A lie

      Он потерял тот миг, когда Поттер отделился от группы. Волан-де-Морт давал им время похоронить погибших, а метка обжигала руку изнутри так больно, что Северус даже удивлялся, почему он не закричал.       «У нас нет времени, профессор Макгонагалл»              «Он на нашей стороне»       И почему никто не усомнился в словах мальчишки? Ведь все они знали, на что был способен Северус Снейп. У них не было времени, и им нужен был сильный союзник, знающий слабые стороны врага. Им нужен был нынешний директор Хогвартса, познавший все секреты замка, и им просто было нужно продержаться.       Ведь Гарри Поттер пообещал, что все закончится хорошо.       Что битва за Хогвартс — последняя.       Они неплохо бились. Для юнцов.       — Мы уничтожили Чашу! — победный вскрик Уизли и Грейнджер в суматохе, очередные палочки и Поттер перед ним с суровым:       — Нет.       «Он не скажет им», — догадался Северус, и ему оставалось лишь молчать и впервые за много лет быть ведомым, а не вести: ни Дамблдор, ни Тёмный Лорд не считались ведущими.       — Возьмите, — Поттер тайком всунул ему в руку что-то гладкое. — Мне он не понадобится, но вам отлично поможет против змеи.       Они уничтожили диадему раньше всего. Выручай-Комната будто кричала от боли, но у них не было времени и выбора. Война вот-вот разверзалась над их головами, и подсчитывать материальные потери казалось бессмысленным.       Поттер был уверен, что диадема уничтожена, и вот, их оповестили о чаше: мальчишка совсем не удивился, словно уже знал это. И теперь отдавал ему — Северус опустил глаза — чей-то огромный кривой клык.       — Что это, мистер Поттер? — тихо спросил мужчина. Поттер загадочно усмехнулся, все с той же долей предрешённости, что ныне следовала за ним бледной тенью.       — Знаете, зачем нам нужен был меч Гриффиндора? — Поттер скользнул взглядом по сияющему щиту над их головами, готовому вот-вот треснуть и пасть. В его глазах отражался красноватый огонёк, будто в тот момент юнец был далеко от сюда, по ту сторону баррикады. — Он пропитан ядом василиска, а у вас в руке — его клык. Мне пришлось убить его, когда мне было двенадцать.       Северус впервые об этом слышал. Он знал, что Поттер и Уизли сунулись за сестрой второго в Тайную комнату, но он никогда не думал, что Салазарово чудовище — это вымерший вид магических существ. Дамблдор никогда ему об этом не рассказывал. Быть может, даже после всего, даже будучи живым, так и не рассказал бы.       — Это было вашим заданием, — Снейп видел всё больше трещин на щите. Он замечал, что Грейнджер и Уизли прислушиваются к их диалогу. Ему тоже было непривычно стоять бок о бок с детьми. — Диадема, Чаша, и теперь змея…       — Дневник, который открыл Тайную комнату, — Поттер кивнул. — Медальон Салазара Слизерина, который был утащен Кричером, а позднее, после смерти Сириуса, отобран Флетчером и отданным Амбридж… И кольцо Марволо, еще одна фамильная драгоценность Волан-де-Морта.       — И вы, — одними губами сказал Северус, зная, что несмотря на гул вокруг и на рёв топчущихся великанов вдали, их внимательно слушают.       — Они называются хоркхусы, профессор. Частицы его души, заключенные в предметах. Они — якоря, удерживающие его душу в мире смертных. После того, как уничтожим все, останется убить Волан-де-Морта.       — Вот, что вы имели в виду, когда, говорили, что он больше не вернется.       Поттер ничего не ответил. Он вскрикнул от головной боли, Северус даже на расстоянии в несколько десятках сантиметров видел, как горит чужой шрам на потном лбу под прилипшими от пота волосами. Земля под ногами завибрировала, купол вспыхнул, и с догорающим пеплом развеялся.       — Начинайте, — Северус услышал этот голос, будто бы стоял, преклонив колено, у его обладателя.       — Он ищет вас, — сообщил Поттер. — Вы нужны ему.       — Сомнительная новость.       — Конечно, ведь он хочет убить вас. Он потребовал от Люциуса Малфоя привести вас. Он в Визжащей Хижине, и пока что не знает о вашем предательстве. — На горизонте показались поднимающиеся тельца огромных акромантулов, а дубины великанов со свистом разрезали воздух.       — Я выступлю приманкой, и вы подберетесь к змее…       — Нет.       Северус не успел договорить. Их заметили Пожиратели, спикировавшие на мётлах.       — Поздно, — констатировал мальчишка. Северус уже был раскрыт, как только первые Пожиратели пролетели над их головами и попытались обрушить кадку с вершин башен.       — Гарри, сзади! — воскликнула Грейнджер, и всё завертелось с невыносимой скоростью.       У Северуса не осталось времени на анализ. Он пускал заклятье за заклятьем, стараясь не упустить из виду гриффиндорскую троицу, ведь где-то там, среди них, точно также смело сражался тот, кого он поклялся защищать.       И даже этой возможности судьба его лишила, хоть ему и предоставили изуродованную альтернативу, великую честь похоронить героя там, где он родился.       Когда бой стих, и вот, им дали возможность похоронить погибших, Снейп понял, что Поттера нигде нет. Ни рядом с рыдающими Уизли, ни рядом с одинокими обезличенными телами Люпина и Тонкс, ни в дверях, оглядывающего масштабы поражения.       Северус остановился у молодой четы. И вот, все мародеры оказались по ту сторону грани, и он выиграл в их незримой вечной гонке. Несмотря на обоюдную ненависть, неприязнь и непринятие, такого конца он им не хотел. Не так больно, не так отчаянно, не так раздирающе.       — Где Гарри, Снейп? — Уизли-младший так сильно вырос, вдруг подумалось Северусу. Они почти сравнялись ростом. Уизли схватил его за грудки и с силой встряхнул, Северус не сопротивлялся. Он не сводил взгляда с едва касающихся друг друга ладоней Тонкс и Люпина. Он видел вместо них совсем других людей. — Где Гарри, дракон тебя раздери?!       — Рон! — простонала Грейнджер, пытаясь оттащить парня.       — Мистер Поттер ушёл в Запретный лес, — Северус медленно повернул голову в сторону Уизли, — Наверняка и вы понимаете, почему.       — Что ты, сальноволосый ублюдок…       — Рональд! — Грейнджер прикрыла рот ладонями и громко всхлипнула. Даже в такой ситуации, она соображала куда лучше, чем любой из их компании. Северус всё равно никого не винил, не ему быть судьёй человека, что потерял брата меньше часа назад.       Уизли отшатнулся и медленно отпустил воротник его сюртука. В глазах осторожно мелькнуло понимание. Грейнджер задавила в себе рыдания.       — Этот идиот… Он даже не попрощался! — Уизли яростно взмахнул руками, сделав круг вокруг себя. В следующий миг он подошел к Грейнджер и крепко обнял её, пряча влажные глаза. — Этот придурок… Этого же не должно быть.       — Мы все догадывались, Рон. Признайся, что ты тоже думал над этим. Гарри — хоркхус.       — И именно Тёмный Лорд должен убить его, — тихо сказал Северус. — Вот, моё поручение от Дамблдора. Вот почему именно я занял место директора Хогвартса. Чтобы в нужный момент сказать ему об этом.       Ни Уизли, ни Грейнджер не услышали его маленькой правдивой лжи.       Светало. Вставало солнце, и тишина, повисшая в воздухе, не предвещала конца. Затишье перед бурей затягивалось. «Идут» — донеслось от дозоров, и вскоре они и сами услышали, как армия Волан-де-Морта заняла площадь перед замком.       — Он ведет Хагрида… — голосок мелкой девушки Уизли резанул по ушам. Они все неуверенно вышли навстречу. Когда враг где-то там, руководит из-за кулис, не так страшно умирать, нежели чем видеть свой ночной кошмар в лицо.       — Смотрите, там, у него на руках…       — Кто это?! Кто это у него на руках? — Уизли вырвалась вперед, но тут же была подхвачена под руки Артуром.       — НЕТ! — истошный вопль Минервы ударил набатом по сердцу. — НЕТ!       По правде, Северус и сам не мог поверить своим глазам. Он знал, что это произойдет, и теперь до конца знал почему. Но где-то там, под косматой бородой, в которую стекали грязные слёзы Хагрида, покоилось мёртвое лицо Гарри Поттера, сына его дорогой подруги, сына школьного задиры, и человека, который должен был выжить, несмотря ни на что.       — Гарри Поттер мёртв, — прошелестел Волан-де-Морт. Северус ничего не слышал — не мог, не хотел, игнорировал факт, от которого не убежать и не взмыть ввысь. — Пока вы отдавали за него свои жизни, мальчишка пытался сбежать, за что и поплатился своей жизнью.       — Закрой свой поганый рот! — рявкнул Уизли-младший. Грейнджер вцепилась в его руку, но выглядела не менее решительно. — Он не раз тебя побеждал!       Тёмный Лорд махнул рукой, и Хагрида дёрнули за цепи. Тело Поттера небрежно опустили на холодные руины и колкие камни. Волан-де-Морт тронул его своей ногой.       — Он мёртв, — повторил Тёмный Лорд, издеваясь. — Всего лишь глупый мальчишка, возомнивший о себе слишком многое.       Северус заметил, как Лонгботтом пробирался сквозь толпу, и стремительно вышел вперед. Он зацепился взглядом за змею: та отползла в сторону, и из широко открытой пасти по клыкам стекали капли смертельного яда.       — Вот, где ты был, Северус, — внимание Волан-де-Морта тут же переключилось на него. — Малфой сказал, что ты предал меня. Быть может, это какая-то ошибка? Возможно, мой дорогой слуга, тебе есть, что сказать?       Окружающие затаили дыхание. Пожиратели не знали никого преданнее Северуса Снейпа, а защитники Хогвартса скрепя сердце приняли его, когда Поттер отдал команду лидера. Странное чувство захлестнуло волшебника: все оковы на его сердце, невидимые в голове, будто упали с него, и телу стало как никогда легко. Он не принадлежал ни старым обещаниям, ни привязанности к Дамблдору, ни клеймом к Тёмному Лорду. Впервые за много лет он принадлежал самому себе.       — Подойди ко мне, Северус, докажи мне, свою преданность, — прошелестел Волан-де-Морт, делая шаг навстречу.       — Нет.       В одном слове собралась вся его сила, накопленная за годы держания эмоций в себе. Последние путы разорвались, и ему в лицо ударил ветер свободы.       — Я никогда не был вашим слугой.       С тех пор, как прах Лили отдан миру, он ушел с этого пути бесконечной ненависти. Он выплатил огромный аванс из боли, унижения и потери. Ушли те, кого он любил. Следом покинули мир те, кого он презирал и ненавидел. Гарри Поттер разрывался между обеими графами, ведь сочетал в себе несочетаемое. И теперь он тоже ушел.       — Значит, все-таки та грязнокровка Эванс была для тебя больше, чем плотское желание. Ты лгал мне, Северус, — Волан-де-Морт скользил на открытом пространстве из руин когда-то великолепного фасада, играя с палочкой меж пальцев. — Оказывается, ты еще больший искусный лжец, чем я думал, ведь я ни разу не усомнился в твоей преданности.       Северус молчал, краем глаза смотря, чтобы захлебывающаяся от горя Джинни Уизли не рванула к возлюбленному, лежащему на камнях у ног Тёмного Лорда. Северус делал всё, чтобы и самому туда не смотреть.       — В таком случае, — Волан-де-Морт оскалился, — теперь я могу убить тебя без сожалений.       Кто-то бросил в него обездвиживающее заклятье. Сконцентрировавшись на Тёмном Лорде, не сумев отогнать мысли о Поттере, он не успел поставить щит. И даже если кто-то, хоть кто-нибудь, добежал бы до него, в попытке спасти, бросил бы Финита Инкантантум, то всё равно не успел бы:       — Авада…       — ГАРРИ! — взревел Хагрид, перекрикивая Волан-де-Морта. Его попытались урезонить, но великан забился в цепях: — ГДЕ ГАРРИ?!       Северус опустил взгляд туда, где лежало мёртвое тело, но ничего не обнаружил. Там было пусто, а сковывающие чары спали.       Поле двух сторон взорвалось голосами: протестующими, ликующими, кричащими призывы к бою. Фестралы, кентавры и великаны взбунтовались: причиной тому послужил неожиданно ввалившийся с другого конца замка Грохх.       — Снейп! СНЕЙП, ОСТОРОЖНО! — совсем рядом кто-то позвал его, но тело оцепенело посреди суматохи и отступающих к замку людей.       Северус не понял, кто толкнул его, но он упал на землю, и увидел расцарапанное лицо Поттера, укрывшего их мантией-невидимкой. Их вполне могли затоптать, но артефакт словно оберегал их от подобной участи.       — Но… как?       Все чувства кричали ему, что это реальность. Что кожа Поттера горячая, что его дыхание слишком близко, и что хоронить его не придется. Что он еще проживет много-много счастливых лет, если они все-таки победят этим ранним утром.       — Я выбрал вернуться, — Гарри тяжело дышал от резкого спринта, и наверняка всё его тело болело от постоянных переносов и падений. — Я выбрал… Жить. И если вы тоже выберете жизнь, я расскажу вам, почему я живой.       Поттер не дал ему ни минуты на передышку, а Северус её и не просил. Они подскочили на ноги, и невидимый Поттер растворился в воздухе. Северус, напугав же своим неожиданным появлением Долохова, бессердечно одарил его Сектусемпра.       Он вбежал в разрушенный коридор и увидел, как Лонгботтом лежит без сознания рядом с Распределяющей шляпой, где что-то поблескивало. Резкое движение привлекло его внимание: гибкое извилистое тело ловко преодолевало ступени, приближаясь к двум жертвам, не сумевшим сбежать. Инстинкты давно завладели когда-то холодным рассудком. Северус не помнил, как в его руках оказался меч Гриффиндора, но в следующую секунду голова змеи отделилась от её тела острым лезвием и обратилась в прах.       — Профессор! — Грейнджер не успела. Уже что-то прилетело ему в спину, и последнее, что помнил Северус, это дьявольский смех Беллатрисы Лестрейндж.       Много после, когда он очнулся, Поттер сидел у него и зачем-то, по-дурости сентиментально, держал за руку. Они оба были живы, и, если Северус не похоронит Гарри, как он обещал ему, значит так и не расплатится с долгами перед мёртвыми. Это не гложило. Ведь пока он был в небытие, кто-то простил его. Гарри, Лили, Мародёры… Может быть, они все простили его.       — Вы выбрали жизнь, — Гарри прикоснулся к его щекам, и Северус ответил тем же жестом, стараясь не думать, как странно это и для них самих, и для окружающих.       — Как и вы, мистер Поттер. Как и вы.