не Доверял

      — Ю? Всё хорошо?       — М? Что-то не так?       Парню приходится приложить усилие, чтобы вернуться обратно в мир живых людей. Вдруг резко, всем телом, он стал ощущать всю одежду на себе: кольца на большом и указательном пальцах натирали, серьги — будто чугунные — тянули вниз; одежда раздражала всё тело. Челка падала на глаза, веки отяжелели, а ноги стали ватными — дискомфорт был во всем.       — Я спросил: «Уверен, что справишься?»       Кто-то в углу отбивал ритм ногтями по деревянному столу и нервировал этим всё сильнее. Почему-то все звуки на фоне вышли вперёд, но обращённые непосредственно к парню пролетали мимо. Он почувствовал резкое желание сбежать отсюда куда-нибудь и сжаться как можно сильнее. Накрыться тяжёлым одеялом и провести так в одиночестве хотя бы неделю. Теперь все проблемы должен решать он сам, но пока самостоятельно парень способен только контролировать собственное глубокое дыхание — и то с усилием.       — А почему должно быть иначе?       Ю натягивает дежурную улыбку и, почувствовав пощипывание в глазах, контролирует позыв слёз.       — Знаете, пора идти вперёд. Я давно хочу познакомиться с Чу. Не понимаю, зачем… Сэм скрывает её от нас.       Чжи-Тянь не стал разубеждать его. Что он точно понял за эти полгода — Козерогов лучше не пытаться переубедить: утвердите их в своём мнении ещё больше. С Чу общались уже все общие знакомые.       О том, что Ю больно, знал весь каст WBL. Любой, не лишённый логики и рефлексии, догадался бы. Конечно, Тянь заметил, как Ю запнулся на имени партнёра по работе над дорамой. На самом деле, когда её только начали снимать — это была привычная практика для него, над чем подшучивала вся съёмочная группа. Ю никогда не отвечал, а лишь краснел и мило улыбался в своей манере.       Только Сэм защищал его права, когда был рядом.       Но сейчас никто не осмелится что-либо сказать. Имя Сэма в присутствии Ю стало негласным табу для всех. Хотя никто и не хотел его упоминать в разговоре.       — Ты уверен, что хочешь пойти?       — Определённо.       Ю ещё какое-то время слушает разговор ребят, но не понимает смысла их речи: всё превращается в комок неизвестных ему слов, вылетающих из второго уха. Выждав, он уходит, отмахнувшись какими-то делами вроде съемок, и ровным шагом идёт в сторону туалета, где сможет побыть немного один и прийти в себя. Относительно.       Закрывшись в последней кабинке и сев на крышку от унитаза, он пересилил желание скатиться по поверхности серой туалетной дверцы вниз, одновременно борясь с порывом пнуть унитаз или избить кафель пола от злости. Но красные, обжигающие следы на костяшках пальцев выдавали, что ему всё ещё больно слышать о Сэме и особенно — о его новой девушке. Видеть их совместные выходы и фотки. Представлять, как Сэм обнимает её по ночам, поднимает трубку от абонента «Малыш», как она поправляет ему чёлку, когда та неуклюже сбивается набок из-за ветра.       Не выдержав, он в очередной раз открыл папку в галерее, долистал до времен съемок.       — Ты не устал?       Сэм сидел напротив в немного затасканной голубой футболке и тянулся к уголкам губ своего парня, чтобы убрать каплю мороженного. Они весь день гуляли по узким улицам и дышали пылью, но были невообразимо рады: впервые за несколько месяцев смогли выбраться куда-то вдвоём. Ю, не переставая, что-то рассказывал про съёмки нового клипа на островах и звукорежиссёра на студии, который плохо сводит.       В этом весь Ю — либо идеально, либо никак.       По правде говоря, половину из всего словесного изречения Сэм пропускал мимо: он слышал главное в предложениях и выделял общий смысл, но куда важнее для него был сам Ю, с его вечной экспрессией в движениях и эмоциях.       Они были так увлечены друг другом, что даже не вспоминали о жажде, и сейчас, когда они впервые за пять часов решили наконец присесть и отдохнуть, она пришла с двойной силой.       — За углом, вроде, была кофейня. Я могу сходить за соками, — Ю в своей привычной манере сидел идеально ровно, задумавшись, смотря в одну точку.       Сэм даже не сразу понял, что тот обращался к нему. Застывать взглядом на Ю — определенный вид искусства. Или изощрённая пытка. Но смысл не в этом.       Ю Тен отлип от испещрённой трещинами кирпичной кладки на дороге и вопросительно посмотрел на Сэма, улыбаясь и показывая свои самые милые ямочки, каждый раз забывая, что Сэму эта улыбка не очень нравится. «Она не выглядит настоящей», — говорил он, а сам всегда подгадывал момент для очередной шутки, чтобы Ю еле сдерживался от хохота, чтобы его лицо усеивали частые морщинки искренней радости, а улыбка обнажала ряд зубов. Один из резцов Ю немного торчал впереди, что придавало ему большего шарма. «Обычная дежурная улыбка». Но ничто в Ю не было обычным.       — Апельсиновый?       — А? Что?       — Кофейня за углом. Я схожу за соком. Ты будешь? — Ю активно жестикулировал руками и пытался по порядку дублировать информацию парню.       — Так. И при чём тут апельсины?       — Не торопись, мы до туда ещё даже не дошли. Вообще… пойдём со мной.       Нет. Осанка Ю — лучшее, что случалось с миром. Чёрная футболка с геометрическим незамысловатым принтом плотно прилегала к телу, а из-за жары немного прилипала и ещё больше подчеркивала его изгибы. Каждый раз парень сходил с ума даже не потому, что они уже три года встречаются, и родители Сэма их чуть ли не под венец тащат. Нет. Эта тонкость, это изящество — качества, присущие только этому парню. Парню Сэма.       Прямые от природы волосы Ю настолько отрасли, что падали на глаза, и ему вечно приходилось их поправлять. Пока они не были в лаке и были такими мягкими и легкими — Сэм просто наслаждался. Именно сейчас они выглядят наиболее живо. Какой же Ю изящный.       Пара крупных капель упала на экран, из-за чего сенсор перестал реагировать на прикосновения… как Сэм однажды…       Ю вытирает глаза тыльной стороной ладони и ведёт руки ко лбу, растирая челку. Сердце колотится в висках, нос подтекает, поэтому парень вынужден вытирать его рукавом кофты, от чего тот изрядно подмок.       Он наконец находит в себе силы выйти из своего убежища, но не из своей оболочки: почему-то Ю тяжело признаться перед ребятами, что ему на самом деле очень плохо. Тяжело просыпаться без Сэма, тяжело перестать, по привычке, заваривать по утрам две чашки кофе, тяжело осознавать, что Сэм больше не принадлежит ему.       А ещё они не виделись уже полгода. Последние месяца три Ю даже не смотрел его истории. Не из-за того, что не хотел, а потому что было очень стыдно и больно.       Дрожащими пальцами он больше плескает прохладную воду в лицо, нежели умывается. Но так даже лучше: чувствуется хоть что-то, кроме одиночества. Хотя, вроде, поэтому он так и делает.       Зачем он вообще согласился пойти? Сколько можно забывать его? Ю знает, что это будет унизительно — пить поодаль виски и испепелять взглядом самую обсуждаемую пару этого года. Кроме того, он прекрасно знает, что не настолько преисполнился в актерском мастерстве и не сможет долго делать вид, будто ему плевать на то, как его парень обнимает какую-то девушку и что-то шепчет ей на ухо. Постороннюю девушку, которая очень неожиданно ворвалась в жизнь парней и разбила их идиллию. Идиллию Ю.       Парень делает пару глубоких вдохов, проверяет сумку на наличие пропуска и выходит из агентства.       — Не хочешь поесть? Пойдём, сходим в ресторанчик японской кухни?       — Нет. Я и так потолстел.       Это было время, когда парни только начали встречаться. Прошло месяца два или три. Они часто ходили на место общих сходок вместе, оправдываясь тем, что находились недалеко друг от друга или встретились у входа. Чжи-Тянь и Рэй пускали ядовитые шуточки на этот счёт и тихонько посмеивались. Часто Сэм просто привозил Ю на вечера с друзьями, а потом забирал обратно домой, потому что так спокойнее. Они почти сразу начали жить вместе, потому что непривычно находиться вдали, когда на протяжении года они практически круглосуточно были рядом на съёмках, шоу, фан-мероприятиях и взаимодействовали друг с другом.       Сэм быстро привык, что Ю греет его правое плечо, а Ю — держать парня за руку. Удивительно, но чаще инициатором был именно Сэм. Это было его чувство общности: тепло Ю его успокаивало, особенно на массовых мероприятиях, когда не думаешь, что говоришь, потому что нервничаешь и зубами отбиваешь бит. Хотя он уже давно в индустрии развлечений, но эти встречи были как будто особенными, слишком важными и переломными в жизни.       После съемок Ю начал меньше следить за внешностью: отрастил чёлку, начал ходить в бесформенных, чаще чёрных, кардиганах и немного поправился. Следить за фигурой для дорамы не надо было, клипы он не снимал, а рекламных предложений с коллаборацией модных журналов не поступало из-за карантина. Парень любил готовить, у него даже в дипломе это было написано, поэтому времени готовить и обедать было всё больше, а бегать до зала всё меньше.       Умения Ю в готовке в принципе удовлетворяли Сэма, единственное — у них были несколько разные вкусы: поострее, посоленее, поменьше соуса, побольше овощей. Ссоры на этой почве возникали редко, чаще один из них уступал или Ю просто готовил несколько блюд. В общем, многие факторы сыграли плохую шутку с его фигурой. Иногда он начинал злиться на свою силу воли, но в эти моменты Сэм всегда его гладил и говорил, что он мягкий, как котик.       Ю мягкий не только физически, в целом с Ю — очень уютно. Сэм давно для себя осознал, что его дом рядом с Ю, где бы тот ни находился.       Ещё одним фетишем парня были пухленькие пальцы с кольцами, гармонично сидящими на них. Металл в целом очень шёл Ю с его обычно серьёзным лицом. Совсем не удивительно, что с ним сделала интеграцию ювелирная компания. Было весело смотреть, как Ю ответственно подошёл к этой работе: как он рычал, когда Сэм пытался его отвлечь, заставлял кушать хотя бы раз в день или просил провести с ним хотя бы пять минут — просто поговорить.       Больше всего раздражал тот факт, что его парень работал допоздна и спать ложился из-за этого гораздо позже него самого. А когда Сэм просыпался — Ю уже давно сидел за компьютером, созваниваясь с дизайнерами, и у него не было даже этой части дня, чтобы обнять любимого. Если он не разговаривал с кем-то по телефону или по видео-связи, то из музыкальной гарнитуры громко играли какие-то грустные китайские и японские композиции. Уж лучше тогда голос Ю, беседующего с менеджерами.       Когда вышла первая партия украшений, Сэм, не спрашивая, повел Ю в ресторан и всё утро не выпускал из спальни, пытаясь надышаться своим парнем.       — Ю! Ю!       Парень не сразу выныривает из своего вакуума, когда до его ушей доходит чей-то голос.       — Может, тебе вызвать такси?       — Не стоит, я поймаю попутку.       Перманентное желание Чжи-Тяня быть рядом иногда надоедало. Ю понимал, что друг это делает из самых лучших побуждений, но он просто хотел побыть немного один, отрефлексировать все свои чувства и понять, что ему делать. Вернее, как ему продолжать жить без любимого.       Но только Чжи-Тянь понимал, что Ю нельзя оставлять одного. Ребята долго встречались, но лично ни один из них не признался в длительных отношениях. Это и не требовалось: по их лицам и так всё было понятно.       Новость о том, что у Сэма появилась девушка, повергла всех в шок. Он просто однажды между фразами сказал, что опаздывает к своей девушке, кто-то пошутил про жёнушку и получил в ответ самый испепеляющий взгляд. Никто не решался что-либо спрашивать у парней на этот счёт, и все просто смирились с тем, что Ю везде ходил понурый, а Сэм, не замолкая, говорил о Чу. И все заметили, как они перестали вместе появляться на общих сходках. Сэм не хотел пересекаться с Ю, а тот, в свою очередь, просто хотел посмотреть на него ещё раз, хотя бы из-за угла.       — Я скоро уйду.       — Мы только встретились, имей совесть.       — Я договорился с Чу поехать к моим родителям.       — Ты уже знакомишь её с родителями? Да брось, Сэм, ты даже не любишь её, вы даже месяц не провстречались. Прекрати заниматься чепухой. Напиши Ю, что тебе очень жаль и помирись с ним.       На самом деле все уже очень устали от этой ситуации. Сэм с Ю очень поссорились и перестали вместе появляться. Все думали, что это ненадолго, и они в скором времени элементарно соскучатся друг по другу, но внезапно Сэм объявляет, что у него есть девушка, что он её очень любит и вообще — он натуральный, как его цвет волос. Тянь Ю, что случилось?       — Вас не касается моя личная жизнь, — заученно, безэмоционально выпаливает Сэм и уже ищет новый номер в контактах мобильного телефона. Забавно, номер Ю он почти сразу выучил наизусть, а за номером Чу бежал в телефонную книгу.

Ян Ю Тен

В каком плане?

Тянь Что у вас, черт возьми, с Сэмом?!

Ян Ю Тен

Я так понимаю разговорчик не телефонный?..

Тянь Не пытайся быть сильным. Тянь Не держи всё в себе, ок?       В такси Ю в мириадный раз прокручивал их последний разговор. У Сэма был новый проект.       В музыкальную группу он так и не вернулся. Последняя песня, которую он записал — фит с Ю, который так и остался демкой в папке на компьютере, и единственный, кто его переслушивал — Ю, включающий его на ночь и засыпающий под голос своего парня… бывшего.       Это была гет дорама, где у Сэма была главная роль в паре с относительно знаменитой актрисой Джойс Чу. Ю, когда началась трансляция сериала на канале, начал устраивать беспочвенные вспышки ревности, давая поводы для частых ссор. Сэм быстро заводился с таких наездов и всё чаще ночевал вне дома, а если он напивался — они ругались с новой силой.       И вот, однажды он просто не вытерпел. Не смог справиться с этим напряжением. За эти пять лет Ю очень изменился: он перестал быть амбициозный музыкантом, подающим надежды в индустрии развлечений. Сэм перестал приходить домой с трепетом, чаще уходил от диалога, чем ждал его с нетерпением. Он просто выгорел.       Это был нелёгкий шаг, но:       — Тогда нам лучше расстаться.       — М?       — Ю, если ты мне не доверяешь, если не веришь, когда я говорю, что люблю тебя и, наконец, если считаешь, что я прыгну под первую юбку, то к чему всё это? Зачем нам мучить друг друга вечными ссорами и битой посудой? Я так больше не могу…       — Сэм, ты натуральный abruti, — Рэя всегда поражало, как Сэм может быть таким рассудительным и наивным одновременно. — Да ты же единственный, кто не заметил чувств Ю к тебе. Бедный мальчик, нашёл в кого влюбиться. Чжи-Тянь, как в психиатрии называется влечение к полену? Чтобы знать, какую клинику посоветовать Ю.       Съёмки второго сезона только подходили к концу. Парни проводили ещё больше времени наедине. Они много болтали: чаще это были по своей сути пустые диалоги, но главное был контакт — они давно чувствовали ментальную и эмоциональную связь между собой.       Первое время Сэма немного отталкивала скрытность и повышенная отгороженность Ю. Впрочем, он понимал, что это — первый серьёзный проект Ю, в отличие от музыкальной карьеры, и пытался его разговорить, но они тогда ещё не были близки. Экранные дубли были в основном порознь, не считая тех репетиций, где Сэм отметил его простоту и искренность.       Ю неожиданно оказался очень тактильным. Сэму тяжело поддерживать физический контакт с людьми, отчего он всегда выстраивал границы. Ю принимал это желание. Даже после съёмок эмоционально-напряжённых сцен, когда ему требовалось, чтобы его обняли, он сначала подносил руку к лицу или телу Сэма и ждал зелёный свет.       Но с Ю было легко: его прикосновения ощущались слишком мягко и трепетно. Чем больше он раскрывался перед Сэмом, тем меньше общался с остальной командой. С ним ему было легче — он мало что понимал в киноиндустрии, когда ему режиссер написал с предложением. Сэм очень общительный внешне, но закрытый и холодный по своей сути — полная противоположность внутренне мягкому, тёплому Ю. Удивительно, что они вообще нашли общий язык и более того — очень сблизились.       — Вы что-то путаете. Нам просто хорошо вместе. Он меня понимает, как и я его.       — Уж что-что, а со вторым ты погорячился.       — Послушай, открой глаза. Он сблизился за год только с тобой, так? Только с тобой разговаривает, только тебе доверяет? Ты же в курсе: хоть мы и не слышим, о чём вы шепчетесь, но мы видим ваши лица.       — И он единственный, кто не подшучивает над тобой. А когда ты его поддеваешь — он тебя бьёт, как мальчишки в начальной школе дёргают косички девочкам, которые им нравятся.       — Ещё он краснеет всегда, когда мы называем его жёнушкой и пускаем шуточки в этом стиле. И слушает он только тебя, когда его поправляют в произношении.       — Да ты даже понимаешь, что он хочет сказать, пока мы только суть пытаемся уловить, когда он забывает слова и вперемешку с японской руганью пытается объяснить свои мысли.       Эван и Ричард не стояли в стороне от Рэя и Тяня и тоже защищали чувства Ю, пока Сэм складывал всё в единый паззл у себя в голове. Ему понадобилась неделя, чтобы понять, что Ю на самом деле может что-то испытывать, а потом прошёл срок действия контракта, и они просто перестали видеться.       Ю, как социально ответственный гражданин, сидел дома и соблюдал карантин. Большую часть времени он посвящал написанию новых песен. В основном он писал аккорды и, в частности, хуки. А Сэм снимался в новом проекте и никак не мог выбросить из головы образ Ю, который на самом деле к нему — Сэму, напарнику по дораме — что-то, возможно, испытывает. Часто он представлял, как Ю скучает по нему, и осознавал, что ему самому не хватает его солнечного взгляда и улыбки. Ради неё он готов придумать хоть тысячу шуток, потому что настоящая улыбка Ю может осветить всю его жизнь, и от этой мысли мурашки пробегали по коже. «Когда он тебя видит, то ждёт, что ты скажешь что-нибудь смешное. Всегда ждёт».       — Неужели, я правда ему настолько не доверял?       Парень с грохотом захлопывает входную дверь и идёт вдоль по коридору; кидает ключи и телефон на кровать, смотрит на её полог, всё больше погружаясь в воспоминания.       — Я постучусь, а ты сделай вид, что не ожидал. Ты же у меня юный актер.       — Я всё равно не понимаю зачем?       — Подогреть интерес.       — А не легче сказать, что ты уже месяц спишь во-он на той кровати?       — Всё. Ю, я уже решил. Иди, сделай вид, что занят чем-то очень важным.       Сэм подходит к входной двери и проворачивает замок:       — А, кстати, спрячь наши фотографии.       Повесить фото была идея Ю, но именно Сэм всё собирал и организовывал. Он полторы недели носился по магазинам, подбирая рамки и обменивая их на новые, если его парню они не нравились. Ю даже не ожидал, что тот так трепетно будет издавать и выполнять все поручения.       — Я у двери Ян Ю Тена. Мы постучимся в его дверь и посмотрим на его реакцию, хорошо? Я подошёл, сейчас стучимся в дверь.       — Откуда ты знаешь, где мой дом?       — Почему я не должен знать?       — Сначала войди.       — А?       — Давай, сначала войди.       — Итак, мы входим в его дом.       Они установили камеру на прикроватный стол и болтали несколько часов. Это было очень по-детски, но так тепло радовало душу. После по очереди приняли душ и уснули в обнимку на той самой кровати.       Что Сэм придумает завтра?       Каждый вечер Ю заставляет себя не думать плохо о ней. Чу не виновата, что Сэм остыл в своих чувствах. Она не виновата, что парень всё ещё страдает и скучает по своему Сэму.       — У тебя правда не было девушки?       — Не-а.       Ю в привычной детской манере отвечает чуть беспечно, с вечно милой улыбкой и слегка наклонённой набок головой.       — Погоди. То есть, наши экранные поцелуи — фактически твои первые?       — Не настолько «не-а», Сэм, — чуть размахнувшись Ю задевает плечо парня. – Просто… Знаешь, тяжело найти человека, с которым будешь себя чувствовать комфортно на ментальном и эмоциональном уровнях. Я хочу быть уверенным в своем партнере. Я не могу вкладываться во что-то и полностью отдаваться кому-то. Сейчас, когда у меня есть какая-то опора, я хочу принадлежать себе. Ты понимаешь, о чем я?       — Думаю, да. Но, если ты встретишь такого человека, то…       — Не знаю. Я же наверняка почувствую эту связь? Возможно, она и активирует это. Или как это ещё работает?       — Слишком сложно. Так ты целовался когда-нибудь?       Разговоры в каморке с реквизитом — негласный и неизменный ритуал между ними на протяжении всех съёмок. Они говорили обо всём: о песнях Ю, о группе Сэма, о переезде Ю на Тайвань и его адаптации, о прошлых проектах Сэма. Заучивали вместе какие-то слова, слушали музыку, повторяли роли и просто дурачились вдвоём. Стилисты не успевали наложить грим, как их уже искала вся съёмочная группа.       До выхода остался час.       «Чёрт. Зачем я согласился? Как я вообще пойду?..»       Челюсть сводит от бессилия, а глаза уже покраснели от всех навязчивых мыслей. Костюм на вечер аккуратно висел на дверце шкафа, но сейчас он казался не таким хорошим, как вчера. И в целом не в стиле Ю носить костюмы. Сейчас ему хочется надеть черную футболку WBL с белой джинсовкой и зарыться под одеяло.       Он берёт себя в руки, смахивает в несколько движений пыль, которая не смогла бы налететь с утра, и идёт в кухню. Всё равно от бокала вина ему ничего не будет — проверено на практике. Ю Тен хотел снова пролистать галерею, но на телефоне зарядка аккумулятора села ещё в такси по пути домой.       — Так даже лучше.       Парень чувствует подходящий к горлу страх. Вот чего сейчас не хватало — так это тремора. Он нервно перемещает кольцо по пальцам левой руки и прокручивает мысленно любой диалог, который теоретически мог возникнуть между парнями. По информации из интернета Джойс была довольно общительной девушкой.       «Интересно, он рассказал ей о наших отношениях?»       Для подстраховки Ю решил придумать пару фраз в ответ на базовые вопросы, чтобы не сесть в лужу.       Треск настольного будильника прорезает напряжённый воздух в комнате — пора начать собираться, иначе Ю опоздает. Но лежать вот так на полу и медитировать с вином куда легче и приятнее, чем идти на сходку, пускай и закрытую, и краснеть там от неловких взглядов, нелепых фраз и чужих прикосновений.       Ю вспомнил, что не выбрал украшения к наряду: обычно он делал это перед выходом, чтобы не забивать всё время размышлениями и сомнениями.       «Наверное, замочки и пару колец — в цвет металла».       В этот раз времени ушло даже меньше, чем обычно. Серьги в виде замков Ю сделал в коллаборации с EAST ICE — символ их скрытой с Сэмом любви. Это решение далось Ю легко: он не привык к боли и ещё не думал, как Сэм это воспримет, но желанию противиться не собирался. Раньше он их носил в образе с бесформенной рубашкой своего парня. Только с одной рубашкой.       — Здравствуйте, можно такси?       Ю смотрит в окно, но совсем не замечает ни пролетающих мимо машин, ни усеянных ресторанами улиц, ни зелени, цветущей с особенной силой и пышностью в этом году.       — А где Чу?       — У неё болит голова, поэтому она сказала, что не придёт.       Сэм до сих пор не знал, зачем вообще ляпнул, что возьмет с собой Джойс. Наверное, чтобы ему не было так одиноко рядом с Ю. Но, раз уж он сказал всем, что они встречаются, надо было поддерживать эту легенду.       — Не смей подходить к Ю, Сэм, — Чжи-Тянь уважал Сэма, но за самочувствие Ю он переживал куда больше, чем за отношения между ним и Сэмом.       — Вас это не касается.       — Всем привет.       Ребятам пришлось замять разговор, так как шептаться о Ю, только что вошедшему в зал, казалось не лучшей идеей.       — Тут где-то можно выпить?       — Пойдём, лучше сначала сфоткаемся, пока все красивые?       — Погоди, а выпить-то можно? Я сегодня ещё ничего не ел.       Сэм смотрит на Ю и не понимает, что в нем изменилось. Они давно не виделись — Сэм тщательно избегал любой встречи все эти полгода с момента, как они расстались. Он стал совсем худой, костюм на нём немного висит, а скулы торчат неестественно для конституции его лица. Чёрный, как и всегда — подчёркивает цвет его волос. И, конечно, он заметил серьги, которым уже почти шесть лет.       — Ю, ты вообще в своем уме? Если тебя отсюда вынесут вверх ногами — твои фанаты сделают с нами нечто похожее, а то и похуже.       Сэм согласен с Ю только потому, что хотел оттянуть момент съемки. В инстаграме была новость о том, что актерский состав WBL официально встречается впервые за всё это время на закрытой вечеринке. Ребятам есть, что рассказать друг другу — последнее время все были поглощены проектами. Но это также означает, что на общих фотках Сэму желательно обнимать своего бывшего парня. Эта мысль грела что-то внизу живота и обливала ледяной водой одним только осознанием.       Сэм помнит, какой Ю мягкий и податливый. Он с самого первого дня сравнивал его с котёнком. От этих воспоминаний глаза парня мутнеют, он поднимает жалобный взгляд на Ю и видит, как тот, в свою очередь, резко отводит такой же в сторону. Сэм перемещает его на губы — наверняка всё такие же нежные. Парню всегда было сложно смотреть в глаза Ю, поэтому он часто залипал на его губы.       Сэм не понимает надолго ли его хватит. Он так скучает. По Ю. По своему Ю.       Парень в том возрасте, когда пора обзавестись семьей. Он познакомил Чу с родителями в первые две недели их отношений, на что они лишь спросили, тихонько отведя сына в сторонку: «Что у вас произошло с малышом Ю, раз он тебя не принимает обратно?»       — Нам нужно поговорить, — Сэм жёсткой хваткой удерживает парня и тащит за собой в уединенную комнату.       — Чёрт, Сэм, отпусти, мне больно. Сэм, пусти! Я сам пойду, — слова Ю не имеют никакого успеха. Он видит, что рука уже начинает краснеть.       Но по телу от ощущения этих плотно сомкнутых пальцев разливается мазохистское наслаждение. Он наблюдает распахнутыми глазами, как Сэм пристально смотрит под ноги и старается следить за тем, чтобы Ю обходил любое мельчайшее препятствие, что на самом деле действительно очень сложно в его состоянии.       Когда они наконец остаются одни, Сэм очень долго мнётся, встав у двери и преграждая тем самым путь Ю к побегу.       — Скажи, Ю, что я сделал не так? Почему ты перестал мне верить? Неужели я настолько плох для тебя?.. Ты вообще уважаешь… любишь меня?       Ю чувствует, как сердце ускоряет свой темп до скорости света. Парень снова погружается в вакуум, и его сил не хватает на большее, чем периодически моргать.       — Я так больше не могу. Мне так плохо. Мне правда очень тяжело без тебя. Мне хорошо с Чу, но она — не ты. Чёрт. Я просрал наши пятилетние отношения. Я так скучаю. Её духи слишком сладкие, голос слишком высокий, а талия узкая. Её губы постоянно в блеске и слишком мягкие, а её стоны я даже не слышу. Первое время у меня даже не вставал, потом я стал представлять тебя, но не каждый же раз, Ю. Мы расстались в первый же месяц, договорились остаться друзьями. Пожалуйста, вернись ко мне. Умоляю, Ю, вернись ко мне. Я сделаю всё, что угодно. Я клянусь, что докажу тебе верность своей любви, только будь снова моим, потому что я всегда принадлежал тебе. Ю, ты слышишь меня?.. Пожалуйста, Ю.       Смысл слов, как и с утра, доходит с трудом. Ю пытается понять это сон или алкоголь на него так подействовал.       — Ты ответишь мне что-нибудь?       — Почему?       — Мы с тобой начали так часто ругаться. — Ю даже не приходится уточнять вопрос, потому что Сэм всегда знает, что он имеет в виду. — Я даже причины не понимал, поводом вообще всё служило. Я устал, правда, устал приходить домой и слушать, как ты орёшь. И ещё больше устал давать тебе поводы для таких эмоций. Я подумал, что дело во мне, Ю, и что так тебе будет лучше. А Чу всё время была рядом, но она никогда не могла согреть мое сердце.       У Ю нет никаких слов. Всё, на что его хватает — шмыгать носом и заливаться слезами. Сэм тут же притягивает его к себе:       — Всё будет хорошо, обещаю, — он гладит по голове, которая мягко лежит на его плече. Ю никак не может успокоить нахлынувшие эмоции.       Парни так и не выходили из этой комнаты до самого конца мероприятия. Куда важнее было рассказать о всех пережитых чувствах за эти самые долгие полгода в их жизни.       — Только прости меня и вернись. Я буду заботиться о тебе намного лучше. Только ты, Ю, делаешь меня живым.       Домой они поехали снова вместе.