотрел на Тэхёна, но тот был полностью занят Давоном, который сосредоточенно топал от одного дедушки к другому и раздавал им свои игрушки. Да и вообще Тэхён сегодня весь день дружелюбно общался с Юнги и ни разу не уколол его словом, как это было всегда, сколько Чимин с ними знаком. Помирились что ли? Юнги сложил готовое мясо в глубокую тарелку и поставил её в центр стола. Все тут же уселись по местам и стали разбирать еду и наливать напитки. Беседа стала оживлённей, и все спешили принять в ней участие и сказать хоть пару слов. Лишь Чимин молчал, держа сына на руках. Да и тянуться ему через весь стол было неудобно. Он видел, как Юнги взял большую пиалу, наложил в неё мясо, разных видов кимчи, добавил соуса, и в маленькую тарелочку отсыпал рис, после чего взял обе тарелки и поставил их перед Чимином, после забирая Кихёна себе. Чимин поблагодарил мужа, после чего потянулся, разминая руки и туловище, а потом взял палочки и стал есть, часто поглядывая на своих альф. — Дырку в нём прожжешь, — шепнул на ухо Тэхён, тихонько посмеиваясь с реакции покрасневшего Чимина. Он вздохнул и так же тихо пробормотал: — Ничего с собой поделать не могу. Глаза сами его ищут. Он такой красивый. — Разглядел таки, — снова хихикнул Тэхён, из-за чего Чимин подозрительно на него посмотрел, а потом заглянул в стакан, проверяя, что он пьёт. — И трёх лет не прошло. Я же говорил тебе, что он хороший. Он тоже глаз с тебя не сводит, когда ты не смотришь. Упс, отвернулся. Поцелуй его сегодня. — Почему именно сегодня? — Он завтра в Японию улетает. И кажется надолго. Если ты его сегодня поцелуешь, он будет знать, что ты его ждёшь, и вернётся быстрее. Раньше Чимин фыркнул бы, презрительно отворачиваясь, но сейчас лишь закусил губу, снова смотря на мужа. Юнги передал Кихёна папе, а сам принялся жарить новую порцию маринованного мяса, так как первую уже всю давно съели. Он даже попробовать не успел. У Чимина осталась ещё пара кусочков, и он, не раздумывая, высыпал к ним рис, перемешал с соусом, подхватил пиалу и палочки и направился к Юнги. Он на ходу взял палочками кусочек, подошёл к альфе, привлёк его внимание и предложил ему, удерживая палочки над пиалой в левой ладони. Юнги оторопел от такой неожиданности и поэтому пару мгновений тупил, разглядывая Чимина, а потом склонился к его рукам, беря угощение в рот, при этом смотря ему в глаза. Чимин сглотнул, вытаскивая палочки из губ альфы, после суетливо стал набирать новую порцию, не забыв положить сверху на кусочек рис. Юнги и его принял, после повернулся к мангалу и стал жевать, пытаясь скрыть улыбку от супруга. Чимин вернулся на место, сел, слушая собственное участившееся сердцебиение, а потом посмотрел на присутствующих, тут же поняв, что все за ними наблюдали. Щёки обдало новой порцией жара, но крепкое рукопожатие Тэхёна не дало ему сбежать из-за стола. Тут же возобновился весёлый разговор, и всеобщее внимание не было больше сосредоточено на Чимине, поэтому он смог успокоиться и расслабиться. Оставшийся день и вечер прошли без особых происшествий. Юнги и Чимин всё также переглядывались постоянно, но друг к другу так и не подошли, и наедине им остаться не получилось. А утром Юнги уже не было дома. Чимин специально встал рано, надеясь проводить мужа, но оказалось, что он уехал задолго до его пробуждения. Больше двух недель Юнги был в Японии. Он часто звонил папе, а тот показывал ему Кихёна и Юнги болтал с ним, радуясь, что ребёнок даже по видеосвязи на него реагирует. Чимин в такие моменты стоял в сторонке, отказываясь появляться в кадре, хотя его и не звали, но с замиранием сердца слушал голос альфы. Скучает. И давно стоит признаться хотя бы самому себе, что с нетерпением ждёт возвращения супруга домой. Далась ему эта Япония. Что там можно делать так долго? И тут Чимин неожиданно вспомнил слова беты Ибо о том, что у Юнги там якобы есть омега, который готов был принять альфу с Кихёном. Ревность с новой силой вспыхнула в груди, и Чимин не мог найти себе места от назойливых мыслей. Он постоянно звонил Тэхёну и допытывался у него по поводу мифического омеги, но Тэхён уверял, что нет у Юнги никого, кроме Чимина. Беременность и роды изменили не только его восприятие, но и сделали из него ревнивую истеричку. От нервов и переживаний Чимин сбросил лишний вес, и тут Тэхён открыто завидовал, так как ему в своё время пришлось приложить намного больше усилий, соблюдая строгую диету и занимаясь в спортзале. Чимин был в университете, когда Солар написал ему, что Юнги приехал домой. Он с трудом дождался окончания лекций, а потом побежал к машине, попросив водителя ехать как можно быстрее. Кто бы Чимину полгода назад сказал, что он будет так торопиться к мужу, он бы высмеял этого фантазёра и больше с ним бы не общался. Но нет, сейчас он от нетерпения готов даже прикрикнуть на водителя, что умудрился поймать единственную пробку на их маршруте. Когда Чимин добрался домой, его пыл немного поутих и он уже спокойно прошёл в детскую. Кихён спал, и Ману сказал, что Юнги совсем недавно ушёл. В коридоре его встретил Солар, и заговорщицким шёпотом сообщил, что хозяин в своём кабинете. Чимин некоторое время раздумывал идти ему туда или нет, а потом всё-таки спустился на первый этаж, прошёл к двери и постучал, тут же услышав приглашение войти. Он сделал глубокий вдох и вошёл. Юнги стоял возле стола боком к двери, и очень удивился, увидев Чимина. Рубашка его была расстёгнута до солнечного сплетения, открывая взору белоснежную кожу на груди, рукава закатаны, а руки спрятаны в карманы строгих брюк. Чимин так долго разглядывал открытый участок кожи, что Юнги застегнул одну пуговичку, отвлекая тем самым омегу. И запах. Боже, как же он соскучился по его природному аромату — это относится к обоим. — Чимин, что-то случилось? — нарушил затянувшееся молчание альфа. — Нет. Всё хорошо, — Чимин облизнул губы и снова замолчал, разглядывая мужа. Юнги вопросительно приподнял бровь и развернулся к нему, снова убирая руки в карманы брюк. Он хмыкнул в усмешке, а потом сказал: — Если бы я не знал тебя, то подумал бы, что ты соскучился по мне. — Это правда. Я скучал по тебе, — отозвался Чимин. — Ну да. Как же, — горько улыбнулся Юнги, делая шаг в сторону. Чимин поддался сиюминутному порыву и обнял альфу за грудную клетку, прижимаясь щекой к его груди. Юнги от неожиданности попятился назад и опёрся ягодицами об стол, а руками вцепился в края столешницы, лишь бы не обнять омегу в ответ, тем самым нарушив свою клятву. Чимин потёрся щекой, счастливо улыбаясь, а Юнги сглотнул и хрипло спросил: — Чимин, ты что делаешь? — Влюбляюсь в тебя, — ответил он, поднимая своё лицо и с нежностью смотря на альфу. Юнги и не надеялся получить такой взгляд от мужа в свою сторону. Чимин пальцами легонько провёл по его подбородку и губам, а потом потянулся за поцелуем, но Юнги в панике отвернулся, выбрался из его объятий, умудрившись при этом ни разу его не коснуться руками, а потом отошёл за стол, оставляя как можно больше расстояния между ними. Чимин удивлённо следил за ним, а потом нервно облизнул пересохшие губы. — Что такое, Юнги-я? Ты испугался поцелуя? — Да. То есть нет. Не стоит тебе этого делать. — Почему? Что не так? — Всё не так. Всё изначально не так, Чимин. И не стоит ради ребёнка делать вид, что я стал тебе интересен. Это выглядит неестественно и некрасиво. Чимин от обиды поджал губы и переплёл пальцы, пытаясь унять в них дрожь. — Я, правда, соскучился по тебе. Зачем ты меня отталкиваешь? Мы сейчас можем начать всё с начала. — Мне это больше не нужно. У тебя совсем скоро течка начнётся, я уже чувствую её. Проведи этот период в своей квартире. Солар позаботится о тебе. — А ты? Это ведь ты должен заботиться обо мне в течку. Ты мой муж, — Юнги молчал и Чимин сделал шаг к нему, сказав: — В чём дело? Ты грозился приходить ко мне в любое время и трахать, когда тебе вздумается, но ты даже не смотришь в мою сторону. И я снова предлагаю тебе провести вместе течку, а ты прогоняешь меня. Что не так, Юнги? Ты же хотел, чтобы мы стали нормальными супругами. Так вот он я, стою перед тобой и готов стать твоим. Почему ты мне отказываешь? У тебя есть другой омега? Там, в Японии? Поэтому ты так часто и надолго туда уезжаешь? — Я обещал тебе, забыл? Я обещал тебе, что больше никогда к тебе не прикоснусь, если ты родишь мне ребёнка. Я всегда выполняю свои обещания. На этом наш разговор считаю оконченным. Как и наш брак тоже. Мне нужен развод, хочешь ты этого или нет. Не стоит нам больше мучить друг друга. — Нет. Нет, я не хочу. Я не буду ничего подписывать. Ты не можешь просто так от меня избавиться, просто потому что я надоел тебе. Ты мой муж, слышишь, Юнги? Мой муж, и им останешься. Я не буду с тобой разводиться. И Кихёна я тебе не отдам. Он и мой сын тоже. Я имею такие же права на него, как и ты. Ты не Господь Бог, чтобы играться моей судьбой. Захотел насильно взял в мужья, надоел — избавляешься без сожалений. Я живой человек. У меня тоже есть чувства и желания, и я не хочу подчиняться твоим внезапным хотелкам. — Внезапным? — изумился Юнги. — Ещё полтора месяца назад ты мечтал о разводе. Ты на каждом углу кричал о том, как меня ненавидишь, и как ты ждёшь развод, а теперь, когда я прошу тебя развестись, ты снова упрекаешь меня. Определись уже с тем, чего ты хочешь. — Я... я определился. Ты мне стал нравиться. Я не вру и не делаю это ради Кихёна. Твой запах мне больше не противен, и твоё присутствие меня не тяготит. Я хочу быть с тобой! — уверенно выкрикнул Чимин. — Вот это сейчас точно было внезапно, — пробормотал Юнги, зачёсывая волосы назад. — Мне надо подумать. Альфа прошёл к окну и уставился в него, словно забыв о том, что в кабинете он не один. Чимин некоторое время смотрел ему в спину, борясь с желанием прижаться к ней, а потом вышел в коридор, после поднимаясь к себе. Чимин наивно представлял, как Юнги обрадуется новости, что он нравится ему, только реальность больно ударила, разбив все мечты вдребезги. Слишком часто он кричал альфе о своей ненависти. Теперь он вряд ли поверит обратному. За ужином супруги молчали, а Чимин ещё и не ел ничего, на что обратил внимание Джесок. Чимин сказал, что плохо себя чувствует и попросил разрешение выйти из-за стола. Он услышал как Джесок говорил Юнги о приближающейся течке мужа, но альфа отмахнулся, сказав, что они всё обсудили и Чимин справится сам. И тут Чимина прорвало слезами. Почему ему так не везёт? Чем он всё это заслужил? Не любил мужа, всем плохо было, полюбил — снова счастья нет. Успокоившись, он хотел снова поговорить с мужем, но того и след простыл, а следующие два дня он не появлялся дома. Чимин чувствовал приближение течки, поэтому взял необходимые вещи, расцеловал Кихёна, и вместе с Солар уехал в квартиру. Чимин сразу же закрылся в своей спальне, а Солар навёл порядок в нежилой всё это время квартире, спустился в магазин и закупил продукты, а потом приготовил несколько нескоропортящихся блюд, чтобы Чимин смог потом поесть. Первая после родов течка не была болезненной, но помучила Чимина основательно. Облегчали его состояние рубашки Юнги, которые омега украл из стирки перед отъездом. Он одевался в его одежду, окутывая себя его запахом, насаживался на большой член из киберкожи, прикреплённый присоской к стене, и терялся в своих горячих фантазиях. Четверо суток прошло как в тумане, а потом течка закончилась, и Чимин смог принять душ и поесть. Остаток дня и всю ночь он отсыпался, а утром вернулся в усадьбу, где по нему соскучился Кихён. Родители Юнги уехали в очередной круиз, поэтому надеяться на совместные ужины и завтраки больше нельзя. Юнги и раньше их не любил, а теперь и вовсе может не появляться. Юнги был в доме, Чимин чувствовал его запах не только на ребёнке, но он явно избегал Чимина, поэтому встретиться они смогли за ужином только через пару дней. Юнги сидел во главе стола, а Чимин попросил накрыть ему слева от альфы. Ели они в тишине и все попытки Чимина завязать разговор проваливались с треском, точнее тонули в упорном молчании. Внезапно внимание омеги привлекла рука мужа, и он больше не смог от неё оторвать взгляд. Руки у Юнги красивые: длинные тонкие пальцы с крупными ногтевыми пластинами, широкая ладонь, и вздувшиеся вены на тыльных сторонах. Обычно Чимину не нравились выпирающие вены, но почему-то на руках Юнги это смотрится красиво. Альфа отвлёкся на телефон, взяв его в правую руку, а левую положил на стол, рядом с тарелкой, а Чимин не сдержался и накрыл его руку своей. Юнги тут же дёрнулся, опрокидывая на себя жирный горячий суп. Он вскочил с места, пытаясь оторвать приклеившуюся к коже одежду, а Чимин схватил бумажные салфетки и хотел промокнуть пятна, но Юнги обругал его сквозь зубы и выбежал из столовой. Чимин извинился перед Ибо, который всё видел, так как всегда присутствует в столовой, когда Юнги ест, и тоже выбежал прочь. Он услышал плач сына и тут же вошёл в детскую, забрал у Ману ребёнка и сам покормил его, раз за разом мысленно пережёвывая этот досадный инцидент. Сделав все необходимые процедуры младенцу, Чимин укачал его, а потом лёг боком на широком диване-уголке, сына уложил рядом с собой и обнял его, вскоре тоже задремав. Неожиданно он проснулся, почувствовав, что в комнату кто-то вошёл. Увидев Юнги, Чимин тут же сел, одёргивая одежду. Юнги склонился над ребёнком и взял его на руки, немного подержал, а потом положил в колыбельку, опираясь руками на её край. Чимин снова не мог отвести от него глаз. — Юнги, прости, пожалуйста, за ужин, — тихо попросил он. — Не страшно, — ответил Юнги, серьёзно посмотрев на мужа. — Нам необходимо поговорить. Завтра в девять утра в моём кабинете. Не опаздывай. А сейчас иди спать. — Юнги… — прошептал Чимин, вставая с дивана. — Иди спать, Чимин. Завтра поговорим, — ответил альфа, не мигая смотря на сына. Чимин знал, что ничем хорошим для него завтрашний разговор не закончится. Опять. В который раз уже. Он подошёл к альфе и обнял его со спины, прижимаясь к нему всем телом. Юнги замер в его руках, но не делал попыток выбраться. Просто стоял, ожидая, когда муж сам его отпустит. Чимин стал тереться щекой и лбом о плечи и шею альфы, а потом несколько раз поцеловал его в шею под линией роста волос. Юнги вздрогнул, а потом строго проговорил: — Не надо, Чимин. Иди спать. Чимин в последний раз потёрся о запаховую железу на плече альфы, а потом отпустил его, быстро выбегая из комнаты. Юнги вздохнул с облегчением и провёл дрожащей рукой по лицу, а потом поправил вставший член в штанах. Будь Чимин настойчивее, он бы добился своего и они сейчас трахались бы прямо в детской. Утром Чимин без опоздания явился в кабинет и молча сел в кресло. Был он бледный и глаза опухли, но держал спину ровно и смотрел прямо. Перед альфой лежали документы, и омега знал, какие именно. Юнги повертел ручку в руках, а потом сказал: — Чимин, я виноват перед тобой во всём. В том, что продолжал ухаживать за тобой, несмотря на сотни отказов. В том, что заставил тебя выйти за меня замуж и вынуждал жить со мной. В том, что вынудил рожать, хотя это не входило в твои планы. И в том, что не настоял на разводе, позволив ситуации ещё больше усугубиться. Так больше продолжаться не может. Нам необходимо развестись. Нужно закончить этот неудачный брак и попытаться забыть друг друга. — Я не хочу тебя забывать. Да, я вначале был не в восторге от всего этого, но сейчас… — Сейчас тебе необходимо разобраться в себе. — Не нужно мне ничего. Теперь я тоже тебя люблю! Почему ты мне не веришь? — в отчаянии выкрикнул Чимин. Юнги упрямо мотнул головой и сказал: — В этом я тоже виноват перед тобой. Прости. Нам всем необходимо время, чтобы подумать и решить, нужны ли мы друг другу. — Юнги, ты слышал, что я тебе сказал? Я люблю тебя. — Зато я тебя больше не люблю, — повысив голос, проговорил альфа. Чимин уставился на него округлившимися от шока глазами, и губы его задрожали, что он попытался скрыть, закусывая их. Юнги помолчал несколько мгновений, а потом сказал: — Ты оказался прав на счёт брака по контракту: они редко приносят счастье. Чтобы двигаться дальше, нам необходимо с этим покончить, и разорвать контрактные рамки окончательно. Потом, возможно, мы встретимся и снова поговорим. Возможно, решим начать всё сначала. Но это потом, после разлуки. — Сколько? Сколько тебе времени нужно, чтобы подумать? — тихо спросил Чимин. — Не знаю. Месяц. Полгода. Возможно год. — Ты обещаешь, что мы встретимся ещё? — Конечно, обещаю. — Давай документы, — решительно проговорил Чимин, придвигаясь ближе к столу. Юнги пристально на него посмотрел, а потом сказал: — Я улетаю в Японию и Кихёна забираю с собой. Можем созваниваться, и я буду присылать тебе его фото и видео с ним. — Да, я понял. Давай документы, — омега протянул руку и Юнги передал ему документы. Чимин стал быстро подписывать их, на что альфа сказал: — Перед подписанием важных документов ты обязан их внимательно прочитать. Нельзя сразу всё подписывать. — Я тебе доверяю, — отозвался Чимин, беря вторую копию и проставляя там подписи. — Всё? — Нет. Вот ещё здесь нужна твоя подпись. — Что это? — Чимин принял бланк и стал его читать, а Юнги коротко ответил: — Это разрешение на вывоз Кихёна из страны. Чимин некоторое время колебался, вертя ручку в руках, а потом подписал документ и положил ручку на стол. — Теперь всё? — Да. Я передам документы своему адвокату и он их зарегистрирует, но уже сейчас можем поздравить друг друга с разводом. Спасибо тебе, что не закатил скандал. — Ты обещал, что мы снова встретимся, когда ты всё обдумаешь. Я верю тебе. Когда ты улетаешь в свою распрекрасную Японию? — Ещё не знаю, возможно, послезавтра. У тебя будет время побыть с Кихёном. Подожди, Чимин. Я передаю тебе дарственную на квартиру, можешь делать с ней всё, что захочешь. Вот здесь новые кредитные карты на твоё имя. А это твой загранпаспорт и твоих родителей. Я оформил их на случай, если вы захотите куда-то поехать отдыхать. — Спасибо. У тебя есть омега в Токио? — Нет. У меня нет омеги в Токио. И никогда не было. — Ясно, — Чимин встал и вышел из кабинета, тут же направляясь в детскую. Кихён не спал распеленатый, и тут же улыбнулся, увидев папочку. Чимин взял его на руки и прижался губами к головке, покрытой еле заметным пушком волос, медленно прохаживаясь туда-сюда. Он надеялся, что ему не придётся расставаться с сыном, но Чимин тоже виноват во всём не меньше альфы. В доме повисла напряжённая тишина. Прислуга на цыпочках ходила, боясь любой мелочью вызвать бурю. Даже бета Ибо молчал, воздерживаясь от ехидных замечаний. Чимин всё время проводил с сыном, отпросившись в университете, а в свободное время собирал вещи. После отъезда Юнги ему здесь нечего будет делать. Отведённые два дня пролетели мгновенно. Юнги предоставил Чимину его копию документов и сообщил, что теперь они официально в разводе. И добавил, что вылет через три часа. Чимин крепче прижал к себе сына, чувствуя как сердце уже болит из-за неминуемой разлуки. Приехали Хосок с Тэхёном, и Юнги обнял омегу на прощание. Ману ехал вместе с ними, и Чимину уже легче было от этого, ведь мысль, что за сыном присматривает знакомый человек, успокаивает хоть немного. Чимин расцеловал личико Кихёна, прощаясь с ним, а потом передал его Ману и снова поцеловал его. Бета по приказу хозяина тут же сел в автомобиль и Юнги подошёл к Чимину, который обнял его, а потом поцеловал в щёку. — Я буду с нетерпением ждать тебя. Вас. Не затягивай сильно с этим. Я люблю тебя. Юнги что-то невнятно пробормотал, краснея щеками и безрезультатно пытаясь это скрыть, а потом быстро сел в машину, махнув на прощание Ибо и остальной прислуге, что выстроилась в ряд перед домом. Хосок по давно заведённому обычаю поехал с ним, провожать его до самолёта. Чимин держался, пока автомобиль ехал по подъездной дороге и не скрылся за воротами, а потом его прорвало. Он заплакал навзрыд, вгоняя в уныние громким плачем всех вокруг. Даже садовник Ю украдкой смахнул слезу. Тэхён обнял Чимина и повёл его в зал, где усадил на диван и дал возможность выплакаться на своём плече. — Он сбежал от меня, Тэхён-а-а-а-а, — завыл Чимин. — Я признался ему в любви, а он сбежал. Да ещё и в другую страну. Я ужасный муж. — Не говори глупости. Юнги любит тебя, — сказал Тэхён, удерживая лицо Чимина в ладонях. Потом он стал вытирать слёзы и зачёсывать его волосы назад, приговаривая: — И он обязательно вернётся. Ну всё, хороший мой, перестань плакать. Всё будет хорошо, слышишь? К тому же он давно рвался в свою Японию. Пусть поживёт там вдали от тебя, и до него рано или поздно дойдёт, что без тебя он жить не сможет. А ты во время звонков флиртуй с ним, улыбайся. Не будь унылой какашкой с зарёванным лицом. Вы двое подтвердили аксиому, что чем меньше мы партнёра любим, тем больше нравимся ему. Вначале ты Юнги динамил, а он тебе в любви изъяснялся сутками напролет, а потом он тебя игнорировал, а ты в него влюбился. Обязательно наступит тот момент, когда полюса сойдутся и ваши чувства будут взаимны. — Он сказал, что больше не любит меня, — всхлипнув, проговорил Чимин. Тэхён уже хотел ответить, как за него это сделал Ибо, чем удивил обоих омег: — Он соврал. Испугался, потому и соврал. Он любит тебя и любит очень сильно, поэтому обязательно вернётся к тебе. Но так ли сильно ты в него влюбился это уже другой вопрос. Тэхён-ши прав. Тебе необходимо набраться терпения и жить дальше. Слезами горю не поможешь. Чимин привёл себя в порядок и сел ровно. Действительно, слёзы плохие помощники. Юнги уехал и увёз с собой сына, а Чимину остаётся только жить дальше. Учиться за него никто не будет, а на носу очередные экзамены. Чимин поблагодарил Тэхёна и бету за поддержку, после чего омеги поужинали, ведя неспешный разговор, а потом за Тэхёном приехал Хосок. Ночь Чимин провёл в детской, а утром уехал в институт, после которого вернулся в особняк, забрать свои вещи. Он попрощался со всей прислугой, выслушал пожелания о скорейшем возвращении, и попросил отвезти его в квартиру. Только и там теперь Чимину было неуютно. Промаявшись ночь в пустой квартире, Чимин решил продать её и купить другую в совершенно другом районе. Чем он сразу же и занялся. Покупатель нашёлся довольно быстро, да и сам Чимин уже вечером въехал в новые владения. И пусть квартира была в два раза меньше предыдущей, но зато она была его, и он сам обставил её и даже сделал ремонт в двух комнатах. Тэхён часто звонил и приезжал в гости с Давоном, не давая Чимину стухнуть в медицинских терминах и учебниках. Юнги действительно присылал фото Кихёна, но не прислал ни одного своего, хотя Чимин просил его об этом. Правда, он всё же выбрал любимое фото своих альф и поставил его, как обои телефона: Кихён полулежал на коленях отца, а его красивая рука придерживала малыша за живот. Чудесный кадр. Иногда они разговаривали по телефону, но такие разговоры были короткие и всегда вращались только вокруг Кихёна. Чимин терпеливо ждал, надеясь, что всё-таки ждать придётся не очень долго.