Я сохраню тебя

Инк лежал на кровати в своей комнате, создавая очередной набросок своего воспоминания. В последнее время у творца случались приступы головокружения и откуда-то возвращались воспоминания. Последнее, что приходило к нему, была чья-то записка с приглашением погулять. Почерк не был похож на тот, которым пишет Эррор, а содержимое записки явно несло некий романтический характер. Поэтому с нетерпением и страхом творец ждал следующего приступа. Что касается Дрима, так он валялся на диване и смотрел фильм после тяжёлого дня. Сегодня у Инка произошло два приступа: на лестнице и у плиты, поэтому солнечный попросту запер его в комнате, дабы он не причинил себе ненроком вреда. "Где же Эррор?", -спросите Вы? А он тихо пробирается к дому, стараясь не светить магией и не привлекать внимания к себе. Вот до островка с домом Инка осталось всего несколько метров, глюк подходит к стене, встаëт на оконный выступ, подпрыгивает и подтягивается на прутьях, ограждающих балкончик из комнаты радужного. Какая ловКОСТЬ! В какой-то момент, чернокостному всë же удалось забраться на балкон. Отряхнувшись, Эррор заметил Инка, лежащего спиной к нему и тихо постучал фалангой пальца в окно. Художник обернулся и, заулыбавшись, вскочил и открыл дверь. - Эррор! Я так рад видеть тебя, - творец чуть ли не с разгону обнял скелета, тихонько приветствуя его, - без тебя тут скука смертная! - Представляю, - согласился Глюк, обнимая в ответ чернильного, - как насчëт прогуляться? Внезапно дверь в комнату распахнулась и в дверном проëме появился Дрим. Тетива лука натянута, а глаза горят холодным светом. - Инк остаëтся здесь, - заявил солнечный, целясь в плечо разрушителю, - он не в форме. - Да что ты говоришь? - нагло прорычал Эррор, а затем шепнул недоумевающему радужному, - держись крепче. Внезапно взяв творца на руки, глюк упал назад, начиная лагать вместе с трофеем и проваливаясь сквозь пол подоконника на траву у дома, при этом успевая перевернуться в воздухе и встать на ноги. - Готов пробежаться? - Вау, да! - СТОЯТЬ, ПАСКУДА! Эррор подкинул себя нитями, оказываясь высоко над домом и призвал под собой бластер, повелевая тому как можно скорее убираться к Дудл Сфере. Только там Дрим не мог отследить в каком мире они скроются. Инк же лежал на руках чернокостного и тихо, искренне восхищался и таял. Неужели всë это время в том независимом и, казалось, беспощадном монстре скрывались тяга к подвигам и такое... Стоп, а о чëм он только что думал? В какой-то момент голубая стрела пронзила бластер разрушителя и он исчез, роняя с себя скелетов. Благо дело, до области набросков оставались считаные метры. Воспользовавшись этим, Эррор придал ещë большей скорости себе нитями и скрылся в золотом пространстве, виляя и не давая солнечному ни нормально прицелиться, ни заметить их среди хрупких миров. Запутывая следы ещë сильнее, глюк заскочил в какой-то мир, попутно закрывая глазницы Инка своим шарфом. Скелеты упали на мягкую траву, ну, один упал спиной в траву, а второй на грудь первого. - Ты совсем лëгкий стал, Чернильница, - заметил разрушитель, вставая вместе с радужным на руках и куда-то шагая, - побудешь немного с завязаными глазами. У меня для тебя сюр-. Договорить Эррору не удалось, так как превал его смех Инка. - Что...? - Н-ничего, ха-ха! Просто это было весело. Хранитель пытался угомонить свой порыв радости, но никак этого ему не удавалось. - Ты точно самый странный Санс из всех, - ласково сказал глюк и поцеловал свой трофей в носик, - это мне в тебе и нравится. - Ты поаккуратней, - предупредил чернильный, немного успокаиваясь, - а то я ведь и привыкнуть могу. - Думаю, - сказал чернокостнвй, усаживая художника на что-то мягкое и снимая с его глазниц шарф, - это даже будет на руку мне. В следующий миг Инку открылся потрясающий вид на звëздное небо ОутерТейла. Переливаясь из белого в голубой, огромное чëрное пространство перечерчивали миллиарды падающих звëзд. Сейчас во вселенной шëл метеоритный дождь. Да такой красивый, что не хватило бы никаких слов, что бы описать его. - Звëзды... - удалось лишь выдохнуть изумлëнному творцу, - это так... Красиво. - Я так хотел увидеть это, - случайно вслух сказал глюк, смотря вовсе не на звëзды, а на счастливую моську художника, - прекрасен. - Да... Никогда не видел такого, - согласился глупыш, не понимая о чëм говорит Эррор, в то время как второй опомнился и поднял взгляд в небо, сильно покрываясь румянцем. Скелеты несколько часов лежали, чуть дежсь мезинцами за руки друг-друга, А когда дождь закончился, глючный достал бутылку белого вина с топинамбуром (второе название - земляная груша) и налил в пару бокалов, протянув один Инку. - Свежекраденное вино из мира Найтмера, - деловито объявил разрушитель, - не желаете? - Хорошо, хорошо, - засмеялся чернильный и принял бокал, - а не боишься что близнецы за твои проделки тебе надерут таз? - Не, думаю один побоится, а второй не найдëт, - отнекнулся глюк, - у меня ДВОЯКОЕ мнение на их счëт. Скелеты немного посмеялись, а затем взялись за руки и долго болтали обо всëм, шутя и попивая вино, пока не почувсвовали появление Дрима в мире. - Ох, блин, - разочарованно произнëс Инк, - мне походу пора-! Чернильного повело назад и он завалился на гамак спиной, чуть держась за голову. - Инк?! - разрушитель тут же лëг поближе, не отпуская руки хранителя, - х-хей, что с тобой?! Всë нормально?! Хранитель провалился в своë воспоминание, которое так долго ждал. Ему было двенадцать и он шëл по тенистой аллее, усаженной розами и кипарисами, как вдруг услышал знакомый глючащий голос и ринулся к нему. - Если ещë хоть раз я увижу такое, от тебя не останется и кучки праха! - прикрикнул на кого-то поломанный голос, - так то. Инк выскочил на небольшую площадку, окружëнную колоннами и клумбой а нежно-красеыми азалиями. - Эррор? Ты ругался с кем-то? - спросил художник, а затем заметил ссадину на скуле друга, - тебя ударил кто-то?! Юный хранитель тут же подбежал, дабы залечить синяк, но его руки были нежно пойманы и убраны. - Я пропустил удар, мне с этим жить, - улыбнулся чернокостный. На вид ему было чуть больше, чем Инку в тот момент, да и был он на пол головы выше, - не трать на меня свои силы. - Но я хочу помочь! - запротестоввл радужный, - или ты скажешь с кем ты ссорился, или я тебя свяжу и залечу твой синяк! - С тем же, кто тебе записку оставил, - помолчав, ответил глючный, - всë. Я сказал, теперь давай я провожу тебя домой, здесь опасно находиться. - Это ничего не дало мне! - чуть обиделся хранитель и надул щëчки (хотя где они? Ой, да ладно)), - от кого была эта записка? Инк похлопал глазами, смотря в звëздное небо ОутерТейла. Он не был подростком, но был рядом со скелетом, от которого веяло теплом и беспокойством. - Записка...? - переспросил глюк, роясь у себя в памяти, - это тот день, когда ты на меня обиделся? - Походу да, - чуть покраснев сказал Инк, - глупо вышло как-то... Я много чего наговорил? - Сейчас только про записку, а тогда ты развернулся и молча ушëл, - пояснил Эррор, - и кстати, нас нашли. Около гамака стоял немного пристыженный Дрим и попивал вино, которым угостил его разрушитель. - Тебе не влетело? - спросил художник, чуть сильнее стискивая руку Эррора. - Не, принцесса всë поняла и успокоилась, - пошутил глюк и прямо над его головой пролетела стрела, - гляди-ка, не долго счастье длилось. - Так, вы двое, хватит уже, - неожиданно для самого себя, строго укорил обоих Инк, - как дети, честное слово! Оба укорëнных скелета глянули друг на друга, буркнули что-то вроде извинения, а затем солнечный пропал, оставив наедине двух монстров и ещë долго укоряя себя за недоверие к Эррору. Он же всë это время чувствовал его неподдельные эмоции к хранителю! Да, проскакивали, конечно, и пошлые мыслишки, но это совсем редко, а в основном только радость, тепло и чистая привязанность. Конечно, он бы не тронул свой предмет обожания не при каких условиях. Теперь-то уж точно. Глюк дал радужному время придти в себя после приступа, а затем взял его на руки и понëс к порталу. - Я ведь и сам бы мог дойти, - улыбнулся хранитель, приобнимая чернокостеого за шею, - не надоело тебе таскать меня сегодня туда-сюда? - Нет, и думаю, не устану никогда, - загадочно улыбнулся скелет, - тем более, вдруг ты снова что-то вспомнишь и упадëшь? -Так... Дрим тебе, получается рассказал? -Да. И я рад, что теперь ты вспомнишь многое. Если будут вопросы-обращайся, моя комната всегда открыта.