Я сохраню тебя

Утром Эррор закончил перезагрузку и огляделся с опаской вокруг. Как хорошо… Дом Инка, его собственная комната здесь, художник под боком и… СТОП, ОПЯТЬ?! Чернокостный с опаской зажмурился, ожидая очередной приступ боли и неприязни, а за ним волну лагов и темноту. Полежав так пару минут глюк приоткрыл глазницу и понял что всë в норме. Опустив взгляд ниже, скелет понял, что, как всегда креативная чернильница, нашёл способ его обезопасить и не касаться; Эррор был под одеялом, а Инк — рядом, на плотном куске ткани и умудрялся даже приобнимать разрушителя, утыкаясь носом ему в рëбра сбоку, а, точнее, в то самое одеяло. — И как только ты умудряешься… — чуть улыбнувшись, тихо произнёс скелет, поднося руку к скуле творца, — спишь и даже не знаешь что делаешь… Если бы проснулся, точно был бы красным как рак. Чернокостный едва сумел нежно коснуться скулы художника, как рука начала покрываться лагами в месте касания. — Да что б тебя, — зло подумал Эррор, отдергивая руку и смахивая с неё глюки, — как всегда… Забываюсь или паникую — вас нет, а как только что-то нужно, тут как тут. Инк сонно пробормотал что-то и приоткрыл глазницы, зевая и потягиваясь. Хранитель радостно глянул на скелета рядом с ним, а затем, поняв в какой позе они лежат, залился румянцем и быстро убрал шаловливые культяпки. — Ничему жизнь не учит, как я погляжу? — улыбнулся разрушитель и сел, — какими судьбами на этот раз? — Я уже и не помню, — заикаясь пискнул Инк, спешно вставая и нервно натягивая улыбку на лицо, — тебя Дрим принëс, сказал что всë окей и я отнес тебя сюда… А дальше не помню. Конечно, Инк сейчас нагло врал другу, ведь он прекрасно помнил всë: мысли о том, что утром не увидит на месте своего сожителя, что тот снова оставит его. И конечно же, художник просто не хотел упускать возможности коснуться Глюка. Во время перезагрузок хранитель иногда мог позволить себе даже обнять Эррора. Будучи бездушным он старался хоть как-то отблагодарить разрушителя, вспоминая моменты из своей жизни, когда монстры обнимали друг друга, дарили что-то друг-другу. Это единственное, что он мог сделать, да и то не решался, когда глюк был в сознании. — Ладно, раз так, то с тебя какао, — в шутку повелел чернокостный, а затем схватил уже стартующего на кухню Инка нитями, — да я же пошутил, дурень! Скелеты пережили ещë пару неловких моментов, а затем дружно отправились на кухню готовить и кушать. Как оказалось во время завтрака, Инк просто мастерски готовил блинчики, а Эррор, в свою очередь, сделал замечательный шоколадный топпинг к ним, да ещë и натырил из какого-то мира ягод. Весь день друзья провели вместе, а под вечер уселись смотреть фильм. В самый разгар действий у Глюка зазвонил телефон и он отошёл, дабы ответить, оставив Инка на несколько минут. — Что такое, Дрим? — нетерпеливо спросил скелет, — засек его? — Да, он сейчас в Восточной Части пустоты. Вернее, в том что от нее осталось. И он становится сильнее. Его аура так и хлещет силой. Нам нужно поспешить. — Сколько у нас времени? — Издеваешься?! Потом позовëшь Инка на свидание! Шевели тазовыми и что б через пять минут был здесь!!! А Инка отправь в… Не знаю! НекоТейл! Я его там встречу. Гастер на тебе. — Угомонись, чудак, и не ори. Сейчас сделаем. А заикнешься про Инка и меня ещё раз — руки выверну тебе Глюк сбросил вызов и вздохнул, чуть дрожа. Ему предстоит снова увидеть отца… Но что если ему не удастся? Вдруг он снова запрет его в какой нибудь затхлой комнатке? Нет. Он сделает все как надо, пусть это даже будет стоить ему жизни. Эррор вернулся в зал и попросил художника придти срочно в НекоТейл, сказав что там его ждет Дрим. Инк тут же подскочил, и, взяв кисть, собирался было выйти, как вдруг был пойман разрушителем в объятия и внезапно… поцелован. — Аккуратней, ладно? Я постараюсь тоже, — попросил второй и исчез. Инк ещё пару мгновений покраснел, постоял в непонимании, чуть не упал, а затем быстро открыл портал в нужный мир и шагнул в него.

***

Эррор медленно и тихо шëл по черному полу Восточной антипустоты. Тут и там торчали засохшие чернильный шипы в рост взрослого монстра, оставшиеся после битвы тринадцатилетней давности. Некоторые из них были покрыты лагами и сломаны, обвиты бирюзовыми нитями и испачканы запекшейся кровью. От всей этой картины Глюку стало нехорошо и он постоянно озирался, боясь увидеть ту самую, высокую фигуру в длинном черно-жëлтом пальто. Через несколько минут моральных пыток разрушитель дошëл до старых развалин какого-то дома и сглотнул. Здесь всë и начиналось. Стараясь не дышать, скелет призраком зашëл на порог и приоткрыл с негромким скрипом, выдающим его присутствие. Терять нечего, Эррор решительно зашëл в дом, обходя обвалившуюся балку с торчащими из неë штырями арматуры (палки такие, железные, используются в строительстве и отлично протыкают тебя если на них упасть) и пробираясь к лестнице. Вдруг со второго этажа раздались отчëтливые шаги и скрип половиц под ними. Глюк вздрогнул, но быстро взял себя в руки и остановился, ожидая ЕГО появления. Наконец ночной кошмар, ставший явью, явил себя. Перед ошибкой стоял никто иной, как его отец — Эррор Гастер. — Я уж думал что ты струсишь и не посмеешь явиться сюда, тряпка, — глючно и с каплей издëвки пророкотал скелет и призвал нити, — ты видимо не настолько труслив сейчас, как когда-то. В секунду на Эррора обрушилась мощная атака отца, сопровождаемая костями и нитями. Глюк умудрился увернуться от острых костей и оказаться за противником, сбив его с ног и уронив на арматуру, но противник был проворен и опытен, он внезапно заключил и пришёл сквозь штыри и пол, куда-то пропав. — — Я так делал когда-то… — пронеслось в памяти Эррора. В тот же миг Гастер вырос из-под земли и атаковал костями, одна из которых неплохо поцарапала переносицу младшей ошибки. Но и он не остался в долгу, через несколько минут беспрерывного сражения, ему удалось оторвать руку до предплечья у отца. — А ты не так силëн, как я думал! — победно вскричал глюк, а затем увидел как около отца появилась кнопка «Восстановить». Отсутствие руки заглючило, прогрузилось и… Конечность вернулась на законное место, — твою ж мать! Битва возобновилась с новой силой, но вот в чëм штука: как только у Гастера отнялись оз, младший глюк заметил у отца отсутствие половины души. — Чёрт! Нет, нет, нет! — кричал про себя Эррор, — с половиной души может не выйти! А пофиг! Я готов отдать свою ради него, если понадобится! Мысль о Инке придала Эррору сил, и он ринулся в атаку, подбираясь чуть ли не вплотную к отцу, схватил его, как котëнка, за плащ и швырнул в открытый портал, а затем забежал следом. Оказался старший в капсуле в лаборатории. В другой же сидел шокированный, жавшийся к закрытому разъëму-дверце капсулы. — Начинаем, быстро, — скомандовал Эррор и засучил рукава, призывая перед собой кнопку «Изменить код». Дрим, стоявший на пункте управления, послушно поднял рычаг и машина пришла в действие. Эррор же, нажал на кнопку и глазницы опустели. Он снова видел множество нулей и единиц, а от осознания того, что он рылся в коде отца, хотел стереть их напрочь. Через пару часов поиска, в реальном мире которые оказались парой-тройкой мгновений, глюк сумел разорвать связь между душой и еë владельцем, а машина уже делала своë дело: соединяла Инка с новой душой. -Эррор, что то не так! — крикнул Дрим с контролëра, — тут только пол души!!! Глюк вышел из отцовского кода и телепортировался в капсулу сам, меняя параллельно свой код. — ТЫ ЧТО ТВОРИШЬ?! ЭРРОР, НЕТ!