Задувая свечи

Перед Кенмой выстроили пять стопок со светлой жидкостью, неизвестного происхождения. Напомнив правила, включается секундомер. — Поехали!!!— слышит Кенма, и шума добавляется, такие представления редко обходятся без зрителей, да и Хината с Яку пришли посмотреть и поснимать, ну и на случай непредвиденных обстоятельств, подстраховать, потому что Акааши никто не видел. Кенма делает выдох и подносит стопку к лицу, в которое ударяет резкий запах, и скулы сводит от одного только представления о жидкости у себя во рту. Он делает глоток, выпивая все разом, зажмурившись, потому что это жидкость, нереально противная и терпкая. Понятно, что у него тут никто не спрашивал что налить, но не понятно, как кто-то добровольно может такое себе заказать. Кенма проглатывает, и все его горло обжигает, будто маленькие колючки цепляются за его стенки, царапая кожу. Он пытается вдохнуть, но выходит с трудом, спирт ударяет и в нос тоже, и это ужасное чувство хочется остановить, и он уже забыл, что перед ним ещё таких четыре убийцы, он хочет справится хотя бы с этим. Правила запрещают запивать, но конечно он понимал, что не осилить ему эту затею, но не попробовать он не мог, хотелось чего-то необычного и возможно пока ещё веселого. Кенма жестом просит у Куроо запить, показывая стоп игре. Слыша расстроенные возгласы, радуется, что не доставил всем удовольствия, наблюдать свой полный провал допив все. В его голове все ещё остаются здравые мысли и он их благодарит. Запивая все персиковым соком, мысленно ставит ещё один плюсик Куроо, что не налил какой-нибудь цитрус, который бы прошелся наждачкой по его поврежденному горлу. Сок мягко обволакивает горло и Кенма снова может дышать и говорить: — Черт возьми, что это было?!! — Всего лишь текила.— смеётся Куроо. — Всего лишь? Не должен ли алкоголь дарить наслаждение? — с кислым лицом говорит Кенма. — Обычно позже, не когда пьёшь. — Это плохая последовательность. — Ты как вообще?— заглядывая в глаза говорит Куроо. — Пойдет, но дальше я пас. — Я рад, у меня остаётся шанс поболтать с тобой подольше.— улыбка разъезжается на все лицо, и в глазах озорство. — Про работу не забывай, болтун.— смеётся Кенма. — А, ты про условия конкурса. — Ах, да желание, и чьё же оно будет? — Вообще то рандомно выбирают, из заготовленных, но они так себе, и я взял это на себя.— позорить Кенму, Куроо не позволит, поэтому он придумывает желание сам. — Пугает не меньше.— наигранно хмурит брови Кенма. — В общем, сейчас подойдёт Джун, это та, что с дредами, и сделает все что нужно, а мне отлучится надо. — Ах, вот как, напридумывал там что-то и бросаешь меня одного.— Кенма действительно возмущен. — Я ненадолго.— Куроо посылает Кенме воздушный поцелуй, от которого он обиженно уворачивается. — Можешь не спешить, предатель. Куроо уходит с яркой улыбкой, говоря что-то на ухо менеджеру, а к Кенме подходит та самая Джун, с чем-то, похожим на ручку, ярко розового цвета. — Ну что, котёнок, закрывай глазки. — А можно без интриг? — Ничего такого, но мне буквально нужно, чтобы ты закрыл глаза, мне нужны твои веки, в полном доступе. — Это для каких же манипуляций? — Для украшения твоих очаровательных глазок. — Ох черт...ну Куроо.. я.. — Не кипятись, это действительно самое милое, что я от него слышала, похоже кто-то сильно очарован. — Было бы чем. — А ты себя недооцениваешь, красавчик, а с этими стрелками в моём исполнении ты будешь просто великолепен. — Он попросил для меня просто стрелки? Это что фетиш такой? — Ещё один маленький аксессуар, и будет цельный образ. — Образ кого? Пугала? Так он решил отвадить всех, кто на меня смотрит? Хитрый ход. — Хах, хорошая идея, но, думаю, он старается для себя лично.— Кенма чувствует, что барменша что-то цепляет в его волосы, и интерес завладевает им. — Ну все, готово! — Эм... спасибо?! Наверное... Могу идти? — Да, свободен с чистой совестью. — Да чего уж, совесть будет проклинать уже завтра.— бубнит Кенма. Акааши с диджеем подходят на другой конец бара, где меньше народа и музыка потише, просят немного льда и полотенце, усаживаясь на свободные стулья. Акааши берёт всё в свои руки, делая что-то вроде холодного компресса, что должен убрать отёк. Мягкими движениями, чтобы не причинить боль, он прикладывает его к носу Бокуто, аккуратно придерживая, и слышит оттуда бормотание: — Прости. — Не стоит. — Нет, прости меня, — парень отодвигает руку Акааши, чтобы видеть его глаза. — У меня мозги скисли как я тебя увидел, нёс не пойми что, отчаянно пытаясь не упустить свой шанс, чуть этим всё не испортив. Я болван, прости, прости меня. — Если вы так настаиваете.— Акааши снова пытается приложить холод, но происходит это на пару секунд, и снова рука отодвинута. — Нет, не настаиваю, я тебя ни к чему не принуждаю, что ты. — а в глазах испуг. — Я понял, успокойтесь. Всё в порядке, вы прощены, тем более вы поступком исправили своё положение, спасибо.— Акааши и вправду благодарен, но больше за то, что вернулся, за то, что объяснился, за то, что такой, как Акааши и чувствовал. Это ему теперь стыдно, что напридумывал себе такое, а парень просто был на волне, только ему понятной. Простое недопонимание, но как же приятно это понять. — Нет, всё равно я виноват; если бы не обидел тебя, ты бы не пошёл никуда, был бы со мной, или с друзьями. — Это могло случиться и в другое время. Перестаньте себя винить в том, в чём вы не были виноваты. За это я уже услышал извинения. — Точно? — Точно. — Хорошо, хорошо. Тогда, можно спрошу кое-что. — Спросите. — Точней я уже спрашивал, точнее намекал, точнее уточнял… блин... ну это про парня. Я спросил про именинника, но это как бы не означает, что если это не он, то у тебя его в принципе нет. — глаза опустил, и теребит рукава. Бокуто боится услышать очевидное, ведь он такой невероятный, и у него наверняка есть близкий для него человек. — Не означает. — А он есть? А то я не хочу больше тебя обижать, и оставлю все свои намерения и желания при себе, если хочешь можешь вообще прогнать меня, я уйду, не буду приставать. — крохотная надежда возрождается внутри, ведь он всё ещё здесь и никуда не ушёл. — Кто же будет защищать мою честь?— произносит Акааши с мягкой улыбкой, потому что не в силах смотреть на эти глаза с грустью и беззащитностью. — А что... некому?— и вот эти огонь и блеск, эти жизнь и пробивная сила. — Некому.— подтверждает Акааши, даруя право и надежду на возможность. — А можно я буду? — А вы не торопитесь? — Я опять да? Прости.— закусывает губу, будто школьник. И всё в нём такое непривычное для Акааши, такое непонятное для него, но будто там внутри много секретов и сюрпризов, много настоящего и неподдельного, что, увидев, он не должен пожалеть. — Перестаньте извиняться. Просто я до сих пор не знаю вашего имени, а вы хотите на себя возложить такую ответственность. — Ох черт, забыл. Я Бокуто Котаро.— красивая улыбка помещается на ярком лице, от чего улыбка Акааши тянется за ней, копируя форму. Получается иначе, конечно, но настоящую радость она повторяет с стопроцентной точностью. — Приятно познакомиться. — А мне-то как, и на счёт трека, это... ну я включу, просто так включу, мне ничего не надо, хотя надо конечно, но не за трек, а просто. — Это приятно слышать. Тогда и я намерен вознаградить вас, за такой поступок. — Да ну, правда? — Только подумайте, прежде чем просить.— Акааши снова прикладывает компресс к носу, пока он совсем не растаял. — Хорошо, да. Я подумаю хорошо. На бар заходит Куроо с коробкой в руках. Видя друга в таком положении, спрашивает: — Эй, бро, что с тобой? — Защищал честь этого прекрасного молодого человека.— горделиво говорит Бокуто. — Ух ты, круто.— Куроо видит, что в целом все в норме, и успокаивается. — А ты чего это делаешь? И зачем тебе торт?— интересуется Бокуто, заглядывая внутрь. — Это для Кенмы. — Для Кенмы?— не понимает он. Зато Акааши понимает, он узнал бармена, который общался с Кенмой, хоть он и видел его издалека, но его причёску не перепутать. В разговор не встревает, желая послушать. — Да, у него день рождения, а торт ведь положен, да и мучное он любит, вот я и решил сюрприз сделать. — Куроо улыбается, перекладывая торт, собираясь украшать его свечами. — Ого, прикольно, а у друга Акааши тоже сегодня день рождения.— делится Бокуто. — Это он и есть.— вносит ясность Акааши. — Ооо… а как это так получается, что ты его знаешь, а я нет. И я знаю Акааши, но его друга тоже нет... Блин, я чё-то запутался.— говорит Бокуто, обращаясь к Куроо. — Не парься, потом расскажу. Мы душевно поболтали, и я решил сделать сюрприз. — Я тоже хочу, и могу же да? Акааши, какой трек он хотел? — Он хотел Рианну, но что конкретно, я не знаю. — Думаю, я могу подсказать.— красуется Куроо. — А тебе-то откуда знать?— удивляется Бокуто. — Нуу... я все подробности вам рассказывать не буду, но у нас с ним связь.— Куроо делает жест бровями с намёком, что не всё так просто. Акааши очень интересно узнать его намерения. — Это какая такая связь?— Бокуто как обычно не понял, да и если не сказать в лоб, может вовсе не понять. — Ну в будущем надеюсь супружеская.— улыбка Куроо сползает на бок, а в глазах планы, планы, планы по завоеванию. — Чего?— Бокуто шокирован. Куроо отличается своим юмором, он вообще ко всему относится легко и спокойно, но Бокуто не чувствует, что он сейчас смеётся, что повергает его в шок. — Мужем его буду, понял? — говорит Куроо, смотря с ухмылкой на Бокуто. — Так что мне можно доверять.— говорит, обращаясь к Акааши. Конечно же он понял, что это тот самый близкий друг Кенмы, поэтому нужно быть аккуратным и решительным. — Какие у вас грандиозные планы. Вы только сильно не обольщайтесь. — Акааши метафорически сносит таким напором. — Не пугай. Я осведомлён о неких сложностях, но мне все равно.— Куроо твёрдо стоит на своём. — Похвально, что ж.— Акааши нравится то, что он слышит, посмотрим, что будет дальше. — Да, бро, это круто. Но почему я не знал, что у тебя будет муж?— обиженно говорит Котаро. — Поверь, он тоже об этом не знает.— Куроо торжественно улыбается, демонстрируя торт, который осталось зажечь. — Хах, ну ты даёшь! — Так что на счёт трека? — Думаю подойдет Don't Stop the Music. Кенма сидит ещё пару минут, но Куроо так и не наблюдает, и решает, что нужно сходить в уборную, да и проверить ребят. Зайдя внутрь, натыкается на зеркало, и сказать, что он слегка ошарашен, ничего не сказать. Он действительно выглядит мило, но блин, ему не тринадцать лет, «что у Куроо в голове? Любовь к котикам? Серьезно?» Потому что он прям миленький котёнок с белыми ушками, и розовыми стрелками, ещё и худи сегодня белое, все как никогда подходит, ему хвоста ещё не хватало и все можете забирать домой. Приютите, накормите, приласкайте. «Смирение и принятие, смирение и принятие», — твердит себе Кенма. Сам в это полез, теперь что жаловаться. Вымыв руки, выходит в зал, идя к своему столику, но никого не наблюдает, все куда-то подевались. Он немного устал, поэтому долгожданная мягкость и поддержка для его спины и головы, даёт потрясающий эффект, он растекается будто мороженое, повторяя форму дивана, так прекрасно ему ещё не было. В голове слоняются мысли, то и дело упираясь в друг друга, не найдя выхода, вращаются по кругу, и веки сами собой закрываются и наступает блаженство. Текила тоже добралась куда следует, и всё становится еще беззаботней и прекрасней. Может он и успел задремать, он не знает, но услышав первые строчки песни Рианны….Please don't stop the music, music, music….на весь клуб, его глаза распахивается и он видит толпу его друзей и новоиспеченных знакомых. Все шумят и стреляют конфетти, а Куроо в самом центре держит торт, с горящими свечами и нежной улыбкой на лице. Подходя ближе, говорит: — Загадывай! — Кенма воодушевленно смотрит вроде бы на такую мелочь, но все эти люди сейчас с ним, и ради него стараются сделать этот день особенным, и он так рад, что в сердце тоже взрываются хлопушки счастья и безграничной благодарности. Он знает, что желания, чтобы они сбылись, о них нужно молчать, но то, чего хочет он, не получится без веры человека. — Найди меня Куроо.— шепчет он. — Обязательно! — И не сдавайся, ладно? Обещай мне, что не сдашься. — Обещаю!— Кенма задувает свечи, с умиротворенной улыбкой на лице. А дальше начинается полный отрыв. Все обновляют заказы, танцуют и смеются, фоткаются, делают селфи и снимают видео, как Кенма принимая свой дополнительный подарок, поет песню Рианны, в дуэте с Куроо…. - Who knew, that you'd be up here lookin' like you do… - звучат они в унисон, смотря на друг друга с блеском в глазах. И этот трек так подходит под эту ночь, что он чувствует всю атмосферу ещё раз, проговаривая каждое слово. Он получает все, что он хотел и дальше больше. На что и рассчитывать не мог, но всё происходит и он счастлив. Наслаждаясь каждой минутой этой ночи, он реально получает удовольствие от происходящего, потому что она действительно стала особенной, и жаль, что он вряд ли вспомнит эти чувства и эмоции, но они у него были, и это круто. В этой толпе он наконец-то видит Акааши, который подходит к нему, которого он давно потерял из виду. — Трек твоих рук дело? — Ну я сыграл роль в реализации, но были помощники, один из них , как же он сказал.. «будущий муж»? — Хаах, прям так и сказал? — Ага, и по всем вопросам можно обращаться к нему. — Вот наглец! — А ты улыбаешься, так искренне, будто он тебе и вправду родной. Знаешь, я тебя таким никогда не видел. Я очень рад за тебя. — Да, странное чувство, будто знаю его всю жизнь, и с ним все просто, с ним весело и комфортно, а ты в курсе, какие у меня с этим проблемы. — Конечно, по этому уверен в твоих ощущениях, они не могут обмануть. — Думаешь? Мне кажется - это все алкоголь, будто я его обманываю, ты же знаешь меня, я другой. — Это ты себе в голову вбил, но это не так. — Не знаю Акааши, чудес не бывает. — А вот и нет, если в них верить, то обязательно сбудутся. Сколько уже можно ходить по кругу? Хоть одна дорога, должна была привести к лучшему. Акааши приобнимает Кенму, как младшего брата, за которого неизмеримо рад. Потому что его счастье - счастье для Акааши, он так привык к нему, что делить эмоции на двоих - уже привычка. Они давно в поисках кого-то особенного, своего, для личного комфорта и уюта. Но терпят неудачу уже долгое время. Они не стремятся просто за названием «отношения», им нужно по-настоящему. И они уже и не рассчитывали на то, что чувствуют сегодня, что это случится вот так просто. Они не знают, что будет завтра, но то, что они искренне это чувствуют, некую подсознательную связь с кем-то, погружает их мысли в сладкую сказку, что всё возможно, и им обязательно повезет. Хината предлагает сделать общее фото на память, и они пытаются уместится все на одном диване прижавшись к друг другу как в метро в час пик, но все кое-как влезают, громко смеясь и искренне улыбаясь и официант делает снимок. Одно дело кадр, другое - сидеть так, что является невозможным, но диджей и бармен всё равно отказываются присоединится, потому что их перерыв закончен, а работа еще нет. И так как места все равно не хватает, из-за девчонок и нового друга Яку, который к ним присоединился, то Кенма, взяв кусок торта, говорит, что пойдет на бар, и чтобы все отдыхали, заказывали что хотели и не беспокоились. — Спасибо, очень вкусный.— Кенма ковыряет кусок шоколадного торта, смакуя долгожданную сладость. — Любишь ведь тортики? — Люблю, но если кто-то мужем собрался быть, то я больше люблю яблочный пирог.— Кенма облизывая ложку, с хитрым прищуром подкалывает Куроо. — Он всё-таки сдал меня...— Куроо смеётся, наливая очередной коктейль. — А то, он мой лучший друг, а не твой. Но учти: если ты ему не понравишься… хотя какой там, он был так рад за меня. — Можно считать это благословением? — Хах, да, наверное, он самый близкий для меня, и он говорит, что мои ощущения, они настоящие... не могут быть ненастоящими, и что не алкоголь тому виной, а ты. — Ого, это… ну... круто. Мы определенно позовём его свидетелем. — Хаааххх, определенно.— Кенма доедает свой кусочек, сладко облизываясь, на что Куроо залипает, наигранно открывая рот от увиденного. Кенма смеётся, прося для себя кофе, пытаясь ударить, этой ложкой Куроо по лбу. — Сахар? — Да, полтора, если можно. — Эм… — сбой в мыслительном процессе, вроде всё просто, но так непривычно. « И все же он такой особенный», — думает Куроо и улыбка снова на его лице. — Один пакетик и половинку. Что?— смущенно произносит Кенма. — Ничего, ничего, щас будет. Пока Куроо делает латте с порцией сахара, в полтора пакетика, а Кенме не даёт покоя мысль о том, каким же образом включили желанную песню. — Раскроешь тайну включенного трека? — Вообще это и для меня большое удивление. — Почему же? Ты не причастен?— Кенма удивлён. — Я только подсказал какую песню ты бы оценил, будучи фанатом. Ты же оценил? — О да, подходящая.— улыбается Кенма.— Я давно так не танцевал. — Да, я тоже.— смеётся Куроо. Кенма принимает свой кофе, пробуя, погружается в рай молочной пены, снова награждая Куроо плюсом в своей голове. — Согласен, но то-что тут играет трек не из плейлиста Бокуто, я удивлен не меньше тебя. — Не для меня же он так расстарался? — О нет, определенно нет, но видимо Акааши затмил его разум своими чарами. — смеётся Куроо, вспоминая друга. — Вот как? Видимо я что-то пропустил. — Да я сам мало чего понял, но такого Бокуто я ещё не видел, у него только что слюнки не текли, когда тот смотрел на него. — Куроо пытается изобразить лицо Бокуто, выходит криво, но Кенма смеётся. — Ну таких я видел, очарованных, а вот что об этом думает Акааши - интересно, я его что-то теряю все время. — Значит есть дела поважнее?— намекает Куроо. — Буду рад, если так.— и Кенма действительно на это надеется.