Только Твое имя

Уран. Последняя слеза на щеке высохла - Беатрис полностью попрощалась со своей прошлой жизнью. Беатрис полностью отошла, уступив место новой себе, Уран. Честно говоря, это имя нравилось ей намного больше. Оно... проще. Приятнее. Не такое пафосное. Можно сказать, в нем есть жизнь? Уран скидывает вниз, в воду, толстовку и любимые кеды, специально взятые из дома. Остается надеется, что этого хватит. Сколько из тел самоубийц не находят, верно? Нужно было найти в интернете какую-нибудь статистику. Девушка у обрыва крепко-крепко зажмуривается напоследок и чувствует, что все: она полностью готова. Готова идти, бежать, лететь, прятаться. Не оборачиваться. Только вперед. В лучшее будущее. Отныне только ее собственное будущее. Уран собирается уходить, с улыбкой на губах поворачивается и... улыбка замирает фарфоровой маской на лице. В лоб упирается что-то холодное и неприятное, а прямо напротив нее определенно... кто-то стоит. Черные тяжелые ботинки, черные штаны... а то, что упирается в голову... через секунду до нее доходит: это оружие. Огнестрельное оружие. На мгновение ее сердце пропускает удар. Она медленно поднимает глаза и видит... его. Нет, это не ее брат. Абсолютно точно нет. Это не Рен. Он уехал. Это не может быть Он. А значит... Уран чувствует, как страх по-тихоньку отпускает ее, однако ко лбу по-прежнему приставлено дуло пистолета, а значит, она все еще в опасности. Кто это и какого черта ему от нее надо?! И почему именно сегодня? Грабитель? Серийный убийца? Уран рассматривает мужчину целую долгую секунду. Лицо скрыто маской. Не жуткой, вопреки всем фильмам ужасов. А скорее... красивой. Элегантной. Она поделена на две части плавной линией, чем-то похожей на инь-янь. Одна половина черного цвета, другая - белого... Разве грабители носят такие? Грабитель-эстет? Но ведь грабители обычно вслух требуют денег и во все стороны размахивают пушкой, разве не так? Несмотря на все противоречия, Уран все-таки делает попытку, проглатывая, словно горькую пилюлю, весь свой страх. Она знает: страх не спасет ее жизнь. Ее новую, прекрасную жизнь! Ну уж нет. Теперь Уран никому не даст права управлять ее жизнью и больше никто, кроме нее, не смеет решать, жить ей или нет, а потому она вкладывает всю свою твердость в голос: - В рюкзаке позади вас есть деньги. Много денег. - и это правда. Каждый день, начиная с прошлого года, Уран откладывала небольшую сумму, не вызывающую подозрений. Столько бы стоила, ну, скажем, новая брендовая сумочка, поход к парикмахеру или ужин в дорогом ресторане. Словом, никому не было дела до этого. Никто бы и не подумал, для чего Уран откладывает деньги и что она вообще это делает. Однако мужчина не двигается. И совершенно ничего не говорит. Не угрожает. Сквозь прорези на маске она видит его глаза, очевидно изучающие ее, Уранию. Они темные. Странные. Кажется, будто разного оттенка. Они блестят в свете полной луны прямо позади нее. Они ведь стоят на обрыве. Обрыв... Одно его неверное резкое движение и она в самом деле попрощается с жизнью и уже не в метафорическом смысле. Но тут взгляд мужчины опускается чуть ниже, на шею и она чувствует, буквально чувствует, как его тело напрягается. Он словно замирает. А потом слегка отходит, по-прежнему держа пистолет у ее лба. Уран недоумевает, что так отпугнуло его, а потом понимает. Ну да... синяки. Она не видела смысла замазывать их сегодня косметикой, а в свете все той же злополучной луны они наверняка выглядят совсем устрашающе. Девушка нервно сглатывает. - Элиот или Рен? - голос у мужчины низкий, твердый. Грубый. Уран молчит. Это не грабитель. Стопроцентно не грабитель. Мужчина в маске знает, кто она такая. И это просто дьявольски плохо. В тысячу раз хуже, чем если бы он был простым прохожим грабителем. - Синяки. Элиот или Рен? Отвечай. - в голосе незнакомца сквозит ярость и давайте просто признаем, что это чертовски странно. Необъяснимо. Мужчина буквально рычит и только сейчас девушка по-настоящему чувствует угрозу. Успокойся. Он все равно не сможет причинить тебе такую боль, которую ты терпела годами. Успокойся, Урания. Судорожно втянув носом воздух, уже не кажущийся наслаждением, а, скорее, чем-то, отвратительно режущим глотку, девушка насильно успокаивается. Всеми возможными силами она старается игнорировать оружие, приставленное к ее лбу и сосредоточиться на разговоре: - Рен. Всего одно слово, всего одно ненавистное имя, произнесенное шепотом заставляет Уран на секунду снова очутиться в своей комнате, придавленной лицом к матрасу. Тело девочки содрогается от каждого, каждого толчка. В 15 лет она решила больше не плакать. Не всхлипывать. Не выть. Никогда, никогда не умолять о пощаде. Потому что ему это нравилось. Уран научилась просто... отключаться. Думать о чем-то совершенно ином. Так было легче. Было не так опасно. Видимо, что-то такое и промелькнуло на лице Урании в эту самую секунду, потому что мужчина с чувством ругается, а затем отходит, убирая, наконец, оружие. Уран, кажется, окончательно теряет нить происходящего. Ее тело тут же ослабевает, сбрасывая держащее ее до этого напряжение. Девушка теряет равновесие, забывая, что прямо позади находится обрыв. Мужчина грубо хватает ее за руку, однако не спешит тянуть на себя. Кажется, ее жизнь уже второй раз за последние пять минут зависит только от его действий. Отличное начало новой жизни, ничего не скажешь. - Что вам нужно? - шепот. Голос не дрожит, уже хорошо. На большее у нее просто не хватает сил. - Что ты намеревалась сделать, глупая? Прыгнуть? Из-за братца? - Уран все еще не может понять, откуда в этом голосе, определенно незнакомом ей голосе, столько злости и на что... на кого она направлена. Вряд ли на нее. Иначе она была бы уже там, внизу, мертвая. - Нет, я хотела... И тут что-то произошло... Нет. С нее хватит. Достаточно. Кто он вообще такой и какого черта себе позволяет? Уран сама тянется к мужчине, с помощью держащей ее руки восстанавливает потерянное равновесие. Теперь они стоят почти что вплотную и смотрят друг другу прямо в глаза. Он - с яростью, она - враждебно. - ...я занимаюсь своими делами. Говорите, чего вам от меня надо и уходите. После 15-ти сезонов "Мыслить как преступник", Уран точно знала, что НЕ нужно говорить преступникам, чтобы ненароком их НЕ спровоцировать и будь она в здравом уме, ударила бы себя сейчас чем-нибудь тяжеленьким. Но сейчас она НЕ в здравом уме и в стрессовых ситуациях она всегда начинает болтать чуточку больше, чем нужно. Вопреки ее опасениям, мужчина в черном не спешит прихлопнуть девушку за грубость, а лишь внимательнее вглядывается в ее лицо. Затем оглядывает обрыв и наклоняет голову в, кажется, насмешливом жесте. - И ты думаешь, в это поверят? Избавься от всей одежды до белья и вырви несколько локонов волос. Делай. - голос человека в черном источает самодовольство и Уран начинает это бесить. Она складывает руки в защитном жесте. - Мне не нужна ваша помощь. - видя, что мужчина не собирается отвечать ей, решает задать мучавший ее вопрос, уже не так уверенно: - неужели это так очевидно?... - в ответ кивок. Ну что ж... Уран не знает, кто этот человек и какие цели преследует. Не знает, что он собирается сделать с ней. Но по каким-то причинам он действительно хочет помочь ей, ибо в его указаниях в самом деле есть смысл. Незнакомец ждет. Понимая, что у нее нет особого выбора (подчиниться или же получить пулю в лоб), девушка начинает выполнять то, что ей велели. Если это попытка изнасилования, то, пожалуй, самая нелепая. Закончив со всем, Ури видит, что мужчина отвернулся, избегая смотреть на ее обнаженное тело. Ситуация действительно абсурдна до предела и короткий смешок против воли соскальзывает с ее губ. Одежда и белокурые локоны послушно летят вниз, прямо в воду. - Есть, кэп. А ты по собственному опыту знаешь, что ли? Вместо ответа мужчина резко хватает Уран за руку и, прежде, чем она успевает опомниться, делает неглубокий порез. - Ауч! - Тихо. Несколько капель крови Уран падают в след за одеждой, попутно оставляя следы на камнях. - А это умно, Мистер грабитель-маньяк. Человек в черном фыркает, а после прикладывает к ране ткань. Затем подхватывает свое оружие с земли. Кажется, он действительно помог ей только что инсценировать собственную смерть. Но в этом же нет никакого смысла. Никакой логики. Тем временем мужчина закидывает себе на плечо рюкзак Уран и тихо, но жестко говорит: - Идем. - то ли от того, что на улице в самом деле прохладно, а она стоит практически нагая, то ли от глубины голоса незнакомца, кожа девушки покрывается мурашками. - А ты немногословен, да? Наверное, ей стоило бы бояться его. Разумеется, ей стоило его бояться! И все-таки было в нем что-то, от чего хотелось верить ему, довериться. Тем не менее у Уран не было никаких сомнений в том, что незнакомец в маске убьет ее, не моргнув и глазом. А потому девушка стряхнула с себя глупые мысли о доверии и приказала себе собраться. Они идут сквозь лес, к припаркованной черной машине. "Выходит, он действительно следил за мной." Где-то на подкорке сознания Уран удивляется тому, как же бесшумно ему удалось подойти к ней и как глупа была она, раз не заметила его. Однако голос разума говорит, что это никак не изменило бы ситуацию. Возможно, сделало бы все еще хуже. Взгляд цепляется за оружие, торчащее из-за его ремня и прежде, чем Уран успевает обдумать все плюсы и минусы такого рискованного действия, тело действует без ведома хозяйки. Девушка с силой бьет мужчину между ног, а рука выхватывает пистолет. Слышится рычащее: - Твою мать! Господи, окажись заряженным, окажись заряженным... Не то, чтобы Уран умела им пользоваться... Черт возьми, она абсолютно не умела им пользоваться. Но что там надо уметь, верно? Только прицелиться и нажать на курок... прицелиться... - Кинь сюда рюкзак и можешь уходить. Спасибо тебе за помощь, но я не доверяю тебе. Уходи и останешься жив. - голос дрожит, руки дрожат, боже, Уран чувствует себя осиновым листом и даже не хочет думать о том, как жалко она сейчас выглядит. Практически голая, с кровоточащей раной, посреди леса и с пистолетом в руках. Наверное, могло быть и хуже. Мужчина не выглядит испуганным и не торопится выполнять условия Уран и ее это ужасно бесит. Он что, жить не хочет? - Послушай. Я могу тебе помочь. В самом деле помочь. Мне просто нужно, чтобы ты села в эту чертовую машину, потому что на улице ужасно холодно и скоро начнет светать. Время. - голос незнакомца звучит устало. Он делает паузу, а затем все тем же тоном продолжает: - Куда ты собираешься? Я помогу тебе с документами и ты сможешь улететь куда захочешь и начать новую жизнь. Ты думала о том, что с твоими подлинными тебя могут отследить и сдать родителям и братцу? Хреновая же будет новая жизнь. Уран... думала над этим. Правда это был вопрос из разряда "решить позже" и в другом городе. Она молча смотрела на него, обдумывая его слова. Он же начинал заметно злится и в его речи стало проявляться нетерпение. Решение было принято и остался только один вопрос: - Как я могу доверять тебе? Мужчина тяжело вздыхает, а затем... затем снимает маску. И на секунду у Уран перехватывает дыхание. Кажется, ее адекватное восприятие реальности окончательно покинуло ее там, на обрыве, потому что прямо сейчас она вглядывается в лицо незнакомца, планирующего застрелить ее несколько минут назад и понимает, что, кажется, никого красивее она прежде никогда не видела. Неужели у нее уже случился стокгольмский синдром? Ха-ха. Темные, почти черные волосы растрепаны, а глаза... глаза действительно разного цвета. Правый - серый в настойчивом свете луны, а левый - зеленый, его пересекает длинный неаккуратный шрам и доходит аж до верхней губы. Мужчина хмурится, а губы плотно сжаты. Видимо, он дает девушке время привыкнуть к его внешнему виду. Но уже через мгновение он слегка качает голой и говорит уже увереннее: - Меня зовут Уильям Эриксдоттер и то, что я говорю тебе это - действительно важно. Тебе просто придется поверить в это. Одним знанием моего имени ты можешь убить меня. - ...Уилл хмыкает, а после протягивает ей ладонь. - Можешь оставить пушку себе, если тебе так будет спокойнее. Называй меня Феникс. Сегодня я убил тебя и подстроил твое самоубийство. Значит, он в самом деле должен был убить ее сегодня. На секунду ей кажется, будто не только у нее все пошло не по плану. Будто он тоже меняет свои действия прямо на ходу. Уран обещает себе обязательно спросить у него об этом позже. Ну что ж. Феникс. Уилл. Она принимает правила его игры, осознавая, как сильно рискует и пожимает протянутую ладонь. Холод его руки встречается с ее теплом. - Меня зовут Уран. Беатрис Эстерхилл мертва. - О, и... у тебя найдется какая-нибудь одежда?