Начало нового конца

- Ацуши, пригнись! - крикнул Рюноске, сидя под столом. По кабинету летали вещи. Виной тому были Осаму и Федор. Они не могли сойтись на том, кого стоит точно вносить в список подозреваемых. В Дазая летел степлер, Достоевский пытался увернуться от дырокола, а Ацуши и Рюноске пытались пробежать до двери. - Я сказал, что он точно будет здесь! - крикнул Осаму, посылая в Федора стаканчик для карандашей в форме черепа. - Ты зачем бедного Йорика кидаешь? - бережно поймав череп, Достоевский кинул в ответ кактус. - И вообще, его даже не было в Японии в тот момент, когда первое убийство произошло! - И что? Ну может он дистанционно управляет! - Ага, по скайпу. Нет Осаму, это один человек, и он работает на себя. - И вообще, когда мой Чуя придет, - мечтательно закрыв глаза произнес Дазай, садясь на пол. - Он поддержит меня, а не тебя. - Твой Чуя то знает, что он твой? - насмешливо спросил Достоевский, садясь напротив Осаму. - Я предлагаю перестать разносить твой кабинет и заключить перемирие. - Знает, знает. Только где его носит я не знаю. Он уже часа два как должен быть с нами. - слегка напряженно начал Осаму. Он волновался за его рыжее чудо. Нет, Чуя конечно мог за себя постоять, но ему не хотелось, чтобы его парень дрался. Подумав еще немного, Осаму пришел к выводу, что он не хочет, чтобы Накахара дрался в одиночку. Вместе ведь веселее. Да и убийственнее, если совсем честно. - Может ты Мори позвонишь, спросишь где он? - предложил Достоевский, расставляя разбросанные вещи по комнате. - Если Чуя у него - отлично, попросим пусть едет. А если уехал - будем знать через сколько ждать. - Да, я так и делаю. Все, заткнись теперь на немного, - с недовольным лицом, Осаму стал ждать ответа от босса. - Мори-сан, добрый день. А где Чуя, не подскажите? Что? В плане он не приезжал? - обескураженно глядя вперед пробормотал Дазай. - До свидания… - Что такое? - подойдя к парню, Достоевский присел рядом с ним. - Что ты узнал? - Чуя не приезжал после нашего ухода. - растерянно, будто не веря что он это говорит, прошептал Осаму. - Его не было в мафии. После того, как мы попрощались - его никто не видел. - Он мог куда-нибудь уехать, развеяться? - не особо веря в свои же слова, произнес Достоевский. - Федя, блять. С моим парнем что то случилось, а мы нихуя не делаем! Может, это тот идиот его похитил! - проорал Осаму на грани истерики. - Мы едем к тому кафе. Ты смотришь камеры и спрашиваешь у персонала, не видели ли они чего, а я… А я стараюсь найти хоть что-нибудь! Машина на парковке, я за руль. - вылетая из кабинета, раздал указания Дазай. По пути он схватил Рампо - в такой ситуации будет полезен человек, умеющий распутывать дела. Эдогава не сильно сопротивлялся. Он понимал, что лучше сейчас промолчать, а то его убьют, и даже не вспомнят. Послушно сев в машину, он стал ждать. Через пару секунд подлетел Федор, и Дазай завел двигатель. Выжав педаль газа в пол, он выехал с парковки, чуть не врезавшись в фонарь. Пролетая квартал за кварталом, улицу за улицей, Осаму пытался успокоить себя тем, что Чуя в порядке, и он будет там их ждать. В то время как шатен вел машину, Достоевский раздавал указания по его телефону. - Ацуши, Рюноске, бегом в мафию, докладываете Мори, что Чуя пропал. - раздраженно закатив глаза и цокнув, он продолжил. - Нет, не Дазай-сан. Это Федор, мы работаем вместе. Говорите, что его похитили. Так будет больше шансов, что его найдут. Бегом, оба полетели! - угрожающе крикнув, он сбросил вызов. - Они дебилы? Или только сейчас так? - Дост, не сейчас. Рампо, ты ищешь улики. Я еду к Мори, проверю, может это его розыгрыш. Федя - камеры и персонал. - высадив парней у кафе, Дазай в тишине доехал до здания портовой мафии. Влетев в кабинет Мори, он затравленно оглянулся, пытаясь найти такие родные и нужные голубые глаза. - Мори-сан, где он? - опустошенно спросил шатен. - Осаму, - грустно начал босс мафии. - мне очень жаль. Я не знаю. Вся техника что есть у мафии - можешь ее использовать. - Передайте в правительство, пусть там попробуют его отследить! - вылетев за дверь, Осаму побежал к машине. В его голове крутилась лишь одна мысль - нельзя медлить! Нужно срочно ехать и искать его солнце! Вновь сев за руль, он выехал по направлению к лесу. Он и подумать не мог, что такое может с ним произойти. Неужели он, Осаму Дазай, бессердечный пес портовой мафии, получив свое сердце назад - отдал его кому то. Неужели, спустя столько отношений, в которых ему было совершенно наплевать на партнеров, на их чувства, эмоции, желания - он нашел того, с кем будет хорошо. Удивительно, что этим человеком стал именно Чуя - его бывший напарник. И сейчас, понимая, насколько быстро он привязался к нему - Осаму не на шутку испугался. Он даже не хотел думать о том, что произошло бы исчезни Накахара из его жизни. У него жало легкие, будто бы он оказался на глубине, и не мог всплыть на поверхность. Остановившись и выйдя из машины, Дазай прошел вперед. На дороге виднелись следы протекторов от шин. Пройдя еще немного, он заметил примятую траву. Площадь, на которой она была примята была такой же, как и след на дороге. Вдруг тишину разрезал звонок телефона. - Дазай, бегом возвращайся! - выпалил Рампо. - Мы тут нашли его вещи! - Понял. Уже еду, - пристегиваясь и заводя машину, быстро ответил Осаму. Дорога обратно заняла не больше пяти минут. Въехав во двор, он бросил машину и подлетел к коллегам. На месте уже было все детективное агентство, пара полицейских и Рюноске с сестрой. Остановившись, Осаму удивленно приподнял бровь, смотря на это скопление народа. - Смотри, Рампо нашел его шляпу, - тихо подойдя сбоку и передав ее в руки ошарашенному парню, прошептал Достоевский. - Мотоцикл не тронут, ключей не хватает, я полагаю, они у него с собой. И мы нашли странный след от машинного масла. Официанты сказали, что видели здесь мужчину на серой машине, что менял колесо. - Что еще? Камеры посмотрел? - Обижаешь. Конечно. Машина немного попала в кадр вместе с водителем. Первые две цифры номера - 50. Это уже сужает наш круг поисков. - продолжал докладывать Федор. - А ты что нашел? - Здесь, в километрах двух я увидел следы протекторов на дороге. - начал рассказывать Осаму, что заметил на месте, что осматривал. - Видимо, он слишком быстро затормозил. Позже, он свернул в лес, заметил по примятой траве. Самое странное - машину я нашел, но там вокруг лишь лес. - Должно быть, он где то вышел, и нес Накахару-сана к месту, - подойдя к парням, влез в разговор Эдогава. - Я описал его полиции, они будут заниматься делом вместе с нами. - Хорошо, спасибо тебе Рампо. - кивнув парню, Осаму подошел к Гин и Рюноске. - Мне нужна помощь черных ящериц. Гин, сможешь организовать? И Акутагава, не расставайся с Ацуши. Вы постоянно должны быть рядом. - Как скажете Дазай-сан! - в один голос ответили брат и сестра. - Ящерицы уже уведомлены, - добавила девушка, убрав телефон. - Федя! - громко крикнул Дазай. - В машину! - Ну хоть не к ноге, - заворчал Достоевский, садясь на пассажирское сиденье. - Куда мы едем? - Ты будешь меня лечить. Водкой. - отчеканил Осаму. - Сейчас самое время познакомиться с традициями России. Осаму не получил ответа от Федора, но было понятно, что он согласен. Дазай остановился, и взяв с заднего сидения шляпу его парня, он начал рассматривать ее, надеясь, что увидит имя ее бывшего владельца. Затертая надпись, сделанная витиеватым почерком гласила : “Поль Верлен”. Один из исполнительного комитета мафии, что давно считался мертвым. Сделав пометку, что стоит расспросить Мори о нем, парень продолжил движение. Следуя указаниям Достоевского, Дазай приехал к его дому. Выйдя из машины он чуть не упал. Видимо, сказалось нервное напряжение. Встав и отряхнувшись, Осаму прошел вслед за хозяином дома. Сняв верхнюю одежду, парень пошел осматривать квартиру Федора. Небольшая, уютная, в неплохом районе. Единственное, чего он не понял - большой, пестрый ковер на стене. Подумав, что это очередная странная русская традиция, пока еще трезвый Дазай прошел к Достоевскому. Тот заканчивал приготовления. - Федь, а шампанское зачем? - непонимающе глядя на бутылку спросил Осаму. - Чтобы ты улетел, - объяснил хозяин квартиры. - Водка будет, не переживай. Этим ты догонишься и улетишь в далекие, прекрасные края, именуемые галлюцинации наяву. Давай, бери бутылку и катись в гостиную. - доставая из серванта рюмки сказал Достоевский. Да, поведение Осаму было странным. Возможно даже опасным. Но Дазай не был бы собой, если бы не попробовал прибегнуть к странным способам решения проблем. Именно таким образом он хотел вспомнить, где же он раньше мог видеть серую машину с номером начинающимся на 50, а возможно, он бы вспомнил и похитителя Чуи, ведь они точно были знакомы. Может напрямую, может косвенно, но про друг друга они знали. Дождавшись прихода Федора, он открыл бутылки с алкоголем. - И, - неуверенно начал Осаму. - Что дальше? Я хоть и много пью, но о таком даже не слышал. - Все просто. Сначала идет водка, потом шампанское. Чередуешь и улетаешь. Возможно даже на тот свет, - грустно улыбнувшись, наполнил рюмки русский. - Давай. Достоевский не стал пить. Он лишь умело делал вид, что пьет вместе с ним. Чувство ответственности обязывало его хоть немного контролировать ситуацию. Дазай пил быстро. Вначале, он не чувствовал никакого эффекта. Он даже начал думать, что настолько спился, что на него действует даже адское русское зелье. А позже начался полный бред. - Феееедя, а я говорил, - невнятно промычал Осаму в подушку. - Что ты - редкостный козел, но очень хороший друг? - Говорил, - со вздохом ответил Достоевский. - И не раз. - А то, что Чуя - мой? - Говорил. - А почему у тебя Одасаку в комнате стоит? - удивленно моргнув, Дазай попытался выровнять положение и сесть, но вместо этого - упал на пол. - Я,. пожалуй, пойду. Поговорите тут хорошенько. - И Федор вышел, заперев Дазая в комнате, чтобы потом не искать этого бинтованного психа по всему городу. - Ода? А почему ты такой странный? - заторможено начал разговор Осаму. - Дазай, ты же понимаешь, что я твоя галлюцинация? - Нет, ты настоящий! - обнимая подушку, парень думал, что это Одасаку. - А я парня нашел! - Ты зачем из мафии ушел? Чтобы с русскими бухать? - А ты кто вообще такой, чтобы мне указывать? - Я - твоя совесть. Давай сразу к делу. Вспомни свои школьные годы. 16 лет. Ты тогда был в мафии. - А зачем мне школа? - тупо глядя в пустоту спросил Осаму. - Я могу доказать, что ты равнобедренный треугольник, с пересекающимися параллельными линиями? - пьяно засмеявшись, продолжал Дазай. - Вспомни про Поля. Поль Верлен появился в Йокогаме в то время, и ты до сих пор должен помнить, как его найти. - Подземелья Портовой Мафии! Точно! И там был плетеный стул! Персональное видение Осаму стало меняться. Волосы отрасли, порыжели, глаза стали голубыми, словно июньское небо, а так же появилась шляпа и повязка на шею. - Скумбрия, ты охуел так бухать? Ты же так и умереть можешь! - Ой, Чуечка пришел! В тут только что Одасаку стоял! - попытавшись подняться, Дазай вновь упал. - И вообще, ты где? Где тебя носит? Мы же волнуемся! - Осаму, милый мой Осаму, солнце, я рядом и жду тебя. Потихоньку, Дазая стало отпускать. Он пытался двигаться, но тело его не слушалось. В итоге, он решил, что лучше всего сейчас будет проспаться. Стянув с дивана подушку, Осаму подтянул ее себе под голову. Он пытался найти удобное положение, но у него ничего не получалось. Ему не хватало маленького рыжего комочка счастья под боком, что при восходе солнца светилось жидкой медью. Слезы наворачивались на глаза от мыслей про Чую. Осаму пытался унять эмоции, старался думать о хорошем, о том, что его солнце обязательно справится, что он его спасет, и незаметно для себя, он погрузился в тревожный сон, наполненный странными образами. Очнувшись, Чуя пытался понять где он находится, и почему так болит голова. Попробовав пошевелить руками, он услышал лишь звон цепей и звук приближающихся шагов. - Очнулся наконец, Чуя Накахара! - радостно воскликнул мужчина, что держал в руках ключи от оков. Он осматривал Чую с головы до ног, и ему точно нравился этот вид. - Да, Чуя, тебя бы в музей, но увы - нельзя. Ты же верный пес Осаму, не так ли? - Дай… Воды… - прохрипел Накахара. - Прошу… - О нет, так не интересно. - задумчиво произнес мужчина, отойдя от пленника. - Ты должен вспомнить мое имя, и потом, может быть, я дам тебе попить. Чуя не мог долго удерживать свое сознание. “Черт, я же его помню! Мы же с Осаму вместе дрались против него!” - проскочила в его голове последняя мысль. Он вновь отключился. Перед глазами встал образ Осаму, что нежно гладил его, и поцелуями забирал всю боль и страдания, что Накахара пережил за этот день. Ему было страшно, он чувствовал жуткую опасность от этого человека. Ему ни в коем случае нельзя доверять и много рассказывать. Реальный мир смешался с его видениями. он видел Осаму, что стоял за окном и выламывал дверь, ведущую в дом. Вновь попробовав собрать мысли и сознание в кулак, Чуя оторвал голову от груди. - Говард Филлипс Лавкрафт. Так тебя зовут. - на последнем выдохе, Накахара вновь закашлялся. Он вспомнил его. Вспомнил, как они не смогли убить то чудовище, в которое он превратился. - Ох, так быстро! - расстроенно воскликнул мужчина. - Я надеялся поиграть, а ты справился меньше чем за два часа. - вздохнув, он поднес ко рту Чуи чашку с водой. - Так уж и быть, коль я обещал - выполню. Накахара стал пить. Он молился всем богам, чтобы в чашке не было яда. Он хотел жить. Чуя только недавно вновь нашел свой смысл жизни, и не собирался так просто терять самое дорогое сокровище этого мира. - Что же, Накахара-сан, - засмеявшись, Говард подошел вплотную к Чуе, и приподняв голову последнего за подбородок, произнес, смотря прямо в глаза. - Я не советовал бы вам использовать вашу способность. Дазая здесь нет, а я не очень терпелив. Вы либо умрете из-за истощения, либо же, я нечаянно пристрелю вас. Вы поняли? - Господин Лавкрафт, а вы не думаете, - с некой высокомерностью, не отводя взгляда, отвечал пленник. - Что не стоит так угрожать члену портовой мафии? Все же, я здесь ненадолго. - Заткнись! - громко закричал мужчина. В его глазах стали появляться огоньки безумства. Резкий взмах рукой, и у Чуи на щеке остался след от руки. Дернув головой, Чуя старался не показывать свою боль. Лавкрафт продолжил избивать Накахару. Все тело мафиози превратилось в боксерскую грушу. Удары сыпались на все тело, но больше всего их приходилось на лицо. Спустя время, когда от здорового цвета кожи осталось лишь воспоминание, мужчина остановился. - А теперь, - угрожающе прошипел Говард. - ты заткнешься, потому что еще хоть одно слово и ты будешь снова избит. Подумай, понравится ли твой новый внешний вид Дазаю? Не отвернется ли он тебя? Чуя старался не подавать и виду, что слова его похитителя его ужасно напугали. “А ведь действительно”, подумал Накахара. - “Что, если он отвернется от меня из-за синяков, ссадин?” Слеза скатилась с его щеки, но по счастью, она осталась незамеченной. “Нельзя показывать слабость, нельзя показывать слабость”, - как мантру произносил про себя Накахара. Попытавшись выровнять дыхание, Чуя сделал попытку осмотрелся. Видел он размыто, но хотя бы он мог открыть глаза. Увидев напротив себя стену с оружием, у Чуи вновь перехватило дыхание. Он был уверен - Лавкрафт знает, как этим пользоваться. И если он его рассердит - то ему прострелят голову. Опустив голову на грудь, Чуя стал думать о плане спасения. “Нужно просто выжить. Для начала. А затем, когда он меня отпустит из оков - если такое вдруг случится, я активирую порчу. А там уже и Осаму подоспеет” - подумал Накахара, и незаметно улыбнувшись, он вспомнил Дазая. Его милого Дазая, что наверняка, сейчас переживал. “Ох, Осаму, мой милый Осаму - я рядом, и я тебя жду”, - как молитву повторял Чуя у себя в голове. Вновь потеряв сознание, Чуя провалился в беспокойный сон. Сновидения были ужасающими. Море, что не выпускало его из воронки, затягивая все глубже, прямо на дно. А там, его уже ждало мифическое создание, протягивающее щупальца к его телу. Но Чуя не мог ничего сделать. Он просто висел на одном месте, не имея возможности ни всплыть, ни опуститься на дно. Легкие ужасно саднило. Хотелось перестать дышать, лишь бы не чувствовать эту боль. Это было сродни пыткам. Ты не можешь не дышать, потому что умрешь, но каждый сделанный вдох убивает тебя болью. И вдруг, падение на самое дно. Парень не ожидал этого, и поэтому ктулху ударил его прямо в живот. Для сна ощущения были слишком уж реальными. Открыв глаза, парень осознал, что он валяется на полу, а Лавкрафт находится где то неподалеку. - Накахара, могу поздравить, ты будешь жить здесь - голос звучал отовсюду. От него было не скрыться. Чуя был уверен, Говард точно обвел руками комнату. Свернувшись на полу, Чуя обнял свои колени. Он чувствовал себя маленьким, брошенным и никому не нужным, как в тот раз, когда его предали Овцы . “Иронично, однако, а ведь тогда меня тоже ударили в живот. Только ножом”, - подумал Чуя. Он старался держать дыхание под контролем. Ему нужно дышать. Ради себя. Ради Осаму. Ради всех его друзей. Он выживет, он еще сможет показать на что способен. “И я переживу этого психа больного”, - вдруг прервал свой монолог Чуя. Перекатившись на другой бок, он понял, что ему впивается в бок ключ от его мотоцикла. “По нему ведь можно отследить где я. Лишь бы брелок был на месте”. Сев, он с радостью осознал, что его руки не связаны. Достав ключи из потайного кармана, он нащупал и брелок. Радость поселилась в его душе. Осталось лишь дождаться спасения! “Лишь бы Мори вспомнил, что сам мне установил маячок!” - подумал Чуя. Но тут же тон его мыслей изменился. “А что, если они не вспомнят? Или вспомнят слишком поздно?” - обнимая себя за колени и пытаясь согреться, Накахара продолжал копаться в своей голове. Его мысли так и скакали. От хороших, со светлым будущим, до ужасных, со смертью всех, кто был ему дорог. Он долго перебирал все счастливые воспоминания, что были у него в голове. Их с Осаму первое задание, получение шляпы и пальто от Мори, встреча с Ане-сан, назначение на пост одного из исполнителей. И тут же у него в памяти всплыло недавнее примирение с бывшим напарником. Его жаркие и страстные поцелуи, его голос, руки, что могли успокоить. Засыпал Чуя с мыслями об Осаму. Он думал, как скоро его любимый детектив вспомнит про маячок, и какая судьба будет ждать Лавкрафта.