Sweet nothing

Рука твоя превратилась в большое крыло. Оно бы меня защитило да только... Да только. Давай поиграем, как будто Вселенское Зло Разлуки Огромной меня не цепляет нисколько. Как будто бы ты продолжаешь у речки сидеть, баюкая сотнею сказочек, как колыбельной... а я стану петь, буду в небо ночное глядеть, и звезды на нем выводить-рисовать акварелью (хоть в целом-то я не умею совсем рисовать, а стаями пятнышек просто мараю бумагу). - Каков твой секрет? Вот только распять и сказать. Вот только б язык отлепить мне хватило отваги. Хватило отваги на то, чтоб признаться тебе хоть в том, что я правда ужасная глупая дура. Что я не готовлюсь к экзаменам, в том, что рассвет я привыкла встречать у окна. Что такая натура. Что песню тогда в караоке я пела тебе. Что губы дрожат не от сырости Лондонских улиц. Что ты - где-то там. А я здесь. На полу. На земле. Что с первыми встречными я никогда не целуюсь, зато... я бы точно прижалась устами к твоим: вдыхая то счастье, которое носишь в карманах. Сказала бы все. Но, конечно, признаньем своим я б только открыла давно позабытые раны. И голос твой - голос судьи в строгом зале суда. Ты весел, и я весела (правда, только наружно). Пускай ты уверен, что ты - просто друг, навсегда. Крыло обнимает меня, это все, что мне нужно.