Нужëн

— Шастун! Ты опять свалил со стола вазу! Гибрид виновато ластится к хозяину и ласково мурлычет, и Арсений не может сопротивляться этому очарованию. Он сгребает кота в объятия и чешет за ушком. Антон сотрясается от удовольствия и громко урчит. Так проходят их обычные будни. Но всë начиналось не так радужно, если вы понимаете, о чëм я.

Приют для гибридов «Человеческий фактор», июнь 2021 года

Довольно говорящее название для подобного заведения. Так уж сложилось в мире, что к гибридам здесь относились по сути так же, как и к рабам, с той разницей, что рабы всë-таки считались людьми. А это? Да просто животные. Домашние питомцы, которые могут сами за собой убрать. Как прекрасно. Серые улицы Питера за окном никак не мешали Антону видеть яркие краски во всëм, что его окружало. Он жил в приюте с самого рождения и верил в то, что однажды за ним придëт какой-нибудь добрый человек и заберëт его. Мальчишке исполнилось семнадцать лет, а за ним всë никто не приходил. Но Шастун не отчаивался. Он верил, что ещë не время, и что всë произойдëт позже. Ведь чудеса случаются! Над ним смеялись другие гибриды. Единственным другом Антона в этом сборище был Димка Позов, чëрный гибрид с лоснящейся шерстью на ушах и хвосте. Антон был его полной противоположностью: солнечный рыжий мальчишка с кудряшками и зелëными глазами. Он улыбался этой жизни, хоть жизнь и не улыбалась ему. Антон до последнего верил, что всë, что рассказывают взрослые коты — всего лишь совпадение, и что на самом деле мир не такой жестокий. Верил до тех пор, пока Димку не забрали. А потом вернули через два месяца, но уже побитого и запуганного. Он перестал общаться с Антоном и другими гибридами, замкнулся в себе и не шëл на контакт. Спустя какое-то время Диму забрали, и Антон от старших узнал, что, скорее всего, его положили в психиатрическое отделение. Тогда Антон почувствовал, как на его сердце закрывается первый замок. Но он всë ещë не потерял веру в людей. Он надеялся, что однажды сможет вырваться из этой душной клетки на свободу. Поэтому когда за ним пришла Мария Николаевна и механическим голосом произнесла: — Шастун, за мной на просмотр и оформление. Он тут же рванул со всей своей кошачьей прытью по коридору в кабинет директора. Сердце его трепетало от предстоящей встречи. Кто за ним пришëл? Неужели прекрасная девушка, желающая завести себе молодого домашнего питомца? Он был готов служить ей вечно, лишь бы она была в порядке! А быть может, это пожилой старичок, которому нужна помощь по дому? Антон готов помочь, это в его силах! Он влетел в кабинет и еле разглядел среди кучи каких-то важных бумаг лицо своего директора. Тот разговаривал с каким-то мужчиной в деловом костюме. Антон замер в ожидании, направляя свои кошачьи уши-локаторы на мужчин. — Тринадцать тысяч долларов, да. Отлично. Перевод на банковский счëт нашего приюта. «Тринадцать тысяч баксов?!» — да что он должен делать за такую цену вообще? До конца жизни быть слугой этого графа в чëрном костюме? Приносить ему тапочки в зубах? Антон дëрнулся от неожиданности, когда заметил на себе взгляд пронзительных голубых глаз. Они смотрели оценивающе, и гибриду показалось, будто он товар на витрине магазина. А вообще-то так оно и было, по идее. Вот только за такой простой и незамысловатый товар не платят тринадцать тысяч долларов. Антон видит, как директор передаëт мужчине в костюме какие-то бумаги, затем встаëт и подводит его к гибриду. Тот испуганно дëргается и начинает нервно бить хвостом. — Не бойся, малыш. Знакомься, это твой новый хозяин, Попов Арсений Сергеевич, — представляет мужчину директор. Антон кивает и протягивает руку для рукопожатия. Сухая и холодная рука касается его кожи, но он выдерживает. — Что ж, — обращается уже к Попову, — его вещи Вы можете забрать в главной комнате. Мария Николаевна проводит Вас. Мужчина молча кивнул и знаком приказал гибриду следовать за ним. Тот подчинился и побрëл за новым хозяином, опустив голову. Долгожданная свобода, ура-а…

***

— Это ещë что такое? — резко спрашивает Арсений Сергеевич, уставившись на кучу тряпья. Антон впервые слышит его голос: холодный, твëрдый, словно он целыми днями только и делает, что решает важные задачи по спасению человечества. Гибрид весь съëживается, потому что он определëнно мечтал о другом. Что ж, но его хотя бы пока не бьют… Но и за питомца вряд ли считают. Так, пустое место. «За которое заплатили тринадцать тысяч баксов», — напоминает сам себе Шастун и в который раз ужасается. — Это его одежда, — Мария Николаевна, видимо, тоже чувствует себя неуютно рядом с этим требовательным человеком и хочет, чтобы они поскорее ушли. — Оставьте этот хлам себе, — чуть не рычит Попов. — Мы уходим. Это была первая реплика, которую он бросил гибриду, и тот виновато поджал хвост, словно это он выбирал ходить в такой одежде и жить в этом месте. Антон засеменил вслед за Арсением Сергеевичем, и вскоре они оказались снаружи возле впечатляющего мерседеса. Ну да, а как же иначе. — Садись, — Антон чувствует, как этот ледяной приказной тон сковывает его по рукам и ногам. Он повинуется и забирается на переднее сидение, искренне надеясь, что всë делает правильно. Пока Арсений Сергеевич обходит машину, чтобы сесть за руль, Антон быстро осматривается по сторонам. Его искренне удивляет то, что у такого, по-видимому, богатого человека нет своего личного водителя. Вскоре Попов садится за руль и с силой захлопывает дверь. Потом зло косится на телефон, который вибрирует от входящих звонков. Он резко выключает звук и бросает телефон на заднее сидение. Шастун сглатывает. — Извини, — Арсений кладëт руки на руль и тихо стонет. — Просто как же заебало это всë. Антон не понимает, перед кем извиняется Попов: вряд ли перед ним, он же что-то вроде игрушки. Скорее всего, он разговаривает с тем абонентом, который ему постоянно названивает. Быть может, это его жена? К Антону вдруг приходит осознание, что всë это время он наивно считал, что его заберëт кто-то один, что они будут жить только вдвоëм, и Шастун будет приносить этому человеку пользу. А что, если его забрала целая семья? Как разорваться на части, стараясь угодить всем? Антон затихает в кресле и всю дорогу смотрит в окно, изредка поглядывая на серьëзное и сосредоточенное лицо Арсения Сергеевича. Машина останавливается возле какого-то непримечательного магазинчика. Попов приказывает гибриду вылезать, и тот подчиняется, с удивлением разглядывая яркую вывеску «Всë для гибридов». Они приехали что-то купить? Неужели плëтку? Попову не хватает голоса, чтобы Антон ему подчинялся? Антона пробивает мелкой дрожью, он, опустив хвост, заходит вслед за хозяином в магазин. На витрине выставлены различного размера и цвета ошейники. А, так вот зачем они здесь. По закону, принятому кем-то там важным в государстве, все гибриды, имеющие хозяев, должны носить ошейники. Антон встаëт в сторонке, чтобы не мешать. Попов странно косится на него, и в конце концов с раздражением произносит: — Ну так что, какой ты хочешь? Антон широко раскрывает глаза. Его хвост начинает быстро дëргаться из стороны в сторону, а сердце бьëтся, как сумасшедшее. — Я могу выбрать? Арсений Сергеевич смотрит на него, и в глазах у него читается «ты что, придурок, что ли?» — Ну не мне же его носить, господи. Мне абсолютно плевать, сколько он будет стоить и как будет выглядеть, только выбирай побыстрее, пожалуйста. Нам ещë нужно кое-куда успеть. Антон резко замирает. Так вот зачем всë это. Попову плевать на него, и он хочет, чтобы тот выбрал, лишь бы не шипел потом всю жизнь. Человеческое безразличие, ха… Антон чувствует, как его сердце закрывается на второй замок. Он выбирает непримечательный чëрный ошейник с металлическим брелком спереди. Попов ничего не говорит, аккуратно застëгивая его на шее гибрида. Антон чувствует, как сердце пускается вскачь от прикосновений хозяина, и пытается его утихомирить, но не очень-то получается. Стиснув зубы, он вновь следует за Поповым в автомобиль. Арсений кажется более расслабленным. Он меньше сжимает руль, продолжая игнорировать телефон, лежащий сзади. Наконец, машина снова останавливается, и Антон видит какой-то торговый центр. Он вопросительно вскидывает бровь и смотрит на Попова. — Нужно тебя нормально одеть, — бросает тот, а у Антона лихорадочно бьëтся сердце: неужели тому всë-таки не плевать? Или он делает это всë только ради того, чтобы гибрид соответствовал его статусу? Шастун тут же сникает, уши безвольно обвисают, и он плетëтся вслед за хозяином в очередной магазин. Арсений накидывает кучу различных вещей, и Антон даже не обращает внимание на то, что там у него в руках. Видимо, если ошейник и позволил выбрать сам, то оденет его он сейчас по своим аристократским правилам. Антон тяжело вздыхает, когда Попов провожает его к примерочной и садится на пуфик в ожидании, изящно закинув ногу на другую. «Ну настоящий граф. Нельзя заставлять его ждать», — хмыкает Антон и закрывает занавеску. Он цепляет первую попавшуюся вещь из кучи и надевает еë на себя. К большому удивлению Антона, это очень удобная чëрная футболка с полосатыми рукавами. Антон удивляется ещë больше, когда достаëт из кучи чëрные джинсы с рваными краями. Он надевает всë это и выходит из примерочной показаться хозяину. Попов бросает оценивающий взгляд на гибрида и кратко кивает, заставляя того удалиться и надеть что-нибудь ещë. Антон примеряет тëплое серое худи, которое ему с первого взгляда пригляделось, и радостно пищит, когда оно на него налезает. Он с блестящими глазами вылетает из гримëрки и крутится перед Поповым, восхищëнно размахивая хвостом. На лице Арсения проскальзывает нечто, похожее на улыбку, и он кивает. Они покупают Антону несколько вариантов одежды, а затем идут в обувной. Чëрные кроссовки на платформах… Антон мог раньше только мечтать о таком, а теперь его мечты воплощаются в реальность! Боже, да что он вообще должен будет делать за такие деньги? Чем ему отплатить Арсению Сергеевичу? Взгляд гибрида приковывает витрина с железными браслетами. Он взволнованно дëргает хвостом, понимая, что рискует, но не рискнуть сейчас он не может. Антон облизывает пересохшие губы и умоляюще смотрит на Арсения Сергеевича: — Можно мы зайдëм сюда? Попов даже не смотрит на витрину и просто заходит внутрь. Антон восторженно мурлычет, когда нацепляет на себя браслеты и кольца. Продавщица странно косится на него, но ничего не предпринимает, видимо, ощущая на себе ледяной взгляд Арсения Сергеевича. Гибрид подбегает к хозяину и показывает на свои украшения. — Красивые, — бросает Попов и прикладывает карточку к терминалу для оплаты. А у Антона в груди разливается что-то тëплое, и он широко улыбается.

***

Машина останавливается возле угрюмой серой многоэтажки. Антон вообще ожидал, что у Попова есть свой загородный замок, в котором он и живëт, но всë оказалось гораздо прозаичнее. Арсений кивком приказывает гибриду выползать, и тот повинуется, прижимая уши, чтобы не стукнуться об потолок при выходе. Они поднимаются на двенадцатый этаж на лифте, и в Антоне ликует внутренний ребëнок, когда Арсений с лицом уставшего папаши разрешает ему нажать на кнопку. Попов вставляет ключи в замочную скважину, проворачивает два раза, Антон делает шаг вперëд и… И ничего. Обычная квартира, никаких золотых стен, красных ковровых дорожек. Просто квартира с тëмно-зелëными обоями и деревянным полом. Даже как-то скучно. Антон настороженно оглядывается по сторонам. — Разувайся и иди в ванную мыть руки, — приказывает Арсений, а сам удаляется на кухню. В ванной обнаруживается зеркало, и Антон минут пять корчит рожи и шевелит ушами, затем резко одëргивает себя и возвращается к хозяину. Тот уже поставил на плиту воду кипятиться, и теперь сидит в кресле-качалке и читает электронную книгу. Непонятно: не то старик, не то современный молодой человек. Шастуна вдруг толкает какая-то неведомая сила; иначе он не может объяснить то, что он вдруг первым начал говорить с этим странным человеком: — Арсений Сергеевич, можно у Вас поинтересоваться? Мужчина отрывается от книги и вздëргивает правую бровь. — Тебе что-то нужно? — Нет, нет, я… Просто хотел спросить, — Антон нервно бьëт себя рыжим хвостом по ногам сзади. — У тебя есть ровно три вопроса, — мужчина вновь возвращается к книге, ничуть не удивляясь. Шастун раздражëнно ведëт ушами. Ему что, совершенно неинтересно? Зачем он вообще тогда купил себе гибрида за тринадцать, мать его, тысяч долларов?! Почему не за миллион? — И чего молчишь? Антон подавляет в себе бушующий ураган и мило улыбается. — Арсений Сергеевич, сколько Вам лет? Попов хмыкает, но глаз от книги не отрывает. — Так бездарно профукал целый вопрос. Что ж, будь по-твоему. Мне тридцать лет. — А… Откуда у Вас такое состояние в тридцать лет? — А что, для того, чтобы скромно жить в двухкомнатной квартире в Питере много требуется? — натянуто улыбается Арсений и перелистывает очередную страницу. — Но Вы заплатили за меня тринадцать тысяч! — И что? Могу себе позволить. Тем более, это не мои деньги. Антон удивлëнно хлопает ресницами. Как это? Не мог же Арсений своровать их? Что-то тут не то. — Арсений Сергеевич, третий вопрос. — Пожалуйста. — Арсений Сергеевич, зачем Вы меня взяли? Повисло молчание. Было слышно лишь как сердце Антона бешено колотится в предвкушении ответа. А может, ему это только чудилось. — Иди спать. Ужина не будет. — Что?! — вырывается у гибрида. А что он такого спросил? Он имеет право знать! — Я. Сказал. Иди. Спать, — тихо произносит Арсений, откладывая книгу в сторону. Он медленно поднимается из кресла, выключает на кухне свет, оставляя Антона и кипящую на плите воду в полном одиночестве и темноте. Антон ощущает закрытие третьего замка.

***

Антон лежит на кровати и болтает ногами в пëстрых носках. Попов уже третьи сутки не ночует дома, отсылая отмазки в виде СМС-ок. Кажется, у него какие-то проблемы на работе. Антон не вникает и просто занимается, чем хочет. Пока ему хватает еды и вполне комфортно. А что ещë нужно одинокому гибриду, который всë своë детство провëл в приюте, где толком ничего не было? Шастун стащил с графской полки пару книжек, которые с удовольствием читал по ночам, забравшись с фонариком под одеяло. Была в этом какая-то подростково-кошачья романтика. В принципе, он вëл себя не то как ребëнок, не то как кот: жрал что-то непонятное, пытался попробовать на вкус кактус с подоконника, разбил любимую хозяйскую кружку… И склеил еë, типа незаметно. Так в чëм же проблема? Теперь у него было всë, что нужно для счастья. Почему его сердечко сжимается от тоски, и пол ночи он проводит в рыданиях? Почему он чувствует себя брошенным, если его забрали? Почему, Арсений Сергеевич? Антон засыпает на диване, на котором обычно спит Арсений, уткнувшись носом в подушку. Странно, но Попов выделил ему целую кровать, в то время как сам перебивался на этом маленьком диванчике. Очередное «почему». Антон уже давно заметил, что граф не живëт так, как живут миллиардеры. Он как будто бы самый обычный человек, в то же время состояние которого позволяет содержать гибрида, ни в чëм ему не отказывая. Почти ни в чëм. — Я просил… Выдавать мне хотя бы немножечко ласки… — бормочет сквозь сон Антоша, сворачиваясь в рыжий клубочек на диване. Сейчас он больше всего похож на маленького беззащитного котëнка, которого бросила мама, и теперь ему страшно. Страшно, что он так и останется один на протяжении всей своей жизни. Кошачьи уши-локаторы улавливают хлопанье двери. Антон дëргается и резко садится на диване. В комнате загорается свет, и гибрид видит на пороге Арсения. Мужчина в растерянности замирает и смотрит на Шастуна, а затем тихо выдыхает и опускается на пол прямо в дверном проëме. — Я дома… — слышит тихое бормотание гибрид и сразу улавливает дребезжание в таком, казалось бы, непоколебимом стальном голосе. Антон бросается к Арсению, подхватывает под руки и помогает добраться до дивана. Потом по-кошачьи приземляется рядом и взволнованно вглядывается в бледное лицо. — Прости, прости меня, малыш, — Арсений утыкается Антону в плечо, а тот впадает в панику. Он понятия не имеет, что делать с таким хозяином. Спросить, что случилось? А если его пошлют? Но как тогда помочь? Антон мечется в поисках решения, как вдруг слышит тихие всхлипы. Что это? Арсений плачет? Боже, наверное, тогда всë очень серьëзно! Антон обхватывает руками графское лицо и всматривается в кристальные голубые глаза. Они блестят от слëз. Шастун впервые понимает, что не только он в этом доме может испытывать эмоции. Он несколько секунд продолжает смотреть в глаза Арсению, затем разрывает зрительный контакт и резко тянет Попова на себя, обнимая обеими руками. Арсений охает, и Антон молится всем людским и кошачьим богам, чтобы тот не расценил его действия как-то по-плохому. Но мужчина не торопится никак отвечать на объятия, а просто затихает в руках у Шастуна. Сердце гибрида бешено колотится, а мысли путаются клубком. Тогда он решает, что раз словами не удаëтся передать своë сочувствие, то придëтся брать тактилом. Антон медленно проводит кончиком пушистого хвоста по шее Арсения. Тот вздрагивает и поднимает опухшие от слëз глаза на Шастуна. Антон мысленно усмехается. По-моему, в этой ситуации плакать должен именно он. Но это всë не важно. Он обвивает хвостом графское тело, а сам прижимается к его груди и тихо мурлычет, потому как где-то вычитал или услышал, что кошачье мурлыканье успокаивает. Арсений сначала не предпринимает никаких попыток что-либо сделать, а затем осторожно прикасается к кошачьим ушам, которые находятся очень близко к его лицу. Антон всем телом вздрагивает, так как уши у гибридов — своеобразная эрогенная зона, которую они всегда яростно защищают, но Арсений не делает больно, поэтому Антон доверительно утыкается ему в грудь и обмякает, чувствуя, как тонкие пальцы перебирают его кудряшки. Как вдруг его резко разворачивают и опрокидывают на спину. Антон издаëт сдавленный мявк, но не успевает произнести ничего больше, когда чувствует, как сильные руки крепко сжимают его в объятиях. Арсений лежит сверху и что-то горячо шепчет гибриду на ухо. — Прошу, малыш, если можешь, прости меня, — разбирает Антон и ему кажется, что он ослышался. Повторите-ка? — Антош, я не должен был так поступать. Не должен. Я просто испугался. Я хотел тебе всë рассказать, но… Я не должен был оставлять тебя одного так надолго. Натерпелся ты страху, малыш, да? — Арсений виновато целует гибрида в кошачье ушко, и тот громко стонет, совершенно не ожидая подобных действий со стороны хозяина. — Прости-прости-прости. Я больше не буду. — Ещë, — сипло шепчет Антон. Он спиной чувствует удивление графа, но сейчас ему плевать. Рядом с Арсением все его замки к чëрту слетели, заржавели, растворились в воздухе. Сейчас он чувствовал вину хозяина, чувствовал жар его тела, пускай и через одежду. Чувствовал, что нужен ему. Здесь и сейчас. Он медленно разворачивается и оказывается лицом к лицу с Арсением. Его опущенные ресницы подрагивают, а слëзы блестят в лунном свете. Щëлкает лампочка. Перегорела. Но сейчас ни одному, ни другому это не интересно. Антон изучающе пробегается взглядом по графскому лицу, а тот не сопротивляется и просто позволяет Антону занять комфортное положение. Шастун мягко обхватывает Арсения своим хвостом и слабо улыбается. — Арс, — шепчет он своему хозяину прямо в лицо, понимая, что сейчас обращается к нему явно не так, как положено. Ну и пофиг. — Антон, — Арсений грустно смотрит ему в глаза, наверное, продумывая план «как бы поскорее провалиться сквозь землю». — Арс… Не нужно мне ничего. Просто рядом будь, — Антон обхватывает мужчину руками и с нежностью утыкается ему в плечо. — Мне ты нужен. Арсений плачет, а Антон смахивает его слëзы пушистым хвостом. Проходит какое-то время, и Шастун впервые видит на серьëзном графском лице улыбку облегчения.

***

— Шастун, ты прибрался в комнате? — Да, да, — доносится из коридора. Затем шарканье шагов, и вот Антон уже на кухне. — А что у нас на завтрак? — Твой любимый омлет с гарниром из укропа и чашка гляссе с карамелью и жëлтой трубочкой, — тут же отзывается Арсений, словно всю жизнь работает официантом в дорогом ресторане. — Это вообще нормально, что кот жрëт укроп? — Слушай, ты меня как-то неправильно используешь, — Шастун облизывается, игнорируя риторический вопрос от Арсения. — Ведь это я тебе должен завтраки готовить. — У тебя же лапки, — хмыкает Арсений и садится за стол напротив Антона. — Приятного аппетита. Клетчатая белая скатерть, ромашки в вазе, часы с кукушкой на стене. Антон знает в этой кухне всë до мелочей, и ему безумно приятно оттого, что он не просто питомец. Он — часть семьи. Арсений рассказал ему о проблемах на работе, и с тех пор обоим стало гораздо легче. Они стали понимать друг друга с полуслова, полувзгляда и полувздоха. Из размышлений его выводит Арсений. — Шастун, сегодня ничего не планируй на вечер. Антон притворно-удивлëнно распахивает глаза. — Божечки, а я-то планировал прогуляться по вечернему Питеру с друзьями, а тут такой облом, — он грустно склоняет голову; хвост обвисает тонким шнурком, уши опускаются вниз. Арсений картинно закатывает глаза. — Шастун, не паясничай. — Ладно, ладно, — вскидывает руки гибрид. — Всë было очень вкусно, папочка, спасибо, — Антон хитро улыбается и убегает в свою комнату, чтобы успеть не попасть под гнев графской светлости. — Шастун!

***

«Ничего на вечер не планируй… Будто у меня были какие-то планы», — вздыхает Антон, уже полчаса пялясь в стену. Ну а что ему ещë делать? Арсений же не говорит ничего. Скрытный граф. Антон сворачивается клубочком на кровати, обнимая хвостом колени, и чуть не засыпает в ожидании Арсения. Он громко взвизгивает от прикосновения холодной руки и видит перед собой лицо хозяина. — Чш-ш, малыш, это всего лишь я, — улыбается Арсений. — Всего лишь ты? — тихо бормочет Антон, но Попов его либо игнорирует, либо не слышит. — Эй, котëнок, у меня для тебя есть подарок. Антон заинтересованно смотрит на маленький пакетик в руках графа. Он мысленно кусает себя за хвост, чтобы тот не прыгал по кровати в предвкушении чего-то особенного. — Арс, я же сказал, что мне кроме тебя ничего не нужно. Арсений чуть не роняет из рук пакетик от неожиданности, но вовремя успевает удержать подарок в руках и растерянно улыбается. — Спасибо, малыш. И всë-таки позволь мне сделать тебе приятное. Хотя бы немного, — он треплет гибрида по ушам, и тот блаженно мурлычет. «Знал бы ты, сколько приятного доставляешь мне одним лишь этим действием», — мечтательно думает Шастун и совсем отвлекается от того, что у Арсения в руках. Вспоминает про подарок он лишь тогда, когда Попов достаëт из пакетика бархатную коробочку-шкатулку. Антон так и замирает с открытым ртом, не в силах вымолвить и слова. — Шастун, не смотри на меня так, будто я тебе тут предложение делаю, — хмурится Арсений, но вскоре снова улыбается и одним ловким движением руки раскрывает коробочку. — Держи, это твоë. Отказы не принимаются. И да, я знаю, что у тебя этих штук и так много, но… Антон не в силах отвести глаз от массивного позолоченного кольца с буквой «А» и красивыми завитушками. У него уже закончились все ресурсы для выражения радости, поэтому он просто смотрит, не в силах поверить в своë счастье. — Арс, но оно же бешено дорогое… Арсений вынимает кольцо из коробочки и надевает на палец Шастуну. Оно приходится как раз впору. — Да, как и ты. И заметь, я отнюдь не про деньги, — шепчет Арс, опустив взгляд на окольцованные руки гибрида. Новое кольцо просто затмевало все предыдущие. Антон тянется к мужчине, но тот не даëт ему обнять себя, и делает это сам. Затем резко притягивает гибрида к себе и целует в вишнëвые губы. — М-м, Шастун… Ты пил чай с мятой, пока меня не было, да? — Арс легонько поглаживает Антона по кошачьим ушам и углубляет поцелуй. Антон стонет, совершенно не скрывая своей возбуждëнности. Он пошло раскрывает рот, а хвост позади него так и ходит ходуном от остроты ощущений. — Не называй меня… По фамилии. — Хорошо. Не буду. Мальчик мой, ты такой прекрасный, котëнок, — шепчет ему на ухо Арсений, отчего Антон весь заливается краской. — Не стесняйся, покажи мне, чего ты хочешь. Антон тихо скулит, не в силах сдерживать стоны. Арсений с каким-то злорадным торжеством наклоняется к Антону и кусает его за мочку человеческого уха, не забывая руками поглаживать кошачьи. Из горла вырывается хрип, затем стон и отчаянное мурлыканье. — Да-а, делай это громче, котëнок, — Антон заглядывает в глаза Арсения и видит, как они блестят от возбуждения. — Скажи мне, как сильно ты любишь своего… Арсений не находит слов, потому что сказать в данной ситуации «хозяин» было бы несколько некорректно. Шастун это понимает и тут же затыкает рот мужчины очередным мокрым поцелуем. Он по-кошачьи дико срывает с Арсения пиджак, затем рубашку. Всë это вперемешку летит на пол. Антон обнажает клыки и нежно кусает Арсения в шею. — Анто-он, — стонет Попов, всë сильнее распаляясь. — Иди ко мне. Антон прижимается к телу мужчины и чувствует под собой что-то твëрдое. Он поднимает вопросительный взгляд на Арсения, глаза которого затуманены, словно у него лихорадка. — Всë, что захочешь, и только для тебя, котëнок, — улыбается Арсений. И Антон хочет. Он тянется к графскому ремню и расстëгивает его, а после он следует на пол вслед за остальными вещами. Голый Арсений, пускай и в трусах, выглядит абсолютно беззащитным, и Антон теряется: у него в голове не умещается картина того, что и человек может быть обезоружен гибридом; что может так сильно хотеть его, Антона. — Малыш, — шепчет Арс, возвращая гибрида к реальности. — Мы можем сделать это в следующий раз, когда ты будешь готов. Только не бойся сказать мне об этом. Антон сдержанно кивает головой, стараясь не разреветься от нервов, потому как такая реакция явно будет здесь неуместна. Взгляд невольно опускается на… — Об этом не беспокойся, — Арсений нежно проводит рукой по кудряшкам. Он поднимается с кровати и сгребает в кучу всю одежду. — Я схожу в ванную и… Немного освежусь. Гибрид кивает, не в силах вымолвить и слова. Взгляд возвращается к сверкающему кольцу на руках, и внутри Антона вдруг что-то щëлкает, он подрывается с места и тихо произносит в темноту: — Арс. — Да? — слышит в ответ откуда-то со стороны ванной. — Что-то случилось, котëнок? — Я люблю тебя. Кошачьи зрачки сверкают в темноте, как два зелëных фонарика. — Просто подумал, что должен тебе об этом сейчас сказать.