Вы оба долбоёбы

Вскоре безбашенное трио стало сумасшедшим квартетом. Внутри Чимина взрывался фейерверк, ведь именно сейчас он начал себя чувствовать живым с этими тремя парнями. Намджун и Сокджин сами не заметили, как Пак быстро вошёл в их состав, и они почти каждый майский вечер зависали вместе. Огонь внутри также разжигал любимый Юнги. Было принято решение просветить Чимина в мир музыки, и Сокджин охотно стал учителем по вокалу. Пак любил вечера, когда они сидели в их квартире и создавали песни. Мин играл на пианино, Джин на гитаре, Намджун подбирал биты для песни, а Пак отвечал пока что за бэк-вокал. После они могли выпить чая и пиво, поговорить по душам, а к полуночи парочка уезжала в общежитие. Бывало, что они отрывались по полной, будто все вместе живут последний день. Разрисовывать стены стало одним из любимых развлечений Пака. К тому же он считал, что они не хулиганят, а делают серые стены лучше и интереснее. Уезжать от полиции на бешеной скорости стало обыденным. Да, это было рискованным, но с этим тремя Чимин чувствовал уверенность и все проблемы становились ничем, пока они вместе.

***

На телефоне высветилось 23:56, после чего Пак засунул его обратно в задний карман чёрных скинни джинс и прилёг на плечо Юнги. Парни сейчас были на вечеринке в частном доме у одного знакомого, и пока Намджун заигрывал с какой-то девушкой, а Сокджин рассказывал свои шутки группе людей, Чимин сидел на коленках Мина, пока хён распивал алкоголь. Играла отвратительно громкая музыка, однако под неё танцевала вся пьяная молодежь, другие же могли разговаривать в уголках помещения, а некоторые парочки в открытую целовались. Чимину не нравилось такое, поэтому он что-то тихо рассказывал Юнги, пока тот смотрел пустым взглядом мимо танцующих. — Ты меня вообще слушаешь? — слегка обиженно спросил Чимин. — Что, прости? — выйдя из транса, переспросил Мин. — Ничего, — Чимин хотел встать и пойти к Джину, но хён резко повалил его обратно к себе на колени так, чтобы ноги Пака приобнимали его с двух сторон. — Минни, ну, не дуйся, — Юнги начал оставлять краткие поцелуи на лице Пака, — расскажи ещё раз, я обязательно выслушаю. — Ты в последнее время часто начал выпадать из реальности, — поправляя чёлку хёна, обиженно протянул Чимин, — что у тебя внутри твориться? — Всё со мной в порядке, — в конце Юнги затыкает Чимина поцелуем, сжимая ягодицы Пака. Чимину это дико нравилось, а алкоголь в крови подарил раскрепощённость, и юноша зарылся пальцами в мятные волосы, оттянув голову хёна максимально назад. Разорвав поцелуй, между их губами осталась дорожка слюны, которую Мин слизнул и нагло улыбнулся уголком губ. Паку начало сносить крышу окончательно, когда Юнги начал целовать его шею и оставлять багровые засосы. Чимину стало откровенно всё равно на окружающих и он начал слегка постанывать от удовольствия, тем самым ещё больше возбуждая Юнги. Пак начал машинально тереться об штаны хёна, от чего тот резко посмотрел в пьяные глаза напротив и томно спросил: — Ты хочешь этого? — Да-а… — Чимин начал двигаться чаще, когда почувствовал возбуждённый половоц орган Мина. — Ты уверен? — Пожалуйста… — в конце Пак снова начал перебирать чужие пряди волос и, не глядя, целовать его лицо. Этого было достаточно, чтобы Мин подхватил Чимина на руки и понёс его на второй этаж. Открыв первую попавшуюся дверь, Юнги моментально закрывает её на ключ и, повалив Пака на кровать, задирает его футболку и начинает расцеловывать тело. Чимин пытается снять футболку Юна, но руки совсем обмякли, когда Мин начал вылизывать его соски. Одной рукой прикрыв покрасневшие от стыда лицо, а другой зарывшись в мятные волосы, Пак начал снова двигать бёдрами и тихо постанывать. Эта картина ещё больше возбуждала хёна и, за секунду скинув с себя футболку, он начал спускаться ниже, оставляя дорожку поцелуев на теле Пака. Чимин резко выгнулся в спине, когда хён поцеловал его пупок, но когда Юн начал расстегивать ремень на скинни джинсах, Чимин неожиданно громко крикнул: — Стой! Не надо! Пожалуйста, не трогай меня! — дальше его слов было не разобрать из-за подступивших слёз, которые можно было сравнить с летним ливнем. Юнги был в ужасе, он не понимал, что сделал не так. — Минни, не плачь, я прекращаю, только успокойся, — Юнги сказал это максимально мягко, боясь случайно дотронуться до его тела. Хён навис над Паком, но тот начал реветь с новой силой и, спрятавшись за ладонями, начал жалобно просить: — Пожалуйста, не трогай меня, не трогай меня, не трогай, не… — Чимин! — Мин перебил Пака, чтобы тот наконец-то посмотрел на него, и хён продолжил говорить, вытирая слёзы с покрасневших щёк, — что с тобой произошло? Что я такого сделал? Скажи мне, пожалуйста, ты хоть представляешь, как ты меня сейчас сильно напугал? Ты мог просто сказать, что не готов, я бы в ту же секунду прекратил, Минни. Вместо слов Чимин со всей силы прижал к себе Мина, закинув ноги ему на спину, и начал плакать в плечо. Юнги лишь обнял Пака в ответ и начал шёпотом успокаивать: — Минни, я никогда не причину тебе зла, я всегда буду тебя оберегать, не плачь, пожалуйста, — снова отодвинувшись, Юнги посмотрел в красные глаза напротив и слегка улыбнулся, — ты чего так расплакался? — Я… я не знаю, — вытерев последние слёзы, Чимин сел на кровать и, одев свою футболку, быстро направился к выходу, напоследок кинув: — Юнги, я как-то устал я в машине вас троих подожду. После чего Пак быстро начал спускаться по лестнице, пока Юн сидел в комнате и не понимал, что сейчас произошло. Зайдя обратно в главный холл, Чимин начал искать глазами Джина. Ему хотелось с ним поговорить, ведь в какой-то момент Сокджин стал ему блізка, и если нет Тэхёна рядом, то он всё рассказывал Джину, а тот всегда старался поддержать и дать совет. Услышав знакомый звонкий смех, Пак подошёл к компании и, увидев Кима, шепнул ему на ухо: — Хён, ты можешь отвлечься на пару минут? Друг удивлённо повернулся, но увидев следы слёз на лице Чимина, что-то сказал компании, после чего они оба вышли на задний двор. Сев на ступеньки, Пак начал рассматривать ночное небо, однако его потревожил Ким: — Ты захотел со мной на звёзды посмотреть? — Нет, я просто не знаю, как начать… — увидев недовольный взгляд Джина, Пак сдался и сказал, — мы с Юнги сейчас могли впервые заняться сексом, и всё было хорошо до того момента, когда он захотел снять с меня нижнюю одежду, я в тот момент будто снова оказался с Чонгуком. Я расплакался в итоге … а потом побежал к тебе, вот. — Юнги настаивал на продолжении? — Нет, он очень испугался моей реакции и старался меня успокоить, говорил, что никогда не причинит мне зла… — А ты без объяснений взял и убежал? — Да… — Тяжёлая ситуация, — Джин почесал затылок, обдумывая, что сказать, — обычно, я на твоей стороне, но здесь ты себя, мягко говоря, не очень повёл… когда убежал, если что. Вам просто нужно поговорить. Ты должен объяснить, почему тогда плакал. Разве это не очевидно? — Я так запутался, — Чимин поджал под себя колени и положил на верх голову, — у нас с ним такие странные отношения… да, мы классно проводим время, но мы никогда серьёзно не разговаривали. А может, ещё рано для этого. Но у нас даже не было никогда нормального свидания… — Стоп, что? — вылупленными глазами посмотрел на него Ким, — вы сколько уже в отношениях? — С середины апреля где-то… — Ладно, уже даты нет, но чтобы за полтора месяца у вас ни разу не было свидания. — Сокджин. — Да, Чимин? — Ты что-нибудь знаешь про Чон Хосока? Было видно, как Джин начал нервничать, но хён максимально спокойно сказал: — Да, но я про него ничего рассказывать не буду, это должен сделать Мин Юнги. Он про Хосока что-нибудь говорил? — Я сам с ним случайно познакомился. Когда хочу поговорить о его прошлых отношениях, то Юнги сразу становится агрессивным и уходит от темы, — Пак начал теребить рукава рубашки от волнения, но решил всё-таки поделиться ещё одной мыслью, — знаешь, в последнее время Юнги начал часто находиться в себе, ты не знаешь причины? Джин тяжело вздохнул и продолжил: — Обычно, он собирал нас в квартире и делился всеми переживаниями, но в последнее время я тоже заметил, как Юнги о чём-то думает, его явно что-то тревожит, но мне и Намджуну он ничего не говорит, а мы и не лезем. — Может, он думает о Хосоке, — Пак сдерживался изо всех сил, но в итоге ком в горле предательски подвёл, и слёзы начали катиться по щекам, — может, он меня больше не любит, или совсем не любил и встречался, чтобы Хосока забыть? — Так, Пак Чимин, это ты уже полный бред, — Ким пододвинулся ближе и начал утешающе гладить юношу по спине, — я вижу, как он тебя любит. Юнги никогда бы не стал так трепетно обращаться с человеком, если бы не любил, поэтому прекращаем себя накручивать и вместо слёз дарим миру ослепительную улыбку. Пак слегка улыбнулся, после чего сел ближе к Киму и, вытерев слёзы, обнял Джина со словами: — Спасибо, хён, но что мне теперь делать? — Я вам устрою романтический ужин в нашей квартире, — с хитрой улыбкой ответил. — Сделаю вам как у настоящей пары свидание, но только предложу это Юнги, а ты сделаешь вид, что не знал этого, идёт? — Хён, я тебя обожаю. — Давай, поднимайся, мы пришли сюда, чтобы веселиться. Чимин лишь улыбнулся уголком губ и, взявшись за поданную руку Сокджина, встал, и парни пошли обратно в помещение. Пак сразу увидел, как Юнги выпивал с Намджуном. Чимин просто сел рядом с Юном и, обняв его за плечи, сказал: — Юнги, прости меня, я некрасиво себя повёл. Мин лишь сильно прижал к себе Чимина со словами: — Всё в порядке, Минни, я не сержусь. — Какие неженки, — скривился Намджун, но он тут же получил подзатыльник от Джина, после чего Кимы ушли, оставив пару наедине. — Юнги, меня завтра Тэхён позвал погулять, поэтому меня до вечера не будет. — Хорошо, может тебя в конце дня забрать? Взгляд Чимина начал метаться по всей комнате, придумывая лучшее время для свидания, после чего резко выдал: — Девять? — Ты сейчас спросил, удобно ли будет мне в это время приехать? — Нет, я… приезжай за мной в девять часов, хорошо? — Приеду, но сейчас давай уедем от сюда, а то ты не совсем соображаешь, что говоришь. После юноши пошли к хёнам и, предложив уехать, они согласились и квартет покинул эту странную вечеринку.

***

— То есть, ты меня позвал погулять под предлогом, типа это я пригласил тебя, а в конце Юнги отвезёт не в общагу, а на свидание? — ухмыльнувшись, Тэ откусил своё фисташковое мороженое, — а учиться когда начнёшь? — Мы и так достаточно времени уделяем учёбе. К тому же, мы давно не гуляли. — Я не успел оглянуться, как мой Чимин-а уже не за книжечкой сидит, а на свидания бегает, — в ответ Пак пихнул Кима, от чего друзья посмеялись и пошли дальше гулять по парку. Юноши не заметили, как провели полдня в парке, катавшись на различных аттракционах. Чимин всё время тянул друга на самые опасные и страшные аттракционы, при этом зная, как Тэ будет истерично кричать. Зато после каждого такого ужаса Тэхён тянут их на спокойное колесо обозрения и радовался, когда Пак вцеплялся в перила и просил, чтобы они быстрее спустились вниз. Купив сахарную вату, парни сели около фонтана и начали любоваться закатом. — Сегодня мы будто снова оказались в Пусане, нам девять лет и родители привели на открытие второго колеса обозрения,— съев кусочек сахарной ваты, Ким посмотрел на друга с улыбкой и спросил: — ты же помнишь тот день? — Конечно, помню, я тогда как раз начал высоты бояться. — Да, я помню, как ты заплакал на самом верху, — Тэ посмеялся с воспоминания, но увидев недовольный взгляд, обнял Чимина со словами, — спасибо за этот день, мы давно так не веселились. Лёгкая усталость после насыщенного дня давала о себе знать, и Чимин начал засыпать на плече друга, как тут его потревожил Тэхён. — Чимин, а к скольки Юнги должен заехать? Пак подскочил, достал телефон, но к счастью увидел без пятнадцати девять и один пропущенный от Юнги. — Я уже думал давно за девять, мне несказанно повезло, — после довольный Пак отзвонился Мину и попросил приехать к назначенному месту. Попрощавшись с Тэ, Чимин пошёл медленно к выходу парка, где его должен был встретить Мин. Пак подошёл к воротам и стал искать на парковке хёна. Это оказалось легко, без шлема мятную макушку было видно издалека. Тот стоял спиной к Паку и Юнги не ожидал, когда сзади его неожиданно прижали к себе. — Юнги-ии, — мягко протянул имя Пак, — я соскучился. Хён развернулся к Чимину лицом, но не успел он сообразить, как Пак резко втянул егов поцелуй. Растерянный Юнги отстранился и шепнул на ушко: — Минни, давай не при всех, садись и поехали, — в конце хён не забыл оставить лёгкий поцелуй на щеке Пака. Юнги завёл мотоцикл, после чего юноши тронулись с места и отправились в путь. Пак решил слегка вздремнуть, но в итоге он до конца поездки находился в глубоком сне. Когда мотоцикл был припаркован, Чимин тут же проснулся и увидел уже до боли знакомый пятиэтажный дом, который вызвал улыбку. Мин протянул руку и сказал, что это будет сюрприз, после чего юноши направились в знакомом направлении. Пак старался делать вид, что он искренне удивлён, но глупая улыбка жестоко подводила. Два поворота ключа, скрежет старой двери и первое, что бросается в глаза — фиолетовый цвет и лёгкий запах ванили. Как только дверь захлопнулась, Юнги в обуви забежал в комнату и вернулся с букетом белых пионов. — Это тебе, Минни, — Юнги смущённо протянул цветы, а Пак искренне улыбнулся, видя, как неловко его парню проявлять искренность. Невероятная чистота. Вместо плакатов висели гирлянды, музыкальная аппаратура была аккуратно оставлена к шкафу, на столе стояло что-то вкусное, явно приготовленное Джин-хёном, и в добавление ароматические свечи. Идеально. Мысленно поблагодарив Сокджина за проделанную работу, Пак сел на один диван с Юном и принял протянутый бокал с вином. — За сегодняшний вечер, — опустошив бокалы, Мин добавил: — как тебе мой сюрприз? — Мне очень приятно, — с хитрой улыбкой ответил Пак. — Получается, это наше первое полноценное свидание? — Получается, что так, — Юн снова наполнил их бокалы и сказал, — раз уж первое, то за это тоже нужно выпить. После второго бокала юноши всё же решили полноценно поужинать и пока они ели, Пак просто рассказывал, как он провёл день с Тэхёном. Чимин очень хотел начать говорить о более важных вещах, но всё никак не мог найти подходящий момент. Однако ждать долго не пришлось. — Минни, я хотел бы с тобой поговорить. — Увидев в глазах напротив мольбу, чтобы он не замолкал, Юнги продолжил с большей уверенностью, — вчерашние событие. Всё так хорошо шло, но в один момент ты расплакался и убежал. Что с тобой было? Хён будто прочёл мысли Пака. Немного подумав и сформулировав ответ, Чимин сказал: — Когда ты хотел снять с меня штаны, я будто оказался снова с Чонгуком и меня накрыла паника, — отпив вина, Пак посмотрел на Мина, но младший слегка испугался, когда увидел раздражённое выражение лица хёна. — И теперь ты будешь каждый раз так реагировать? Щёки Чимин загорелись от стыда, он почувствовал себя дураком. Пак и так чувствовал себя виноватым, а вопрос Мина ещё больше добил его. Чимин думал, что он услышит слова поддержки или на подобии того, но по ощущениям у Юнги была отбита эмпатия и чувство такта. — Нет… не знаю, — Паку стало немного некомфортно из-за нарастающей напряжённой атмосферы, — я просто тогда испугался и не знал, что делать, — начал оправдываться Чимин, но тут его перебил грубый голос Мина. — И зачем тогда было всё это? — Ты о чём? — аккуратно прошептал Пак. — Да все эти огонёчки-хуёчки, вся эта приторно-сладкая атмосфера, еда, свечи, цветы, — опустошив бокал, Юнги добавил: — чтобы я в итоге услышал, что из-за какого-то придурка у нас не может быть секса? — Почему ты всегда всё в один момент портишь? — Пак чувствовал, как из стеклянных глаз начали катиться слёзы, но ему уже всё равно, — это первое наше свидание, а ты берёшь и обесцениваешь всё. От вечера и до моей проблемы. Мы всегда ярко проводили время, но ведь кроме веселья должны быть серьезные разговоры, а мы спустя полтора месяца отношений друг друга толком не знаем! Тёплая ладонь хёна коснулась щеки Чимина, но тот лишь её небрежно убрал и, взяв бутылку и отпив с горлышка, продолжил: — Знаешь, я ведь тоже хотел поговорить. Почему ты в последнее время задумываешься настолько, что вокруг ничего не замечаешь. И это не только мои наблюдения, Джин и Намжун подтвердят, — в ответ последовало недовольное выражение лица и Мин слегка отвернулся вбок. Слёзы пошли с новой силой, но Чимин взял себя в руки и еле слышно прошептал, — ты думаешь о Чон Хосоке? — Откуда ты о нём знаешь? — резко повернувшись, процедил Юнги. — Мы сами случайно познакомились, — Пак старался держаться, но слёзы не останавливались, — когда я спрашивал про него, почему ты ничего не говорил? — Там всё сложно, — Мин встал и подошёл к окну. От хёна так и веяло раздражением. — Хочешь знать, о чём я думаю? Я думал о нас, Минни, что будет дальше и нужен ли я тебе. Хосок был первый, кого я искренне полюбил. Мы были вместе два года, но у нас было много недопониманий, и в конечном итоге мы убивали друг друга в отношениях. Разошлись в ссоре и после этого я пообещал себе, что никогда ни с кем не буду. Но ровно через год появляется нелепый первокурсник, из-за которого начинает меняться моё поведение, мне было не по себе. — Поэтому ты был груб со мной? — резко перебил его Пак. — Да, я хотел, чтобы ты исчезнул, я ненавидел себя за то, что влюбляюсь в тебя. А когда ты сделал мне выговор, я сильно растерялся и поехал к друзьям запивать потревоженную рану. Когда я увидел, как к тебе лез Чонгук, я реально готов был его убить. Жаль, что во второй раз этого не сделал. Окончательно ты меня добил, когда полез со своей заботой и я не удержался, поцеловал тебя. Уж слишком долго я этого ждал. После этого решил не избегать и попробовать. Однако из-за моего ужасного характера творился какой-то пиздец, я опять причинял любимому человеку боль. Но вы с Хосоком полные противоположности, — Мин слегка усмехнулся такому выводу, — если я за ним очень долго бегал, то у нас всё происходило быстро, сумбурно, ярко. Мне хорошо с тобой, Минни, но будет ли тебе комфортно со мной? Достоин ли я тебя? Не буду ли я твоим грузом? Чимин молча подошёл к Мину и со всей силы прижался к его спине. Оба сейчас не знали, какие слова будут подходящие, поэтому хён развернулся к Паку и обнял его в ответ. Мысленно оба пообещали друг другу, что будут бороться до последнего. — Прости за те слова, я эгоистично себя повёл, — первый подал голос Мин, — будем справляться с твоей проблемой вместе, я буду ждать, сколько понадобится, — Чимин грустно улыбнулся, он не верил, что Юнги способен на такую откровенность. — Я люблю тебя, Юнги. Нам порой тяжело, у меня первые отношения, а у тебя болючий опыт за плечами. Но я буду делать всё, чтобы сохранить нас. — Давай потанцуем? — посмотрев вглубь больших искренних глаз, спросил Мин. — Давай, — сразу же ответил Пак. Юнги подошёл к шкафу, достал из полки старый пыльный магнитофон, нашёл нужную кассету и, нажав на кнопку «повтор», взял за руку Чимина и повёл в центр комнаты.

Keep on Loving You — Cigarettes after sex

Одной рукой хён приобнял за талию Пака, а другой переплёл их пальцы, на что Чимин положил свободную руку на плечо Юнги. Как только заиграла песня, Мин начал медленно вести танец, неспеша передвигаясь покругу. Простой, но чувственный для них танец. Чимину безумно это нравилось, он смотрел в глаза напротив и находил в его взгляде тепло, искренность. В этот момент что-то взрывалось внутри, хотелось всё передать словами, но Мин и так понимал, ведь Пак говорил с ним глазами. Чимин успел сбиться со счёта, сколько раз песня играла сначала, он решил без единого слова обнять Юнги и продолжить с ним так танцевать. Хён всё понимал и лишь проводил одной рукой от лопаток до поясницы Пака, своеобразно поглаживая его. — Мне так это нравится, — решил всё-таки побеспокоить тишину Пак, — вот так танцевать с тобой и забыть обо всём на свете. — Я люблю тебя, Чимин. Эта фраза отозвалась по телу младшего в виде тысячи мурашек.Чимин слегка отодвинулся от Юнги и вновь посмотрел в эти лисьи глаза. Пак был будто растерян, он никогда не слышал такого от Мина, обычно эти слова произносил один Пак, а Юнги улыбался или целовал его. Он произнёс это искренне и одновременно серьёзно, назвав младшего по имени. Смотря в глаза напротив, Чимин пытался найти ответ, причину, почему Мин именно сейчас осмелился такое сказать. Однако вместо слов Юнги взял в ладони лицо Пака и накрыл своими губами чужие. Как обычно, вместо слов хён предпочитал действия. Чтобы не упасть от переизбытка чувств, Чимин ухватился за шею Юнги, начав перебирать любимые выкрашенные волосы. Мин сначала нежно целовал пухлые губы, будто боясь проникнуть глубже, но потом хён осмелел и начал переплетать их языки, от чего во рту скапливалось большое количество слюны. Чимин иногда со всей силы сжимал пряди волос и охотно отвечал на поцелуй, моментами облизывая алые губы хёна. Когда оба уже сбито дышали, Мин в завершении поцеловал пухлые губы и вновь посмотрел в преданные глаза. Пак лишь кивнул, после чего Юнги подхватил его и усадил на подлокотник дивана. Начал страстно целовать, в то время как Пак приобнял ногами бедра хёна. Сняв кардиган Пака и оставив в одной рубашке, Юн начал спускаться к шее Чимина, оставляя по пути мимолётные поцелуи. Он начал оставлять лёгкие засосы, расстегивая верхние пуговицы рубашки и слушая тихие стоны Пака. Когда Юн спустился к ключицам, младший начал пытаться снять с хёна футболку, но Мин тут же её скинул и, расстегнув рубашку полностью, снял её с одного плеча Чимина и поцеловал оголённое место. Пак простонал чуть громче, скинув надоевшую рубашку на пол и упокоил руки на плечах хёна. Мин начал заводить чёлку Пака за ухо, но тут он вновь подхватил егона руки со словами: — Ты у меня чертовски красив, Минни. Юнги повалил Пика на диван, нависнув сверху. Чимин не успел опомниться, когда Юн начал снова его целовать, параллельно что-то ища в проёме дивана. Достав оттуда смазку и пачку презервативов, Чимин тихо засмеялся и спросил: — Серьёзно? И в соседнем диване у вас такая же заначка? — Жизнь непредсказуема, — на напоследок Мин поцеловал шею Пака, от чего младшему стало слегка щекотно и тот начал заливаться от смеха, когда Юнги терелся носом об его шею. Юн отодвинулся и, украдкой поцеловав пухлые губы, стал резко серьезным и спросил: — Чимин, ты будешь готов к большему? — Я доверяю тебе, хён. После сказанного старший расстегнул штаны Чимина и, смотря тому в глаза, аккуратно снял их и бросил к кардигану. Мин начал водить обеими руками по телу Чимина от талии до бёдер, иногда затрагивая ноги, выслушивая уже реальные стоны. Пак начал прикрывать покрасневшее лицо рукой, но он окончательно сгорел от стыда, когда Мин резко спросил: — Наденешь мне презерватив? Чимин слегка кивнул, после чего Мин снял с себя нижнюю одежду и протянул пакетик. Пак достал содержимое и, смотря то на вставший орган, то в глаза хёна, начал раскатывать презерватив по вставшему члену. Выполнив просьбу, Юнги вновь наклонился над лицом Пака и, смотря тому в глаза, начал медленно снимать нижнее бельё Чимина. Младший лишь томно дышал, но от неожиданности он откровенно громко простонал, когда тот пару раз провёл рукой по небольшому вставшему члену Пака. Юнги выдавил много смазки на пальцы и сказал: — Если будет больно, некомфортно, страшно, то говори. Я тут же остановлюсь, — увидев одобрительный кивок, Мин одновременно начал оставлять поцелуи на щеке Чимина и проталкивать пока что один палец. Сразу же Пак начал морщиться от неприятных новых ощущений, но потом он начал привыкать и сам неосознанно двигать бёдрами, прося большего. После Юнги аккуратно добавлял второй и третий пальцы, выслушивая маты, стоны наслаждения. Дождавшись, когда Пак более-менее чувствовал себя комфортно с тремя пальцами внутри, Мин их резко вынул и размазал смазку по члену. Попросив смотреть ему в глаза, Юнги придвинулся максимально близко к лицу Пака и начал медленно входить. Как только хён вставил головку члена, Чимин прогнулся в спине и начал непрерывно тихо стонать, в то время как Мин уткнулся в чужую шею и, целуя её, начал входить дальше. Войдя уже на половину, Чимин вцепился в плечи хёна и закинул ноги на его спину, пока Мин тихо стонал от удовольствия. Когда Юнги вошёл полностью, он посмотрел в глаза напротив и, улыбнувшись, ввёл обратно в поцелуй и сделал первый толчок. Пак стонал в поцелуй, пока хён начал медленно и аккуратно двигаться. По щеке Чимина пробежала слеза боли, но Юнги быстро поцелуем убрал её и, уткнувшись в линию челюсти, начал ускорять темп. Вслушиваясь в стоны Пака, тот прижал Юнги как можно ближе к себе и начал целовать его лицо. Когда темп был набран и Мин чувствовал, что недалёко до разрядки, он закинул одну ногу Пака на плечо и начал двигаться максимально быстро, выслушивая среди громких стонов Пака слова любви и иногда своё имя. Уткнувшись в шею Чимина, Юнги простонал и кончил первым внутри Пака, после чего младший излился на своё тело. Обессиленный Мин улёгся на Чимина, в то время как Пак убирал мокрые пряди с лица хёна и иногда целовал в лоб. Юн достал из-под Чимина скомканную ткань, которой была застелена нижняя часть дивана и накрыл их с Паком. Обняв засыпающего Юнги, младший уткнулся в мятные волосы, но перед этим не забыл шепнуть на ухо: — Я люблю тебя, мой Юнги.