[Добро пожаловать в класс превосходства] Аянокоджи Х Хорикита

Понедельник 22 декабря «Это неправильно!» она хлопает рукой по столу: «Ты не просто должна просить поцелуя! Ты должна вызвать у него романтическое настроение, а когда все будет красиво и пушисто, вы оба наклонитесь, должны поцеловаться, потому что вы любите друг друга!» «Э-это так, Каруизава-сан?» «И ты не просто…-» Я посоветовалась с Каруизавой-сан, нет, скорее, она заставила меня посоветоваться с ней по поводу улучшения моих романтических навыков. Потому что, по ее словам, «я не понимаю романтики». Я сомневаюсь, что ни я, ни Киётака ничего не знают о романтике. Я просто почувствовала неконтролируемое желание быть с ним, поэтому я признался ему в тот день, 3 месяца назад. Потому что я, Хорикита Сузуне, влюбилась в него. Но это правда, что романтика для меня все еще была в новинку. И все же, несмотря на серьезные отношения. Но… «Ты вообще меня слушаешь?!» Я наконец возвращаюсь на землю. «Д-да, Каруизава-сан-» «Просто зови меня Кей, как и все мои друзья. Или мастер, или сенсей, или…» «Тогда, Кей, это…» Я не привыкла заводить новых друзей. Одиночество было комфортным состоянием, но все изменилось с тех пор, как я начала встречаться с Киётакой. Это признание вызвало в моей жизни множество аномалий. Я бы сказала, что это его вина, но теперь я рада, что получила столько жизненного опыта. «Тогда, Сузуне!» Она не просила разрешения использовать моё имя, но я позволила этому произойти. «Я даю тебе твоё первое задание!» «Задание?» «Конечно! Мол, как я могу позволить тебе выйти из этой комнаты, ничего не изменив?!» Неужели я так плохо разбираюсь в романтических ситуациях? Или она жаждет увидеть, что я буду делать. «Тогда скажи мне, что это за задание?» Она улыбается, «____ ___ _ _________ ____!» 2 дня спустя Я набираю номер, стираю, после снова набираю. И нажимаю кнопку вызова . . . . Он не берет трубку. «Что делает этот идиот?» Я начинаю звонить ему снова, на этот раз, неоднократно топая ногой. Я не получаю ответа. Что происходит? Он, может быть, оглох? Набираю номер в третий раз. «Ему лучше ответить…» Больно быть проигнорированной как девушка, лучше я его как-нибудь накажу. Может, накричу на него? А может, я его зарежу? Или, может быть, я- [Да…?] Усталый голос отвечает на звонок. «Киётака! Сколько времени нужно, чтобы взять в руки простой телефон?!» [Сузуне…] «Ч-что?!» [Звонок в 5 утра совершенно не помогает…] Я проверяю время на телефоне. Сейчас 5 утра, а? «Мм… Думаю, я оставлю тебя невредимым.» [Пожалуйста, пощади меня в целом, я не хочу получать дальнейшие травмы после выздоровления…] Я предполагаю, что он говорит о травмах, которые нанес ему Коенджи-кун, из-за которых он пропустил школу в течение двух с половиной месяцев. «Тебе сейчас лучше, не так ли?» [Ну, кое-где мое тело действительно начинает болеть, но я справляюсь.] Хотя я впечатлена. Тот факт, что он смог пережить 5 минут избиения такого человека, как Коенджи-кун, было ненормальным. Никаких переломов и травм, его кости крепче, чем я думала. Однако боль, скорее всего, была неизмеримой. «Просто чтобы ты знал, я все еще против того, чтобы ты вернулся в школу, не говоря уже о том, чтобы заниматься физическими упражнениями.» [Я в порядке, не волнуйся.] Это совсем не убедительно… особенно от лжеца вроде него. [Так? Почему ты позвонила мне именно в это время?] «Разве ты не должен быть счастлив, что я позвонила тебе?» [Я бы предпочел, чтобы ты позвонила мне позже, а пока дай мне поспать…] «Не выйдет.» [Думаю, тут ничего не поделаешь, да?] «В любом случае, сегодня канун Рождества, поэтому я буду проводить день в твоей комнате.» [Ты позвонила мне, чтобы сказать это?] «И? Что насчет этого?» Я слышу, как он вздыхает по телефону, [Сузуне, ты знаешь. Тебе не нужно звонить мне, чтобы сообщить, что ты придешь, ты можешь прийти, когда захочешь. Не то чтобы я сейчас занят, так что делай, что хочешь.] «Хм?» [Я дал тебе запасные ключи от моей комнаты, не так ли? Ты даже можешь присоединиться ко мне во сне, если хочешь.] … «Хм?» [Я не буду возражать против того, чтобы просыпаться утром и видеть твоё лицо, а не слышать телефонный звонок.] А? «Чт-…» [И, может быть, мы могли бы прижаться друг к другу в качестве утреннего приветствия-] «Ч-ч-ч-что ты говоришь?! Т-ты глупый?! Эти травмы повредили тебе голову?! Как ты можешь так спокойно говорить это?!» [Это просто шутка…] «Не надо так шутить, идиот!» [Мне очень жаль, но я хотел бы видеть твое взволнованное лицо прямо сейчас-] «Я вешаю трубку!» Я сразу же нажимаю красную кнопку на телефоне и кладу трубку. Этот идиот такой глупый? Этот дерзкий идиот, наверное, сказал это с серьезным лицом! Почему этот идиот любит меня дразнить? Этот идиот просит ножа! Какой же он идиот! Этот идиот… Идиот… Идиот… Идиот… «Идиот…» 30 минут спустя «Сузуне, почему ты такая красная?» А? Он заметил? Это смущает… «Я не красная, тебе кажется.» «Если у тебя температура, ты могла бы сказала мне. Я бы пришел в твою комнату, вместо того, чтобы заставлять тебя пройти весь путь сюда…» «Ничего такого, идиот!» «Если ты так говоришь…» «Почему ты вообще полуобнаженный?!» Причина, по которой я взволнована… как он может не знать? Неужели он не понимает намеков? Этот идиот… «Я только что вышел из душа. Я не ожидал, что ты придешь через полчаса, поэтому у меня не было времени на подготовку…» «П-просто надень рубашку!» «На самом деле это то, что я планировал.» Я очень зла. Но почему я злюсь? Это потому, что он не понимает намеков? Это потому, что ему просто не хватает человеческих эмоций? «Идиот…» «Ты что-то сказала?» «Ничего, идиот…» «Что в этой коробке?» «Хм?» Он смотрит на белую коробку, лежащую на его столе. «Это сюрприз» — говорю я. «Могу я открыть его?» «Мой циркуль в кармане.» «Думаю, я не могу, да?» «Я приберегу его на вечер, так что пока не трогай его.» «Жалко, — он оглядывается на меня, — но что мы будем делать до вечера? Ты действительно собираешься остаться здесь до тех пор?» Он действительно глуп… «Ха?! Конечно, нет! А пока…» Я хватаю его за руку «Мы идем на свидание!» . . . . . . . «Еще одно свидание, да?»