–Ещё немного

Под самой крышей бедного деревянного дома, которая протекала при первом же маленьком дождике, находилась низкая каморка. Убранство этого маленького и узкого пространства – комнатой это никак нельзя было назвать – составляли лишь такая же низенькая скрипящая кровать, ветхий деревянный стул и письменный стол, сколоченный кое-как из четырёх брусков и нескольких досок.

Под кроватью лежал один единственный чемодан с несколькими тряпками, по одному комплекту на все четыре времена года, да стояли две пары обуви: зимняя и летняя.

В помещении было мало света, стоял запах сырости, а в воздухе летала пыль.

Хозяевом сих апартаментов является двадцатиоднолетний юноша по имени Хван Хёнджин. Красивый, молодой, сильный и, самое главное, умный и прозорливый, он не имел ни семьи, ни друзей, ни постоянного места заработка, но зато у него были чувство азарта, риска и смелости (а может, это была просто глупость), которые не позволяли ему умереть с голоду. Звучит, конечно, интригующе, но на самом деле, он был всего лишь навсего вором.

Ну как "вором"... Нет, он не обкрадывал несчастных жителей деревни, которым и так самим еле хватало на пропитание. Этот был немного другого рода.

Узнавая, где находятся заброшенные старинные усадьбы, Хёнджин в тайне пробирался туда и нередко находил очень интересные и стоящие вещицы, брошенные там когда-то бывшими жильцами: то драгоценную брошку, то чернильницу из слоновой кости, то искусно сделанную трубку. Не каждый раз ему приходилось находить что-то, но если попытка оборачивалась успехом, то он спешил забрать её себе или продать.

Это было что-то вроде его хобби, ещё с подросткового возраста; впервые он сделал такую "вылазку" в 12 лет. Решив прогуляться по лесу в свободное время, он внезапно для себя понял, что идёт не по земле и мху, а по твёрдой поверхности. "Ну камень и камень", подумал было мальчик, но спустя несколько минут обнаружил, что поверхность, по которой он шёл, имеет форму круга. Как оказалось позже, это было в прошлом основанием фонтана. В следующие свои прогулки, как только у него появлялась возможность, он бежал на то же место и совсем скоро понял – это территория принадлежала какому-то знатному роду, а развалины – бывший дом.

Так это и стало его увлечением. Он буквально обшарил все окрестности в поисках ещё таких находок и небезуспешно. А среди камней, из которых были возведены стены, между щелями, в дырках, ямках он начал обнаруживать всякие интересные вещицы.

И вот, в одну из таких "вылазок", неделю назад, парень нашёл нечто поистине необычное и ценное.

Над низким, кое-как сколоченным столом, парень сгорбился и очень увлечённо рассматривал найденный предмет. Свет от догорающей свечки мистически озарял пространство вокруг, делая обстановку даже немного напряжённой.

Вот он, обычный юноша, с тёмными, собранными в пучок волосами, в обычной холщовой рубашке, заправленной в бежевые истасканные брюки, стоит в этой конуре, насквозь пропитавшейся сыростью и освещаемую последним огарком свечи, и смотрит на дорого украшенный, явно старинный фолиант.

Отделанный бархатом насыщенного, бордового цвета крови, с золотым тиснением сбоку и на обложке, весь в мелких драгоценных камнях, составляющими единый, сложный узор из переплетающихся линий... Необычайно тонкая и скрупулёзная работа некогда сделавшего её мастера по-настоящему завораживала.

Но когда до Хёнджина дошло, в каком убогом месте лежит это, то усмехнулся, то ли раздосадованно, то ли скептически. – Надо же... Этот фолиант стоит целое состояние, его явно раньше охраняли и ценили как зеницу ока, а теперь... Он лежит здесь, в таком захолустье... Удивительная штука – жизнь, – по-философски закончил он и глубоко вздохнул.

В центре, на обложке книги, можно было прочитать надпись, выполненную изящным почерком и отливающую золотом.

Хоть и общался он, в основном, только с соседом-корейцем, когда-то тоже уехавшим из родного края, на корейском языке, но язык страны, в которую мать с ним переехала много лет назад, знал. Иммигрировали они в западную Европу в надежде начать новую жизнь, но спустя несколько лет женщина умерла, а паренёк остался на собственном попечительстве и на переодическом поглядывании за ним того самого соседа, старичка Чо. Добрый, но строгий и справедливый, пожилой мужчина всегда приносил парню много книг на языке этой страны, и очень часто рассказывал истории и сказки именно на нём, чтобы никогда не возникало недопониманий с жителями и он мог объясниться в случае чего. Спустя какое-то время, вспоминая перевод слов, Хвану всё же удалось понять, что они значат, и сделал вывод, что это что-то вроде сборника, который включал в себя названия местных сверхъестественных существ и легенды о них.

Он не понимал почему был так пленён обычной книгой. Такое ощущение, что она досталась ему, именно ему, в руки не по простому совпадению. Да, вор много всего на своём веку повидал, много удивительных ювелирных изделий, всяких статуэток из мрамора, шикарных заколок с жемчугами... Все эти вещи оказывались в каких-то уму непостижимых местах заброшенных особняков и чудом уцелевали от разбойников, желающих наживиться на чужом разгроме.

Однако никогда юноша не находил таких вещей, и у него складывалось впечатление, что он нашёл её не просто так, будто она являлась каким-то переломным моментом в его жизни... – И куда я её дену? Для тайника она слишком большая, да и это кощунство! Хранить такую реликвию между стенками за сырыми обоями... – он в задумчивости сжал губы, нахмурился и стал смотреть куда-то наверх, в потолок, как делал каждый раз, когда его мучали сомнения.

И всё же, любопытство одолело, и он, так и не приняв окончательного решения, захотел посмотреть, что же там внутри: – Я не я, если не открою и не посмотрю, что там написано внутри... Даже если продам, то хоть воспоминания останутся...

Аккуратно став листать хрупкие листы и чуть ли не чихая от пыли, которая скопилась там за многие годы, Хёнджин рассматривал удивительные и потрясающе детальные изображения: волки, оборотни и тому подобная "чепуха" (по мнению парня) – в картинках рассказывалось о том, как происходят обращения, кто кого ест, кто сколько живёт и о подобного рода информации. –Надо же, во что только не верили люди раньше... Сейчас начнёшь о таком говорить, так тебя сразу в психбольницу и упекут...– уже приняв окончательное решение насчёт судьбы этого фолианта и собираясь захлопнуть его, взгляд тёмных глаз Хвана вдруг зацепился за ещё одно изображение, а точнее за надпись, которая находилась рядом с ним.

Перед ним на страничке был изображён древний особняк, даже скорее замок, но справа от него находилось то, что как раз и привлекло внимание парня – корейская буква '이' [И]. Он в шоке смотрел на неё: что она, чёрт возьми, забыла в сборнике сказок из западной Европы? Пробежав взглядом текст, находившийся рядом, он понял, что на изображении – древнее имение некого вампирского рода с фамилией 이 [Lee]. Мол, они там жили издавна и являлись чуть не самыми влиятельными персонами среди всей этой нечисти. Но вот информации о том, что они забыли здесь и как они сюда попали, нигде не было сказано. – Вот те на...

Ещё какое-то время он сидел в замешательстве, но вскоре в его голове возник знаменательный, как он считал, план. Книга, по сути, ему уже была ни к чему, но вот особняк...

"Сомневаюсь, что вампиры существуют, но вот какая-нибудь состоятельная семейка, жившая там раньше, вполне может сойти за правду" – хитро улыбался Хван.

Однако, он не знал, как дойти или доехать до этой усадьбы (да и где она, собственно?), а из текста ему это узнать никак не удалось, как и историю этой семьи. Сгорая от любопытства и жажды поискать ещё какие-то необычные и ценные вещи, парень срочно захотел узнать, как добраться туда... А единственным источником хранения информации всех путей и дорог, вычерпанной из многолетнего опыта путешествий и общения с людьми, был только... "...Дедушка Чо".