Тайный Союз

— Вы потеряли что? Избавьте меня от этого гороха, я возвращаюсь домой, — Дементра хотела было рассмеяться от глупости происходящего, но держалась из последних сил. Морщинки-лучинки заиграли на её уставшем утонченном лице, а легкая ухмылка еле тронула уголок губ. Закусив губу, она вновь поправила волосы и облокотилась на спинку кресла, — Вы наделали в штаны, а нам вам трусы менять? Увольте и повзрослейте, мальчики, — она театрально закатила глаза и собиралась встать, как её удержала сильная рука. — Деми, сядь, — вампир выразительно посмотрел на неё своими красными глазами. Может, он бы и попытался её загипнотизировать, но знал, что на ней не сработает. Особенно после Врат. Несмотря на бушующий гнев, некромантка взяла себя в руки и села обратно, не в силах избавиться от комка в горле. Когда она ехала сюда, она мечтала о том, чтобы Энтони был здесь, но надеялась, что его не будет. Слишком большая пропасть теперь между ними. Она сама всё испортила, но извиняться и стоять на коленях, лишь бы простил, она не собиралась. Из раздумий её отвлек многозначительный кашель Мистера Грея. Выждав паузу, пока Деми усядется и примет спокойную, не боевую, позу, он продолжил. — Да, Дементра, как ты выразилась, мы наделали в штаны, — многозначительный смешок со стороны некромантки прервал небольшой монолог главы организации. Он цокнул, но не мог не согласиться с девушкой — проблема действительно была, и они выставили себя не с лучшей стороны, — И мы просим вас помочь нам собрать эти артефакты обратно. Все, что вам будет нужно, находится в этой папке, — на стол с громким шлепком приземлилась тяжелая синяя папка, — Надеюсь, мы с вами договоримся. Вы все еще часть ЖНЕЦа, поэтому я могу вам и приказать. Дверь хлопнула. Мистер Грей покинул комнату, оставив Союз наедине с собой. Каждый вспоминал, чем он пожертвовал, когда вступил в союз. Сэм, вечно весёлый парень, немного сник: вспомнил отречение отца от него. Он никогда никому не говорил об этом, лишь Елена иногда подмечала перемены в парне. Сама же Елена, меланхоличная девушка с печальными глазами, была весьма спокойна. Она в душе понимала: терять ей нечего. Она потеряла все: мужа, ребёнка, друзей… Второе собрание Союза — как глоток свежего воздуха для неё, и она не упустит этот шанс. Энтони с грустью и тоской посмотрел на Дементру. Когда они вступили в союз, он потерял её. Это было больнее всего. Та, ради которой он жил, вылезал из беспросветной задницы. Та, ради которой он терпел боль и лишения. Ради которой он снова чувствовать начал… Дементра была на удивление тихой. Нельзя было сказать, что она была главной заводилой, — эта роль принадлежала Сэму, — но её вечное ворчание придавало сил, а сейчас его не было. Она тоже осматривала Союз. Если честно, где-то в глубине души, — если она вообще была у некромантов, — она рада была их видеть. И Елену, раздражавшую её вечным пессимизмом; и Сэма, симпатичного паренька с шилом в заднице; и спокойного, рассудительного Энтони. Единственный, которого она была не рада видеть, сидел в углу комнаты и внимательно рассматривал каждого из присутствующих. Деймон, молодой демон, сразу отметил отличительные черты каждого из Союза. Он отметил пустоту и чувство бесконечной утраты внутри Елены, отметил каждое её тревожное движение: как она накручивает свои русые волосы на по-детски пухлые пальцы; как она устало теребит подол своего красного коротенького платья; как бегают её голубые глаза, обильно подведенные черным карандашом. Деймону хотелось узнать больше про эту девушку: «Интересный экземпляр. С красоткой можно провести интересную сделку», — подытожил демон. Немного погодя он перевел взгляд на Сэма. Даже Деймон отметил: Сэм был привлекательный. Длинные золотистые волосы, нордическое лицо с грубыми чертами, но при этом бесконечно нежные, щенячьи голубые глаза. Щенок, как про себя его назвал демон, пытался развеселить Елену. Он сидел очень близко к ней, травил шутки и очень по-собственнически обнимал её. Не то, чтобы Елене было некомфортно, возможно даже наоборот — она словно растворилась в его объятиях. Деймон заметил: она перестала тревожиться. «Обаяшка», — подвел итог парень. Энтони не нравился ему больше всего. Всегда спокойный, с тонкими, даже аристократическими чертами лица. Его красные глаза внимательно следили за каждым. Деймон не мог не подметить, что тот волнуется. Чересчур часто поправляет свои белоснежные волосы, чересчур часто трогает свой пирсинг, которого у того было предостаточно: нос, губы, бровь, уши… Деймон мысленно представил, как Энтони пытается пройти через металлоискатель и улыбнулся своим мыслям. Причина волнения клыкастика, как про себя стал его называть юный демон, закинула ноги на стол и не смотрела ни на кого. «Гадость», — хмыкнул Деймон, сверля её взглядом. Деймон был знаком с черноволосой не очень давно. Незадолго до первого созыва Тайного Союза, — нечисти, как их прозвал Отряд Спасения и весь ЖНЕЦ, — Дементра случайно ранила демона осколком заклинания. Того переклинило, и он ослаб в пирокинезе: огонь перестал быть его стихией, находясь под мощнейшим блоком из слоя вязкой, зелёной магии. Снять этот блок мог только тот, кто его и поставил. Изрядно выпив, демон завалился к девушке в имение. Деймон не помнит, что конкретно говорила Дементра. Помнит обрывки фраз: «Рога через глотку протяну… Хвост засуну туда, откуда вырос…». Тогда демон и понял, что влюбился в эту вечно ругающуюся, вечно ворчащую ведьму. Мысленно стукнув себя за «ведьму» («Деми бы меня за одно место подвесила, если бы узнала, что я её так называю», — подытожил демон), он продолжил вспоминать. Вспомнил он и её горящие азартом зелёные глаза, когда она рассказывала про созыв Тайного Союза. — Ты представляешь, я могу временно реквизировать древнейшие артефакты! Я такому обучиться могу — глаза на лоб полезут. В фигуральном смысле! — девушка с удовольствием рассказывала о преимуществах её вступления в союз. В один момент она резко обернулась и посмотрела в глаза парню (попыталась в глаза, но смотрела куда-то в район солнечного сплетения), — Освобожу тебя от блока. Она долго стояла и о чем-то думала. Демон не смел ей мешать, он просто наблюдал за тем, как она закусила губу, убрал ей волосы с лица. Вдруг девушка словно вынырнула из сна и недовольно зашипела: — Это вообще нормально, когда ты разговариваешь с человеком, а у тебя шея затекает? — Почему не хочешь пробудить свою истинную силу некроманта? — парень поправил свои тёмные волосы цвета шоколада и уставился на девушку с немым укором, — «Некромантка», «некромантка» … Даже вшивую лягушку оживить не сможешь, — не в силах выдержать контакт глазами, он отвернулся от неё и пошел вперед. Лишь спустя время он резко остановился и понял, что перегнул. Когда он обернулся, чтобы извиниться перед Дементрой, её уже не было рядом. Лишь зелёная дымка вокруг места, где та стояла… «Лишь бы не навсегда», — мелькнула мысль внутри демона. Деймон сидел в кресле и смотрел невидящим взглядом на неё. Хотелось подскочить, сказать ей что-то, но понял, что ещё не время. Устав ждать, Деймон решил начать рассказывать о себе: «Положу начало разговору. Авось уладится». — Чего стухли? Я Деймон, кстати. Демон. Приятно познакомиться.