Тарантизм

Когда в коридоре раздался звук битвы бензопилы и мотоцикла, это стало метафорической музыкой для моих ушей. Я встала и направилась в подвал. Я отодвинула коробку с безделушками и прочим хламом, открыв вентиляционное отверстие, за которым находился старый желоб для угля, в котором я спрятала свой костюм. Это был комбинезон из паучьего шёлка, тёмно-синего цвета, с небольшими, но довольно дорогими пластинками из кевлара, которые были внутри ткани, чтобы дополнять её в важных местах. Ранее проведённый тест показал, что он достаточно устойчив к ударам ножом, что было больше, чем можно было бы сказать о первом костюме большинства людей. Линзы сделаны из синих баллистических очков, с соответствующими мне диоптриями, гладкие и прозрачные. Маска была пустой, безликой, но каким-то образом она подчёркивала женственные углы моей челюсти, одну из черт, которым я обязана своей матери. Единственным украшением были две шали из ещё более плотного паучьего шёлка чёрного цвета, обёрнутые вокруг моих плеч и бёдер, как для дополнительной защиты, так и для сохранения приличий, а также подсумок на пояснице. Единственная незащищённая область — затылок, потому что я отказываюсь прятать мою единственную хорошую черту. Сделать это было непросто, но, когда я надела костюм, эффект был ошеломляющий. Мои длинные чёрные волосы хорошо сочетались с шалью, а тёмно-синий был достаточно далёк от чёрного, чтобы его можно было различить в тусклом свете, обеспечивая контраст и ещё сильнее уменьшая мою фигуру. Я не выглядела ужасно, не считая очевидных недостатков моего телосложения, однако небольшая подгонка дополнительных кусков ткани помогла скрыть их. Я схватила перцовый баллончик, MP3-плеер, наушники и пару четвертаков на случай, если мне понадобится звонок или автобус, и выскочила через чёрный ход. Создатели моего костюма пролетели от меня где-то на квартал и назад, благополучно вне поля зрения. Добрый вечер, Броктон-Бей.

***

Патрулирование — это тяжёлая работа. Это был первый урок ночи. Гулять часами напролёт было скучно, а гулять часами напролёт ночью в костюме на территории банд? Это было пугающим. Слушать радио во время прогулки помогало слабее, чем я думала. На самом деле, бодрая популярная музыка делала всё происходящее ещё более странным. Был ли кто-то в этом переулке? Кэти Фуллер продолжала петь. Был ли это торговец наркотиками? Шанайа Лоуренс продолжала удерживать ритм. То есть, иногда они играли хорошую музыку, но почему бы не сыграть какую-нибудь классику? Возможно было слишком нагло предполагать, что я найду преступника, которого надо поймать. Уровень преступности не может быть таким высоким, верно? Уинслоу, должно быть, просто место для вербовки. Люди в этой части города не были плохими поголовно, просто они были более серыми в моральном плане только потому, что здесь это был единственный путь к успеху. Системе было плевать на тех, кто нарушает нормы, а если нормы изменились, она перестала замечать насколько дерьмово всё становится. А эти улицы были такими угнетающими. Здания, остро нуждающиеся в чём-то гораздо большем, чем просто новый слой краски, часто с осыпающейся лепниной и дырами в стенах. В смысле, мой дом был ненамного лучше, но это не оправдание. Кроме того, было слишком много парочек, идущих туда. Это невесело — чувствовать, когда люди танцуют горизонтальное танго, даже тогда когда моя сила не влияет на них. Если уж на то пошло, там было слишком много вредителей. Я из первых рук знала, что такое болеть вшами, потому я могла определённо сказать, что эти квартиры и дома больны насекомыми и грызунами. Я собрала их, не задумываясь, но это было немного утомительно. Возможно, в другой жизни, я бы была кейпом, избавляющим от вредителей, но город нуждался во мне для чего-то большего, чем это. Кроме того, кто поверит истребителю насекомых, который может сделать ровно то же самое с людьми? Чувак, здесь просто ничего не было. Может мне стоит проверить складской район? Тьфу. Ещё больше ходьбы. Я как раз собиралась отправиться домой, устав от проверки пустынных переулков и пустующих складов, когда услышала отчётливые трески и грохот выстрелов поверх дрянной песни о любви. Наконец-то то, чем можно заняться. К чёрту эту песню, мне нужно что-то хорошее. Я нажала пару кнопок на MP3-плеере, открыв плейлист и перемешав его. Когда я завернула за угол, и заиграла песня, я улыбнулась. Идеально. Теперь надо разобраться со всеми этими головорезами.

***

Я увидела место действия, когда заиграли знакомые звуки вступления к Триллеру. Короткий переулок с тупиком, зажатый между несколькими складами. Члены АПП были повсюду, немногие с ружьями стреляли в чёрное как ночь облако, а те, кто был с холодным оружием, стояли наготове. Огонь струился по огромному человеку в металлической маске, борющемуся с четвероногим существом почти такого же размера, массой окровавленного, разорванного мяса и костяных отростков с длинным, цепким хвостом и опасными когтями. Странно уместно, учитывая вступительный вой. В этом было что-то оборотническое. Когда началась музыка, я начала делать своё дело. Волна прошла через каждого человека в переулке, кроме существ и людей, которых я не смогла опознать в дыму. Она прошла незамеченной. Бух-дун-дун-дун-Дун, дун, дун… Некоторые из АПП начали слегка кивать головами в такт с музыкой. Первый куплет начался. It’s close to midnight, and something evil’s lurking in the dark… Under the moonlight, you see a sight that almost stops your heart… Ноги постукивали в такт. Слова произносились слишком тихо, чтобы слышать их с такого расстояния. You try to scream, but terror takes the sound before you make it… Лунг стряхнул зверя, а затем последовал выстрел. You start to freeze, as horror looks you right between the eyes… Я обратила внимание на двух головорезов, которые напевали мелодию, ожидая чего-нибудь, что можно ударить их битами. You’re paralysed… Теперь начался припев. Cause this is thriller, thriller night! And no one’s gonna save you from the beast about to strike… Другая четвероногая масса костей и мяса вырвалась из темноты, взревев и покачнувшись, когда в неё попали из стрелкового оружия, и протаранила Лунга. Он обвил рукой шею твари, борясь с ней. Та, которую он отбросил ранее, хлестнула головореза длинным хвостом, сбив его с ног и отправив его пистолет на асфальт. Когда припев закончился и начался второй куплет, движения головорезов стали довольно заметными. Выстрелы раздавались в такт ритму, бандиты стучали пальцами ног или гудели, некоторые даже начали тихо подпевать. Двое переглянулись, а потом вернулись к наблюдению за битвой между Лунгом и монстрами. You close your eyes, and hope that this is just imagination… У него тоже были признаки подчинения, но не такие выраженные. Мышцы подёргивались, а его нога продолжала скользить назад. Его враги продолжали удерживать его внимание, пока он отбивался от них. Потребовалось подождать до второго припева, чтобы некоторые начали замечать, что что-то не так. Вскрик, когда в группах появились более крупные движения. Теперь я имела слабый доступ к их чувствам и чувствовала, как они паникуют, как оружие выпало из-за джазовых рук, и как они начинают сопротивляться танцу. Наконец, кто-то нашёл способ позвать Лунга. Примерно тогда я поняла, что до сих пор просто стою у входа в переулок. К несчастью для них, в то же время я вспомнила о моём рое вредителей. Night creatures calling, the dead start to walk in their masquerade… Лунг, достигший уже девяти футов в высоту (2,74 метра) и покрытый серебристой чешуёй, обратил на меня своё внимание в тот же момент, как понял, что его люди не устраивают спонтанную танцевальную вечеринку. Я призвала рой насекомых, формируя шёлковые сети танцующими пауками и летунами-акробатами. Настоящий поток танцующих мышей и крыс прыгал и подпрыгивал на своём пути в переулок. Лунг отбросил тварей, нанеся тошнотворный удар по челюсти и крикнул мне голосом, грохочущим как обвал. — ТЫ ЗАПЛАТИШЬ ЗА СВОЮ ДЕРЗОСТЬ, ДЕВЧОНКА! Вау, поменьше плохой актёрской игры, пожалуйста. Музыка достигла третьего куплета, когда Лунг быстро приблизился ко мне. They’re out to get you, there’s demons closing in on every side… Зверь, которого он не ранил, набросился на него сзади, а ответный бросок был прерван подёргиванием рук, пытающихся выполнить танцевальные движения. Существо вцепилось ему в плечо, и он заревел от боли. Я обметала две готовые сети, пытаясь помешать и задержать его. Крысы пытались кусать его ноги, пока кружили вокруг него, но не смогли прокусить его твёрдую чешую. В ответ он загорелся, убив многих моих грызунов и заставив существо взвизгнуть и отпустить его от боли. Тем не менее, сети таяли на нём, затрудняя его движения достаточно долго, чтобы начался припев. That this is thriller, thriller night… С этого момента вся его банда полностью попала под мой контроль. Они начали скоординированный танец зомби, и я могла видеть их глазами, что туман рассеивается, даже когда я сосредоточилась на Лунге. Зверя отозвали свистом, возвращая его к фигуре, стоящей рядом с раненым существом. Ещё один припев и несколько шёлковых сетей, теперь менее эффективных. Глава банды всё ещё сильно сопротивлялся моей силе, но прогресс был. Это было делом нескольких минут, в течение которых надо остаться в живых. Он двинулся ко мне, и я обильно полила на него из перцового баллончика, вызвав ещё один рёв боли, когда его ритмично подёргивающаяся рука закрыла глаза. Последний припев подошёл к концу, и я выбрала троих бандитов для финальной части песни. Атмосфера важна, в конце концов. Лунг восстановился, но тут же наклонился, его рот раскололся, а на спине начали образовываться отростки. Тем не менее, его ноги начали предавать его, заставляя его отступать в сторону и слабо реагируя на его команды. Трио начало петь, жестикулировать и танцевать в более сдержанной манере. — Darkness falls across the land. The midnight hour is close at hand… Лунг взревел, хотя его тело начало принудительно завершать движения танца. — ЗА Э’О Я У’Ю Т’БЯ! Он бросил в меня пару огненных шаров, но для него было уже слишком поздно. От огня было легко увернуться, даже на таком расстоянии, потому что он был предсказуем благодаря ритму музыки. Он пытался атаковать меня, но не мог сопротивляться достаточно сильно, чтобы сделать что-то эффективное, его движения прерывались рывками и подёргиваниями. Его рост заметно замедлился, а затем вовсе остановился. — And though you fight to stay alive, your body starts to shiver: Я наблюдала, как он смотрит на меня, через его глаза, чувствовала, как он формирует слова своим странным ртом. Больше не рёв, но холодная, мстительная ярость. — Я за’тавлю т’бя заплатить за э’о, де’чонка. Уми’ая, ты бу’ешь кри’ать. На заднем плане бандиты скандировали: «For no mere mortal can resist, the evil of the thriller.» Затем Лунг запрокинул голову, поддавшись злому смеху, завершившему песню. Пауза, а затем заиграла Богемская рапсодия. Я повернулась к концу переулка, шагая к группе, которой я только что спасла жизни. Там было четыре кейпа, если только звери не были товарищами по команде. Человек в кожаной мотоциклетной куртке, с которого текли, как чёрный туман от сухого льда, струи той же самой тьмы, женщина в толстом пальто с меховой подкладкой, в дешёвой на вид маске собаки, которая проверяла… полагаю, это должна быть собака… с травмой челюсти. Девушка в бледно-лиловом, которая выглядела неслабо раненой, держала одну руку и не поднимала глаз и парень, в костюме, который можно было бы назвать старомодным и безжалостным подражанием драмкружку, стоявший сложив руки. Вокруг них несколько побитых головорезов и треть собачьих мутантов, стоящих на страже. Им потребовалась минута, чтобы по-настоящему обратить на меня внимание, но это было нормально. Тем временем я достала свой MP3-плеер. Мне нужна была хорошая песня, чтобы члены АПП пели её, пока они танцуют по пути к своему заключению. Что-то, что я могла послушать в цикле: как бы мне ни нравилась Богемская рапсодия, она не очень хорошо зацикливается. О, идеально. Классика музыки для контроля тел, достаточно прилипчивая, чтобы её можно было слушать следующие полчаса. Я жестом пригласила группу следовать за мной, когда Лунг и его труппа головорезов начали формировать линию конга. Лунг возглавил её и, всё ещё слегка подёргиваясь, начал петь хриплым голосом. — ДЭЙ-О. ДЭ-Э-ЭЙ-О. Бандиты присоединились. — Daylight come and me want to go home. Я повела их маршем через главную улицу. Надеюсь, Протекторат сможет принять их до того, как закончится мой контроль. Наконец, когда оставшиеся кейпы подошли ко мне, я заговорила. — Итак, привет. Думаю, представимся по порядку.