– Дайте мне импотенцию, пожалуйста

Пробуждение после пьянки никогда не было ни для Антона, ни для Арсения чем-то радостным. Сушит невероятно, голова болит от каждого вздоха, а стакан воды подать некому, ведь детей нет, а собутыльник лежит рядом в точно таком же состоянии, не в силах даже отвернуть голову от солнца, которое так и светило в глаза, мешая поспать ещё несколько минут, а лучше часов. А лучше дней. А ещё лучше не пить больше столько. Антон все-таки приоткрывает глаза, недовольно смотря на светящее солнце и с трудом отворачивается в другую сторону, сразу же натыкаясь на такого же недовольного Арсения, но тому явно повезло больше, ведь от яркого света его закрывал Шастун, но посмотрев, в какой неестественной позе лежит брюнет, Антон бы поспорил по поводу того, кому это ещё повезло. Но Арсению, видимо, было невероятно удобно так лежать, потому что на губах его красовалась слабая улыбка, а приоткрытые глаза смотрели ровно на Антона. — Доброе утро, — первым нарушил тишину Попов своим хриплым от сна голоса, продолжая все так же смотреть Шастуну прямо в глаза, не прекращая улыбаться. — Доброе, — так же тихо отвечает Антон, сначала смотря на Арсения в ответ, а после не выдержал и стал взглядом искать хоть какую-нибудь кружку с водой или что-нибудь поесть. Арсений смотрит на него ещё несколько секунд, но понимая, что внимания он не получит, прикрывает глаза, а через ещё пару секунд с громким кряхтением начинает вставать, желая привлечь чужое внимание то ли громкими действиями, то ли минералкой, которую он вчера заботливо спрятал в холодильник, а теперь жалеет, что не купил когда-то себе минихолодильник, чтобы по утрам так не напрягаться. — Ты куда? — спрашивает Антон, недовольно прикрыв глаза от всех этих кряхтений, но против особо ничего и не могу сказать. — За водой нам. Потом спасибо скажешь, — усмехается Арсений и, всё-таки поднявшись, медленным шагом направляется в сторону холодильника, продолжая недовольно кряхтеть по дороге, но уже тише, чем до этого. Особенно, после того, как смог услышать, как Шастун под нос себе пробубнил что-то по типу «дед кряхтящий встал». И пока Попов, как самый заботливый человек в этой квартире, ходил им за минералкой, Антон, к своему сожалению, стал вспоминать все то, что было вчера. Благо, он был ещё не готов обдумывть эту ситуацию целиком, но вот интерес помнит ли это все Арсений был, и причем не маленький. Но тот вроде слишком счастливый для человека, который запоминает пьяные поступки, что немного успокаивало. — А-а-арс, — начал он, как только брюнет появился в комнате с большой бутылкой, из-за чего Антон ужа был готов поставить ему свечку в онлайн церкви, — А ты помнишь, что было вчера? — Не-е-ет, — так же тянет Арсений, непонимающе смотря на парня, но все-таки садится рядом и протягивает тому воду, которая, оказывается, уже открыта и практически половина была выпита буквально секунд десять назад. — А, — только и смог ответить Антон, жадно начиная пить воду, но неожиданная мысль о том, что «вот он и второй ваш поцелуй» заставила его резко заржать и лишь чудом не выплюнуть всю воду на Арсения, который непонимающе на него смотрел, — Не смотри на меня так, я просто анекдот смешной вспомнил. — Расскажешь? — Потом. Возможно, — суть тише добавляет Антон и отдает Арсению уже пустую бутылку, после довольно потягиваясь и собираясь полежать ещё несколько часов, как вспоминает, что вообще-то, он сейчас не у себя дома, и это осознание заставляет его почти что резко принять сидячее положение, недовольно зашипев, держась одной рукой за голову. — А говорил я дед, — хмыкает Попов и с довольной улыбкой уматывает на кухню, пока шатен пытается понять, когда тот успел так взбодриться. С трудом поднявшись уже окончательно, он неспешно идёт на кухню, надеясь, что Арсений все-таки умотал туда, а увидя брюнета за плитой, настроение резко увеличивается, пока сам Антон удобно плюхается на стул, вновь зачем-то осматривая кухню. — Красиво? — с усмешкой спрашивает Арсений, кинув быстрый взгляд на парня, а после вновь возвращаясь к готовке, вызывая у Антона дикий интерес подойти посмотреть что же там, а ещё совсем необычное желание: посмотреть на это, параллельно обнимая Арсения со спины и, возможно, даже чмокнуть того в щеку несколько раз. Но Антон старается быстро отогнать от себя все эти мысли, начиная ещё усерднее рассматривать светлые обои и обычный деревянный узор на навесных шкафчиках, которые, как назло, висят около плиты, из-за чего взгляд то и дело перемещается на Попова, вновь возвращая Антона в его странные желания, от которых он уже не в силах бегать. Поэтому, недолго думая, парень аккуратно встаёт и тихо подходит к Арсению со спины и пусть не обнимает, но подбородок тому на плечо кладет, а взгляд свой устремляет на сковородку, в которой с тихим шипением жарятся два яйца, на каждом из которых лежит достаточно большой кусок уже подплавленного сыра. — Я ещё хоть пожарил. Вот это сверху положу. Если хочешь, могу ещё колбасу или салат дать, так вкуснее будет, — тихо говорит Арсений, повернув голову в сторону Антона и тепло ему улыбаясь. И Антон в ответ улыбается, уже собираясь отстраниться, но неожиданно чувствует совсем лёгкий поцелуй на губах, который практически сразу же исчезает, а Арсений отворачивается, явно смущённый своим действием. — Прости. Это… Если ты не хотел, я пойму. Мне просто показалось, что это… Ну, подходящий момент, чтоли? — совсем тихо и явно взволнованно проговаривает Попов, уже ожидая, как Антон просто соберёт свои вещи и уйдет, но вместо этого лишь чувствует лёгкую хватку на своей талии, которая с каждой секундой становится чуть увереннее, а после превращается уже в полноценные объятия, пока голова Антона так и останется лежать у того на плече, показывая, что тот явно не против такого развития событий. Да и Арсений совершенно не против, поэтому старается делать все максимально аккуратно, чтобы Шастун, который уже успел прикрыть глаза, никуда не ушел, в то время как на столе около плиты уже лежали две тарелки с горячими бутербродами. — То-о-ош, — все-таки тихо зовёт его голодный Арсений. — М-м-м? — так же тихо отвечает Антон, прияткрыв глаза и мягким взглядом одаривает Попова, из-за чего тот просто не может сейчас так просто отпустить Антона. Но и поцеловать тоже, поэтому лишь дует тому на нос, улыбаясь ещё ярче. — Есть пошли, — все-таки отвечает Арсений и с лёгкой грустью смотрит на то, как Шастун кивает и вновь возвращается к столу, уже дожидаясь, пока его наконец-то накормят. Все таки не один Попов тут голодный с самого утра ходит. Завтрак же прошел слишком спокойно. Они просто если, изредка кидая друг на друга взгляды, но достаточно быстро отворачивались, явно смущаясь и до сих пор не понимая, что это было. — Ну, я домой наверное пойду, — говорит Антон, унося тарелку в раковину и неловко переминаясь с ноги на ногу перед Поповым. — Даже на кофе не останешься? — с лёгкой усмешкой спрашивает Арсений и, встав, усаживает Антона обратно, показывая, что просто так тот от него не уйдет, — С молоком? С сахаром? — Да, — только и смог ответить ахуевший от этого Антон, разглядывая, как Арсений начинает шаманить над кофемашиной, а та в свою очередь издавать какие-то звуки. Попов же, как слишком уж гостеприимный человек, за это время успел принести Антону и практически полную бутылку молока, и сахарницу, чтобы тот все-таки сам свое «да» себе и сделал. — Вот, держи, — улыбается Арсений, поставив перед парнем кружку, а сам же пошел делать порцию для себя, только уже без всего. А Антон же налил себе молока, добавил сахара, устроился поудобнее и сидит улыбается, слегка прикрывая глаза из-за солнечных лучей, заставляя Арсения невольно сравнить себя с котом, который прямо сейчас должен получить свою порцию нежностей. Поэтому, сделав кофе и себе, Попов не смог отказать себе в такой радости, как быстро потрепать Шастуна по голове, а дальше честь обратно за стол, уже с такой же кошачьей улыбкой попивая кофе. И все бы было хорошо, не вспомни Антон ещё и вчерашний вечер. Мысли о том, что Арсений прекрасно помнит об их поцелуе все никак не уходили из головы, а желание разобраться в себе становилось все больше, заставляя парня пить кофе чуть быстрее, чем до этого. — Ну, а теперь я точно пойду, — говорит Антон, демонстрируя пустую кружку кофе. А у Арсения больше и не осталось каких-нибудь причин оставить Антона с собой на подольше, из-за чего он лишь кивнул и грустным взглядом проводил парня до комнаты, куда тот ушел собирать свои вещи. — До встречи, — слабо улыбается Антон и неловко лезет к Арсению обниматься, на что тот с которой радостью обнимает его в ответ, а после все-таки отпускает и, помахав рукой, закрывает за Шастуном дверь. А Антон ещё на лестнице стал размышлять о всех этих поцелуях, которые казались, произошли не так, как должны были, но, раз никто об этом не жалеет, значит все как надо. Поэтому, придя домой, парень ещё несколько часов собирал всевозможные варианты того, что будет дальше. Даже нашел квартиру в соседнем районе, если вдруг все вообще пойдет не так, как надо. Мысленно уже накатал свое сообщение раз семьсот, чтобы уж точно нигде не ошибиться. И вот, зайдя в их с Арсением диалог, он зависает над кнопкой «send message» и, тяжело вздохнув, вместо «кажется, ты мне нравишься», пишет

Антон: Может, ещё раз как-нибудь так соберёмся?)

На что в ответ получает: Арсений: С радостью, Тош)