Пахнет карамелью

— Янтавае, они проснулись. Мальчики зашевелились, недовольно морщась от солнца, и открыли глаза. Их раны были обработаны, а на лбах лежали влажные полотенца. На мгновение их зрачки уменьшились от страха, но, как только дети поняли, что все в порядке, тут же успокоились. — Пахнет карамелью… — пробормотал один из мальчиков. — Что произошло? Я ничего не помню… — Я тоже. — Давайте знакомиться. — Янтавае, расплывшись в солнечной улыбке, сел перед ребятами. — Меня зовут Янтавае, ее Аршерис, а его Ранфоро. — Колейв. — Била. Кто вы такие? — Била заслонил собой Колейва, недоверчиво смотря на незнакомцев. — Мы приготовили вкуснейшую похлебку из напавшего на вас бешдиера. Мы спасли ваши жизни. — Справились с молодым бешдиером? Вы же не из нашего города. Обычные люди бешдиера убить не смогут, только солдаты. Все знают солдат в лицо, но вы мне не знакомы, — заговорил Колейв. — Да, вы правы. Мы втроем путешествуем. Но детей спасать приходится впервые. — Это была случайность, — обиженно пробормотал Била. — Еда готова, — позвала всех Аршерис. — Н-нам тоже можно? Янтавае улыбнулся. Дети неуверенно сели к путникам в круг, недоверчиво смотря на протянутые тарелки. Ранфоро спрятался между Аршерис и парнем, не решаясь притронуться к еде. Он пристально следил за каждым движением незнакомцев, не выпуская из рук рукав девушки. — Ранфо, бери тарелку, иначе все остынет, — обернулась к мальчику Аршерис. — Спасибо, я не очень хочу есть. — Ты из-за нас так себя ведешь? — усмехнулся Била. — Загородил от бешдиера, но боишься просто поесть рядом с нами? — Била! — Колейв толкнул друга. — Не говори так. Скажите, Янтавае, кто именно убил бешдиера? — Я и Аршерис. Она отлично справляется с охотой. — А Ранфоро? Я видел только его перед тем как… — Он просто прибежал первым и смог задержать животное. Не забудьте поблагодарить его. Он спас ваши жизни. Била молча встал и, вручив Колейву свою тарелку, подошел к Ранфоро. Чуть помедлив, он протянул мальчику руку, собираясь ее пожать, но Ранфоро лишь сильнее вжался в Аршерис, взглядом умоляя Янтавае о помощи. — Била прав, Ранфо довольно тяжело общаться со сверстниками, — вздохнул парень. — Эй, Ранфоро, не трусь! — Била, не желая сдаваться, нагнулся к мальчику, почти коснувшись лицом его лица. — Отойди от него. — Не церемонясь, Янтавае за воротник потянул Билу назад. От улыбки не осталось и следа. — Ранфо, вставай и бери тарелку. — Но… — Поедим неподалеку. Тебе нужно нормально питаться. — Я могу поесть позже, от пары часов ничего не изменится, — продолжал протестовать мальчик. — И что же мне с тобой, таким упертым, делать? — вздохнул Янтавае. Не долго думая, он забрал у Аршерис тарелку и здоровой рукой с легкостью поднял Ранфоро. — Только не пытайся слезть, иначе обожжешься, договорились, мышонок? У меня все еще болит рука. — Так хочешь меня накормить? — пробурчал Ранфоро. — Так не хочешь есть? — передразнил его Янтавае, вновь расплываясь в улыбке. — Пахнет вкусно… — Мальчик наконец успокоился и принюхался. — Я же говорил, что тебе понравится. Янтавае опустил мальчика на упавшее дерево и вручил ему тарелку. Ранфоро всмотрелся в ее содержимое и с интересом положил первый кусочек в рот. — Оно… чем-то похоже на твой первый завтрак. Только я не понимаю чем, — задумался мальчик. — Такое чувство, словно я ем что-то волшебное. Я так любил бабушкину еду, считал ее самой лучшей, но она теперь кажется такой обычной. Это удивительно. Спасибо большое. — Приятного аппетита, мышонок. Янтавае не сводил довольного взгляда с мальчика. Он с наслаждением наблюдал, как Ранфоро кладет кусочек за кусочком в рот, осторожно дуя на них и разглядывая со всех сторон. Вновь ему удалось добраться до рецепторов, существующих только у индарров. Еду с именно таким вкусом подавали в Хасиере. Многие великие повара пытались повторить блюда, обычные для обители индарров, но лишь избранные достигли успеха и привлекли внимание великих. Но никто не мог сказать, хорошо ли это или плохо: всенародная известность шла вместе с постоянным вниманием индарров. — Ты не хотел есть из-за ребят? — Убедившись, что мальчик почти доел, Янтавае решил продолжить разговор. — Прости. — Опустил взгляд Ранфоро. — Даже не думай извиняться. Разве ты виноват? — Мне просто очень некомфортно быть рядом с ними. Они меня пугают. Они похожи на ребят из моей деревни. — Не забывай, Ранфо, теперь у тебя есть я и Аршерис. Мы не позволим никому причинить тебе вред. Даже если это будет сам владыка, я скорее умру, чем дам ему коснуться тебя. — Не говори так, пожалуйста. Ты уже пострадал из-за меня, я не хочу, чтобы это повторилось. — Мышонок, неужели ты думаешь, что я такой слабый? — усмехнулся Янтавае. Столкнувшись с полными непонимания глазами Ранфоро, парень растрепал его волосы, заставляя мальчика съежиться. — Забыл нашу первую встречу? Я за мгновение вылечил руки, которые попали под удар твоих молний. Думаешь, какой-то перелом для меня трагедия? Я не лечу его лишь из-за Аршерис. — Правда? — Конечно, мышонок! Даже не смей думать, что ты можешь навредить мне. Если я не хочу вмешиваться в происходящее, пока уверен, что тебе ничего не угрожает, это не значит, что я не приду на помощь. Где бы ты ни был, просто позови меня. Я примчусь к тебе с любого конца мира. Клянусь тебе, Ранфоро. — Бабушка с дедушкой были бы рады узнать, что за мной присматривает такой человек. Мне хорошо с тобой, Янтавае. Парень притянул к себе Ранфоро и обнял здоровой рукой его за плечи. Мальчик, вдохнув приятный необычный аромат, которым всегда пах Янтавае, расплылся в счастливой улыбке. — Прости, что засомневался в тебе. — Нам пора идти обратно, мышонок. Скажи мне, ты наелся? Не хочешь добавки? — Янтавае поднялся и потянувшись наклонился к Ранфоро. — Не хочу, спасибо. Мальчик выдавил из себя улыбку, понимая, что просто так Янтавае не отстанет. Ему была непривычна подобная забота, и Ранфоро, хоть и с восторгом принимал ее, не мог избавиться от странного чувства, заставляющего его сомневаться. Казалось, все во мгновение исчезнет, и мальчик вновь окажется один. Неосознанно он сжал в руке кончик накидки парня, не желая отпускать его ни на метр от себя. Так они и вернулись к Аршерис и мальчикам. Ранфоро боязливо спрятался за Янтавае, не желая вновь сталкиваться с Билой взглядом: мальчик был слишком пугающим для Ранфоро. — Вы закончили? — холодно спросил парень и, получив кивок от мальчиков, довольно улыбнулся. — Вот и отлично. А теперь уходите. До своего дома доберетесь сами, раз уж ушли гулять в лес совсем одни. — Янтавае, — еле слышно прошептал Ранфоро, увидев испуг на лицах мальчиков. — Не делай так, пожалуйста. Давай их проводим? — Зачем? Они должны быть уверены в своих силах, раз ушли так далеко в лес. От бешдиера мы их спасли, сейчас их жизням ничего не угрожает. — Мы же все равно идем в город, почему бы не пойти вместе? — продолжал настаивать на своем Ранфоро. — Тебе же они не нравятся, — удивилась Аршерис. — Зачем хочешь идти вместе? — Потому что неправильно бросать их. Я бы очень напугался, если бы меня так оставили. Янтавае задумался. Он был уверен, что Ранфоро будет избегать ребят всеми силами. Но удивительная черта в характере мальчика пересилила его страх и неприязнь. Ранфоро был добрым. Это недоступное и непонятное Янтавае качество заставляло парня удивляться действиям мальчика из раза в раз. — Так и быть, — уступил парень. — Проводим их до города. — Спасибо! — Мальчик солнечно улыбнулся. — Радуйтесь. Ранфоро второй раз спасает ваши жизни. — Вздохнув, повернулся к мальчикам Янтавае. Колейв продолжал с недоверием коситься на парня, но радостный Била, стоящий рядом, заставил его отбросить сомнения. Что-то в парне не давало Колейву покоя. Казалось, есть какая-то безумно важная мелочь, которую он упускает. На мгновение промелькнула мысль, что Била это тоже заметил. Но мальчик продолжал вести себя обычно, с нескрываемым интересом рассматривая Ранфоро. Била был меньше и младше Колейва, однако его история, более тяжелая и жестокая, заставила повзрослеть Билу раньше времени. Колейв мало слышал от друга о его прошлом. Знал только, что больше месяца Била совсем один скитался по городу, думая лишь о еде и ночлеге. Встретились они случайно, когда Колейв искал в подворотнях убежавшую у соседей собаку. Мальчику понравился Била, на первый взгляд похожий на него. Колейв звал Билу играть, но новый знакомый всегда отвечал отказом и спешил уйти. Но Колейв не был бы Колейвом, если бы отступил так просто. Раз за разом он приходил к Биле, находил его в самых разных уголках города и пытался развеселить. И когда мальчик решил уступить и открылся новому другу, Колейв понял, как сильно ошибался: Била был совершенно другим. Более серьезный и внимательный, относящийся ко всему с подозрением и недоверием, но при этом жаждущий приключений. Он постоянно сомневался в своих решениях, боялся сделать что-то не так. Но с появлением Колейва, знающего, когда стоит отступить, Била стал более уверенным. Большую часть времени он делал, что желала его душа, оставляя роль носителя здравого смысла на Колейва. Однако в непредвиденных ситуациях, когда сам Колейв начинал сомневаться в правильности своих решений, Била моментально становился до неузнаваемости настороженным и подозрительным. Старший был неким переключателем для младшего, и в случае опасности срабатывал предохранитель, переключающий Билу с веселья на серьезность. — Чего ждете? — не выдержал затянувшейся паузы Янтавае. Он и Ранфоро собрали все вещи и теперь ждали указаний от задумавшихся мальчиков. — Если хотите, чтобы мы вас проводили, показывайте дорогу в ваш город. Или, может, желаете пойти с нами дальше бродить по лесам? — Н-нам туда, — вздрогнув, пробормотал Колейв. — Ты же понимаешь, что они могут потом подружиться? — еле слышно прошептала Аршерис Янтавае, утянув его в самый конец, подальше от детей. — Разе не этого ты избегал? Если у Ранфо появятся друзья, ты больше не сможешь контролировать каждый его шаг. — Я не могу отказать ему в этой просьбе. Если он хочет кому-нибудь помочь, пусть помогает. — Мне следить за ним? — За Ранфо? Ни в коем случае. Если бы он находил живых существ по их энергии, ты бы с легкостью могла наблюдать за ним, скрывая ее. Но мы уже поняли, что он может различать цвета и формы в своем мире. Это значит, как бы ты ни пыталась скрыть свое присутствие, мышонок найдет тебя. Сама понимаешь, что тогда будет. Поэтому лучше разузнай все про Билу и Колейва. А Ранфоро займусь я сам. — Значит, все в порядке? — Конечно, Аршерис. У меня все под контролем, будь уверена. — Дети пострадают? — С чего ты так решила? Я желаю Ранфо только добра, сама знаешь. — Но они не Ранфоро. А ты жестоко относишься ко всем, кроме него. — Разве тебе есть до этих мальчишек какое-то дело, наемный убийца? Неужели размякла, пока восемь лет в заточении сидела? — Если они подружатся, Ранфо будет очень больно их терять. Ты же понимаешь это? Все, что я делала для его защиты, пойдет коту под хвост. — Занимайся своей работой, Аршерис. С тем, как правильнее поступить, я разберусь сам. К тому же, Ранфоро даже еще с ними ни разу не поговорил — ты заглядываешь слишком далеко вперед. Мальчики могут просто исчезнуть сразу после того, как мы дойдем до города. Он, насколько я помню, довольно большой. — Янтавае замолчал, ожидая новых возражений, но их, на удивление, не последовало. — Мне даже интересно, Аршерис, как ты будешь жить после. — В каком смысле? — Неужели ты думала, что будешь охранять Ранфоро всю свою жизнь? Через несколько лет он сможет сам постоять за себя, и тогда твоя защита будет не нужна. Как же ты собираешься выживать после, если единственное, что ты умела, — это убивать? Твое беспокойство за окружающих ясно дает понять, что ты потеряла свою хладнокровность. А без нее в мире наемников тебе не выжить. — С голода не помру, будь уверен, — фыркнула девушка. — А ты меня… и правда отпустишь? Не убьешь и не сдашь индаррам? — Ранфоро очень расстроится, если узнает, что с тобой что-то случилось. Поэтому я не стану прибегать к радикальным мерам без особой нужды. Но если перейдешь границу, медлить не стану. — Вот как… Аршерис подняла голову к небу и расплылась в легкой, но невероятно счастливой улыбке. Огонек надежды на свободу, угасший много лет назад, вновь вспыхнул, согрев девушку своим добрым пламенем.