Татуировщик

«Послезавтра» настало, и Миньярд уже было хотел поступить, как самый что ни на есть профессиональный мастер татуировок — сбежать. Возможно, это глупо; и, конечно, Эндрю не боялся, но внутри что-то подсказывало, что им нельзя видеться с Джостеном. Эта случайная ночная переписка смогла выбить его из колеи, как ничто раньше. И теперь Миньярд стоит в ванной и пялится в зеркало, пытаясь найти причину отменить сеанс и передать клиента Тее, но в голову ничего не приходит, а та фотография рыжего парня въелась в память, не собираясь уходить: широкая улыбка, незнакомые парни, алкоголь и злое лицо Дэя. Эндрю сразу же зациклил взгляд на ещё одном знакомом человеке, который, оказывается, связывал их всё это время. Миньярд не верит в судьбу, но данный случай назвать совпадением — богохульство. Хоть и последнее Эндрю не колышет от слова совсем. Сделав десять глубоких вдохов и смирившись с тем, что встреча неизбежна, татуировщик вышел в комнату и, надев поверх майки чёрное худи, закрыл квартиру, направляясь в сторону салона. Разряженный телефон валялся в кармане, потому что после вчерашнего сообщения, которое Эндрю зачем-то отправил, парень не был готов использовать гаджет. На входе его тут же поприветствовала Сэм, очаровательно улыбаясь и говоря, что на сегодня у него всего четыре клиента. Тея уже сидела на рабочем месте и перебирала инструменты. Как только Миньярд дал знать о себе, девушка сразу поприветствовала коллегу и сообщила, что пришли новые материалы. — Надеюсь, заказывала ты или Сэм, а не Аарон, — пренебрежительно сказал татуировщик и снял толстовку, демонстрируя тело, почти полностью покрытое татуировками. — Твоя копия в отпуске, поэтому мы бы были полными кретинами, если бы помешали его отдыху, — сказала Тея и косо улыбнулась. — Что он выбрал? — Самое дорогое и то, что ему посоветовал Кевин. — Опять этот несносный человек появляется в наших жизнях, — раздраженно произнёс Миньярд и отложил машинку. — Во сколько первый? — Я тебе не секретарша, — засмеялась девушка, но, взяв блокнот с тумбочки, добавила. — Через полчаса. Небольшая татуировка на бедре. Цветной контур. 61$. Дилан. — Я не буду платить тебе за эту информацию, сталкерша, — произносит парень, тут же получая в ответ средний палец.

*

Когда двое клиентов из четырёх были обслужены, Миньярд, сидя в кресле, вытянул руки вверх, дабы немного размять затёкшие конечности. До прихода голубоглазого оставалось пятнадцать минут, а в мыслях Эндрю продолжала крутиться навязчивая идея сбежать с рабочего места и подставить коллег, но сделать это ему мешало чёртово любопытство — до этого момента он даже не думал, что в нём есть это чувство. Фотография, отправленная клиентом, заставила татуировщика знатно так удариться головой о стену в попытках избавиться от этой галлюцинации. Но сообщение никуда не стерлось, а с экрана на него смотрел всё такой же юный — если таковым можно назвать девятнадцатилетнего парня — рыжик, с которым Миньярд дружил в детстве. Когда Эндрю очнулся от своих мыслей, Тея всё также продолжала работать с клиентом, но что-то было всё-равно не так. Из коридора слышались тихие голоса, а сердце татуировщика отказывалось биться, потому что уже через минуту дверь открылась и в мастерскую зашёл голубоглазый парень, озирающийся по сторонам. Взгляд юноши скользил по помещению, но в конце задержался на лице Эндрю, отчего парень не выдержал и огрызнулся: — Чего таращишься? Садись на кушетку и говори, что хочешь, придурок. Татуировщик не помнил, как взял рисунок из рук Джостена, спрашивая, где будет находиться татуировка. Не помнил, как перерисовывал эскиз на трансферную бумагу. И, более того, из памяти Миньярда полностью вышибло тот момент, когда он покрыл ключицу парня гелем. Эндрю отчетливо знал, что его пальцы тряслись, пока он брал иголку и чёрную краску из тумбочки, потому что перед ним на кушетке лежал полуголый блядский Нил, смотрящий на татуировщика немигающим взглядом, словно хотел прожечь в нём огромную дыру.

*

Все полтора часа, что были потрачены на татуировку голубоглазого, Эндрю пытался избавиться от мыслей о том, что Джостен его узнал. Но каждый раз, когда имя рыжего проскальзывало в голове Миньярда, татуировщик с силой сжимал дребезжащую машинку в попытках сконцентрироваться на работе, а не на хмурящемся парне. «Прекрати так пялиться на меня», думал татуировщик, но не произносил ни слова, намереваясь скорее закончить работу. Вновь надавив на машинку, Миньярд прекрасно осознал для себя две вещи, связанных с лежащим Нилом: Первое. Эндрю никогда не скажет Джостену, что узнал его. Миньярд — чёртов монстр с неустойчивой психикой, из-за которой Нил и так пострадал на всю жизнь вперед. И Эндрю ни за что не позволит себе, чтобы та ситуация произошла вновь. Плевать, что хочет парень; плевать, что хочется на всю мастерскую послать Джостена к чертям, потому что тот выглядит слишком сексуально без футболки. Плевать Эндрю хотел на то, что рассматривал всё время шрамы на голом теле Нила. Но ему не было плевать на самого Джостена, потому что этот солнечный мальчик не заслуживает такого, как Эндрю. Точнее всего, это Эндрю не заслуживает такого, как Нил. Второе. Миньярд должен был сразу отменить сеанс и послать голубоглазого, как только увидел фотографию. Он изначально должен был держаться от Нила как можно дальше. Эндрю приносит одни неудачи, а в жизни Джостена — татуировщик знает — хватает дерьма и без его присутствия. Отложив машинку, парень достал из тумбочки небольшой тюбик и плёнку, говоря клиенту сесть на кушетку и не трогать кожу. Эндрю смазал татуировку клеем и наклеил плёнку. — Пять-шесть дней и можешь снимать, — произнёс татуировщик и, надеясь скорее избавиться от Джостена, указал на дверь. Рыжий встал с кушетки и надел кофту. Голубые глаза неуверенно бегали по помещению, и вскоре Нил выдал: — Будет глупо, если я всё же спрошу, как тебя зовут? Миньярд сидит на стуле, но, если честно, он готов встать рядом с Джостеном и сказать, чтобы он свалил куда-нибудь подальше от Эндрю. Но единственное, что делает татуировщик, зло смотрит в глаза напротив, а после прощания от Нила говорит: — Аарон. Дверь закрывается, а на Миньярда, прищурившись, смотрит Тея, не понимая, почему татуировщик представился именем своего близнеца. Эндрю тихо послал к чёрту девушку и, зарываясь рукой в светлые волосы, достал из кармана пачку сигарет, направляясь к открытому окну. Мимо как всегда проходило много людей, но взгляд Миньярда приковался к невысокому парню в чёрном худи. — Блять, — шипит татуировщик и выкидывает окурок на улицу, продолжая наблюдать за рыжеволосым студентом. Нил переходит дорогу на красный свет и, получая громкие сигналы от водителей, показывает тем вытянутый средний палец. Миньярд небрежно качает головой и, всего на долю секунды, на его лице проскакивает косая ухмылка, мгновенно стирающаяся, когда парень слышит улюлюканье Теи, вполоборота наблюдавшей за коллегой.

*

Рабочий день подходит к концу и, кинув раздражённое «не ёбнись на улице» Тее, Миньярд покидает мастерскую, встречаясь с осуждающим взглядом девушки за стойкой. — О, что я опять сделал не так? — спрашивает парень у брюнетки. — Погоди, меня это не ебёт, поэтому избавь меня от этих разговоров, Сэм. — Почему ты не сказал стоимость тому рыженькому студенту? И что ты там ему наговорил? Бедный паренёк вышел от тебя совсем потерянным. Миньярд заталкивает глубже то раздражение, которое появляется от уменьшительно-ласкательных прозвищ, сказанных о Джостене. Татуировщик ничего не отвечает на замечания и, сказав грубое «пока», вышел за двери, тут же доставая очередную сигарету. Дерьмовый день. Очень дерьмовый день, который Миньярд с радостью бы залил ещё литрами — уже менее дерьмового — коньяка, стоящего в одиночестве посреди рабочего стола в квартире Эндрю. Но парень сразу же отметает эту идею, потому что набухиваться перед тяжёлым рабочим днём — насколько бы ему ни было плевать — не в его компетенции. Уже в квартире татуировщик решает, что у него нет этой самой компетенции от слова совсем, потому что через десять минут с прихода, треть первой бутылки была опустошена. На телефоне несколько сообщений от Теи, которая пыталась сказать Миньярду о том, что кто-то забыл рисунок лисы у них в мастерской. И Эндрю уже было хотел послать знакомую на четыре стороны света, но опьяневший разум подсказывал, что, возможно, это неплохая идея написать Джостену, с которым он, мать вашу, вообще не должен говорить. К чёрту Нила. К чёрту полуголого Нила, покорно лежавшего на кушетке, пока Миньярд искоса рассматривал шрамы и каждый кусочек оголённой кожи бил татуировку. Мысленно послав всё ещё раз, Эндрю расслабился и прижал бутылку к губам. Эндрю 23:42 ты забыл эскиз Идиот 23:47 Забей и выкинь его. Зачем он мне нужен? Эндрю 23:56 ладно К чёрту всё это.