Как выжить после

- Брок - Снова Отморозок его караулит. Сколько ж можно? Брок прикрыл пах полотенцем и вопросительно поднял бровь. Мрачный дружок Роджерса снова сбежал из-под надзора для очередной проверки Брока на прочность. Солдат просканировал его взглядом, не обнаружил ничего нового и шагнул ближе. Брок тут же сдвинулся к своим вещам и подальше от мокрого пола душевой — навернуться на таком в драке — как нефиг делать. Этот волосатый мудила продолжал устраивать Броку краш-тесты, заканчивающиеся обязательным ором с Роджерсом, обвиняющим Рамлоу в провокациях. Угу, делать Броку нехер, как нарываться с этим психом на тет-а-тет. Барнс с упорством, достойным лучшего применения, умудрялся выслеживать Брока в самые неподходящие для этого моменты. Спасибо, что подлавливал наедине, и, что с того первого раза больше не переходил определенную черту, оставляя Рамлоу хоть и помятым, но целым. И пусть Брок не дурак подраться, но так и до срыва недалеко, а значит, очень скоро совсем озвереет и, положив большой болт на высокие чувства Капитана и тяжелое прошлое ненормального, без колебаний сделает всё, чтобы навсегда закрыть Барнса в психушке или вовсе устроит несчастный случай. Как же уже задрали эти бесконечные нападки. Одеться Броку не дали. Словно издеваясь, Баки заслонил личный ящик, впрочем, Брок себя стесняться и не думал. Рывком разодрал полотенце, намотав влажную ткань на кулаки — хоть какая-то защита, да и сбивать костяшки в кровь в преддверии намечающегося свидания с Кэрол из бухгалтерии очень не хотелось. — Ну, сегодня опять загадочно промолчишь, прежде чем в драку лезть? — не надеясь на ответ спросил Брок, разминая шею и готовясь снова получить несколько неприятных ушибов до того момента, как наседка Роджерс сумеет найти по трекеру свою пропажу. Баки раздул ноздри, облизнул свой блядски яркий рот и вдруг заговорил. — Командир. — Оно разговаривает! — хмыкнул Брок, ведь Солдат после той первой ошеломительной встречи разговорами его не баловал, только нападал или неожиданно безропотно подчинялся. — Есть что сказать, говори, а лучше проваливай к хуям, ты пиздец, как не вовремя, Солдат. Несмотря на явные проблемы с психикой, Брок почему-то не боялся Солдата, хотя все остальные буквально истерили от присутствия злобного и неуправляемого друга национального достояния. А сейчас, судя по всему, парень явился не драться, а поболтать. Значит, зря полотенце принес в жертву, ладно — тогда нефиг обнаженкой светить. Брок бестрепетно сдвинул непонятно с чего насупившегося Барнса с дороги и принялся споро одеваться. — Кэрол Аткинс, — снова открыл рот Баки, Брок насторожился: какого черта? — Лаконично, но нихера не понятно, — Брок скривился и пихнул слишком близко стоящего Барнса локтем в бок, тот намека не понял и не сдвинулся. — Барнс, давай развернутый ответ, я не ебу, что за мыслительные процессы в твоей отмороженной башке проходят. Ну? — Сегодня. Gregorio's Trattoria, на Таккерман-лэйн, 7745. Итальянская кухня. — Я в курсе, где это и что там. Тебе какое дело? — не любил Брок, когда над ним нависали — чертов рост, поэтому задрал голову. Он умел смотреть на всех свысока, будь то высоченный Роллинз или вот Солдат. — Тоже пожрать захотел? Так попроси своего Роджерса выгулять тебя, может, обоим на пользу пойдет среди гражданских проветриться. — С командиром, — нахмурился Барнс, — итальянская кухня, вечер. С командиром. — Еще я на тебя личное время не тратил, — фыркнул Брок, — мне есть с кем приятно вечер провести, как ты уже разузнал… — Нет, командир проведет вечер со мной. Не с Аткинс! — с нажимом заявил этот… Брок на мгновение завис, потом смерил взглядом чудо, посмевшее ставить ему ультиматум, и полез за телефоном. — Роджерс! — Баки недовольно заворчал, но когда на его попытку отнять телефон Брок оскалился, обиженно застыл. — Рамлоу? Баки с тобой? Я только на минутку отвлекся, а… — Не части, Кэп. Да, твоя потеряшка со мной. Дуй в мой кабинет, нам пора разобраться с этими пришествиями. — Буду через пару минут! — Пошли, чудик, — Брок хлопнул недовольного Баки по плечу, двинувшись на выход. Если раньше он только выкатывал претензии Роджерсу по поводу его неадекватного друга в надежде, что тот вправит тому мозги, то теперь окончательно осознал — не вправит. А оставить всё как есть нельзя — это не только постоянное преследование на базе, теперь Отморозок стал отслеживать личные встречи Брока, что уже ни в какие ворота не лезло. В кабинете Брок расслаблено растекся на диване, прикидывая, как много времени он может потратить на вправление мозгов суперам, навскидку выходило, что люфт в час-полтора у него имелся. Потом придется ускориться, хотя он в любом виде красавчик: переодеться в цивильное много времени не займет, главное в ресторан не опоздать. Барнс, явно недовольный игнорированием, навис над ним тенью отца Гамлета, но с чего бы Брок должен отвечать чужим ожиданиям? Напрягаться, доказывать что-то в попытках достучаться до разума он не видел смысла. Отмороженный Барнс что-то надумав никого не слышал и не слушал, тут только на тяжелую артиллерию в виде Кэпа и остается рассчитывать. Черт, а ведь он нормально волосы не высушил, теперь нужно выкроить время на укладку. С этим долбоебом вечно одни неприятности — хотя ножи в счет сломанных он получил отличные. Брок лениво перевел взгляд на вибрирующего Барнса и тот, словно дожидался этого, тут же выпалил: — Неперспективно! — Что, прости? — недоуменно моргнул Брок на нервно закусившего губы Барнса. — Кэрол Аткинс и командир — нет перспектив! — Брок сложил руки на груди и насмешливо задрал брови: ты гляди, какие заявления в ход пошли. — Да что ты? Может, объяснишь почему? — У командира много забот. Служба. Страйк. Солдат! — с нажимом на последнее слово выдал Барнс и снизошел до пояснений: — Кэрол Аткинс планирует свадьбу с командиром — совместное проживание, общий бюджет, дети. — Какая осведомленность, — присвистнул Брок, ничуть не сомневаясь, что выводы парень сделал правильные — большинство женщин воспринимает любого мужчину как потенциального мужа, мгновенно выстраивая далеко идущие планы. Но это ведь женщины — их нужно принимать такими, какие они есть и не пытаться искать в их действиях логики. Да и потом, если Кэрол не разочарует, то кто знает во что выльются их встречи? Только вот какое дело до этого всего Барнсу? — Это точные данные! — вклинился в его мысли Барнс. — Кэрол Аткинс желает забрать командира себе! — А может я не против быть забранным такой красивой женщиной? — немного раздраженно улыбнулся Брок, что за «точные данные» — ушлепок реально сталкерил за ним и Кэрол? — Нет, — тяжело мотнул головой Барнс, сжимая кулаки: — командиру не нужна женщина. — Ты совсем ебанулся? — начал закипать Брок и тут, наконец, в его каморку-кабинет втиснулся запыхавшийся Роджерс. — Рамлоу, не выражаться! Баки, ты в порядке? — Знаешь, Кэп, я нихуя не обязан следить за речью в личном разговоре! — с пол-оборота завелся Брок, начиная подозревать, что все его потуги достучаться до серого вещества суперов пропадут втуне. — Рамлоу, ваш тон недопустим, мы находимся в здании ЩИТа и на какой «личный» разговор вы намекаете? — Роджерс попытался встать между Барнсом и сидящим на диване Броком, но нежелающий уступать Зимний Солдат даже не шелохнулся, да и кабинет был не настолько просторен для ненужных телодвижений. — Баки? В чем дело, почему ты ушел, сегодня вечер кино у Старка и… — Командир должен отказаться от Кэрол Аткинс. — Что? — непонимающе выдохнул Роджерс и требовательно посмотрел на Брока, а тот развел руками: — Вот об этом я и хотел поговорить с тобой, Кэп. Какого хрена твой дружок решил контролировать мою личную жизнь? И вообще, с чего он заделался моим сталкером? Еще немного и я подумаю, что парень в меня влюбился… — Думайте, что говорите, Рамлоу! — Да что за дерьмо? Вот скажи, как еще воспринимать его слежку и вот это заявление? У меня сегодня свидание и, к твоему сведению, Капитан, я не заявлял об этом во всеуслышание, но почему-то твой друг в курсе моих планов и предъявляет ультиматумы! — ну не хотел Брок жаловаться, однако звездно-полосатый с завидным постоянством игнорировал всё более прозрачные намеки. — Вы придумываете небылицы, Рам… — Свидания не будет! — угрожающе заявил Барнс, отчего Кэп растерянно заткнулся, а Брок зло глянул на Роджерса. — Вот об этом я придумал? Роджерс, ты не справляешься с ним — не контролируешь, не понимаешь и не управляешь… — Никто не будет контролировать Баки! — тут же отреагировал Кэп. — Он свободный человек и то, что ему пришлось пережить… — Да ебись оно всё конем, Роджерс! Парню нужна помощь мозгоправов, и поскольку ты нихуя этого не понимаешь, то и тебе тоже! — Не забывайтесь, Рамлоу! — Роджерс попытался угрожающе нависнуть над Броком, но не преуспел, поскольку Барнс не собирался уступать ему место. — Баки? — Всё равно, что горох об стенку, — раздраженно побился затылком о спинку дивана Брок. — Барнс! — Да, командир? — тут же выпрямился Солдат в уставной стойке. — Чего ты хочешь от меня? Отвечай! — Не смей командовать Ба… — Солдату нужен командир! — не обращая внимания на Роджерса, отчеканил Барнс, Брок зло сощурился. — Для чего Солдату нужен командир? Подробно! — Управление, контроль, присмотр. — Боже, Баки, о чем ты? — не веря, выдохнул Роджерс и тут же возмущенно уставился на Брока: — Что ты с ним сделал? Что ему наговорил? — Блядь, — чувствуя себя пациентом психушки, выругался Брок. — Роджерс, ты мозги для разнообразия включать не пробовал? Барнс, какого хера я должен за тобой присматривать? Почему я? — … — неожиданно у Солдата не нашлось слов, угроза из его позы исчезла, теперь он выглядел несчастной потеряшкой, которую нужно было приголубить. Угу, кирпичом. — Я жду ответа, Солдат! — Баки, послушай, — поспешил на помощь другу Кэп, — тебе не нужен этот человек, но он прав в том, что ты нуждаешься в помощи, и я всё сделаю, чтобы… — Мне нужен командир! — увернулся от попытки обнять Барнс и полез на диван, отчего Брок птичкой слетел с насиженного места — посиделки в обнимку с отмороженным психом ему совсем без надобности. — Ты не ответил, Солдат, и я не твой командир, мне не нужна ответственность за тебя, как понял? — Я лучший! — Солдат кинулся за ускользнувшим Броком, но тот предусмотрительно нырнул за спину Роджерса и в данном случае размеры кабинета сыграли на его стороне. — У лучшего солдата должен быть лучший командир! — Даже если я возьму тебя в отряд, чему я буду упорно сопротивляться ввиду твоей неуправляемости и чересчур подозрительной звездно-полосатой наседки, то это никак не объясняет твоих попыток лезть в мою личную жизнь! — ну, что на это скажет псих? — Безопасность. Гражданские лица в окружении действующего командира — угроза и слабость. Присмотр за Солдатом, служба, миссии — у командира не останется времени на личную жизнь. Кэрол Аткинс не поймет и не примет того, как мало времени у командира на личную жизнь. — Баки, это не… — удивленно ахнул Роджерс, да и Брока это красноречие впечатлило. — Надо же, целая доказательная база с обоснованиями… — Брок решительно не понимал, каким образом оказался в этом дурдоме, но и не мог не признать, что в чем-то этот ушибленный прав. При нынешнем образе жизни на что-то серьезное с далеко идущими планами рассчитывать с его стороны легкомысленно, разве что он бросит службу. Но Брок пока не набегался и планировал продержаться минимум еще лет пять, а вот после с поля придется уйти — возраст не позволит соответствовать высоко задратым нормативам. Но! Это не повод позволять левым суперам диктовать свои условия! — Барнс, ты можешь, что угодно себе воображать, но суть в том, что мне ты не сдался. У меня есть свои должностные обязанности, которые я выполняю от и до. Моя команда лучшая и… — Командир лучший, — тут же согласно кивнул Солдат. — Солдат согласен на миссии под контролем командира. — Роджерс? — сдался Брок, обращаясь к Роджерсу, в конце концов, это его друг! — Рамлоу… — Брок недоуменно выждал пару мгновений, но продолжения не последовало. Роджерс задумчиво тер переносицу. — В чем-то Баки прав… — Роджерс, ты это… — Послушайте, Рамлоу. Мне самому это не по душе, но… — Роджерс с недовольством оглядел встрепанного и совсем не по уставному одетого Брока: — Директор Фьюри настаивает на скорейшем включении Баки в работу, несмотря на отрицательные рекомендации доктора… — Даже не начинай, Кэп! — замотал головой Брок, понимая, что все его планы на освобождение от преследования Солдата накрываются медным тазом. — Баки почему-то выбрал именно вас и впервые заявил, что готов к участию в миссиях! — Да насрать мне на то, кого выбрало это чудо и для чего! У меня хватает забот… — Сожалею, Рамлоу, но вы подчиняетесь мне, а я имею право усилить команду поддержки по своему усмотрению. — Знаешь, Роджерс, я ведь тоже могу пойти на принцип! — набычился Брок, спешно прикидывая, чем пригрозить, но вот же, сука, его приперли к стенке. Он этот статус лучшего командира лучшей команды долго и упорно зарабатывал кровью, и увольняться, пуская всё коту под хвост, отчаянно не хотел! — Не надо мне угрожать, Рамлоу. Я в любом случае буду на стороне Баки. И раз он выбрал вас, то он вас получит, — ого, а вот такого Кэпа Брок еще не видел, парня реально корежит от того, что придется отдать своего драгоценного друга в чужие руки. Только Броку такого добра даром не надо, но пока он подбирал возражения, Роджерс продолжил забивать гвозди в крышку его гроба. Конечно, как же без угроз и наставлений? — Но предупреждаю: я буду следить за тем, как вы с ним обращаетесь, только посмейте причинить ему вред… — Бля… Вот так и вышло, что Брок стал практически личным командиром-нянькой Солдата вместо того, чтобы закрутить легкую интрижку с симпатичной разбитной бухгалтершей. Зато Барнс, получив желаемое, прекратил бесконечные нападения исподтишка, перестав проверять Брока на прочность. Да и зачем? Ведь теперь эта сука на законном основании практически круглосуточно терлась возле Брока. Солдат отлично отрабатывал в поле, безупречно выполнял все команды на миссиях, а после превращался в ласкучего пса, центром мира которого являлся хозяин. Брок. И спустя несколько месяцев Рамлоу обнаружил, что свыкся. Привык к ревнивому присмотру Роджерса, на которого Барнс совсем перестал обращать внимание. Привык и окончательно смирился с самим Барнсом, с которым приходилось нянькаться, неожиданно проникшись к этому несчастному идиоту какой-то обреченной жалостью. Нянькаться в прямом смысле этого слова. Потому что мозги у Зимнего основательно протекали и того кидало из крайности в крайность с одной только постоянной константой — Броком. То он сверхчеловек с убийственной аурой, то растерянный ветеран с сильнейшим ПТСР, то вдруг безмозглое дите, которое боится всех и ищет у Брока защиты. Последнюю ипостась Брок ненавидел больше всего. Потому что когда к тебе бросается за успокоением двухметровая громила широко разевая рот и хныча, потому что больно прикусил язык, а значит, Броку нужно подуть на вавку, это… И ведь плевать, что у супера высокий болевой порог, что прокушенный язык уже регенерирует — детка помнит, что ему было больно, детку нужно утешать. Подуть, погладить, обнять… Народ вокруг конкретно охуевал, Роджерс бесился, ведь не к нему бегут за помощью. Кстати, Роджерса Барнс в режиме Солдата и ребенка недоверчиво сторонился и опасался, а в режиме заебанного тяжелыми испытаниями ветерана нежно ценил, но также сторонился, не желая пачкать собою светлый образ друга. А вот Брока пачкать, как оказалось, было можно и нужно, а потому все три ипостаси Барнса липли к Броку только в путь. Брок хлопнул себя по лицу, пытаясь прогнать навалившиеся воспоминания, решив заняться делом. Раз уж ему такая шикардосная фича выпала, то стоит озаботиться спас комплектом для всех в качестве прощального подарка. Ну да, почему бы не побыть Сантой, нужно только хорошенько продумать форму и наполнение, да и потом… а вдруг получится создать что-то не просто нужное и привычное, но еще и с волшебным прибабахом? Вот лично он не отказался бы от пары сказочных вещей вроде неиссякаемой фляги и не съедаемого хлеба — о, а собственно, не попробуешь, не узнаешь! Заодно отвлечется от нервирующих суперов, разве что насчет экипировки для них всё же стоит озаботиться… Блядь. Брок поморщился и добавил в планируемый прощальный подарок пункт насчет одежды. Так, придется постараться, заодно не будет времени отвлекаться на всякое разное… *** Солдат Баки согнал с приглянувшегося места медитирующего с зажиганием и тушением огонька на пальце Фарела, и улегся сам, рассматривая плывущие над головой облака. Он не должен давить на командира, он не мог не давить на командира — дилемма. Хорошо хоть Роджерс начал сдерживаться и уже не так сильно навязывался. Солдат вздохнул — всё так сложно. Неужели всё всегда должно быть настолько нелепо и сложно? Роджерсу нужен ЕГО Баки, но он ведь другой Баки и не отвечает за всех своих двойников, а тем более не обязан соответствовать чужим ожиданиям. Вот, например, ему самому нужен командир, а командиру не нужны ни Солдат, ни другой Баки, что создавало большую проблему, как в настоящем, так и в будущем, которое без командира Солдата совсем не интересовало. Пока приходилось выживать и пытаться привыкнуть к новому миру и тому, что у всех появились удивительные способности, у Солдата как-то не хватало толком времени подумать. То есть… у него была цель, и он делал всё, чтобы ее достичь. Продумывал планы по завоеванию командира, пытался разобраться с мешающим его планам Роджерсом, и вдруг вот прямо сейчас успокоился. Он сказал командиру о своих чувствах, дал пространство и возможность переварить сказанное. Даже сумел заставить себя отойти и вот, решил заняться собой. И… на самом деле Солдат переживал. Он никчемный. Столько проблем, никакого дара, а значит, Солдат — не самое лучшее приобретение. Это Роджерс готов принять Солдата любым, лишь бы владеть им безраздельно, но самому Солдату этого было недостаточно. Он перебирал бусины всплывших воспоминаний, сортируя и раздражаясь. Сколько глупостей он успел натворить, что в прошлой жизни, что в этой. Так странно было вдруг осознать, что он, Солдат, такой… разный. Потому что пусть он перестал быть тем легкомысленным и беззаботным типом, каким стал, оказавшись в мире чудовищ и странных явлений. Тем, кто бесцеремонно и развязно приставал к командиру и решил вдруг заставить того ревновать, затащив ничего не помнящего Роджерса в постель. Пусть тому, кем был Солдат, поначалу понравилось быть с Роджерсом, очень. Но не настолько, чтобы отказаться от командира. Солдат тогда вел себя как откровенная шлюха и был… счастлив? Солдат покрутил эту мысль так и этак, и отбросил. Нет, не был. И это был не он. То есть не весь он, а лишь одна из его защитных масок. Да, так и есть, он не был полноценен в тот момент, больше того, был уязвим и растерян, вот поэтому на первый план и вылезла такая очень правдоподобная и удобная маска. Недолговечная и во многом ущербная, но спасительная на тот текущий момент маска, основанная на том немногом, что сохранилось от давно умершего человека, ставшего основой для рождения Солдата как такового. И ущербность этой маски проявлялась в том, насколько она оказалась неустойчива, как рассыпалась едва требовался серьезный подход к делу, вроде того же сражения. Хотя на какое-то время она смогла укрепиться, найдя точку опоры в отношениях с Роджерсом, который всё и испортил. Интересно, если бы Роджерс не пережал, не попытался выбить другую более важную точку опоры, то смогла бы эта маска усилиться и стать доминирующей? Одержимость командиром и жадность Роджерса… нет, слишком нестабильные доминанты. Хотя нельзя отрицать, что и сейчас в Солдате кое-что осталось от того распущенного Баки, но именно кое-что, а точнее чуть-чуть. Солдат хмыкнул, осознавая странное — он себя воспринимал как нечто собранное из разных обломков личностей, наверченных как лепестки вокруг сердцевины, вокруг одного самого главного желания — быть с командиром, сделать его своим. Да, в этом Солдат очень похож на Капитана, только более практичен и беспринципен, потому что не постесняется использовать любые методы, чтобы получить то, что считает своим или желает сделать своим. Он будет умнее, проявит хитрость, не станет лезть напролом, как Капитан, не опустится до обвинений или требований. Разве что просьбы… Солдат не утерпел и ревниво покосился на Капитана, в очередной раз вызвавшего командира на разговор. Снова будет орать?.. Странно. Хоть Солдат и демонстрировал всем свою уверенность и непрошибаемость, на самом деле жутко боялся. Не того, что командир предпочтет ему кого-то другого или вообще откажется, хоть это и было весьма вероятно, просто для Солдата это ничего не меняло. Против воли или с согласия, но Солдат не собирался отпускать командира, он должен быть с командиром. Как любовник, друг, помощник, сталкер — неважно, главное вместе, рядом. Боялся Солдат другого. Своей… никчемности. Смешно звучит даже в мыслях, но после того, как они оказались в мире магии, после того, когда все, буквально все обзавелись способностями, всё преимущество суперсолдата с бионическим протезом и металлом в костях как-то вдруг обидно померкло. Да, Солдат живуч, силен и не боится замарать руки. Ну и что? Весь Страйк таков, разве что раньше у команды было поменьше живучести и выносливости, но теперь магия всё компенсировала. Что толку от Железного Кулака Гидры, когда тот же Трой одним желанием мог оставить его одноруким беспомощным инвалидом? Слишком много металла в теле Солдата, чтобы чувствовать себя в безопасности рядом с таким своеобразным «Магнето». И ведь другие не уступали по опасности, и что мог противопоставить такому Солдат? Боевые навыки? Смешно. Страйк вымуштрован так, что при желании, а точнее по воле командира, в два счета разберут Солдата на запчасти без применения магии. Эту команду затачивали именно под противодействие с суперами, а уж Солдата и его уязвимости они знали на «ять». И зачем при такой команде командиру нужен Солдат со своими хотелками и проблемами? Солдат предложил бы защиту, но… командир умел всё, что умела его команда, поскольку это он их муштровал, являясь тем самым примером, на который нужно было равняться. Даже в мире монстров и Волн спасал людей не Солдат, а командир. Старший. Тактику боя и обороноспособность поселения организовывал не Солдат, которому перепрошивали мозги создавая идеального воина, а командир группы огневой поддержки, по сути, вояка средней руки для незнающих. Да, Солдат был основной ударной силой в планах командира за счет своей выносливости и мощи став внушительным аргументом в выживании небольшой группы людей перед ордами монстров. Солдат это знал, командир это знал, все это знали. Но при этом все так же знали, что даже без Солдата они, пусть и с потерями, но выживут, а вот без командира — нет. Командир выживал в одиночку задолго до того, как собрал людей и обеспечил им максимально возможную в том мире безопасность. Это люди нуждались в командире, Солдат, Страйк, а вот нужен ли кто самому командиру… Солдат не знал, что он может предложить такого, чего не смогут другие, чтобы командир согласился быть рядом. И вот этот страх, страх собственной никчемности, ненужности его пугал. Он очень хотел быть полезным, иметь возможность защитить командира от любой угрозы, доказать свою незаменимость, выгодность, но как это сделать? Даже Роджерс обзавелся способностью в перспективе настолько востребованной, что практически поднялся в рейтинге тех, кого командир может счесть полезным для себя, а Солдат… Пусть это было некрасиво и даже подло, но Солдат не стыдился давить на жалость, на то, что командир ответственный и заботливый, хоть и старательно это скрывает. Пусть у него нет способностей, он остался единственным, у кого их нет, вроде как оригинальность и в то же время беззащитность, а командир ведь уже привык заботиться о непутевом Солдате, значит, не бросит? Солдат вздохнул, понимая, что ведет себя инфантильно и делает слишком много допущений в плане по захвату командира, пытаясь принимать желаемое за действительное. Как бы он хотел быть… стать рыцарем для командира, но только командир не беспомощная принцесса, чтобы его спасать, а Солдат — скорее дракон, что хочет заполучить сокровище только себе и ни с кем не делиться. Командиром нельзя управлять, его нельзя принуждать, нельзя давить, а Солдат именно это и делает, просто… По-другому не может, ведь он так сильно боится потерять самого важного для себя человека! А все эти умные советы типа: «если любишь — отпусти» — совсем не про него. Солдат не мог и не хотел даже теоретически представить себе, как хоть ненадолго остаться без командира. Нет. Что угодно, но не это. Солдат будет врать, юлить, давить на жалость, но всеми правдами и неправдами продолжит цепляться за командира, позволять ему любые капризы, лезть в дикие авантюры, выполнять самые идиотские приказы, лишь бы оставаться рядом. Поэтому сейчас старательно имитирует адекватное поведения, создавая иллюзию, что может предоставить личное пространство и не наседать. Больше того, предпринимает попытки объяснить тому же Роджерсу, что для него командир, и почему остальное не имеет значения… Солдат вовсе не хотел, чтобы командир в очередной раз психовал из-за Роджерса, но почему-то их мирный разговор не принес ему радости. Хорошо, конечно, что командир изначально не является фанатом Кэпа и сразу отнесся к нему с подозрением, так что вероятность того, что командир предпочтет Капитана, крайне мала. Вот только взгляд, которым командир проводил Роджерса, показался каким-то… сочувствующим? Солдат нервно подобрался, чувствуя, как с трудом установленное равновесие трещит по швам. Пальцы обеих рук со скрежетом скребанули камень, оставляя борозды. Что?! Тело словно замедлилось, потяжелело, обзор вдруг стал не хуже, но как-то ограниченней? Солдат не хотел паниковать, но когда увидел, что его руки неожиданно перестали отличаться друг от друга, помертвел от ужаса. Этот мир менял всех. Просто других он менял, даруя магию и умения, а его, недочеловека обращал в то, чем он давно должен был стать. Тупая неповоротливая никому не нужная железяка. Памятник человеческой глупости и жестокости, железный дровосек без сердца, без любви, без жизни… он с трудом повернул голову, с ужасом понимая, что видит командира в последний раз и с отчаянием рванулся к нему всем собой. Он… пусть он станет железной статуей, но тот же Трой ведь сможет сделать из него кучу полезных вещей. Например… сделает из его сердца… того куска металла в груди нож. Командир ведь любит ножи? Тогда из сердца Солдата должен выйти самый лучший для него нож, нож, который командир будет держать всегда при себе. А Трой… он ведь сможет сделать так, чтобы нож из Солдата не терялся? Ну магия там какая-нибудь возвращательная, а? Каждый шаг ощущался так, словно Солдат двигает гору, наклонить голову и увидеть во что превратились ноги он не рискнул, для подтверждения его худших подозрений хватало мерзкого лязга. Он просто должен дойти. Должен дойти и сказать, что любит. Может неправильно и ненужно для командира, но должен сказать. И попросить, чтобы командир обязательно взял нож, сделанный из Солдата, чтобы хоть так… Вокруг раздавались невнятные возгласы, но он не вслушивался и упорно двигался к медленно разворачивающемуся к нему командиру. Именно сейчас Солдат осознал, что не того боялся. Сейчас — вот самый настоящий страх. Солдат шел, и весь мир тягуче размывался вокруг него, каждое движение давалось с диким трудом, будто он не шел, а продирался сквозь камень… В голове царила каша невнятных, суматошных мыслей, подчиненных одной самой важной цели. Последней его миссии. Он должен был успеть сказать, попрощаться, попросить. Пока еще может дышать и двигаться, пока не стал куском мертвого металла, он должен посмотреть в любимые глаза. А если повезет, то коснуться в последний раз, хотя, мелькнула горькая мысль, он же теперь железный и может навредить, поэтому только посмотреть в глаза… Сердце тяжело бухнуло, будто не в силах больше качать кровь, наверное, полностью становясь бездушным металлом, а командир всё еще никак не поворачивался к Солдату, всё еще не смотрел на него, всё еще… все мышцы налились тяжестью, отказываясь подчиняться, в переносице неприятно хрупнуло, а в колени с силой ударила земля. Как же так… он всё-таки не успел… *** Брок задумчиво перебирал в уме список первоочередных дел, когда началась непонятная суета. Краем глаза успел заметить, как округлились глаза Роджерса и напрягся. Если не Кэп, то причиной мог быть только шебутной Дэниэлс, но поскольку на него Роджерс вряд ли так отреагировал, то, блядь, что опять с Отморозком? За спиной глухо лязгнуло, будто танк ебнулся с высоты, что уже навевало нехорошие предчувствия, он еще не повернулся, но уже судорожно прикидывал свои действия на случай вот такого зимнесолдатского форс-мажора. Хуже всего была невесть откуда возникшая уверенность, что он как-то того… опаздывает? Потому что кроме лязга и вытаращенных глаз окружающих, Брок в полной мере словил чувство, что он тупо не успевает свалить с пути несущегося на всех парах поезда. Черт, да Брок даже разворот не успел закончить, как его обдало резким порывом ветра, будто гребанный поезд остановил встречным ударом психованный Халк. Чертов Отморозок!!! Не прошло и секунды, пока он разворачивался, а ощущалось так, будто полжизни пролетело. Брок встревожено оглянулся и недоуменно опустил взгляд. Хренасе. — Хренасе. Это че? Отморозка не было видно, а вот прямо у ног Брока лежало… лежал… Брок огляделся, наткнулся на такие же недоуменные рожи и присел на корточки возле самого настоящего железного рыцаря. С реальным таким плюмажом, как на картинках и в исторических фильмах, в серебряно-золотистых латах и размером с Отморозка. Рядом рухнул на колени Роджерс, хватаясь за цельнометаллический доспех, пытаясь перевернуть своего любимого друга лицом к небу. Угу. Щаз. Оказывается и у Роджерса может не хватать силенок, вон, как напрягся, аж вены вздулись. Вроде вертолет на лету удерживал, а с подниманием Солдата в фэнтезийно-футуристическом доспехе не с первой попытки смог справиться. Что тут скажешь, под Отморозком машины всегда проседали, всё же в Гидре не поскупились на усиление скелета металлом, да и протез весил достаточно, чтобы Барнсу приходилось постоянно поддерживать внушительную мышечную массу для равновесия и жрать как бы ни вдвое больше Роджерса. Ехидные мысли промелькнули и пропали — напрягало отсутствие реакции со стороны Солдата, с чего тот рухнул плашмя, да и вообще, что за косплей под рыцаря? — Солдат, какого хрена спящую принцессу изображаешь? Эй… — и растерянно присвистнул, когда вместо лица увидел глухую металлическую маску без прорези для глаз. — Что за ебатня? — Баки-Баки, очнись! — испуганно пытался привести в чувство тяжеленное тело Роджерс. Даже его сил не хватало, чтобы содрать с Барнса красивые и почему-то не снимаемые доспехи. Вокруг нехорошо затряслась земля и Брок очнулся. — Так, Кэп, успокойся и не вибрируй! Трой, живо сюда, попробуй снять с головы этого придурка рыцарское ведро. — Он умер? Он не мог умереть, только не это! — причитал Роджерс, но сумел заткнуться и посторониться, давая подойти Трою. Чернявый и носатый хакер, обретший умение управлять металлом, нахмурился и вспотел. Гладкая, почти зеркальная поверхность шлема равнодушно отражала теряющего терпение Брока, взмокшего Троя и погружающегося в депрессию Стива. — Ну, чего ты телишься? — Да что я могу? — возмутился Трой, добившийся всего лишь появления подвижных серебристо-золотых узорных разводов на удивительно гладкой броне. — Металл вообще не отзывается, словно не металл, а черт знает что! — Но узоры двигаются! — Ага, и это всё, что двигается, — прохрипел Трой, вытирая хлынувшую из носа кровь, — командир, я не знаю, что делать, оно не подчиняется! — Так, выдохни и иди, отлежись, — Брок кивнул Роллинзу, придавив взглядом вскинувшегося Роджерса: — Не заводись, от того, что Трой рухнет рядом или вообще концы отдаст, Барнсу лучше не станет! — Но… — Не начинай, — оборвал его Брок и потребовал: — давай, приподними Солдата повыше, ну не может эта херня не сниматься! Ну же, не тормози, пока не вытащим его из этой скорлупы, он считается живым, ясно? — Да, Брок, ты прав! — Стив надсадно хекнул, но приподнял Барнса, под которым тут же вздыбилась земля, превращаясь в своеобразную подушку, придавая новоявленному рыцарю сидящую позу. — Я всегда прав, — буркнул Брок, и заскользил пальцами по красивому, но совершенно непонятному шлему в поисках хоть какой-то подсказки. В паре шагов столпились все остальные, не решаясь лезть под руку… то есть все не решались, а Дэниэлс не смог не вылезти со своим особо ценным мнением: — Командир, ты это, а поцелуй его, ну, типа как в сказке… — раздался шлепок, обиженное ойканье и возмущенное шипение Мэй: — Это из другой сказки, идиот! Там принцессу спящую целуют, а тут… — Ну, подумаешь, — надулся Дэниэлс, — плюс-минус, а суть одна, один в отрубе, другой пытается спасти, не всегда же рыцари должны спасать возлюбленных. Иногда и дама сердца должна того… — Дэниэлс замялся и пусть тише всё-таки упрямо продолжил: — Иногда надо спасать рыцаря, тем более что дама у нас того, реально может и дракона прибить, и рыцаря на плече унести! Это ж командир… ой! Да чего ты вечно по башке бьешь? — Мозги встряхиваю, вдруг там нормальная извилина среди тупых завитушек появится! — рыкнула Мэй, но сама вдруг задумчиво добавила. — А вообще звучит логично, командир на моей памяти постоянно Отморозка прикрывал… а вдруг сработает, а? — Ну, дык того, я тоже так это… согласен, — прогудел Таузиг, — командир, а попробуй, вдруг того, поможет? Тут же это, магия, считай, сказка как бы… — тут же согласно зашумели остальные, а Дэниэлс гордо расправил плечи, при этом вроде как невзначай отступив на несколько шагов от скорой на руку Мэй. Брок всё слышал, но не стал гавкать, все волнуются, просто каждый справляется, как может. Пальцы в очередной раз скользнули по гладкому не-металлу, и наконец, нащупали что-то. То ли обманка, то ли система воздушной фильтрации, то ли… он нажал, ковырнул ногтем, подергал в разные стороны и замер, почуяв продавливание. Защелка? — Заткнулись все! — рявкнул Брок, потея от напряжения: пусть он держал беспристрастное выражение на лице, но его чертовски пугала мысль, что пройдя всё, что сука-судьба подкинула, Отморозок вот так глупо подохнет от нехватки воздуха в напрочь заклинившем и невесть откуда взявшемся доспехе. Как долго Солдат может обходиться без воздуха? По косвенным данным не менее пяти минут, если не больше — проверять это наживую он не рискнул в прошлом, и не собирался проверять в настоящем. Только вот сейчас сложилась идиотская ситуация, где вся надежда на то, что Солдат реально мог не дышать больше времени. Еще хотя бы минут на десять больше. Потому что когда не нужно, то время, словно назло утекало с катастрофической скоростью. Обнаруженные крохотные выступы слегка вдавились, но без видимых результатов. Над плечом статуей замер Роджерс, до Брока успевший ощупать Барнса, но ничего не нашедший, поэтому сейчас будто вовсе не дышал, пристально следя за каждым микроскопическим движением пальцев. Блядские выступы утопились до упора. Брок закрыл глаза и просто представил себе, как бы сам снял подобную штуку с себя, будь она на нем. Сдвинул пальцы так, как если бы это он поднял руки, чтобы отщелкнуть доставший его шлем, снова вдавил вполне себе нажимательные кнопки и слегка потянул вжатое от шеи к челюсти Отморозка.