Противоядие / 解药

Изначально Чэн Кэ хотел разузнать о «них», но услышав странное заявление Цзян Юйдо мигом забыл о желании устроить допрос. — В каком смысле? — В прямом, — Цзян Юйдо подошел к окну и в узкую щель между штор выглянул на улицу. — Чэнь Цин пришел. Чэн Кэ было безразлично, где Чэнь Цин и что делает. Даже желание завтракать напрочь отпало. Чэн Кэ так и остался стоять у стола, совершенно ничего не понимая. Вчера он проснулся рано, а сегодня почти всю ночь провалялся без сна, поэтому сейчас мозг попросту не мог переварить сказанное Цзян Юйдо. В это время хозяин квартиры отпер входную дверь, и внутрь шагнул Чэнь Цин с горячим завтраком в руках. — Сколько еще ты будешь выбрасывать ключ? — спросил он Чэн Кэ, поставив пакет на стол. — Неужели так бесит собственная квартира? — Это был последний раз, — вмешался Цзян Юйдо. — Он планирует поставить биометрический замок по отпечатку пальца. — По отпечатку пальца? — удивился Чэнь Цин. — А-а-а, понял! Так вот почему ты все время теряешь ключи! В твоем прошлом доме стоял этот самый биометрический замок? — В точку, — кивнул Чэн Кэ. — Значит, твоя семья не так уж и богата. Биометрический замок стоит у огромного количества людей. — Ага, — кивнул Чэн Кэ, не желая развивать эту тему. Чэнь Цин принес несколько стаканов соевого молока, порцию хвороста и чего-то еще. Чэн Кэ заглянул в пакет, все выглядело довольно аппетитно. Последние два месяца Чэн Кэ не завтракал. Он просыпался поздно, когда палатки были уже опустошены. Идти в магазин и готовить что-то не хотелось, поэтому обычно он просто протягивал до обеда и заказывал еду на дом. Говорят, если не завтракать, то быстро отупеешь. На сколько же за это время снизился его интеллект? Любопытно. — Пойдет такой скромный завтрак? — спросил Чэнь Цин. — У меня нет денег на изыски типа морских ушек. Третий брат редко возвращает долги. — Съебись уже, — буркнул Цзян Юйдо. — Съебусь, — Чэнь Цин сел за стол, — сразу, как только поем. — Мне нравятся такие простые завтраки, — признался Чэн Кэ. Он тоже занял место за столом, раскрыл пакет, изучил содержимое и взял хворост. — Соевое молоко, — Чэнь Цин услужливо поставил по стакану перед Чэн Кэ и Цзян Юйдо. — А еще я купил несколько жареных лепешек. Обожаю их. Так же есть блины с начинкой. С мясом закончились, взял те, что остались. — С луком, наверное? — спросил Чэн Кэ. — Угадал, — кивнул Чэнь Цин. — Тогда буду только хворост и жареные лепешки. — Почему отказываешься от блинов? — удивился Чэнь Цин. — Боится запаха из-за рта, — не выдержал Цзян Юйдо. — Такой привередливый, це-це, — Чэнь Цин покачал головой. — И все же, Цзицзя, чем занимается твоя семья? Чэн Кэ ничего не ответил и молча откусил хворост. — Наверное, свой бизнес? — продолжал Чэнь Цин. — Какой? Чэн Кэ лишь неловко улыбнулся, но ничего не сказал в ответ. — Все нормально, я изначально не считал тебя богачем. В конце концов, настоящие денежные мешки носят часы стоимостью в несколько сотен миллионов, — хмыкнул он. — Твои же «Цзицзя» стоят всего сто семьдесят тысяч. — Ну, да, — кивнул Чэн Кэ. Чэнь Цин уставился на него и, не дождавшись ответа, продолжил настаивать: — Говорю же — все ок, рассказывай, не мнись. Чэн Кэ повернулся на Цзян Юйдо, надеясь, что тот приструнит друга, который продолжал и продолжал заваливать вопросами, совершенно позабыв о вежливости и личных границах собеседника. Однако поддержки Чэн Кэ не нашел и вместо этого встретился с заинтересованным взглядом. Цзян Юйдо, очевидно, тоже не терпелось услышать ответ. — Ну, это… — Чэн Кэ обреченно вздохнул. — Недвижимостью и прочим. — А-а-а… Недвижимостью? Значит, дела идут не очень, да? — с сожалением спросил Чэнь Цин. — У нас тут есть охуенное агентство по недвижимости. Вот у них все идет четко. Как его там?.. Сейчас… Как называется? Он повернулся к Цзян Юйдо, жестами прося помощи. Но тот лишь откусил лепешку и недовольно буркнул: — Чего? Откуда мне знать? — Разве оно не владело всеми домами на двух наших улицах? — Чэнь Цин удивился неосведомленности друга и нахмурился, продолжая напрягать извилины. — Как же оно там… Помню, владелец носил фамилию Чэн… Чэнь Цин остановился на полуслове и замер. Пару раз глупо хлопнув ресницами, он резко развернулся к Чэн Кэ и выпалил: — Какая там у тебя фамилия? — Цзи [1], — на автомате ответил Чэн Кэ. (П/п: от Цзицзя — клички, которую дал Чэнь Цин). — Ебать! А ведь твоя фамилия тоже Чэн! — Чэнь Цин от избытка чувств хлопнул по столу, руки Цзян Юйдо дернулись, и жареная лепешка шмякнулась на стол. Чэнь Цин продолжил все также взволнованно: — Чэн Кэ! Какая фамилия у твоего отца? Как называется его компания? Скажи, давай же! — Да, бля! — Цзян Юйдо зарядил ему затрещину. — Ведешь себя, как ненормальный! — Вот же, — он равнодушно потер затылок, — значит твоя семья и правда богата… — Для тебя завтрак окончен! — Цзян Юйдо посмотрел на упавшую на стол жареную лепешку, затем на одинокий укус, который успел сделать, а после перевел взгляд на лепешку Чэнь Цина, что осталась в его руке, и выпалил еще яростней: — Катись отсюда! Чэнь Цин схватил со стола еще пару лепешек и наспех запихнул в рот, взглянул на время на телефоне и, прихватив стакан соевого молока, как ни в чем не бывало, направился к двери. — Качусь-качусь. — Помалкивай о том, что услышал, — обронил напоследок Цзян Юйдо. — Естественно. Чэнь Цин ушел. Чэн Кэ засомневался — не был ли он слишком беспечен, рассказывая об отце и, фактически, раскрывая финансовое положение семьи. После предупреждения Цзян Юйдо эти сомнения только усилились. Чэн Кэ не хотел, что бы кто-то посторонний, особенно члены шайки Цзян Юйдо, узнали, что он был молодым господином богатой семьи, которого вышвырнули из дома прямиком в мусорный бак главаря этого района… — Он умеет держать язык за зубами, не волнуйся. — Ладно, — Чэн Кэ кивнул в ответ. — Значит, у твоего отца какая-то крутая компания? Чэн Кэ посмотрел на него украдкой. Кажется, Цзян Юйдо совершенно не знал о компании, которая была у всех на слуху, и от этого внезапно захотелось рассмеяться. Дело, которое отец любил сильнее, чем собственных детей… для остальных на деле лишь пустой звук. — Типа того, — усмехнулся Чэн Кэ. — Возможно квартира, которую я сейчас арендую, принадлежала именно ему. — М-м, — Цзян Юйдо кивнул. — Квартиры в этих домах жутко дорогие. Когда Лу Цянь оформляла сделку, то бесилась настолько, что всех без разбора крыла трехэтажным матом. Чэн Кэ хмыкнул и слегка наклонил голову, чтобы попробовать соевое молоко. — Сахар есть? Молоко пресное. Не вкусно. — На кухне, возьми сам. Чэн Кэ пошел на кухню, прихватив стакан молока. На кухонной тумбе стояла пара одинаковых баночек. Внутри каждой из них лежал белый гранулированный продукт: в одной крупинки были больше, а в другой — меньше. Чэн Кэ понятия не имел в какой из них сахар, ведь до этого он пользовался только рафинадом. Немного поколебавшись, он открыл первую баночку, захватил несколько крупинок пальцами и отправил в рот, чтобы попробовать на вкус. Этот «сахар» оказался соленым, а из-за того, что пригоршня была слишком большой, лицо Чэн Кэ безбожно скривилось. Недолго думая, он открыл кран и сделал несколько глотков. После этого Чэн Кэ придвинул другую баночку и погрузил в содержимое палец. Только он поднес палец ко рту, чтобы ощутить вкус, как со стороны дверей раздался смешливый голос Цзян Юйдо: — Да, это и есть сахар. — …Ясно. Цзян Юйдо вернулся. Чэн Кэ же взял первую попавшуюся ложку, прикинул на глаз какой будет сладость, насыпал в молоко необходимое количество сахара и перемешал. — Разобрался? — спросил Цзян Юйдо, когда тот вернулся к столу. — Угу, — кивнул Чэн Кэ. — Соль слишком похожа на сахар. Не смог различить. — Я тоже временами путаюсь, — признался Цзян Юйдо, а после с подозрением посмотрел на стакан в его руках. — Сколько сахара положил? В этот момент Чэн Кэ уже пригубил напиток, поэтому ответил ему жестом: равнодушно показав четыре пальца. Цзян Юйдо посмотрел на него в ответ, напрочь потеряв дар речи. Сделав всего один глоток, Чэн Кэ поставил стакан на стол и непонимающе уставился на молоко. Какого этот ублюдский сахар такой сладкий? Аж горло заболело! Этот немой вопрос не скрылся от проницательного взгляда Цзян Юйдо. Парень встал из-за стола и со своим напитком зашел на кухню. Через мгновение он вернулся и поставил стакан перед Чэн Кэ, а его молоко забрал. — А? — удивился Чэн Кэ. — Я только глоток сделал. Забираю твой стакан — мне нравится сладкое молоко. — …Ладно. Чэн Кэ попробовал напиток Цзян Юйдо. Вкусно! Цзян Юйдо же от одного глотка настолько перекосило, что брови съехались от переносицы, и на лице отразилось неподдельное страдание. — Какой ложкой сыпал сахар? — Какой?.. Той пластиковой, круглой, — Чэн Кэ почувствовал себя неловко. — Д-давай обратно поменяемся. — Забей. Цзян Юйдо запрокинул голову и вылил содержимое себе в рот. После чего тут же выпил полный стакан воды. — А ты… не торопись. Когда с завтраком было покончено, пришло время возвращаться домой. Чэн Кэ встал из-за стола и вдруг осознал: у него больше нет верхней одежды. — Должно быть торговый центр уже закрыт? — он подошел к окну и выглянул на улицу. — Какого? Снег идет! — Одолжу свою куртку, — Цзян Юйдо вернулся в спальню и достал откуда-то пухлый пуховик. — Но только, чтобы ты смог дойти до дома. Надеюсь, у тебя есть что-то из верхней одежды? — Помимо пальто я покупал пуховик, — Чэн Кэ принял куртку из его рук. — Но он после первой же стирки пришел в негодность. Пух скатался в одном месте, и пуховик стал одним сплошным компом. — … Так его отбить нужно. Раз такие дела, можешь пока оставить мой пуховик себе, — Цзян Юйдо открыл дверь. — Давай, провожу до дома. Пойдем пешком. — Хорошо, — Чэн Кэ наспех натянул пуховик, пихнул в карман ключи и вышел вслед за ним. На улице, Чэн Кэ втянул голову в плечи и нахохлился, как замерзающая пташка. Сегодня явно было намного холоднее, чем вчера. Чэн Кэ достал телефон и открыл прогноз погоды. Оказывается, температура упала на целых десять градусов. К счастью, пуховик, который одолжил Цзян Юйдо, оказался теплым. Чэн Кэ нахлобучил капюшон и посмотрел на сопровождающего. Цзян Юйдо не изменял себе и был одет в хлопковую кофту с длинным рукавом и тонкую весеннюю куртку с расстегнутой молнией. Из утепления на нем была лишь лыжная шапка. Но даже так этот сумасшедший выглядел расслабленно и шел по улице расправив плечи. — Тебе не холодно? — Чэн Кэ не смог удержаться от вопроса. — Немного. — Если холодно — застегнись! — Чэн Кэ сам не знал почему вдруг так завелся. — Чего выделываешься? — Просто привык. — Привык к чему? — не понял Чэн Кэ. — Смотри. Например, сейчас зима, а у тебя только одна тонкая куртка. Ты одеваешь ее, когда становится прохладно, а если станет еще холодней? А что оденешь в мороз? Чэн Кэ встретился с ним взглядом. — Вероятно, чтобы не замерзнуть, под куртку оденешь кофту с длинным рукавом, — ответил за него Цзян Юйдо. — А потом, чтобы не получить обморожение — свитер. И так снова и снова… по аналогии. Понятно? — С такой «аналогией» и помереть недолго, — Чэн Кэ поднял воротник и скрыл половину лица. — Разве не проще сразу одеть пуховик? — Раньше я, может, и боялся холода, — Цзян Юйдо застегнул молнию, но лишь затем, чтобы дед рядом перестал бухтеть, — но сейчас не боюсь. — В смысле? Раньше? Как давно случилось это «раньше»? Неужели это «раньше» было в детстве, которого по какой-то причине он почти не помнит? Вместо ответа Цзян Юйдо вытянул его руку из кармана и крепко сжал в своей. Чэн Кэ даже не успел отреагировать. Прежде чем пришло осознание, его кожи коснулся ветер, колючий от мороза. Наверное, именно в этот момент Чэн Кэ ожил, попятился и поднял на Цзян Юйдо растерянный взгляд. — Ну как? — Что? — Чэн Кэ не смел оторвать от него глаз. — Моя рука даже на морозе остается теплой, — на лице Цзян Юйдо появилось самодовольное выражение. — А твоя только что из кармана, но ледяная. —… А-а-а! — протянул Чэн Кэ, осознав причину неожиданного прикосновения. От смущения его голос стал нарочито высоким. — Вот оно как! — Какого так орешь? — нахмурился Цзян Юйдо. Чэн Кэ прикусил губу. Когда они дошли до перекрестка, Цзян Юйдо резко обернулся. Чэн Кэ проследил за его взглядом, но увидел лишь пешеходов, которые вжав голову в плечи, пытались укрыться от морозного ветра. — Вчера ты говорил… — Чэн Кэ замялся. — Расскажешь, кто такие, эти они? — Те, кто долгие годы у меня на хвосте. — Но что они из себя представляют? Цзян Юйдо не ответил. — Вчерашняя травма, это их рук дело? — Ага, — нахмурился Цзян Юйдо. — Почему не позвонил в полицию? — В полицию? — он с удивлением вскинул брови. — Видел, чтобы дети улиц писали доносы? — Но ведь на тебя напали, — не уступал Чэн Кэ. — Напали? — хмыкнул Цзян Юйдо. — Эти царапки, так — шалость. Чэн Кэ разинул рот от шока. Он все еще помнил в каком состоянии был Цзян Юйдо после этих самых «шалостей». — Если когда-нибудь я получу рану, из-за которой не смогу пошевелиться, — усмехнулся Цзян Юйдо, — Позвони копам за меня. Чэн Кэ не знал, что на это ответить. Порой он чувствует, что Цзян Юйдо спятил. Время от времени считает его слишком чувствительным. Иногда — излишне честным. Если его слова были правдой, то, похоже, Чэн Кэ волей-неволей втянут в нечто опасное. Пора звонить в полицию? А что им сказать? Когда они прошли половину пути, Цзян Юйдо скользнул в переулок, который вывел их на другую, не знакомую Чэн Кэ, улицу. Здесь шумел рынок, отовсюду слышались зазывающие голоса торговцев и нос щекотали яркие ароматы уличной еды. Чэн Кэ жил здесь уже больше двух месяцев, но впервые очутился на этом месте. Они обогнули рынок сбоку и вышли на перекресток. Чэн Кэ увидел здание знакомой расцветки и высокие ворота, через которые ни разу не входил в свой жилой район. — Черный ход? — Восточные ворота, — ответил Цзян Юйдо. — Обычно ты заходишь в Южные. — О-о-о, — протянул Чэн Кэ. Когда они подошли к подъезду, Цзян Юйдо внезапно остановился. — Не буду подниматься. — Ладно, — согласился Чэн Кэ, и после короткой паузы добавил: — Спасибо. — Забей, — Цзян Юйдо сунул руку в карман. — Знаешь, мы ведь отличаемся от высшего общества, к которому ты привык, поэтому не будь таким вежливым. Ты все время извиняешься и благодаришь — жутко неловко. Еще утром хотел поговорить об этом. — Это выходит непроизвольно. По привычке, — Чэн Кэ наблюдал за тем, как его рука что-то ищет в кармане, а после вытаскивает уже знакомую картонку из-под пачки сигарет. — Могу я спросить? — Спрашивай, — Цзян Юйдо сунул руку в другой карман и вытащил шариковую ручку, после чего стал что-то писать на картонке. — Почему именно эти стремные куски картона? Нельзя взять стикеры, например? Или блокнот с отрывными страницами? — Просто я экономный, — Цзян Юйдо вывел ручкой еще несколько цифр и протянул записку. — Это номер Чэнь Цина. Если что-то случиться, и со мной связаться не получится, то сразу звони ему. — … Угу, — Чэн Кэ взял картонку и убрал в карман. — Поднимайся. Набери, если увидишь кого-то подозрительного. Чэн Кэ хотел напомнить, что живет на верхнем этаже, и, даже если увидит человека на улице, то разглядит лишь его макушку. Но подумав немного, все же решил промолчать. — Твой пуховик, — обронил Цзян Юйдо ему в след. — А? — Чэн Кэ обернулся. — Повесь его на вешалку и отбей хорошенько. Тогда свалявшийся пух вновь станет рыхлым. Делай так после каждой стирки. — … Хорошо, — кивнул Чэн Кэ. Зайдя в квартиру, первым делом он сел на пол рядом с батареей. Потребовалось много времени, чтобы прогнать неприятный холод и отогреть тело. И почему они не поймали машину? Точно, почему? Если подумать, то он вообще ни разу не видел, чтобы Цзян Юйдо пользовался услугами такси. Чэн Кэ вздохнул, поднялся с пола и взял куртку Цзян Юйдо, ранее брошенную на диван, встряхнул несколько раз и сложил в бумажный пакет. Помедлив, он подошел к шкафу и достал свой пуховик, который после стирки пришел в негодность. Сначала Чэн Кэ думал просто выкинуть его, но теперь узнал метод, который сможет воскресить куртку. Он повесил пуховик на плечики, взял другую вешалку и одарил одежду парой ударов. Выглядит просто. Он продолжил размахивать вешалкой и выбивать из куртки душу. По комнате разлетались звуки глухих ударов. Через какое-то время Чэн Кэ выбился из сил и с надеждой ощупал куртку. Кажется или пух стал еще плотнее, чем раньше? Мышцы от плеча до кисти безбожно ныли — последствие физической работы. Чэн Кэ повесил пуховик обратно в шкаф: все же проще купить новый. Он взял сменную одежду и пошел в ванную. Неплохо было бы помыться и как следует выспаться. После душа он вернулся в гостиную и подошел к окну. Чэн Кэ редко смотрит на улицу, особенно в это время года. Из-за мороза все клумбы на заднем дворе завяли и высохли, деревья остались без зеленых листьев, земля стала мерзлой, кое-где припорошенной снегом. В такое время на улице никто не гулял, поэтому тот парень на скамейке, сидящий уткнувшись в телефон, выглядел до боли одиноким. Парень?.. Глаза Чэн Кэ округлились, а удивленный взгляд застыл на знакомой фигуре. У выключенного фонтана между двух вазонов, вместо цветов из которых торчали сухие палки, сидел некто, похожий на Цзян Юйдо. Нет, это точно был он: Чэн Кэ не мог ошибиться. Он достал телефон, включил камеру и приблизил изображение. Цзян Юйдо казался до безумия скучающим. Его зубы прикусили край сигареты, а пальцы скользили по экрану. От этой картины скучный двор стал выглядеть еще более безжизненным. Чэн Кэ простоял у окна еще около десяти минут, но Цзян Юйдо, казалось, и не собирался уходить: продолжал сидеть в той же позе и не отрывался от экрана телефона. Неужели читал? Чэн Кэ восхитился его любовью веб-романам. Кажется, этот ненормальный мог читать в любое время и в любом месте. Подумав в этом ключе еще немного, Чэн Кэ взял телефон и набрал его номер. Увидев имя абонента на экране, Цзян Юйдо первым делом уставился в окно Чэн Кэ, а только потом поднял трубку. — Что случилось? Заметил кого-то подозрительного? — Третий брат, — Чэн Кэ открыл окно, высунулся на улицу и широко махнул рукой, — оглянись! Разве есть здесь кто-то еще помимо тебя? — Тогда что стряслось? — Ничего, поэтому и звоню. Возвращайся домой. — Скоро пойду, — невозмутимо ответил Цзян Юйдо. — Главу только дочитаю. — Не задерживайся, — нос Чэн Кэ покраснел, а руки закололо от мороза. — Возьми такси — на улице слишком холодно. — Ага, — хмыкнул Цзян Юйдо и встал со скамейки. — Если увижу что-то подозрительное, сразу наберу. Незачем дежурить под моим окном. — Понял, — кивнул Цзян Юйдо и направился в сторону главных ворот. — Тогда вешаю трубку, — пробормотал Чэн Кэ, наблюдая за удаляющимся силуэтом. Отчего-то настроение немного упало. — Бывай. …Прошло несколько дней. Цзян Юйдо больше не караулил на заднем дворе и за это время ни разу не звонил. Чэн Кэ был только рад этому. Сегодня он проснулся раньше, чем обычно. В одиннадцать ему предстояло выступить вживую на мероприятии. Боясь, что друг проспит и опоздает, Сюй Дин позвонил ему за несколько часов до начала. Чэн Кэ умылся, почистил зубы и проверил часы: времени оставалось предостаточно. Тогда он взял телефон, чтобы заказать еду на дом. Он обычно не ел по утрам, но сегодня боялся, что все пойдет по одному месту из-за внезапного приступа голода. Лучше подстраховаться и взять с собой перекус, а то вдруг перед выходом на сцену захочется есть, и живот заурчит в самый неподходящий момент. Завтраков, доступных для выбора, осталось мало. Листая варианты, Чэн Кэ подошел к окну и закурил. Он знал, что Цзян Юйдо внизу нет, но все же опустил взгляд. На улице не оказалось ни одной подозрительной личности, а значит, можно с уверенностью выходить. На самом деле, ни одна «подозрительная личность» не станет караулить его в такую погоду, да еще и в такое время. На улице не было видно ни одного дяди, которые в обычное время, уже во всю разминаются под зажигательную музыку. После долгих поисков, Чэн Кэ так и не смог отыскать завтрак, который хотелось бы съесть. Со разочарованным вздохом он опустился на диван, поставил будильник и задремал. Ровно через час он проснулся, привел себя в порядок, накинул на плечи пуховик Цзян Юйдо и вышел из дома. Последние несколько дней он только и делал, что ленился, но все же два раза выходил в супермаркет. Торговый центр с кучей магазинов одежды стоял всего в паре шагов от магазина, но Чэн Кэ было так лень сделать эту пару шагов. К тому же эти несколько дней держался мороз, поэтому ходить куда-то далеко было попросту холодно. А продуктовый… Ну, нужно ведь есть, чтобы жить, да? А одежда подождет. Тем более, пуховик Цзян Юйдо оказался толстым и теплым, стильным и красивым. Чэн Кэ даже захотел узнать, где Цзян Юйдо его купил, чтобы взять такой же… Стоило выйти из подъезда, как ветер ударил в лицо, от холода в носу зачесалось, и Чэн Кэ неудержимо чихнул. Сегодня он решил выйти через Восточные ворота. В тот раз, когда Цзян Юйдо показывал дорогу, он обратил внимание насколько здесь многолюдно. Наверное, поймать такси будет просто. Выйдя за территорию жилого комплекса, Чэн Кэ услышал чьи-то шаги. Походка была твердой и ровной, но подозрительным было то, что ритм шага незнакомца в точности совпадал с его ритмом. Тогда Чэн Кэ решил замедлить ход, и тот, кто шел позади, тоже замедлился. Чэн Кэ резко остановился, обернулся и встретился с насмешливым взглядом Цзян Юйдо. Около десяти секунд Чэн Кэ находился в ступоре, не имея возможности ни заговорить, ни возмутиться. — Куда идешь? — спросил Цзян Юйдо. — … Рисовать. — Вот как. Чэн Кэ заметил как от мороза покраснел кончик его носа и, сам не зная почему, вдруг почувствовал прилив возмущения, а после нотки необъяснимой трогательности. Несколько мгновений они молча смотрели друг на друга, пока Чэн Кэ не заговорил первым: — Пришел за арендной платой? — О, так, значит, ты в курсе, что задерживаешь уже неделю? — хмыкнул Цзян Юйдо. — Забываю оплатить. — Раз так, пойдем вместе, — Цзян Юйдо наклонился к нему и добавил, понизив голос: — а как закончишь, вновь напомню об оплате. Тогда Чэн Кэ в очередной раз осознал, что Цзян Юйдо — человек слова. Обещал находиться рядом и присматривать, следовать по пятам — исполняет. Хоть и пытается это скрыть. — Только не говори, что эти несколько дней тусил у моего дома. — Нет, — отмахнулся Цзян Юйдо. — Приходил пару раз, как выдавалось свободное время. «Ага, видимо, это «свободное время» у тебя двадцать четыре часа в сутки»: фыркнул про себя Чэн Кэ, но вслух сказать не посмел. — Ты ни разу так и не позвонил, и я… волновался, что из-за меня пострадал еще один человек. Чэн Кэ вздохнул. Эта фраза прозвучала странно, но он не посмел задержаться на ней надолго. — Сегодня и приглашен на мероприятие… — замялся Чэн Кэ. — Мероприятие частного характера. Впускают только по приглашениям… — Понял, подожду снаружи. Чэн Кэ посмотрел на него испытывающие, но в итоге развернулся кругом и махнул, увлекая за собой: — Идем! — Завтракал? — Цзян Юйдо поравнялся с ним. — Нет. Тогда Цзян Юйдо сунул руку в карман куртки и передал ему бумажный сверток. Чэн Кэ с удивлением развернул угощение и обнаружил внутри несколько горячих колобков из клейкого риса. — Очень вкусные, — заверил Цзян Юйдо. — Рано утром у палатки выстраивается длинная очередь. Нужно минимум полчаса простоять, чтобы их купить. — Ты полчаса стоял в очереди? — Чэн Кэ взял колобок. — Нет, конечно, — рассмеялся Цзян Юйдо. — Просто подошел, да купил. Чэн Кэ изучающе посмотрел на колобок, а потом откусил немного. Клейкий рис оказался мягким и нежным на текстуру. Внутри была начинка — пюре из бобов с мелко нарезанными сосисками. Превосходный вкус! — Ну, как? — поинтересовался Цзян Юйдо. — Вкусно, скажи? Если бы ты спустился на пять минут позже, их бы уже не было. — Верю, — кивнул Чэн Кэ. Он сам не понял, но почему-то глядя на улыбающееся лицо Цзян Юйдо, у него защипало в носу.