Месяц НаэГами

Его друзья умирали один за другим. А всё что мог сделать Наэги - безучастно смотреть на это, толкая речи о дружбе, взаимном доверии и прочем. Макото настолько слаб и беспомощен, что хочется только забиться в самый невзрачный, в самый тёмный угол и надеется на то, что страшная участь погибших товарищей не настигнет и его. И эти искреннее речи - бессмысленны, Наэги больше не может оказывать поддержку таким образом - слова о дружбе и поддержке приводят только к большим проблемам после. Но Макото вновь и вновь находит в себе силы на помощь окружающим. Забыть про свои чувства, выслушать остальных, убедить их и себя в том, что убийства не будет, а наследующий день едва-ли не плакать над трупом одноклассника - схема, которую Везунчик использовал раз за разом, стараясь полностью погрузиться в иллюзии, а потом реальность, словно ледяной водой, окутывает его. Этот порочный круг, наверное, устраивает всех, кроме Наэги. Макото чересчур чувствителен и доверчив, он готов оплакивать каждого погибшего, но никак не искать в себе надежду. Это забирало массу сил. Сложно объяснить, но ощущение того, что с каждым словом поддержки, он отдаёт частичку себя, всё чаще преследовало его. - Наэги! Тебе жить надоело? Иди к себе в комнату. - Грубоватый мужской голос раздаётся в дверном проёме. Макото чувствует, как его горячие слёзы текут по щекам. Нет. Он не может ни поднять взгляд, ни ответить - всё из-за плача. Осталось только окончательно замолкнуть и надеется на то, что Тогами попросту уйдёт. Но спустя какие-нибудь пару мгновений с губ Наэги срывается тяжёлый, прерывистый вздох, в котором чётко слышны слёзы. - Постой. Ты что плачешь? - Похоже, Бьякуя оказался искренне удивлён этому. - Тебе, наверное, показалось... - Пытается неуверенно соврать Макото, хотя, если честно, в этом совсем не было смысла. - Что ты делаешь в этой комнате? Мы же условились насчёт ночного времени. Насколько я помню, у тебя это правило не вызвало никаких претензий, следовательно, ты был согласен. - С нотками злости и раздражения спрашивает Тогами, уже и не думая сопереживать Везунчику. В ответ - тишина и несколько всхлипов. Макото, по собственному мнению, и без того отчасти виновен во всех смертях - он мог спасти, если бы постарался получше. Нет, Наэги не сможет смириться если он подорвёт ещё чьё-то доверие. - Я подхожу. Но если ты подумал, что так сможешь прикончить меня - ты ошибаешься. Молчание. Которое длиться до тех пор, пока не раздаётся всё тот же мужской голос. - Вставай. Я провожу тебя до твоей комнаты. - Макото видит протянутую, мужскую руку. Наэги неуверенно берёт Тогами за ладонь. Странно, но Наследник на удивление тёплый на ощупь, хотя Везунчик был уверен в том, что Бьякуя был столь же холодным, как и его поведение. Полумрак освещает светлые волосы юноши, придавая им какое-то новый оттенок. Тусклые лампы где-то за дверным проёмом, в коридоре, чуть освещают часть лица Бьякуи, делая отчётливыми и заметными его аристократичные, правильные черты лица – бледную, сейчас, практически полностью белую кожу, тёмные, синие глаза, которые можно сравнить со светом бушующего моря в непогоду, длинные, чёрные ресницы, которые едва ли не касаются стёкол очков, какие будто мутной, серой поволокой скрыли его красивый цвет глаз. Уже дойдя до своей комнаты, Макото снова начинает плакать. Так глупо, и так унизительно! Но Тогами слегка обнимает его за плечи, позволяя рассказать ему всё, что беспокоит. Неужели, это тот самый Бьякуя, которого они все знают? Наэги говорит много и долго, выплёскивая всю свою боль и непонимание. Так они и стоят в дверном проёме, у комнаты Макото, не меньше, чем минут сорок. - Спасибо тебе, Бьякуя... Я бы не смог справиться сам... - Говорит Наэги, утыкаясь в чужое плечо. - Знаешь, не мог представить, что ты помог бы мне утешиться и- - Тч. С чего ты решил, что теперь можешь считать меня своим другом? - Перебивает Тогами, вставая и поправляя собственные очки. - Но я приму твою благодарность. Утром позавтракаешь со мной? - Конечно! – Макото снова старается вернуть себе жизнерадостный тон. – Только… Почему ты помог мне? – Наэги следит за уходящим Наследником. - Я… Мне просто показалось, что тебе было плохо. – Стандартный ответ для стандартного человека, но ни как не для Тогами. Или..