let me live

Зима в этом году была очень холодной, но в то же время сказочной и уютной. В Хогвартсе уже готовились к Рождеству, профессор Флитвик сильно постарался: огромная рождественская ёлка возвышалась в Большом зале, сверкая волшебными гирляндами и игрушками. Каникулы вот-вот начинались, так что студенты радостно собирались домой, предвкушая дни в окружении близких. Но вот в этом году Римус решил остаться в Хогвартсе – все равно дома не так интересно, как в школе, а здесь он хотя бы мог ощутить праздничную атмосферу. Да и отец его дал добро в письме. Джеймс предлагал ему поехать с ним, но он не хотел доставлять неудобства мистеру и миссис Поттер, учитывая то, что он и так каждое Рождество празднует у них. А в этом году ему нужно готовиться к экзаменам. Да и вообще, в Хогвартсе во время каникулов интереснее. Особенно, когда Сириус тоже захотел остаться с ним. Сириус не хотел оставлять его одного – какой из него друг, если он просто уедет? В любом случае дома ему, мягко говоря, неприятно, несмотря на то, что там его младший брат (который, к слову, по неизвестным причинам игнорировал его в течение всего семестра), а к Поттерам ездить ему как бы запретили. Так что он просто будет бродить по замку с Римусом – своим лучшим другом, а в полнолуние сопровождать его, он же в нем нуждается. К тому же, Сириус скучал по этим приключениям: ему хотелось немного отдохнуть от всего, хоть и на одну ночь; забыть все людские проблемы и просто бегать по Запретному лесу, следуя собачьим инстинктам. Сколько бы Римус не пытался переубедить его, Сириус Блэк был чрезвычайно упрям. В замке было необычайно тихо (что, конечно, очень радовало Римуса), но несмотря на это, эльфы каждый день старались готовить все рождественские блюда, поэтому сегодняшний завтрак они не были намерены пропустить. Дамблдор и другие преподаватели поздравили их с Рождеством, и все начали трапезничать. Никто особо не разговаривал, только некоторые семикурсники притащили с собой громадные старые книги и громко шептались насчет экзаменов. Сириус и Римус молча ели, пока несколько сов не влетели к ним. Сириус получил несколько посылок – большой тяжелый пакет от Андромеды (он решил распаковать его в комнате), пластинки The Doors (они удивились, что он запомнил название группы) от Джеймса, коробка шоколадных лягушек от Питера. Римус – комплект перьев и чернил от Джеймса, коробка шоколадок от Питера и маггловский роман от Лили. Миссис Поттер им обоим отправила шерстяные свитера (красный и черный) ручной работы. У Сириуса чуть не упала челюсть, когда они открыли подарок Андромеды. Это была электрогитара. – Настоящая, черт возьми, ЭЛЕКТРОГИТАРА!! – закричал Сириус от восторга. – Боже мой, – так и открыл рот Римус. Они с восхищением провели минимум час, исследуя новую "Детку" (он так назвал ее) Сириуса, который все еще не верил своим глазам. – Ты умеешь играть на ней? – спросил наконец Римус. – Да, когда я жил у Поттеров, мы часто гуляли по маггловским улицам, тогда один чувак меня научил – Сириус улыбнулся Римусу и аккуратно начал играть знакомую ему мелодию. – Ooh you make me live Whatever this world can give to me. It's you, you're all I see, Ooh, you make me live now, honey, Ooh, you make me live Сириус выглядел таким счастливым и довольным, а еще у него был приятный голос... Римус сделал в голове заметку вспоминать эти моменты, когда у него будет плохое настроение. – You're the best friend that I ever had, I've been with you such a long time, You're my sunshine And I want you to know That my feelings are true, Слова этой песни были настолько подходящими, что Римусу захотелось плюнуть на все и обнять Сириуса, и просто... просто что?.. – I really love you, You're my best friend, – он искренне улыбнулся, довольный собой. – Ну как тебе, Лунатик? – Это было... восхитительно. – все еще задумчиво проборматал Римус. Он запутался в своих мыслях, в своих чувствах, и не понимал, что только что произошло в его голове... в его сильно стучащемся сердце.

***

Когда Римус проснулся, в комнате не было Сириуса. "Наверное, в Большом зале" предположил он. Приняв душ и тепло одевшись, Люпин спустился вниз, и в гостиной увидел Сириуса. Он сидел в кресле спиной к нему, не шевелясь. – Бродяга? Видимо, не услышал. Римус направился в его сторону и остановился позади него. – Сириус. – Доброе утро, Лунатик. – Э... Ты уже позавтракал? – Нет, – он наконец посмотрел на него. – Но ты иди, я спущусь через пять минут. – Что-то случилось? – Римус почувствовал запах. Запах крови. – Нет, Лунатик, слушай... – Ты ранен. – Что? С чего ты... – он услышал, как пульс Сириуса ускорился. – Покажи мне. – Римус опустился на колени рядом с ним и посмотрел ему в глаза. – Римус, почему ты... – Покажи мне, черт тебя побери, Блэк, я сказал! – рявкнул Римус наконец. Он сам был немного в шоке от своего тона. Сириус несколько раз хлопнул ресницами и уставился на него. – Эм... Только обещай мне, что не сделаешь из этого трагедию. – Он умоляюще посмотрел. – Ладно, ладно, блять, покажи уже мне эту ебучую рану! Сириус наконец закатал рукава свитера (подаренного миссис Поттер) и Римусу открылся вид свежей раны на запястье, неуклюже обмотанной бинтом. – Черт, Сириус... – глаза Лунатика наполнились сожалением. – Что произошло? – хрипло спросил он почти шепотом. – Ерунда. – Он был немного сбит с толку от реакции друга. – Тот засранец из Слизерина... Мы поспорили, а когда я достал палочку, он оказался быстрее. – С ним мы позже разберемся. – Римус поднялся. – Пошли. – Нет. Я не пойду к мадам Помфри. – Но Сириус! – Я сказал: не хочу. – Не время быть упрямым, друг! – Римус. Прошу, не надо. К тому же, я уверен, что ты знаешь нужные заклинания. – И тут он посмотрел на него и усмехнулся. От этого Римус немного замешкался. – Я не уверен, сработают ли они вообще. – Но ты же попробуешь? – Да... да, конечно. – Он сперва аккуратно развязал бинт с запястья, стараясь не задеть рану. Затем неуверенно достал палочку и постарался вспомнить все исцеляющие чары, которые он знал. О. Кажется, то что нужно. "Только сработало бы". – Кхм. Вулнера санентур. Тут, к большому удивлению Римуса и восхищению Сириуса, рана начала постепенно заживать. – Ты крут. Спасибо, Лунатик. – благодарно улыбнулся второй. Римус обнял его. Без раздумий, без каких-либо колебаний. Казалось бы, в этот момент его разум отключился, освобождая чувства, которые тут же вырвались наружу. Сириус замешкался, правда совсем на полсекунды и обнял его в ответ. Носом уткнувшись в его плечи, он почувствовал запах шоколада, пергамента, леса и немного – волка. Русые волосы щекотали его ухо, и он улыбнулся. "Не знал, что объятия могут быть такими приятными" чуть ли не вслух подумал Сириус. Римус неуклюже отстранился, будто придя в сознание и с ужасом осознав, что сделал. Ему было неловко смотреть Сириусу в глаза, так что он, раскрасневшись, сразу направился к выходу, бросая: – Может успею хотя бы на десерт. Он не заметил, как Сириус сзади улыбается.

***

Рождественским утром Сириус нашел небольшую коробку на прикроватной тумбочке. Это был подарок от Римуса. Он аккуратно открыл коробку: сверху лежала открытка, написанная до боли знакомым почерком, а под ней деревянная шкатулка. Чертов Римус и его словарный запас, с улыбкой подумал он, прочитав открытку. Затем достал шкатулку и, как только он ее открыл, заиграла мелодия. Очень приятная, спокойная, волшебная. Прямо как сам Римус. Сириус примерно пятнадцать минут сидел, наслаждаясь мелодией и наконец, закрыв шкатулку, поднялся. Вообще-то, он тоже приготовил подарок для своего друга. Только нужно дождаться вечера. Спустившись в Большой зал, обнаружил там Римуса, уткнувшегося в какую-то книгу. Как только он сел рядом с ним, появилась и еда. – Спасибо, Лунатик. Мелодия очень красивая, – добавил он, поймав непонимающий взгляд друга. – А. Рад, что тебе понравилось. Они позавтракали. Прежде, чем разойтись, преподаватели и студенты пожелали друг другу счастливого Рождества. Дамблдор даже спел рождественскую песенку. Утро прошло в уютной и непринужденной обстановке, все будто бы на время забыли о своих "земных" проблемах, в том числе Римус как всегда не тревожился о своем будущем и Сириус не думал о своих отношениях с братом, которые все больше приближаются к краху. Весь день они были в Хогсмиде в компании близнецов Пруэтт, которые тоже решили провести рождественские каникулы в школе. По их словам, если выпить "зелье идеальной прически" (Сириус записал рецепт) и наложить на себя заклинание "порыв ветра", то можно добиться эффекта, как в клипе Боуи: волосы выглядят как с обложки, а вокруг тебя постоянно дует драматичный ветер. В итоге, вернувшись в гостиную факультета все наблюдали за тем, как Сириус, последовав инструкциям, и вправду выглядел как рок-звезда, но расплачивался тем, что не мог нормально есть и вообще делать что-либо полезное в течение двух часов, пока действие заклинания не закончится. В какой-то момент ему стало даже холодно. Спустя несколько часов весело проведенного за счет эксперимента Сириуса и близнецов Пруэтт (которые рассказывали им о том, что они в разработке "карманного портала с рандомным выходом") времени ребята начали расходиться, и Сириус с Римусом тоже поднялись в свою комнату. Как только они переступили порог, Сириус с серьезным видом приказал Римусу закрыть глаза, достал из своего чемодана подарок, завернутый в несколько слоев пергамента и шагнул ближе, избавляясь от упаковки по пути. Протянув руку, он осторожно взял за запястье Римуса, который чуть напрягся от неожиданности, но не отдернул руку. Сириус медленно развернул его ладонь вверх и аккуратно вложил в нее маленький холодный предмет, на мгновение задержав свою руку поверх его пальцев, будто закрепляя это действие. – Можешь смотреть. Открыв глаза, Римус обнаружил в ладони круглый, раскладной кулон на тонкой цепочке. На крышке было выгравировано созвездие: тонкие серебряные линии соединяли маленькие точки, складываясь в знакомый узор. Он провел по нему пальцем, затем аккуратно поддел крышку. Кулон тихо щелкнул. Внутри, под тонким стеклом, медленно двигалась луна – темная тень скользила по светлому диску, плавно меняя фазу прямо у него на глазах, как в настоящем небе, только сжатом до этого маленького круга. Римус замер, наблюдая за этой крошечной луной в его руке. – Он показывает настоящую фазу, – начал объяснять Сириус. – Где бы ты ни был. – Вау, - это все, что Римус мог выдавить из себя, наполненный удивлением, восторгом и еще каким-то теплым чувством, которому он не смог дать определение. – Спасибо, это... Это просто вау. – Он поднял глаза на Сириуса, и в этом взгляде было больше, чем он обычно позволял себе показывать. – Мне казалось, ты скажешь что-то более умное, – бросил он, но без насмешки. – Ты сам это сделал? Сириус фыркнул. – Разумеется. Не думал же ты, что я доверю такую вещь кому-то еще.