Ещё раз, почему мы здесь?

— Что?! — воскликнул класс. Некоторые встали, другие просто сидели и смотрели. Кто-то глупо ухмылялся, а кто-то разинул рот в полном неверии, что они действительно только что услышали, что сказал Мидория. Но, насколько он мог судить, большая часть класса была в восторге. Неужели Мидория действительно только что предложил им сбежать из ЮЭй? Возможно ли это вообще? Как они могут это сделать? Куда им пойти после этого? Смогут ли они избежать повторного ареста? Смогут ли они продержаться за пределами ЮЭй? Что, если они… Все эти вопросы сыпались на Мидорию со всех сторон с интенсивностью, сравнимой с катапультой для теннисных мячей. — Все остановитесь! — это, к удивлению, был Иида, причем произнёсший это настолько громко, что все действительно успокоились и стали его слушать. Он снова повернулся к Мидории. — Мы не можем этого сделать. — Ну… почему нет? — неуверенно спросил Мидория. — Потому что мы не можем! — уставился на него Иида. — Мы не можем быть здесь линчевателями, Иида, — заметил Каминари. — Мы не можем покинуть ЮЭй! — настаивал Иида, вставая и оглядывая их всех. — Вы можете себе представить, какие неприятности вас ждут, если вас поймают? Это была правда, и при том довольно-таки печальная. Это стёрло радостные улыбки с лиц класса А. Но Мидория был начеку. Из ящика Яойорозу он достал почти не использованную черную ручку для доски. Он провел линию по центру доски (так высоко, как только мог дотянуться), отделяя глупые прозвища, которые были там с начала семестра, от пустой второй половины. — Когда вы решаете, что, возможно, хотите что-то сделать — прежде чем вы даже придумаете план, вы должны сделать две вещи, — начал он. На доске он написал: Наилучший сценарий: Наихудший сценарий: — В лучшем случае мы выберемся и станем крутыми линчевателями! — воскликнула Мина, полностью увлеченная этой идеей. Мидория записал это слово в слово. — В худшем случае нас схватят и мы провалим программу, — огрызнулся Иида. Мидория записал и это, заколебался, а затем стер последние слова. — Подумайте об этом, — сказал он, отступив на шаг от доски и уставившись на размазанные следы от слов «схватят» и «провалим». — Есть два момента, когда все может пойти наперекосяк… Наихудший сценарий: нас схватят.       1. До того, как мы покинем ЮЭй       2.Через некоторое время после побега — Давайте рассмотрим первый вариант, — кивнул Мидория, поворачиваясь обратно к классу. — Представьте, что наш план побега провалился и нас вернули в ЮЭй. Вы серьёзно можете представить, что Айзава-сенсей завалит нас всех? — Хм… — Иида, который, казалось, был главным оппонентом, прищурился. — Я полагаю, что репутация ЮЭй может быть в опасности… — Именно, — сказал Мидория, указывая на него своей ручкой. — Представь, что ты пытаешься сказать общественности, что весь класс А провалил программу, включая таких, как ты и Шото, только потому, что мы все работали вместе, как одна команда, пытаясь сбежать из места, которое, по сути, было для нас пленом. В этом нет никакого смысла!       1. До того, как мы покинем ЮЭй — и все вернется в нормальное русло с усиленными мерами безопасности. — Я… правда не представляю, чтобы они могли сделать что-то хуже этого! — воскликнул Мидория, опустив руки. — Если только они не завалят лишь небольшое количество нас в качестве примера для остальных. — Иида казался неубежденным. Мидория прикусил губу — это была хорошая мысль. — …Нет, если мы постоим друг за друга. Есть определенные люди, которых они не могут завалить — особенно тех, кто занимает высокое положение, потому что это привлекло бы слишком много внимания общественности. Но если мы все будем играть равную роль в этом, они не смогут выбрать людей для примера, а если и смогут, то им будет трудно его оправдать! ЮЭй должен дать отчет полиции и прессе о том, почему кто-то провалился. То, что происходит внутри класса А, является большой новостью. Возможно, это не кажется таковым, потому что мы находимся внутри, но те, кто снаружи, хотят знать все больше и больше о наших личных историях, о том, кто мы такие, и все такое — особенно с учетом приближающегося Спортивного фестиваля. Представьте, какой будет резонанс, если они исключат одного из нас за какую-нибудь глупость, например, за попытку побега? Они просто не могут этого сделать. — Но как насчет второго варианта? — задумчиво произнесла Цу. — Как только мы исчезнем на сколько-нибудь значительный период времени, мы потеряем защиту, которую предоставляет ЮЭй. Наш арест будет означать немедленное заключение в тюрьму, — кивнул Иида. — …Нет — нет, если мы правильно разыграем наши карты, — после недолгих колебаний сказал Мидория. — Какие карты? — Иида почти шипел. — Я долго изучал этот вопрос, прежде чем попал сюда, — признался Мидория, скрестив руки. — Есть определенные способы — лазейки в законах — которые могут серьезно смягчить наказание для линчевателей. — Подожди, серьезно? — нахмурился Киришима. — Что за лазейки? — Ну, во-первых, между линчевательством и самообороной очень тонкая грань, — усмехнулся Мидория. — Если твой противник нанесет удар первым, то ты можешь утверждать, что ты не «заигрался в героя» — ты просто защищался. Это не противозаконно. И таких маленьких обходных путей — тонны. Они существуют не просто так! Самые первые герои были выбраны из большой группы активных линчевателей, когда причуды только начали появляться. И когда реформировали законы под них, кто-то из верхушки, должно быть, пожалел эти сотни линчевателей, которые вот-вот будут арестованы — их личности раскрыты, а жизни разрушены. И лазейки были оставлены специально, чтобы самые умные могли обойти систему. Со временем многим из них тоже выдали лицензии, просто чтобы скрыть проблемы, которые остались в законах! Но эти проблемы всё ещё существуют, и нужно знать, где искать. — Но есть некоторые проблемы, которых мы не можем избежать, — возразил Иида. — Сопротивление аресту, незаконное проникновение… список можно долго продолжать. — Верно, — кивнул он со вздохом, — но их вес не так велик, как мог бы быть. Время также является важным фактором, чем дольше мы можем оставаться непойманными, тем больше общественность знает о нас, тем больше уважения мы зарабатываем! Тогда, когда нас поймают, будет большая группа людей, поддерживающих нас. — Значит, в худшем случае нас поймают очень рано… — сделала вывод Урарака. — Да, но несмотря на все это, сколько бы времени ни прошло, ЮЭй всё равно будут нести ответственность за наши действия. Поймав всех нас, увидев, что у нас были героические намерения, они получат вескую причину просто вернуть нас в класс А. Это лучший способ поддержать их хорошую репутацию. — Мидория снова повернулся к доске, стирая рукавом большую часть надписи. — Итак, в заключение, наихудший сценарий — это… Наихудший сценарий: нас схватят, и мы окажемся в ЮЭй. Он посмотрел на Ииду, ожидая ответа. — Хорошо, я согласен, — просто вздохнул его друг. Мидория был не единственным, кто усмехнулся. — Или мы можем умереть как линчеватели, — заметила Хагакуре. Мидория усмехнулся, удивляясь собственному сарказму, и ответил: — За неполный месяц в ЮЭй я дважды чуть не утонул, чуть не был раздавлен гигантским фиолетовым монстром, чуть не был расчленен и даже застрелен. Честно говоря, быть линчевателем для меня не опаснее, чем пройтись по прямой линии. — Ты просто притягиваешь неприятности, Мидория, — откровенно сказала Цу. — Это всё прекрасно, конечно, — вмешалась Джиро, — но как нам выбраться из ЮЭй? — Хорошо, — кивнул Мидория. Он повернулся к доске и стер написанное. — Теперь, когда мы убедились, что лучший сценарий перевешивает худший, мы должны рассмотреть возможность разработки плана. И первый шаг в этом — определить, что стоит на нашем пути. Что мешает нам выбраться из ЮЭй? — Браслеты с отслеживанием? — подняла руку Мина. Мидория кивнул и записал. — Камеры вокруг школы, — указала Яойорозу. Все поддержали друг друга, и вскоре у них был список препятствий, с которыми они столкнулись: • Браслеты с отслеживанием • Камеры • Геройские патрули • Двери запираются на ночь • Стены вокруг ЮЭй • Учителя могут читать сообщения на телефонах. — Ладно, теперь нам нужно придумать, как преодолеть все это… — сказал Мидория, сделав несколько шагов назад и сузив глаза на список, постукивая концом ручки по губам. — Я думаю, что телефоны — это довольно большая проблема. — Не совсем, — возразил Оджиро, — разве мы не можем просто не использовать их? Забыть о них и всё? — Ну, — вздохнул Мидория, — устройство связи для всех нас действительно полезно! Более того, есть вероятность, что эти телефоны тоже можно отследить. Я могу попробовать разобрать их и попытаться отменить все системы, которые ЮЭй установили в них, но как только я это сделаю, есть вероятность, что они узнают, что я задумал. — У меня есть идея! — внезапно воскликнула Урарака, вскакивая на ноги. — Придержите эту мысль! — и она выбежала из комнаты и бросилась вверх по лестнице. Не успели они и моргнуть, как она исчезла. — То, что… двери заперты, не такая уж большая проблема, — сказала Хагакуре. — Мы можем просто выйти через окна или взломать замок. — Я всегда могу сделать копию ключа Айзавы-сенсея, если вы сможете достать его для меня на минутку, — предложила Яойорозу. — Да! Это было бы здорово! Когда Мидория вычеркнул проблему с дверью из списка, Урарака снова появилась, лицо ее было раскрасневшимся от бега, и она протянула Мидории свой телефон. Подождите… не её телефон. На задней стороне была жирная цифра 19. — Это телефон Минеты?! — воскликнул Мидория. — Возможно, я взяла его еще тогда, когда вы разыгрывали Мисс Миднайт и мы спустили его из окна… — Все уставились на нее, а она потирала голову. — Честно говоря, я совсем забыла о нем до сих пор. Н-но ты мог бы побаловаться с этим телефоном! Учителя не узнают — они не ищут его и не заметят, что что-то не так! — Это такая хорошая идея, Очако! — воскликнула Мина. — Клянусь Богом, ты прямо волк в овечьей шкуре! Она покраснела ещё больше и сделала небольшой реверанс. — Это прекрасно! — Мидория засиял. — Е-если я смогу понять, как починить этот телефон, то перед тем, как мы сбежим, я смогу сделать то же самое со всеми остальными! Как можно быстрее, чтобы это не вызвало подозрений. Конечно, если там установлена какая-нибудь система оповещения или слежения, это может быть рискованно и может предупредить их о том, что мы делаем… — Почему бы мне не сделать новые устройства связи? — предложила Яойорозу. — Я с лёгкостью могу сделать рации! — Хм, я не знаю… Это хорошая идея! Не пойми меня неправильно… Но рации будет слишком легко прослушать, но мы можем использовать это как запасной план. — Ну… — Она встала и взяла у Мидории украденный телефон Минеты. Повертев его в руках некоторое время, нахмурившись, она сказала: — Если ты сможешь разобрать его, я могла бы сделать копии всех частей, и мы могли бы сделать копии телефонов? — Ты действительно можешь это сделать? — уставился на неё Мидория. — Я могу попробовать. Мина подбежала, взяла ручку у Мидории и вычеркнула проблему с телефонами одной аккуратной размашистой линией: — Есть! — усмехнулась она. — Я не думаю, что стены представляют собой большую проблему, если мы сможем перехитрить браслеты слежения и камеры безопасности… — признал Иида, размышляя и глядя на доску. — Я просто взорву их к чертовой матери! — крикнул Каччан. — Или я могу пролететь над ними! — добавила Урарака. — Возможно, нам придется разделиться на небольшие группы и встретиться снова на другой стороне… — осознал Мидория. — Например, если Каччан взорвет часть стены на одной стороне кампуса, в то время как Сато разрушит другую часть вдали, внимание героев будет разделено, и у нас будет больше шансов сбежать. — Есть! — Мина вычеркнула пункт со стенами. — Но что мы будем делать с браслетами, ква? — спросила Цу. — Похоже, это самая большая проблема. — Да! Расскажи нам, Сунь-Цзу*! — воскликнула Урарака. — Ты даже не помнишь, кто это такой, да, ква? — Не-а! — На самом деле это не такая уж большая проблема. — Мидория сел рядом с ней и задрал нижнюю часть правой штанины, игнорируя всклик Урараки. — У меня самая базовая модель трекера, потому что у меня нет причуды, чтобы попытаться сломать его. Но если вы посмотрите на… эээ… Шото? Он кивнул, опустился на колени и продемонстрировал маячок. — Видите? Он отличается. Браслет Шото сделан из другого материала, и он толще. Это говорит о том, что они не могли дать Шото базовый трекер, потому что он мог бы сломать его своей причудой, может разрушить льдом или прожечь огнем. У него более высокая термостойкость. Это значит, что Шото мог легко сломать мой. А потом Мина? Она выставила ногу вперед и задрала штанину. Ее маячок был еще более громоздким и тоже из другого материала. — Минин должен быть устойчив к кислоте! Очевидно, что браслет Шото, не сможет противостоять ее причуде, а значит, Мина сможет снять его маячок, а он, возможно, снимет её! — Хах, это довольно крутая идея, — сказал Каминари. — Н-но что, если я случайно попаду своей кислотой на кого-нибудь?! — вдруг воскликнула Мина, явно невероятно нервничая из-за предстоящей задачи. — Но ты стала намного лучше владеть своей причудой! — заметила Хагакуре. — И не лги мне! Я знаю, что ты скрывала свои успехи от учителей, потому что не хочешь выпускаться! — Подожди, серьезно? — Серо нахмурился. — Мина… зачем тебе это делать? — удивилась Урарака. — Я-я… — Она вздрогнула. — Класс С просто казался таким скучным… У меня нет такого уж большого контроля, он стал лишь немного лучше! Но… я просто не хотела рисковать и заканчивать программу так быстро… Мне нравится быть с вами, ребята! — Всё в порядке, — сказал настоятельно Мидория, осознающий, что она хочет сменить тему. — Мы будем использовать твой квирк только в крайнем случае, чтобы снять чей-то браслет. Она кивнула, отдала ручку Мидории и села рядом с Хагакуре, обняв подушку. Мидория был тем, кто вычеркнул этот пункт из списка. Оставались только патрули героев и вопрос с камерами. — Хорошо, — кивнул он сам себе, — вот здесь все становится немного серьезнее. — Он снова повернулся к классу. — Что касается камер, нам нужно попытаться отключить как можно больше видеонаблюдения. Как только мы это сделаем, это вызовет тревогу у героев, и они бросятся устранять проблему. Моя идея, как в классе, когда ты разыгрывал Полночь-сенсей, заключается в том, чтобы Каминари устроил замыкание и вызвал отключение электричества. — Но какой щиток? — спросил Киришима. — В этом-то и проблема. Мы могли бы вырубить наш щиток без проблем, но это отключит только камеры возле общежитий, а этого недостаточно. Лучше всего либо найти способ отключить электричество во всей школе, либо отключить приемник всех камер. Чтобы понять, какой вариант лучше, нужно взглянуть на них. С «Геройскими патрулями» похожая проблема. Думаю, информация хранится где-то в учительской — так что кому-то нужно пробраться туда, записать эту информацию и уйти, не будучи пойманным. — Итак, по сути, — усмехнулась Хагакуре (возможно, — это звучало так, будто она усмехалась), — нам нужно создать суперкрутые боевые команды, чтобы добыть информацию! — Э-э, да, наверное, — согласился Мидория и снова протер доску. — Так, вот чего должны добиться различные группы…       1) Найти… — Ты не можешь просто пронумеровать команды! — внезапно воскликнула Мина. — …Почему нет? — нахмурился Мидория. — Потому что это сбивает с толку! Например, Аояма — номер 1! — Хм… Наверное, да. Значит, просто команда А и… — Фу, гадость, я не хочу быть в команде B, — перебила Джиро. — Давайте распределимся по цветам! — резко выкрикнула Мина. — В радужном порядке! — воскликнула Урарака, ударив кулаком в воздух. — Зачем обозначать команды в радужном порядке?.. — Мидория был просто в замешательстве. — Радужный порядок! — настаивала Мина, ударяя кулаками по журнальному столику перед собой и морщась от боли в руках. — Кто за радужный порядок — поднимите руки! — объявила Урарака, подняв свою в воздух. Команды были распределены в радужном порядке. Красный] Найти расписание патрулей героев Желтый] Найти лучшее место, чтобы отключить камеры/выключить электричество Зеленый] Устранить проблему с телефонами Синий] Побродить по территории и найдите лучшие места для разрушения стен/бегства из них Фиолетовый] Отвлекающие факторы — Я в фиолетовой команде! — крикнула Мина, подняв руку в воздух. — Пусть Мидория назначит команды! — крикнул ей в ответ Иида. — В каждой команде нам нужен хотя бы один наблюдатель, — продолжал Мидория, не обращая внимания на хаос вокруг него. — Кроме команды фиолетовых. Мы придумаем несколько кодовых слов и ответов, чтобы писать друг другу, а задача фиолетовых — бегать вокруг и прикрывать другие команды, если что-то пойдет не так… После гораздо дольшего обсуждения, чем было необходимо (в основном о том, что им не нравились цвета групп, в которых они оказались), команды наконец-то были определены: Красная] Хагакуре и Иида Желтая] Урарака, Каминари, Сато и Шоджи Зеленый] Мидория, Яойорозу и Шото Синий] Каччан Бакуго Каччан, Киришима, Джиро и Токоями Фиолетовый] Мина, Серо, Кода, Оджиро, Аояма и Цу Побег был запланирован на вечер понедельника. Таким образом, у них оставались суббота и воскресенье для выполнения различных заданий. Мидория усмехнулся. Это будет интересно…

***

История команды Красных

Иида оказался в трудном положении. Его жизнь изменилась в тот момент, когда был ранен его старший брат, Тенсей. Его нашли в темном переулке, холодного и одинокого, парализованного ниже пояса. Врачи сказали, что если бы его нашли чуть позже, он бы не выжил. Иида помнил, как бежал по коридорам больницы для героев, шаги эхом отдавались вокруг него. Он упал на кровать Тенсея и зарыдал. Героя Ингениума больше не было. Это сделал известный злодей — маньяк, который считал, что герои всего лишь подделка, созданная ради денег; они не заслуживали этого звания. Он взял на себя ответственность избавиться от этих фальшивых героев. И среди всех людей это был его брат. Самый добрый, самый замечательный герой, которого Иида когда-либо встречал. И Иида помнит ослепительную ненависть — лицо человека, который разрушил жизнь его брата. Герой-убийца, Пятно, решил оставить Тенсея в живых, чтобы распространить информацию о себе. Но Тенья был совсем другим. Пятно собирался убить его, но их поймали. Появился герой и немедленно вызвал подкрепление. Пятно понимал, что лучше не рисковать, и не довёл дело до конца. Он сбежал, как трус, оставив Ииду с необратимым повреждением нервов в руке и кисти. И, что еще хуже, с судимостью за линчевательство, в результате чего он получил билет в ЮЭй, в «плохой» класс. Но с того случая прошло уже некоторое время, и Иида был полон решимости перевестись в класс В и заставить брата гордиться собой. Он смирился со своими опасениями по поводу одноклассников-злодеев и делал все возможное, чтобы ужиться с ними. Затем он узнал о системе, связанной с президентом класса, и сразу же принялся за дело, решительно настроившись на эту роль! Он организовывал класс, выполнял приказы Айзавы-сенсея… он делал все что мог! Только… он не мог их контролировать. Никто из класса А не слушал его, как бы громко он ни кричал. Но из всего класса они послушали именно Мидорию. В начале семестра Мидория был первым человеком, с которым Иида по-настоящему сблизился. Иида сразу же узнал о нем несколько вещей. Он был маленьким, слабым, беспричудным и робким. До этого момента его жизнь явно была очень тяжелой, и Иида решил, что в классе малолетних преступников Мидория нуждается в защите. И Иида ошибся. Со временем Мидория изменился. Или, возможно, он просто стал более уверенным в себе, его кроткая наружность постепенно сходила на нет. Он становился более ожесточённым. Вскоре Ииде стало ясно, что из всего класса герои должны были следить именно за Мидорией — он представлял реальную опасность. И для этого ему не нужна была причуда. И вот Иида оказался в затруднительном положении. Потому что Мидория, которого он недооценил, теперь полностью контролировал ситуацию, и никто, казалось, этого не замечал. Идея побега из ЮЭй принадлежала ему, и все охотно последовали за ним. Теперь Иида хотел стать героем. Он хотел сделать все то, о чём говорил Мидория — изменить мир к лучшему и помочь людям… И он знал, что его жизненные решения ограничили его возможности; он не будет таким же великим, как Тенсей, и ему не будут доверять. Он обрёк себя на гибель с того самого момента, как пошёл против Пятна. Мидория предложил ему и всем остальным выход. Он не был похож на Айзаву-сенсея, который был в классе А и выбрался оттуда, только не с той жизнью, которую он, возможно, мог бы иметь. Нет, Мидория был другим, потому что он действительно был одним из них. Он тоже был в их положении и, возможно, даже хуже, так как он был беспричудным. Но он улыбнулся и протянул им руку, давая возможность стать лучше. Линчевателями, настоящими линчевателями, а не просто мелкими преступниками, оказавшимися не в то время не в том месте и пытавшимися поступить правильно, как многие одноклассники Ииды. Они будут героями по ту сторону закона. Идея была настолько замечательной, и все так отчаянно нуждались в такой жизни, что, казалось, все согласились с ней без особых колебаний. Как сказал Мидория, у попытки совершить этот подвиг не было никаких отрицательных сторон. Но Иида всё ещё их видел. Он знал, что если их поймают, а это обязательно произойдет в какой-то момент, будь то через несколько дней или через несколько лет, они будут еще более обречены, чем сейчас. В настоящее время Иида воспринимался как убитый горем молодой парень с героической семьей и, следовательно, героическим потенциалом, который действовал необдуманно и опрометчиво, не осознавая последствий. Существовал выход; способ хоть немного исправить ситуацию. Но как только Иида присоединится к остальным ученикам класса А, чтобы сбежать, это будет настоящая серьёзная ошибка — скорее злодейская, чем геройская. Если их поймают, жизнь Ииды станет ещё тяжелее, чем она кажется сейчас. Так… почему же он все еще шёл на это? Ииду записали в красную команду. Если за выбором цвета и скрывался какой-то смысл, Иида его не знал. Их задачей было выяснить маршруты и время, когда герои патрулировали школу. Он обсудил это с Хагакуре, экспертом по скрытности и воровству. У них было два дня на выполнение задания (или три, если учитывать утро понедельника). Красной команде нужно было попасть в учительскую, что было бы плохой идеей в воскресенье, когда уроков не было, и, следовательно, там должно было находиться больше учителей. Это означало, что лучшим вариантом для них была суббота. И, соответственно, субботний день. Команда синих сказала, что они не будут ничего делать до воскресенья. У зеленой команды был текущий проект, который они могли продолжить, только находясь в общежитии, а желтая команда решила распределить свои задачи на два дня. При обсуждении этого вопроса Цу указала на то, что в субботу днем у них будет урок английского языка, который проводил Сущий Мик. Иида изо всех сил старался сделать как можно больше работы, но урок длился, грубо говоря, минут пять. Команда фиолетовых стали беситься, команда желтых исчезла, чтобы проверить крышу школы на наличие предохранителей, а остальная часть решила остаться в классе и вести себя так, как будто ничего не случилось. Иида проглотил свою гордость, встал и вслед за Хагакуре вышел в коридор. Она переоделась в туалете для девочек и снова появилась лишь в плавающем браслете, который легко было не заметить. Иида тем временем ждал у класса А. Когда она потрепала его по плечу, они оба направились в учительскую. В это время Иида глубоко задумался. Он мог остановить это, пока все не зашло слишком далеко — рассказать учителю. В качестве альтернативы он мог бы пересидеть все это действо; пусть другие сбегают без него. Но… за классом нужен был присмотр. Да, Мидория контролировал ситуацию, но он был так же увлечен и взволнован этой идеей, как и все остальные. Ему нужно было заземление, и вот тут-то, по мнению Ииды, он и пригодится. Более того, если каким-то чудом им удастся стать командой линчевателей, им нужен был кто-то, кто мог бы установить четкие границы и присматривать за ними — остановить их, если что-то пойдет не так. Иида был одним из тех, кто сомневался, кто мог ясно видеть обе стороны и поддерживать баланс между… ну, добром и злом. Да, действительно, трудное положение. — Смотри вперёд, меня здесь нет, — прошептала Хагакуре. — Здесь повсюду камеры, и мы не можем рискнуть, сняв с меня этот дурацкий браслет раньше понедельника, — с горечью пробормотала она. — Это так раздражает! Я не могу быть такой же незаметной, когда на мне эта нелепая штука… Иида не рискнул отвечать, да и он все равно не знал, что сказать. Они подошли к двери учительской. — Просто постучи и сразу же открой, чтобы впустить меня, — настаивала Хагакуре. — Держись как можно дольше. Ты должен приковывать к себе внимание всех, кто находится в учительской, пока я не стукну тебя по плечу и мы не сможем уйти! Иида напряженно кивнул и поднял руку, чтобы постучать. — О, здравствуй, Иида, — сказала Полночь-сенсей. Плечи Ииды напряглись при упоминании его имени. Конечно, Полночь хорошо знала его брата, и, скорее всего, именно поэтому она не вспомнила, что нужно обращаться к нему по номеру ученика. Она стояла прямо в дверном проёме — Хагакуре не смогла бы проскользнуть мимо. Иида нервно отступил в сторону, жестом приглашая Полночь выйти, что она и сделала: — Ты кого-то ищешь? — спросила Полночь. Иида почувствовал, как Хагакуре покинула его и поспешила в учительскую. Он прочистил горло: — Д-да! Я надеялся найти Сущего Мика. Он здесь? — Хм, дай-ка я проверю… Она повернулась и вошла обратно в кабинет, а Иида последовал за ней. Он пытался отвлечься и не осматривать комнату в поисках Хагакуре. — Мик, ты опять серьезно оставил класс без присмотра? — усмехнулась Полночь. В комнате было всего несколько учителей. Это Полночь, Сущий Мик, герой, которого Иида не узнал, и скелетный незнакомец в одежде, слишком большой для его комплекции. Все их взгляды теперь были прикованы к Ииде и Сущему Мику, а значит, Хагакуре могла спокойно продолжать свою миссию. — Это худший класс из всех, что когда-либо был у Шоты! — Сущий Мик встал, а его очки слегка съехали набок. — Ну, он же сказал тебе не испытывать их в первый день семестра, — вздохнула Полночь. — Я и не испытывал! У меня был один разговор с Мидорией, и вдруг весь класс узнал, что я ненавижу жуков, и теперь они ВЕЗДЕ! — Он схватил Полночь за плечи. — Они следят за мной… они в моих волосах, в моей одежде, в моей еде… — Класс или жуки? — отстранилась от него Полночь. — Жуки! — закричал он для большего эффекта. Это даже заставило стопку бумаги рассыпаться по полу в другом конце комнаты (или, может быть, это было сделано Хагакуре). Это привлекло их взгляды, и Иида понял, что сейчас самое время напомнить им о своем присутствии. — Я прошу прощения за их действия, сенсей, — он снова прочистил горло. — О-о я тебя и не заметил! — воскликнул Сущий Мик. Он резко указал в его сторону. — ЭТО ОДИН ИЗ ОЧЕНЬ НЕМНОГИХ ТЕРПИМЫХ ЧЛЕНОВ КЛАССА А… О ДА-А-А!.. — Д-да, спасибо, — сказал Иида, когда он закончил кричать. — Я хотел спросить, не могли бы Вы вернуться, чтобы… — Он не вернется, — усмехнулась Полночь. Она подняла небольшую сумку, которую, как Иида был уверен, держала в руках, когда пыталась выйти из учительской до его прихода. — Очень благородно с твоей стороны попытаться. — Куда ты идёшь?! — крикнул Презент Мик. — Пообедать где-нибудь в более тихом месте, — и она исчезла, не сказав больше ни слова. — …Итак, не могли бы вы вернуться к нашему английскому… — В моих ВОЛОСАХ были ПАУКИ! — снова закричал он при одной мысли об этом. — Да, простите еще раз. — Иида поборол желание заткнуть уши. — Я очень строго поговорю с ними от Вашего имени! — Ты президент класса? — заговорил скелетоподобный мужчина. — А, нет, эта должность еще не определена, — признался Иида, чувствуя гордость за то, что тот так о нём подумал. — Верно, я не заметил, что у вас нет ленточек. Подобно тому, как все из класса А носили красные ленты на рукавах своих пиджаков, президенты классов любого факультета носили более тонкую золотую ленту, чтобы их можно было отличить от одноклассников. Вице-президенты носили серебряные. Иида не знал, как это будет сочетаться с красными знаками класса А. Возможно, они будут накладываться друг на друга, а может быть, граничить. — Если вы не возражаете, сенсей, что Вы преподаете? — Иида спросил незнакомца, который заметно напрягся при этом вопросе. — Я не помню, чтобы видел Вас раньше. — Я, э-э-э… Ну, по правде говоря, молодой человек… Я… здесь на факультете героики… да. С-скоро здесь будет спортивный фестиваль, и я должен помочь его организовать! — Ах, простите мое любопытство! — Все в порядке. — Как вас зовут? Чтобы я мог правильно обращаться к вам в будущем? — Эээ… Яги-сенсей. — Рад знакомству, Яги-сенсей! В этот момент телефон Ииды из кармана подал звуковой сигнал. Он вытащил его, чтобы проверить:

Групповой чат класса А

[Очако Урарака — 5] Какую домашку надо будет сдать в понедельник?! А, это был сигнал её группы о том, что что-то идет не так… — Точно, точно… очень здорово, — вмешался Презент Мик, нервно проводя руками по своим начесанным волосам. — Почему бы тебе не вернуться в класс и не убедиться, что остальные получили хотя бы домашнее задание?! Оно лежит на столе, а я замолвлю за тебя словечко перед Айзавой! Иида заколебался — Хагакуре еще не закончила поиски. Он снова посмотрел на свой телефон: [Мина Ашидо — 2] Не волнуйся! Мы поможем! И мгновение спустя раздался протяжный БУМ, от которого содрогнулось само здание. Все в учительской замерли. Хагакуре, вероятно, тоже. — Что ЭТО было?! — воскликнул Сущий Мик. — А, скорее всего, виноват факультет поддержки! — чувствуя, что это как-то связано с его классом, Иида шагнул к двери, чтобы не дать никому уйти. — Обычно так и бывает, — кивнул Яги-сенсей, чему Иида обрадовался. — Это звучало гораздо ближе… — осознал Сущий Мик. — Может быть, мне стоит проверить… — Э-э, Мик-сенсей, я… — ЭЙ! Ты пытаешься помешать мне уйти? — Нет, вовсе нет! Я просто подумал, что… возможно, Вам нужно… поговорить о Вашей фобии к жукам! — …А? — Да! Страхи — коварные вещи, и, как сказал Мидория, большие слабости! Возможно, если бы Вы поговорили о своей энтомофобии и активно проработали её, эту слабость можно было бы устранить! Более того, Ваши трудности с классом А перестали бы быть для Вас проблемой! Сущий Мик на мгновение моргнул, а затем положил руки на плечи Ииды, очки Мика сползли чуть ниже к кончику носа. — Вау, эээ, спасибо, маленький слушатель! Люди обычно не останавливаются и не думают о таких вещах, и, ну, ваш класс был таким трудным в последнее время… но они не единственные, кто использует это! Полночь, Айзава — мои друзья; они пользуются этим и смеются! Они СМЕЮТСЯ! Ну, Шота не смеется, я не думаю, что он знает как. Но В ЛЮБОМ случае это много значит для ученика класса А, я прав?! Говоришь со мной так искренне. Потому что люди просто не воспринимают меня всерьез, но я могу быть серьёзным! Я могу быть серьёзным! Я просто не люблю жуков! А кто любит?! Они жуткие и… Иида внимательно следил за тем, что в другом конце комнаты, прислоненная к доске, ручка двигалась, казалось, сама по себе, записывая что-то на стикере. — Они охотятся за мной! Как будто все жуки в мире собрались вместе в одну ночь, чтобы спланировать своё нападение — я привлекаю их! Это несправедливо! Стикер пролетел по комнате, словно просто отклеился с доски. Иида так бы и подумал, если бы пролетевший позади него стикер не соскользнул бы ему в карман. — Это правда… это правда! Они насмехаются над моей фобией! Это СЕРЬЁЗНО — ЗЛОДЕЙСКИ — ЖЕСТОКО! Хагакуре ткнула его плечом в спину. — Никогда не поймут, что я чувствую и… — Да, определенно, я полностью согласен… — Иида отступил назад, нащупывая ручку двери и стараясь не столкнуться с Хагакуре. Дверь открылась перед ним. — … Да, и я должен вернуться в свой класс, до встречи! — и он закрыл дверь перед лицом учителя. Иида выдохнул с облегчением. Он повернулся и пошел обратно по коридору к классу А, кивнув, когда Хагакуре сообщила ему, что она поспешит в ванную на некоторое время и что она встретит его снова в классе. Он был очень благодарен, что все закончилось. Но он чувствовал себя виноватым за свои действия. Он… предавал героев. Однако он делал это ради своих друзей. Он будет защищать их во всех предстоящих делах. …Раньше у него не было друзей. Слегка улыбнувшись, он открыл дверь в класс А. Улыбка тут же угасла.

***

История команды Фиолетовых

Цу не была уверена, почему она оказалась в отвлекающей команде. Возможно, потому что Мидория доверял ей держать их под контролем. Но это не имело значения, потому что Мидория присутствовал на английском языке, когда настал их звездный час, а Цу не имела к этому никакого отношения. Сущий Мик понял, что что-то намечается, как только переступил порог класса в тот полдень, после того как перебинтованный Айзава-сенсей захромал прочь, уворачиваясь от размахивающих рук Сущего Мика, когда тот ворвался внутрь. Прошло несколько минут, и они обменялись знающими взглядами. Их первой задачей было исключить Сущего Мика из уравнения. Они говорили об этом накануне вечером, и тихий, робкий Кода впервые решил заявить о себе. Цу всегда удивлялась, почему Кода оказался в классе А. Может, у него и была пугающая, брутальная внешность, но на самом деле он был очень неуверен в себе и застенчив, больше держался рядом с животными, чем с людьми, и Цу видела в этом особое очарование. Более того, он мог говорить с ними, с животными, а точнее они выполняли его приказы — это была его причуда. Цу… почему-то не удивилась, когда узнала, что после нескольких взломов питомников для бездомных собак по всему городу, освобождение циркового льва, с которым плохо обращались, привело к тому, что этот лев нашел дом в известном зоопарке, а Кода — в классе 1-А. Иногда Цу казалось, что она находится в зоопарке. Люди всегда глазели на нее. И всегда глазели, полагала она. У нее была природная горбинка, язык, который занимал большую часть ее рта, что приводило к скрипучему, странно звучащему голосу, и широкие, любопытные глаза. До ЮЭй у нее было не так уж много друзей — только Хабуко, общение с которой начиналось так же, как и со всеми остальными, — с пристального разглядывания. А потом, конечно, случился ЮЭй. Цу никогда не находила большего принятия, чем в классе, который никто другой не мог принять. Конечно, все были немного пугающими… Очако была наёмной воровкой с множеством интересных историй, и она была почти так же хороша в боевых искусствах, как и Оджиро, линчеватель. Другой ближайший друг Цу, Мидория, поначалу мог показаться кротким, но внутри у него была затаенная ярость и настрой что-то с ней сделать. Нахождение среди этих людей определенно притягивало пристальные взгляды других людей. Но… Цу больше не возражала. Сущий Мик закричал, и Кьёка зажала руками свои чувствительные уши. В его волосах сидел паук. Кода провел утро, подружившись со всеми, кого они могли найти в общежитии, коих оказалось гораздо больше, чем Цу ожидала. Их учитель, все еще крича, упал со стула при виде десятков маленьких паучков, ползущих по столу. А один из них все еще болтался на невидимой ниточке на конце его уложенных волос, и он выбежал из класса, захлопнув за собой дверь. После непродолжительной полной тишины все разразились хохотом. Вскоре после этого две группы посчитали, что можно уходить — это были команды Очако и Ииды. Очако, казалось, горела желанием, а Иида… не очень. Цу было интересно, о чем он думает. Теперь Цу чувствовала себя неуверенно. Будучи номерами 4 и 5, Иида и Очако обычно сидели за Цу, номером 3, в классе. Без них она чувствовала себя странно одинокой. Поэтому она встала, перепрыгнула на другую сторону класса и села на прежнее место Минеты, позади Мидории. — О-о, привет! — нервно ответил он, когда пришла Тсу. — Что ты делаешь? — Да так… ничего особенного. — Он рисовал в своем блокноте. Цу могла видеть его через плечо. Он очень хорошо рисовал, но, похоже, очень стеснялся этого. — А что именно, ква? Тсу хотела бы сказать, что не было особого смысла продолжать пересказывать дальнейшие события. Потому что задания обеих команд были выполнены без проблем и отвлекаться, в конце концов, не пришлось. Остаток сорванного урока английского языка Цу просто просматривала вместе с Мидорией его тетрадь, а в обмен на любезный жест, позволивший ей подглядеть, она сообщила ему о слабых местах, которые она могла придумать для своей причуды. Только последняя часть была правдой, потому что гораздо раньше, чем ожидалось, все кирпичные телефоны класса А одновременно подали звуковой сигнал.

Групповой чат класса 1-А

[Очако] Какую домашку надо будет сдать в понедельник?! — Подождите, значит ли это, что у неё неприятности?! — спросил Серо. — Должно быть, кто-то поднимается на крышу… — нахмурился Мидория. — Значит ли это, что нам нужно отвлечь кого-то?! — Мина громко ахнула, хлопая в ладоши. [Мина] Не волнуйся! Мы поможем! — Похоже на то, ква, — кивнула Цу. — Но что нам делать? — Чтобы отвлечь их от крыши, нам нужно либо подняться туда и остановить их, либо… эээ… устроить большой шум, чтобы привлечь их вниз?! КАЧЧАН ВЗОРВИ ЧТО-НИБУДЬ! — ЗАТКНИСЬ, ЧЁРТ ВОЗЬМИ! — крикнул Бакуго. — И ПЕРЕСТАНЬ НАЗЫВАТЬ МЕНЯ ТАК! — Может, это не такая уж хорошая идея? — вмешался Мидория, имея в виду предложение о взрыве. — Бу! — крикнула Мина. — Ииды здесь нет! Тебе не позволено отчитывать нас! Ты должен помогать нам планировать глупые вещи! — … Я? — моргнул Мидория. — Мы должны доставать Каччана, пока он не взорвется! — не обращая внимания на Мидорию, Мина встала на стул и обратилась к остальным, как будто это было важное объявление. — Это займёт слишком много времени! — возразил Серо. — У нас нет Каминари! Цу решила просто понаблюдать, как будет разворачиваться это испытание. — Тогда кто ещё здесь может что-то взорвать и не такой ссыкун, как Каччан?! — Я НЕ ССЫКУН! — рявкнул он. — Я просто не НАСТОЛЬКО БЛЯТЬ ТУП, ЧТОБЫ ПРОДЕЛАТЬ ДЫРУ В СТЕНЕ! В этот момент Аояма встал на стул рядом с Миной и глубоко и мелодраматично поклонился: — Позвольте moi быть полезным! Без лишних предупреждений все вскочили на ноги и убрались с дороги. Теперь, сидя на столе, Аояма заложил руки за голову и, подмигнув Цу, пустил мощный сверкающий лазер из зеркального пояса, который он носил вокруг пупка. Вот почему в их классе теперь большая дыра.

***

История команды Желтых

Урарака была взволнована! Боже, как давно она не готовилась к подобному заданию! И это было не похоже ни на одно другое — это был один из первых случаев, когда над ней не было нависшего чувства вины. Волнение без тяжелых чувств, отягощающих ее как злодейку Зеро — Урарака действительно была окрылена. Она практически подпрыгивала на носочках, когда обед подошел к концу. Сущий Мик вскоре покинул свой урок английского (частое явление), и Урарака со своей командой отправилась в путь! Она была главной (она была главной!), согласно указаниям Мидории. Их цель — найти лучшее место для короткого замыкания в здании, чтобы вывести из строя камеры наблюдения — то, что Урарака, возможно, пыталась или не пыталась сделать раньше (не в ЮЭй, конечно). По всей школе должно было быть много мест, где это можно сделать, но смогут ли они вывести из строя все камеры? Скорее всего, нет. Поэтому вчера вечером Урарака пришла к выводу, что лучше всего было бы убрать не камеры, а связь с камерами! Все записи передаются по беспроводной связи и, вероятно, выведены на какой-то компьютерный экран (ладно, возможно, Мидория помог ей с этой идеей). Скорее всего, это располагается в кабинете директора Незу, который находился на самом верхнем этаже главного здания. Отключи электричество в главном здании, и вся остальная система безопасности школы тоже потеряет свою эффективность! Так где же лучше всего это сделать? Конечно же, на крыше! Туда они и направились. Серо уже бывал там раньше, но он не был в команде Урараки, поэтому он рассказал им все, что знал о том, как туда забраться. Урараке даже не нужно было тратить время на взлом замка, потому что у двери на крышу даже не было щеколды! Кто был с Ураракой? Ну, был еще Каминари, который немного катастрофически флиртовал со всеми, но все равно был веселым! Он был тем, кому нужно было вывести электричество из строя, поэтому ему нужно было узнать, на что они будут ориентироваться. Ещё был Сато. Он строил из себя крутого, но на самом деле был большой душкой! Он любил готовить и часто учил Урараку некоторым трюкам и приемам! Причуда силы Сато активировалась, когда он ел сахар, поэтому он носил кубики сахара в карманах, но чем сильнее он становился, тем больше ухудшались его умственные способности. Вот почему он был в ЮЭй — слишком много опасных случайных вспышек. Но ему не нужна была его причуда, чтобы быть сильным, так как его обычные мышцы были достаточно хороши для того, что им было нужно, а именно: сорвать крышку с любого блока предохранителей, который им нужно было исследовать, если замки оказывались слишком сложными для Урараки. Наконец, у неё был Шоджи. Он был их наблюдателем! Из-за своей причуды он выглядел жутковато, но все равно был очень полезен. Его шесть рук были переплетены между собой, и из них он мог вырастить много чего! Например, руки, рты, уши, глаза… супер круто. Он также носил маску и часто говорил не своим настоящим ртом, а фальшивым. Урарака решила, что он стесняется. Видите? Многие из ее одноклассников вели себя как большие злодеи, но на самом деле они были обычными детьми с непростой жизнью, как и она сама! — Здесь довольно мило, — вздохнула Урарака, когда они поднялись на крышу, чувствуя, как ветерок треплет ее волосы. Она инстинктивно огляделась в поисках камер наблюдения, но не увидела ни одной. — Да! — усмехнулся Каминари. — Может, как-нибудь пообедаем здесь? — Это было бы так здорово! Вы согласны? — спросила она у двух других парней. — Я ем в общежитии, — лаконично ответил Шоджи. Возможно, это было из-за его маски. — Может быть, только один раз? — спросила Урарака, сцепив руки, широко улыбаясь и сверкая глазами. — …Хорошо. — На мгновение Шоджи задержал на ней взгляд. — Ура! — Итак, что мы ищем? — спросил Сато, переходя прямо к делу. — Хм… большую коробку. Или, может быть, маленькую! Среднего размера, — уверенно кивнула Урарака, положив руки на бедра. Они все уставились на нее, поэтому она продолжила. — С предупреждающей наклейкой на ней. — Вот такой? — Каминари указал на стену. Там был желтый треугольник с предупреждающей надписью «Электричество». Желтый! Как желтый цвет команды! Урарака знала, что цвета будут как нельзя кстати! — Отлично! — усмехнулась она. — Тебя действительно привлекает опасность! — Эээ… спасибо? Урарака потянулась к ней, собираясь сорвать крышку, но Шоджи положил руку ей на плечо, чтобы удержать. — Предупреждающая наклейка, — напомнил он ей. Она сузила глаза, поджав губы, но потом щелкнула пальцами и указала на Каминари перед ним. Он пожал плечами и с полным отсутствием страха (как раз то, что Урарака любила видеть!) потянулся к коробке и потянул изо всех сил. — Ах! Крепко сидит! Сато треснул костяшками пальцев позади него. Каминари отступил, и Сато с легкостью снял крышку — для этого не потребовалось никакой причуды. — …Я расшатал её для тебя, — настаивал Каминари, пока Урарака прыгала перед ним, потирая руки от нетерпения. Она увидела кучу проводов и несколько многообещающе выглядящих переключателей: — Хорошо! Что теперь? — Что значит, что теперь?! — повторил Каминари. — Я думал, ты эксперт! — Нет? Я обычно просто дергаю за выключатели и смотрю, что произойдет. Может, так и сделаем?! — Наверное, не сейчас… — предположил Шоджи. У него было несколько дополнительных глаз и ушей, так что он мог одновременно обращать внимание и на текущую задачу, и держать руку на пульсе насчёт окружающей обстановки (поняли? руку на пульсе?!) — супер круто. Урарака задумалась, каково это — иметь столько глаз, направленных в разные стороны… — Но откуда нам знать, что это вырубит то, что нам нужно? — отметил Сато. — Что, если это выведет из строя только часть здания? — Ну, если это выведет из строя системы директора Незу, мы в безопасности, верно? — ответила Урарака. — Ты тут эксперт, — снова вздохнул Каминари. Но она еще никогда не делала ничего подобного… — А что, если мы нанесем более серьезный ущерб? — Сато сделал несколько шагов назад. — Если в ночь мы порвем еще несколько проводов, а потом ударим током, то восстановить повреждения будет сложнее. Просто переключить несколько выключателей легко. Даже я уже чинил сломанный предохранитель — это несложно, а нам нужно выиграть как можно больше времени. — Отлично! Итак… какие провода мы будем перерезать? — спросила его Урарака. — Я думал о большем… — Сато повернулся, и все остальные проследили за его взглядом. На другой стороне крыши стояла гораздо более крупная металлическая конструкция, на которой также красовался знак «Осторожно, поражение электрическим током». — О! — Урарака подпрыгивала вверх-вниз. — Если мы разобьём это ночью, то Каминари бабахнет! Может быть, мы выведем из строя все здание! — Эээ, вопрос, почему это я бабахну? — поднял палец Каминари. Ответом Урараки стало ещё большее количество звуковых эффектов. Этот чрезвычайно полезный разговор, однако, был прерван их наблюдателем, который сказал: «Осторожно. Кажется, кто-то идёт…» — Ты уверен? — прошептала Урарака. — …Да. Точно. — после мгновение тишины ответил он. Урарака уже слышала отдаленное цоканье каблуков по каменной лестнице. Она инстинктивно огляделась вокруг в поисках путей отступления. Они были на крыше — ей было бы легко сбежать с ее гравитационной причудой, но сможет ли она справиться со всеми четырьмя?! Следующим её шагом было послать заранее подготовленное экстренное сообщение SOS в групповой чат:

Групповой чат класса 1-А

[5] Какую домашку надо будет сдать в понедельник?!

К счастью, они почти сразу получили ответ. [Пинки, королева инопланетян!] Не волнуйся! Мы поможем! — Нам нужно уходить, — прошипел Шоджи. — Но куда?! — запаниковал Каминари. У Урараки не было выбора, они не могли слишком полагаться на то, что остальные справятся. — Пойдем! — Она схватила Каминари за запястье (от которого ее тут же ударило статическим разрядом), и они вчетвером поспешили к краю крыши. Каминари перегнулся через край: — Ты с ума сошла?! — Возможно! Она похлопала каждого из них по плечу, активируя свою причуду невесомости с мягким розовым свечением. В тот момент, когда дверь на крышу распахнулась, Шоджи обхватил каждого из них рукой, оттащил от края и скрылся из виду. Он держался за край кончиками пальцев, крепко держась за остальных на случай, если сила Урараки откажет. И она уже начала чувствовать головокружение. В этот момент раздался очень громкий БУМ, и недалеко от них прямо сквозь стену прострелил огромный луч света, от которого на землю посыпались обломки и мусор. Они просто уставились в шоке. Серо высунул голову из вновь образовавшейся дыры в классе А. — О, привет, ребята, — ухмыльнулся он. Из локтя он послал в их сторону белую ленту, которую Каминари удалось схватить. Шоджи отпустил крышу, и к тому времени, когда тот, кто бы это ни был, выглянул за край крыши, они уже вернулись в класс. Урарака упала на пол и деактивировала свою причуду с пронзительным «Отмена!», а затем зажала рот руками в слабой попытке остановить рвоту. — Что за ХЕРНЯ?! — завопил Каччан, ведь Урарака была не единственной, кто держался за живот. Аояма на другом конце комнаты только что упал со стола на пол. Должно быть, это его лазер проделал дыру. — Ну… это один из способов отвлечь внимание… — изумился Мидория. Момо протянула руку, чтобы помочь Урараке встать на ноги, и осторожно проводила ее на место, похлопывая по спине и бормоча о том, что ей не хватает чая, который был у неё дома и который был бы так полезен в этой ситуации. Мгновением позже дверь в класс открылась, и в ней появился Иида, чья мимолетная улыбка быстро угасла. — ЧТО ВЫ СДЕЛАЛИ?! — закричал он на всех, указывая жестом на огромную дыру в стене класса. — Отвлекли! — ответила Мина, для пущего эффекта потрясла ладонями. — Почему ты не остановил их?! — Иида повернулся к Мидории — Это произошло гораздо быстрее, чем я мог предвидеть. — Мидория поднял руки в знак капитуляции. Его взгляд метнулся к Цу, которая должен был отвечать за катастрофическую команду Фиолетовых. — Не смотри на меня. Я не имею к этому никакого отношения, ква. — Ух ты! — воскликнула вошедшая Хагакуре. — Я не знаю, чего я ожидала, но это намного лучше! — Нет, не лучше! — воскликнул Иида. Хагакуре просто похлопала его по плечу, достала из кармана стикер и побежала вручать его Мидории. Урарака тем временем все еще пыталась удержаться от рвоты. В общем, обычный день в ЮЭй. — Лучший отвлекающий маневр, — хихикнула Хагакуре. — За всю историю! — добавила Мина. — Худший! — крикнул Иида, и все рассмеялись. Урарака чувствовал себя лучше к тому времени, когда они поняли, что ни один учитель не придёт проверить, что за шум. Хагакуре сказала, что это потому, что Иида сказал всем в учительской, что это, вероятно, дело рук факультета поддержки. У Аоямы ужасно болел живот, и он некоторое время лежал лицом вниз на своем столе. Момо начала делать для него блестящие вещи, чтобы он чувствовал себя лучше — например, мини-диско-шары и блестящие русские матрешки, и это действительно сработало. В конце концов, английский подошел к концу. Последним уроком в этот день была математика, которую проводил мистер Эктоплазм, странноватый на вид герой, который мог клонировать себя. Но даже у него было бесценное выражение лица, когда он открыл дверь в класс А и столкнулся лицом к лицу с зияющей дырой в стене. Восемнадцать учеников моргали ему, как ни в чем не бывало, а девятнадцатый лежал на своей парте в маленьком святилище из блестящих предметов.