Ценитель чувств

Бэйли появился на кухне лишь с помощью Ноланы. Она, приложив все силы, удерживала мужчину на ногах и плавно вела к стулу. Эммет попивая кофе наблюдал за ними. — Чего пялишься? Помог бы девушке, иначе она спину сорвет, — сказал сомелье. — А вот пусть в полной мере почувствует под что подписалась, буквально вытолкав меня вчера из дома, — самодовольно улыбнувшись ответил Эммет. — Я не жалею. Что-то мне подсказывает, что я неплохо справилась с возложенными на меня обязанностями, — сказала Коулман. — Ага. Особенно органично вписалась в его постель. — Хьюз! А ну захлопнись. Я уже сказал, что это была моя инициатива. И тебя, к слову, вообще не должно касаться, кто бывает в моей постели, — мгновенно среагировал Бэйли. Коп примирительно вскинул руки и чуть улыбаясь ответил: — Да мне все равно. Я же для твоего блага, чтобы уберечь. — От чего? От случайной связи с женщиной? Спасибо за заботу, дружище, я как раз нуждаюсь в воздержании, — усмехнулся Ллойд и Эммет прыснул от смеха. Заметив вскинутую бровь Ноланы, сомелье добавил: — Не бери на свой счет. У нас скверный стиль общения. Этот придурок не достоин другого, — кивнув в сторону друга, сказал Бэйли. — Сам придурок. С тобой такая красотка рядом провалялась всю ночь, и ты даже не сделал ей приятно. Щеки Ноланы вспыхнули, но она умело взяла себя в руки, сделав вид, что ничуть не смущена. — Ну это подлый удар, Эммет. Мне, что же, палку надо было привязать или как? — ответил Ллойд. — Как вариант, — хохотнул Хьюз. — Ладно, пошутили и забыли. Что там с остатками сывороток? — поинтересовался он. — Еще проверяю. Теперь зная, что в них есть псилоцин, я могу отсеивать образцы лабораторным путем без пробы. Постепенно проверю все, а заодно и почищу магазины. — Хорошо, я понял. — С братьями как? Они успокоились? — спросил Ллойд. — Да. Я был убедителен. Может по вашей части подкачал немного, зато в своей был, как рыба в воде. — Надеюсь, такого больше не повторится, — сказал сомелье и встретившись со взглядом Ноланы улыбнулся ей, насколько хватило сил. «Почему ты не можешь быть всегда таким? Ну ведь совсем другой человек. Или просто сил нет ядом плеваться?», — подумала она, отвечая ему теплой улыбкой. — Ладно, я поехал по делам. Вернусь через час, развлекайтесь пока, — огласил Эммет и поставив кружку в раковину покинул кухню. Ллойд огляделся по сторонам, будто ища что-то, а после спросил: — Что будешь на завтрак? — То же, что и ты, — ответила она. — Не боишься так слепо доверяться моим вкусам? Вдруг по утрам я пью кровь полуторамесячных младенцев и заедаю ее тараканьими лапками? — Ничего страшного, ведь я за завтраком пью кофе Копи-лувак. Необработанный, — ответила она, скрестив руки на груди. — Сдаюсь, ты победила. Тараканьи лапки явно проигрывают, — улыбаясь сказал мужчина и Нолана тихонько хихикнула. Когда он в очередной раз покрутил головой, девушка спросила: — Ллойд, кого ты высматриваешь? — Свою киберкухарку. Кто-то же должен нас покормить. — Я могу это сделать, — ответила она. — Тебе, вроде, понравилась еда моего приготовления. — Да, но… мне бы не хотелось напрягать тебя повторно. Для этого есть прислуга. — Брось. Просто скажи, чего ты хочешь. Вскоре завтрак был готов, и ребята с удовольствием трапезничали, разбавляя поглощение еды ненавязчивой беседой. Чуть позже Коулман отвела сомелье в спальню и в этот раз уже действительно покинула дом. Ллойд боролся с сонливостью и ни на секунду не смыкал глаз, осознавая, что находится в доме один. Но как только услышал, что Эммет хлопнул входной дверью, то тут же уснул, чувствуя себя в безопасности.

***

Бэйли полностью восстановился после очистки и вернулся в прежний ритм. В привычных хлопотах с магазинами мужчина отметил, что Нолана давно не появлялась. Странное чувство, будто чего-то не хватало в повседневной картине дня, возникшее почти на пустом месте доставляло дискомфорт. Несколько издерганным и уставшим он чувствовал себя изо дня в день. И даже какая-нибудь глупость, сказанная девушкой, после которой он снова будет раздражен, стала бы бальзамом для души. «Дожили. Технологии прогрессируют, а я не могу с ней связаться. Ни номера, ни почты, ни трекера, по которому могу посмотреть, где она сейчас». В памяти вдруг возникли образы прошлого, когда жизнь Ллойда кипела, словно вулкан. Тусовки, друзья, университет, любовь. Много любви всех сортов, вредные пристрастия. Чрезмерное количество алкоголя, первые наркотики… зависимость. «Даже тогда я уже был одиноким в толпе людей. Слепцом, отчаянно пытающимся увидеть солнце. Почему мне кажется, что эта странная девчонка понимает меня? Будто знает, как облупленного и не презирает за трусость и нездоровые мысли? Я ничего о ней не знаю, но ее присутствие словно необходимое условие для моего душевного равновесия. Ирония судьбы... Я — ценитель чувств. И умудрился потерять их все, оставив только извечный страх и презрение к себе. Все тот же слепец, кричащий всем, что видит. Мечта человечества — не чувствовать негативных эмоций. Да только это невозможно. Всегда теряешь все самое светлое, а тьма, она как тень, прилипла к пяткам и никогда тебя не покинет". — Как здоровье, непризнанный артист? — Черт! — громко выругался Ллойд, обращая взор в дверной проем. — Коулман, клянусь, еще раз меня напугаешь, и я что-нибудь с тобой сделаю! — Да брось, я пошумела перед тем, как открыть дверь, — беззаботно ответила девушка. Бэйли отмахнулся и продолжил методичную сортировку. — Почему непризнанный артист? — вдруг спросил мужчина. — Вспомнила, как ты пел и читал стихи, будучи прикованный к стойке. У тебя потрясающий певческий голос, но ты занимаешься совершенно другим. — Пение никогда не привлекало меня в качестве профессии. — Ответил он. Оба замолчали, но вскоре Нолана прервала тишину. — Чем занят? — Откладываю проверенные образцы сывороток, потом отвезу в лавку из которой взял их. — Зачем ты их брал? — На проверку. — Это я поняла. В связи с чем? — не отставала Нолана. — Ты что не слышала? От моих сывороток погибло несколько человек. — Нет, не слышала, — немного шокировано ответила она. — Что с ними было? — Много вопросов, Нолана, — заполнив один кейс, Ллойд принялся за другой. — Опять ты не хочешь со мной говорить. Тогда я пойду, не буду тебя отвлекать. — Девушка демонстративно поднялась с диванчика, но тут услышала: — Ладно, расскажу. Сядь на место, сейчас же. — Бэйли смотрел на нее в упор и ждал. Коулман чуть помедлив уселась и всем видом показала, что готова слушать. — Если говорить простым языком, то структура моих сывороток была изменена. Ко всему прочему туда добавили психотропное вещество и получилась такая смесь, что доводила людскую психику и организм до запредельных показателей. Потребители гибли от увечий, не совместимых с жизнью, или у них отказывали важные органы. Я принимал эти суррогаты, чтобы понять, что с ними не так и мое последнее очищение, которое ты застала было именно после них. Вопрос с «неправильными» коктейлями решился и теперь я лишь привожу все в порядок. — Звучит весьма серьезно. Странно, что я совсем ничего не слышала об этой ситуации. Обычно, когда кто-то в городе гибнет, пресса трубит об этом на каждом углу. — Задумчиво ответила девушка. — Не удивительно. Мы вообще-то старались не выпускать эту проблему на публику. Слишком дорого будет стоить ошибка в таком специфичном бизнесе, — ответил Ллойд. Под недолгое молчание сомелье закончил упаковывать сыворотки и оглядев проделанный фронт работ, спросил: — Прогуляться не хочешь? Что-то меня уже воротит от этих склянок. — Легко. Куда пойдем? — полюбопытствовала она. — Есть местечко. Ты к живой природе как относишься? — Крайне положительно. — Тогда тебе понравится. Сейчас переоденусь и поедем. Бэйли ушел в спальню и Нолана осталась в кабинете одна. Спустя десять минут он появился перед ней при полном параде. — А говорят, что мужчинам тяжело ждать женщин, пока они соберутся. Я почти постарела, пока ты прихорашивался. — Ну прости, в следующий раз на совместную прогулку выйду в чем попадется, — улыбнувшись уголками губ, ответил он и подхватил со стола часы. — Не мог же я рядом с тобой выглядеть, как оборванец. Ты, может, не заметила, но твои наряды очень сильно привлекают внимание. Ты выделяешься на общем фоне в толпе и, если рядом с тобой будет идти нечто несуразное, то люди в первую очередь раскритикуют тебя, а после и до меня доберутся. — О как. Ты чувствителен к мнению толпы? — полюбопытствовала она. Бэйли смутился и не торопился отвечать. Поправляя и без того идеально сидящую рубашку, он сказал: — Нет, меня не волнует мнение толпы. Я, — он досадливо вздохнул, делая паузу и улыбкой скрыл свое смущение, — сокрушительно провалился в попытке сделать тебе комплимент. Мне нравится твой стиль, еще с первого сеанса его отметил. Но что-то как-то… В общем, я профан в таких делах. Он намеренно отвлекся на стол и комнату в целом, привнося порядок в уже упорядоченное. Пытался успокоиться и настроиться на другую волну. — Спасибо, Ллойд. Внезапный негромкий голос девушки буквально оглушил его, и Бэйли удивленно обернулся. Вернув девушке улыбку и легкий кивок, он сказал: — Едем? — Едем. Во всем городе было единственное место, в котором человек мог оглянуться и понять, что прогресс не всегда во благо. Это был древний парк с могучими деревьями. Высокие исполины, гордо раскинув крону создавали тень, под которой молодые люди и нашли себе пристанище. Перед этим оплотом тишины и безмятежности шумный мегаполис был бессилен. Прижавшись спиной к стволу дерева, Ллойд задумчиво посмотрел на водную гладь. — Здесь прекрасно! Я впервые на этой стороне озера, — негромко сказала Коулман. — Да, здесь всегда чувствуешь себя совершенно особенно. Я жалею лишь о том, что не застал время, когда природы было больше, чем людей и городов. Сейчас такие островки стали чем-то диковинным. Тем, что мы стараемся сохранить изо всех сил, после того, как сами методично довели почти до полного уничтожения. А ведь раньше у людей было куда больше живых ресурсов, жизненной энергии природы, если угодно. — Согласна. И все же я рада, что нам досталось хотя бы это. Пусть скудно, но зато красноречиво. Чтобы помнили и могли вовремя остановиться. Иногда это очень важно, — ответила девушка, чуть придвинувшись к сомелье. Ее слова по поводу своевременной остановки неприятно кольнули мужчину, и он напрягся. Но уже спустя пару секунд снова заговорил: — Дай мне свой номер что ли, а то даже позвонить тебе не могу. Приходится бродить по городу в надежде, что ты сама меня найдешь. — Полегче, Ллойд, а то снег повалит, — хихикнула она. — Зачем тебе звонить мне? Что за резкая смена гнева на милость? — Не начинай, — страдальчески вздохнув и закатив глаза ответил он. — Нет, ну правда, зачем? — Нолана, если не хочешь давать номер, так и скажи. Не заставляй меня упрашивать тебя. Я терпеть не могу просить что-либо. — Я дам номер. Просто полюбопытствовала, почему он вдруг тебе понадобился. Не подумала, что это так тебя заденет. — Прости, погорячился. — Уже без раздражения добавил сомелье. — Ты и так умеешь? — удивленно похлопав ресницами, улыбнулась она, но столкнувшись с его хмурым взглядом, тут же осеклась. «Остановись, черт тебя подери! Иначе все своими же руками похоронишь, едва оживив!». Обменявшись номерами молодые люди снова замолчали. Каждый думал о своем, глядя на блестящую воду. Из ничего постепенно родился приятный разговор. — Ой, а что там у берега поблескивает? — вдруг спохватилась девушка и поспешила к кромке воды. — Не торопись, там покат, поскользнешься и полетишь в воду, — вслед предостерег сомелье. — Не беспокойся! — получил он в ответ и тут же увидел, как девушка поскользнулась и со смешным плюхом вошла в воду. Когда над гладью озера появилась промокшая голова Коулман, сомелье уже чуть не лопался от смеха и валялся на траве. — Лучше бы помог, вместо того, чтобы так ржать! — Прости, — сквозь смех ответил мужчина и неспешно встал. — А я предупреждал. Ллойд аккуратно подошел к покату и протянул ей руку, чтобы помочь подняться. Нолана крепко схватилась за его ладонь и сделав шаг резко дернула мужчину на себя, отправляя его прямиком в озеро. Теперь была очередь Коулман смеяться над Бэйли. — Я уже понял, что ты мстительная особа. Начинаю подумывать, чтобы прекратить тебе доверять, — улыбаясь ответил Ллойд, смахивая воду с лица. — Можно подумать, ты мне доверял? Все твердил, что я чокнутая. — Ты и правда странная, но я успел оценить твою заботу обо мне в период очищения. Но вот эту подставу не прощу. Резко сократив между ними расстояние, Ллойд схватил девушку за талию и специально глубоко вдохнул, показывая, что она должна набрать воздух в легкие. Коулман быстро среагировала и в следующую секунду он утащил ее под воду. В верхних слоях, куда щедро пробивались лучи солнца, в кристально чистой воде было видно все до мелочей. Они замерли друг перед другом глядя в глаза. Бэйли аккуратно придерживал Нолану за талию, большими пальцами едва оглаживал контуры, а она касалась его плечь. Набравшись смелости, девушка подняла руки и заключила лицо Бэйли в свои ладони. «Жаль, что мы не можем вернуться назад. Она никогда не могла по достоинству оценить твою нежность». Он не отстранился, но насторожился. Что-то давно позабытое внезапной яркой вспышкой ударило в мозг. «Мне знакомы эти касания. Или… нет?». Собственные мысли болезненно зароились в голове Ллойда, и перехватив Нолану покрепче он толкнулся, поднимая их обоих на поверхность. Они часто и рвано глотали воздух, налаживая процесс дыхания. Бэйли так и не отпустил Коулман, но скорее это было машинально, чем намеренно. Девушка была не против, наоборот, его прикосновения были самыми желанными для нее уже очень давно. И ощутить близость Ллойда впервые за столько лет, пусть и без его пылких чувств, было довольно волнительно и приятно. Когда Бэйли перестал блуждать взглядом и сфокусировался на Нолане, она тихо сказала: — Теперь мы оба мокрые. — По твоей вине, — с улыбкой добавил он. — Пошли, под таким солнцем быстро обсохнем, — и Нолана выбравшись из его рук поплыла к берегу. Снова сев под деревом, ребята принялись отжимать одежду. Коулман распустила волосы и скатав их в канат отжала. Белоснежная блуза прилипла к коже и стала просвечивать. Ллойд заметил необычные линии и обратил внимание на шею девушки, откуда они брали свое начало. Не спросив разрешения, он отодвинул край ткани, оголив кожу и увидел узоры, напоминающие ветвистое дерево. — Ты беспардонный, знал об этом? — спокойно сказала Нолана, стряхивая руки сомелье. — Что это? — проигнорировав ее слова, спросил он. — Все по-разному называют. Но мой отец исключительно называл это фигурами Лихтенберга. — Тебя било током? Ты что, в трансформатор влезла? — Почти. Когда мне было двенадцать, в меня попал разряд молнии. Этот след вечное напоминание о моей разделившейся жизни на до и после удара. Глаза Бэйли удивленно поползли наверх, и он снова потянулся рукой, но Коулман ощутимо шлепнула его по ней. — Прости. Я просто никогда в живую не видел таких следов на человеческом теле. Нолана несколько секунд провела в защитном жесте, окутав себя руками. Поборов сомнения и нерешительность, она повернулась спиной к Ллойду и разрешила мужчине удовлетворить любопытство. Пока Бэйли аккуратно рассматривал линии на спине девушки, она заговорила. — Я с подружкой возвращалась после прогулки. На полпути разыгралась гроза и под остаток дороги мы насквозь вымокли. В нескольких метрах впереди, сквозь стену дождя, я заметила котенка. В шуме его жалобное мяуканье было не слышно, он был так слаб, что хлещущий ливень не оставлял ему шансов на выживание. Я побежала вперед, игнорируя зов подруги. Подбежав к котенку, я подняла его и прижала к груди, а в следующий момент зажмурилась от ослепляющего света, что был вокруг меня. Очнулась уже в больнице, все тело терзала жуткая боль. От врачей узнала, что в меня попала молния. Удар пришелся сюда, — она протянула правую руку и коснулась левой лопатки, откуда шрам витиеватой змеей брал начало и пересекал всю спину. — Помимо ожогов и некритичных повреждений органов, меня ждало еще кое-что… необычное. Даже неестественное по природе. Из более приземленных вещей — я из неоткуда начала говорить на нескольких языках, которые раньше даже не слышала. А из странных, — она осеклась, не решаясь довести мысль до конца и закончила другим. — Котенок, конечно же, не выжил. Ллойд не стал акцентировать внимание на столь резком скачке в повествовании, потому как видел, что разговор Нолане дается нелегко. — Но ты ведь осталась жива. Это очень щедрый подарок судьбы, — сказал сомелье. Но Нолана горько усмехнулась и совсем тихо заметила: — Лучше бы погибла. То, что было после, походило на настоящий ад. — Что было? — Прости, Ллойд, сегодня я не готова рассказать все, — она поежилась и снова обхватила себя руками. Мужчина понимающе кивнул и вернув блузу на плечи девушки, молча обнял ее со спины в знак поддержки. Немного просохнув под теплым солнцем молодые люди собрались и вернулись домой. Вечером, когда Ллойд сидя в кресле и попивая виски анализировал прошедший день, мысли мужчины неизменно возвращались в квартиру номер 128, где он в наркотическом опьянении разговаривал с ангелом; чья теплота рук, которые ласково гладили его по голове, возвращала в детство. В далекое беззаботное детство, в котором мама перед сном обнимает и убаюкивает любимого сына.