Похищенный

Питер бросился в свою спальню так тихо, как только мог. У него было примерно 2 минуты 34 секунды. Он никогда не рассчитывал время — его мозг просто естественным образом отслеживал цифры — 2 минуты 24 секунды, чтобы Тони снял все блокировки с одной стороны, а затем снова заблокировал их с другой стороны. Это заняло больше времени, потому что Старк остановился, чтобы сфотографировать процедуру со своего телефона. Три картинки для первой двери — фотография запертой двери, фотография отпертой и открытой двери, затем фотография запертой двери с другой стороны. И это просто впустило его в коридор, подумал Питер, доставая содовую из мини-холодильника. У него все еще оставалось 83 секунды. Он использовал это время, чтобы броситься обратно к стопке книг и схватить одну наугад из верхней части стопки. 73 секунды. Он начал скидывать ботинки… тогда вспомните, что он никогда их не надевал. Его содовая и книга были всем, что у него было, но это было все, что ему было нужно. Тони уже стоял у своей двери, осторожно вставляя ключ в первый замок. Питер бросился на свою кровать принцессы, подложил под себя несколько глупых розовых подушек и попытался выглядеть непринужденно. Как будто он все это время сидел здесь и читал на своей кровати. Его сердце бешено заколотилось, когда он услышал, как Старк перебирает ключи от второго замка. Питер глубоко вздохнул… он не мог выглядеть непринужденно, если задыхался. Он попытался сделать глоток содовой… Черт возьми, он даже не открыл банку. Он открыл язычок как раз в тот момент, когда ключ Тони был вставлен в третий замок. У него оставалось несколько секунд. Тони фотографировал приоткрытую дверь, прежде чем войти в комнату. Питер держал банку в одной руке, а книгу в другой, наугад открытую на какой-то странице посередине. Он не пил газировку. Его бы от этого тошнило. Его желудок скрутило в узел. Услышав, как последний замок отпирается… это наполнило все его тело ощущением, которое он не мог описать. Это заставило его покраснеть до кончиков пальцев ног. Золотая цепочка на шее, которую подарил ему Тони, слишком туго обхватила его горло. В комнату вошел Тони. — О… ты дома? — так же небрежно сказал Питер. Он надеялся, что в его голосе прозвучало удивление. Он надеялся, что Старк не заметил, как запылали его щеки. Не мог видеть, как колотится его сердце.