Мир не заслуживает тебя.

      В Париже этой ночью было непривычно тихо. Обычно этот шумный город никогда не умолкал, но сегодня всё, словно предчувствуя нечто неладное, замолчало, пока яркий лунный свет освещал крыши и улицы.       Маринетт не могла уснуть уже несколько часов. С того кошмара, где появился Кот Блан, было страшно засыпать. Нежная, но сумасшедшая улыбка заставляла дрожать от страха, а его сладкий, но надрывающийся голос затуманивал разум, не позволяя сразу понять говорит он искренне или нет. Его холодные глаза, смотрящие на неё с ненормальной любовью, навсегда остались в её сознании.       Дюпен-Чен смотрела на небо, которое можно было разглядеть сквозь стеклянный люк. Луна была сегодня необычайно красива. Вот только она лишний раз напоминала о юноше, оставшимся наедине только со своим горем и разрушившейся Луной. Сердце в очередной раз сжалось от боли.       Пытаясь выровнять дыхание, Маринетт прикрыла глаза. На её балконе раздался тихий шум, напоминающий стук или удар. Девушка замерла, боясь пошевелиться. Ей же могло показаться? В последнее время её паранойя проявляла себя всё чаще. Так что это было всего лишь слуховой галлюцинацией. Вот только последующий сдавленный всхлип лишь послужил доказательством того, что Дюпен-Чен не послышалось. Ей теперь оставалось лишь прислушиваться к каждому новому звуку. Из-за тишины города при небольших усилиях можно было расслышать даже шепот.       — Маленький котёнок на крыше так одинок без… Дальше слова потонули в очередном тихом всхлипе. Маринетт задрожала, ведь эту песню пел Кот Блан, сидя на крыше башни Монпарнас. Он же не мог вернуться? Ведь для этого не было причин. Нуар всё ещё улыбался на битвах, а если временами и обижался на что-то, это продолжалось недолго.       Наверное, это просто был очередной кошмар. Она, скорее всего, просто не заметила, как уснула от усталости. А если это только сон, значит, можно было попытаться победить свои страхи хотя бы во сне. Девушка аккуратно поднялась и открыла люк. Вот только Маринетт, ожидавшая увидеть Кота Блана, резко вздохнула, заметив чёрный костюм Нуара. Чувствительные даже к самым тихим звукам уши героя чуть-чуть дёрнулись. Юноша слегка обернулся, смотря на Дюпен-Чен. Её сердце словно разбилось на миллион осколков при виде его глаз. Такие печальные, полные слёз и боли, потерявшие вечный озорной огонёк. — Прости, если разбудил, — его тихий голос был слабым, — я правда не хотел. Я пойду… — Нет! — сказала Маринетт громче, чем ожидала. Но вскоре её голос затих и стал еле слышен: — Что произошло с тобой? — Всё хорошо, — попытался убедить Кот. Стараясь выглядеть как обычно, он улыбнулся. Но эта кривая и неживая улыбка окончательно сломала его. Закрыв рот ладонями, он зажмурился и громко всхлипнул. — Я такой жалкий.       Маринетт быстро подошла к перилам, на которых он сидел. — Котёнок, — сейчас она абсолютно забыла, что никогда его так не называла, как гражданская личность, но в данный момент это было не так важно, — эмоции не делают тебя жалким. — Я не про это, — вновь всхлипнув, Нуар покачал головой. — Я… Я просто бесполезный. Я стараюсь делать всё возможное, но это никому не надо, это никто не замечает и не ценит. — Но Париж любит тебя… — Я не нужен Парижу! Эти слова в тишине ночи казались оглушительными. Дюпен-Чен очень хотела узнать, кто убедил её друга в этом. А когда узнает… — Я не нужен Ледибаг, — слова, сказанные шепотом, казались ещё громче, чем предыдущие. — Что? — выдохнула девушка, не понимая, из-за чего Кот так думал. — Они с Реной Руж хорошо справляются и без меня. Последние битвы проходят без моего участия. Зачем я ей? Я только мешаю. Он вновь судорожно вздохнул, его плечи подрагивали. — Я уверена, она не считает тебя бесполезным. Ты нужен ей. — Поэтому она нашла мне замену? Вопрос был наполнен холодом и ненавистью, которые так сильно напоминали о Коте Блане, что заставил девушку вздрогнуть.       — Прости, — Нуар обхватил себя за плечи. — В последнее время у меня всё чаще случаются приступы агрессии. И, честно говоря, мне безумно страшно. Я боюсь, что ещё чуть-чуть, и эта ярость захватит меня, превратив в монстра. И я так себя ненавижу за это. У него было право ненавидеть Ледибаг, которая по его мнению бросила его, Рену Руж, которая стала всё чаще заменять его, но он был слишком добр к другим для этого. Поэтому он ненавидел себя — того, кого любил меньше всего. Герой, не считавший себя таковым, был готов к тому, что его подруга испугается и сбежит. Вот только Маринетт резко обняла его и потянула на себя, из-за чего они вдвоем свалились на пол балкона. К счастью, Нуар успел перевернуться так, чтобы девушка упала на него, а не наоборот. — Прости, прости, прости, — её шёпот звучал так отчаянно. — Тебе не за что извиняться, — его голос уже не был настолько опустошенным, как раньше. — Как минимум я тебя уронила. — Спасибо. Дюпен-Чен удивлённо взглянула на него, всё ещё не прекращая обнимать. — За то, что выслушала и… Не испугалась и даже не назвала клоуном. — Это самое малое, что я могу сделать. Но почему ты пришел именно ко мне?       Маринетт уже была уверена, что это не сон. Поэтому причины прихода были для неё тайной, которую она хотела понять.       — Просто я помню, как ты меня поддержала перед битвой с Гласиатором. Поэтому, сидя здесь, я представлял, что ты успокаиваешь меня. Кто знал, что так и получится? — Да уж, — её истеричный смешок сейчас был неуместен, но и Маринетт, и Кот сделали вид, что его не было. — Своим друзьям из обычной жизни и тебе я не могу рассказать всю ситуацию. Хотя мне хотелось бы сделать это. В обеих моих жизнях не всё котрясно. Дюпен-Чен слегка улыбнулась, радуясь, что Нуару стало чуть легче, раз он каламбурил. — Может, раскроешься своему лучшему другу, чтобы было легче? — Нет, мы с моей Леди договорились никому не раскрывать свои личности, даже друг другу. Огонёк, появившийся в его глазах при воспоминании о Ледибаг, быстро потух. Маринетт ощущала себя предательницей. Он так безоговорочно доверял ей, а она пользовалась этим. Она точно не заслужила его. — А ты что, хотела узнать, кто скрывается под этой муркрасной маской? — Нет, я просто хотела, чтобы ты не нёс это тяжёлое бремя один. Ты заслуживаешь счастья. Она ответила искренне, сейчас не хотелось шутить над этим юношей с глубокой душевной раной. — Ты тоже заслуживаешь счастья, Маринетт, — прошептал Кот, проведя своей теплой, даже через костюм, ладонью по её слегка спутавшимся волосам. — Мир не заслуживает тебя. Из-за её, казалось бы, поддерживающих слов Нуар вновь нахмурился, словно от боли. — Я настолько ужасен? — Ты слишком прекрасен. Маринетт улыбнулась, видя, как герой облегчённо вздохнул. Ей ещё предстоит убедить его в своих словах. Как она не замечала, что у него проблемы с самооценкой? — А я не заслуживаю тебя, прекрасная Принцесса. Его голос наконец стал полон нежности и доброты. — Ты заслуживаешь самого лучшего. А те, кто этого не понимают, — дураки. Не стоит обращать на них внимание. Удобнее устроившись на его груди, Маринетт с удовольствием слушала, как бьётся его сердце. Какое-то время они просто лежали, наслаждаясь тишиной. Дюпен-Чен почти заснула в его теплых руках, когда тихий вопрос разбил её. — Может, мне отказаться от талисмана? Ты сама сказала, что мне стоит забывать про людей, которые не ценят меня. — Кот, я не это имела в виду. Я уверена, Ледибаг любит тебя как друга и напарника. Сердце девушки бешено застучало из-за страха потери того, кто всегда был готов помочь и защитить её. — Я уже не уверен, — вздохнул Нуар, глядя на луну. Дюпен-Чен корила себя за то, что не следила за состоянием лучшего друга. Она сама себя загнала в безвыходную ситуацию. Если продолжить молчать, Кот будет всё больше загоняться, ища недостатки. Рассказать о Коте Блане — Нуар сломается и сразу откажется от талисмана. Поведать всю правду об их секретах с Алей — он окончательно закроется в себе, решив, что он не заслужил доверия. В любом случае она вновь очень сильно ранит его. Она не простит себя, если с ним что-то случится из-за неё.       — Маринетт, почему ты плачешь? Шепот героя был полон тревоги. Дюпен-Чен ничего не ответила, оказывается, она даже не заметила, что по её щекам побежали ручейки слез. — Я так ненавижу всех, кто сделал тебе больно. Особенно себя. Она уже плохо соображала о том, что говорила. — Ты не должен делать вид, что всё хорошо. Ты не должен улыбаться этой тупой героине, когда тебе больно. Ты не должен спокойно принимать все её отказы. Почему ты никогда не кричал на неё? Почему ты никогда не показывал, что тебе больно? Почему? — Я люблю её.       Девушка больше не могла терпеть это. Котёнок так наивно любил ту, что много раз разбивала его сердце. Осознание, что она почти создала того, кого боялась, обрушилось на неё болезненно и жестоко. Поднявшись на локтях, она прижалась к его губам. Поцелуй не был сладким, как в глупых сказках и взрослых романах. Нет, он был отчаянным и горьким от их слез. Это соприкосновение губ не являлось подтверждением любви. Оно было разрушающим. — Ты не должен любить её. Ты не должен любить тех, кто делает больно. Да, я пару минут назад говорила, что она тебя любит как друга. Но разве с друзьями поступают так? И ты обязан показать ей и всем остальным, что ты можешь защитить этот проклятый город даже лучше. Не бойся любить других. Разве мир схлопнулся после нашего поцелуя? Нет! Ледибаг изменит своё отношение к тебе, если узнаёт, что ты целовался с другой? Нет, ведь ей пле… — Маринетт, прекрати! Щеки Нуара были красными то ли от смущения, то ли от злости. Его дыхание было рваным. Глаза наполнены не злостью, а сожалением? Почему? Любой бы на его месте накричал и постарался уйти побыстрее, чтобы не видеть своевольную девушку. — Прости, — Маринетт только хотела начать оправдываться, когда Кот аккуратно погладил её по щеке. — Ты права во всем. Но правда довольно жестокая вещь, не так ли? Несмотря на это я пытался сделать то, что ты недавно сказала. Но это бессмысленно. Я всё равно каждый раз возвращаюсь к ней. Плагг, мой квами, однажды сказал, что наши талисманы связаны и тянутся друг к другу… — И поэтому ты хотел отказаться от кольца, чтобы постараться обрубить связь с ней. — Ты быстро разгадала мой план, — на лице героя появилась небольшая улыбка. — Не делай этого, прошу тебя. Я не смогу без тебя. — Принцесса всё ещё влюблена в меня? Дюпен-Чен покраснела, вспомнив о том дурацком признании. Желая немного отомстить Нуару, девушка подняла одну руку, чтобы стукнуть юношу в плечо. Но из-за усталости Маринетт не удержалась на одной руке и упала, вновь встречаясь с губами Кота. Напарник аккуратно взял её за плечи и слегка отодвинул от себя. — Принцесса, предупреждай перед тем, как хочешь поцеловать меня, — но вскоре его усмешка пропала, сделав лицо гораздо серьезнее. — Не хочу ранить твои чувства, ведь знаю, что это ужасно больно, но пока я влюблен в Ледибаг. — Сейчас я правда не хотела! — пискнула Дюпен-Чен, сильно краснея. — Ты лучшая, Принцесса. Хотел бы я встретить тебя раньше Леди. Нуар притянул её обратно, крепко обнимая. Маринетт слегка успокоилась и тоже прижала Кота поближе. Сегодня она взглянула на него совсем иначе. Раньше ей казалось, что она знает о напарнике всё, но на самом деле Ледибаг была так далека от его настоящей личности. Как жаль, что она поняла это в таких обстоятельствах.       — Принцесса, уже очень поздно. Я должен идти, а ты должна давно спать. Дюпен-Чен тихо вздохнула, явно не желая соглашаться на это. — Хорошо, — с трудом согласилась она, первой разрывая объятия и вставая на ноги.       Нуар помог девушке спуститься в комнату, хотя в этом не было необходимости. Он проследил за тем, чтобы она легла в кровать, а после сам поправил её одеяло, словно ища любой предлог, чтобы остаться подольше. — Спокойной ночи, — прошептала герой, уже готовясь уйти. — Тебе тоже. Зайдёшь вечером? Или в любое время, когда я буду нужна тебе? — Постараюсь. — Спасибо, — кончик губ приподнялся в улыбке. Маринетт закрыла глаза, зная, что в эту ночь, точнее в последние часы для сна, ей не приснятся кошмары. Люк тихо открылся, оповещая об уходе гостя. — Хотела бы и я узнать тебя получше до того, как Адриан подарил мне зонтик, — зевнув, пробормотала девушка, уже почти погрузившись в сон. — Что? — прошептал не успевший уйти юноша. Но его уже никто не слышал.       Париж вновь был тих, как в начале ночи. Но сейчас внутри этого города навсегда изменились отношения между двумя героями, которые на самом деле были такими же простыми людьми. Однако это уже другая история.