Потерянная в темноте

Первое, что натолкнуло её на пробуждение, было чувство отвращения, которое пробежало по её венам и телу, остановилось у сердца и сильно в нем отдало. Она теряет связь, ту самую связь, что могла бы помочь ей выбраться из своего кошмара. Её сочли бы сумасшедшей, если бы она попыталась рассказать об этом после возвращения из ада. Но для этого нужно не упустить связь, сделать что-нибудь, попытаться встать. - Тебе лучше не брыкаться, маленькая стерва. Ты же не хочешь, чтобы тебе раздробили еще и левую ногу, м? Она раньше уже слышала этот голос. Слышала, когда пыталась выбраться из западни на окраине деревни. Слышала, как этот голос выводил оставшихся Пожирателей и ратовал на слабый состав отряда. Девушка попыталась снова открыть глаза. Она точно знает, что рядом есть ещё кто-то, кто сможет сделать что-нибудь, выкрикнуть, помешать этим ужасным людям сделать ей ещё больнее. У неё оставались силы только для того, чтобы с большим трудом открыть правый глаз. Гермиона попыталась рассмотреть местность. Потёмки заискрились перед глазами, маленькие светлячки и огоньки от палочек давали свет в этом скрытом от всех месте. День был пасмурным и вот-вот должен был пойти дождь. Она снова закрыла глаз, нельзя нагружать его так сильно. Левый глаз ей чем-то перебинтовали, она чувствовала слабое покалывание жесткой материи на лице. Гермиона попыталась вдохнуть, не слишком резко, не слишком сильно. Они все ещё могут привести в жизнь пару своих угроз. Вдох получился тягучим, как будто что-то не давало ей вдохнуть полной грудью. Девушка вспомнила как оказалась в нише с одним из бойцов Ордена. Он был совсем юным, чуть младше её самой. Этот паренёк не рассчитал силы своей палочки и вектор его удара пришёлся на место в нескольких метрах от них. Они ещё долго приходили в себя, пытаясь кашлять тише. И все же, пыль, смог и грязь до сих пор неподвижно сидели в её легких. Несколькими минутами позже Гермиона почувствовала, как грубая рука легла ей на загривок и стала стальными пальцами гладить его. Пальцы впивались в кожу головы и дергали волосы, вырывая несколько прядей. Это было не самое приятное чувство за день, но она может поклясться, что и не самое ужасное. - Мы выберемся из этого леса, если ты перестанешь волочь за собой эту мертвую поклажу, - голос другого был более грубым и прокуренным. Гермиона могла бы сразу определить голоса, если бы хоть немного слушала разговоры ублюдков, пока они сидели в западне. Они так сильно орали друг на друга, что половина деревни точно могла слышать каждое их слово. Идиоты. Она снова попыталась открыть правый глаз. Глаз слабо подчинился ей, открывая взор на происходящее. Гермиона точно знала, что правую ногу ей сломали, когда она пыталась вырваться из лап одного из них. За ней гнались пятеро. Двоих она успела приложить заклинаем, трое остальных собирались возвращаться обратно, когда подумали, что она упала замертво. Все было бы просто, если бы один из них не пошёл проверить. В тот момент Гермиона подумала, что смерть не придёт к ней так быстро. Один из них попытался снять с неё одежду, когда второй просто плюнул в её сторону и сказал что-то о грязи. В следующие несколько минут её пытались привести в себя, а в итоге заклинаниями сломали ей руки, покрыли колотыми ранениями ноги, живот и поясницу. Они были не глубокими. Обычное режущее, такой сильный эффект причинял ей столько боли. Несколько часов спустя, когда она уже могла спокойно открывать правый глаз, она попыталась вспомнить где же она могла получить ранение в глаз. Гермиона была так слаба, что в сознании всплывали только последние пару часов, что она провела с этими уродами. Попытки дышать увенчались успехом только после частых усилий дышать через рот. Один из них нагнулся, когда она попыталась сделать вдох и сильно сжал горло. -Если мы её оставим, она не протянет и часа. Ты видишь, что у неё с ногами? Она точно не убежит. А после того, как наступит ночь, ей точно не выжить. Мужчина стиснул в руке её грудь, потом провёл той же рукой вдоль ее тела в сторону левой ноги. Он направил туда палочку и прошептал что-то. И в тот же момент она почувствовала ужасную боль в лодыжке. Эта боль поднималась и дробила её кости. Гермиона закричала, закашлялась, снова закричала. Она попыталась поднять руки, забывая про то, что они тоже были сломаны. - Не горлань, сучка, - снова плевок в лицо. Мужчина поднялся и заметил в нескольких метрах от себя маленькое устройство. Гермиона проследив за его взглядом увидела на земле свою рацию. Маггловская рация, которую она приспособила путём некоторых заклинаний и парочки магических деталей. Он поднял рацию с земли и начал пристально рассматривать. Нажав пару кнопок, покрутив маленькую антенну на рации, мужчина злостно швырнул маленькое приспособление в сторону Гермионы. Оно отскочило от её тела и упало рядом с лицом. -Все, пошли. Нас будут ждать у границы. Если не успеем, будем всю ночь подчищать за этими богачами-сопляками. Со временем их шаги становились все тише и тише. Голоса всё дальше и дальше. Гермиона вздохнула глубоко и больно. Она заплакала от сильной боли во всем теле и панической атаки, которая появилась от возможности остаться совсем одной. Девушка попыталась заговорить. -Здесь есть кто? Кто-нибудь рядом? Может вы тоже были ранены? Не шевельнуться. Она не может поднять ни одну часть тела, не может даже просто повернуть голову. Все, что она может - это просто моргать одним глазом, смотреть на деревья, что её окружают, чувствовать приближение ночи. Гермиона подумала о своём теле. Оно могло онеметь. Сколько времени она уже провела на голой земле? Единственный вопрос, который она могла себе задать. Надо было за что-нибудь зацепиться, потянуться. Мысль о беспалочковой магии унеслась далеко за пределы разума. В таком положении она не способна на это. Гермиона не думала о своей палочке, она могла выронит её пока убегала от погони. Она могла её оставить там, где в последний раз виделась с Драко. В последний раз… Как сильно бы не изнывало тело, как сильно бы не болело её сердце, единственное что она не смогла бы забыть - это его взгляд. Гермиона запомнила его слабую улыбку, как он прижал её к себе и как поцеловал в висок. Он пожелал ей удачи и хотел, чтобы она ни на шаг не отступала от своей группы. - Гермиона, ты же помнишь, что тебе нельзя умирать, - голос Драко был так мелодичен. Тогда она могла различать его злость и ненависть ко всем кроме неё. Ненависть к этой войне, ненависть к невозможности спокойно жить вместе в какой-нибудь богом забытой деревне. Им нужны были только покой и тишина. Его голос будто витал в воздухе. Она слышала звон в ушах и уже не надеялась услышать хоть какие-то звуки, которые бы отличались друг от друга. Возможность встать уже казалась далёкой, из последних сил Гермиона старалась поднять одну ногу, потом оставляя свои попытки, возвращалась к другой ноге. - Ничего не получается, - прохрипела она сама себе. Слёзы скатывались по лицу, некоторые достигали рта. Гермиона пару раз проводила языком по губам, смачивая их слюной, пробуя на вкус ужасную смесь из крови и слез.

***

По расчетам Гермионы, она могла пролежать в этом месте более десяти часов к ряду, если считать время со всеми пытками этих ублюдков и её попыток докричаться до кого-либо. Тридцать минут она лежала под сильным ливнем. Всё это время она думала, что не хочет, чтобы кто-то нашёл её тело в болоте из грязи, которое образуется после. Гермиона бы с радостью отдала жизнь за друзей, родителей и Драко, но закончить жизнь в жиже грязи казалось просто расточительством. Гермиона много размышляла о жизни до начала войны, о непредсказуемых поворотах судьбы, возможно, о несбыточных надеждах, если война начнётся. Но в данный момент получалось думать только о несказанном счастье просто остаться в живых. Её тело медленно посылало ей сигналы, отдавало болью, в остальном, она его просто не чувствовала. Гермиона ещё несколько раз пробовала поднять голову, но удавалось только опустить взгляд на свое тело, неудобный угол обзора всего то показывал ей её правую руку, которая лежала на животе. Эта самая рука загораживала обзор на остальные части тела. Гермиона думала, что ей сломали и ноги, и руки, но чем чаще она пыталась расслабиться и снова попытаться, через боль пошевелить ими, тем чаще понимала, что одними переломами здесь не обошлось. Возможно, заклинания или темные проклятья. -Помогите, - ещё один её слабый писк в темноту. Небо после дождя стало ясным. Звёзды тускло освещали ветви густых деревьев. Был слышен только вой неизвестных животных где-то у опушки. А может это были вовсе не животные. Дождь оставил после себя прохладу, в лесу эта прохлада чувствовалась сильнее. Гермиона бы даже поежилась. Девушка закрыла глаза и стала расчитывать возможность остальных членов её отряда додуматься вернуться за ней. Они могли прочесать лес около деревни. Она не могла быть уверена в том, что её сбросили там же, неподалёку. С каждой минутой ей все больше казалось, что тело пронесли не один десяток километров. В густой темноте сбоку что-то отдало красным. Маленький лучик красного света был направлен прямо на её лицо. Периферийным зрением Гермиона смогла уловить маленькие кнопочки, которые иногда загорались красным. Это была та самая рация, которую в неё швырнули. Её рация. Внутри Гермионы что-то встрепенулось, она попыталась разглядеть правым глазом включилась ли рация. Эта рация не обладала никакими функциями обнаружения, хотя она прекрасно ловила связь даже за несколько сотен километров, совсем как мобильные телефоны, которыми пользуются её родители. Рация могла включиться, если батарейки все ещё были на месте и аппарат связи не слишком промок под дождём. Красный лучик рации горел какое-то время, сам аппарат не издавал ни звука. -Меня кто-нибудь слышит, - из рации послышался голос, женский голос. Его можно было разобрать среди помех и жуткого шума рации. Гермиона какое-то время приходила в себя от счастья, услышав что-то кроме лесного тяжелого гула. Она собрала все силы, чтобы попробовать ответить. Возможно, её услышат, кто бы ни был на другом конце рации. - Вы..вы меня слышите, - ответила Гермиона. Она удивилась своему голосу. Связки стянуло от крика, она умирала от жажды. Сейчас голос Гермионы был похож на голос того урода, что ранее пинал её. Снова тишина. Рация подавала признаки жизни, но голоса она уже не слышала. Девушка снова попыталась что-то выкрикнуть, попыталась посмотреть глазом на рацию. Красный огонёк всё ещё горел. - Меня слышно? Кто-нибудь ответьте, - голос девушки на другой стороне снова привлёк внимание Гермионы. Голос девушки искажали помехи, но Гермиона уже слышала этот голос, она его знала. - Тебя слышно… тебя слышно. Лаванда? - Гермиона попыталась определить голос девушки. Создавалось впечатление, что она там не одна, сразу можно было услышать множество голосов. Один за другим они сменяли друг друга. -Мерлин! Гермиона, это ты? - Теперь Гермиона могла точно сказать, что это был голос Лаванды. Её звонкий смех прошёлся по ближайшему периметру леса. Гермиона не могла больше ничего сказать, пока точно не будет уверена в личности по ту сторону рации. Она решила ждать, когда Лаванда попытается сказать ещё что-нибудь. Рация загорелась зелёным, что означало, что Лаванда снова пытается что-то сказать. Но девушка слышала только переговоры нескольких человек. Гермиона решила прислушаться и попытаться разобрать чьи голоса она слышит. -Это точно она, - снова женский голос, только на это раз это была не Лаванда. - Позовите кого-нибудь, кто разбирается в этой штуке, видимо нас не слышно. Гермиона разобрала отрывки голоса Джинни, рядом кто-то сильно пытался вырвать рацию из рук самой Джинни, потому что она слышала как младшая Уизли пытается кричать на человека рядом. -Не трогайте, Годрика ради! Эта штука может сломаться, вы потом сможете её починить? - Грейнджер слышала как Джинни кричит на всех. Помехи были очень сильными, но голоса теперь можно было различать. Гермиона расплакалась. Она никогда в жизни не была так рада тому, что кто-то там наверху её правда слышал. Девушка надеялась на тихую смерть в этом лесу, но теперь она уверена в том, что может побороться за свою жизнь. Грейнджер ещё раз прохрипела имена, ещё раз попыталась сказать, что ей нужна помощь. Может быть они её услышат. На другом конце рации снова раздался голос Джинни, она разговаривала с кем-то. -…ты знаешь, что надо вызвать. Если мы не найдём её сейчас, она может умереть там, - голос Джинни теперь казался тихим и тревожным. Может быть они уже разузнали о её положении и о том, где она могла находиться. - Я его вызову. Дай мне рацию, я попытаюсь наладить связь, попробую что-нибудь выяснить, - это был Гарри. Его голос был настолько напряженным, что Гермиона даже в темном лесу, среди такого ужаса, могла представить его выражение лица. Она знала, Гарри её не бросит. -Гермиона, ты меня слышишь, - снова Гарри. Голос был уже спокойнее нежели, когда он говорил с Джинни. -Да, Гарри, слышу. Я тут… я в лесу, Гарри, - Гермиона несколько раз моргнула правым глазом, чтобы попытаться избавиться от слез. Она чувствовала, как все внутри неё трясётся. Как кровь по венам начинала разгоняться и заставляла сердце работать с двойной силой. Девушка была рада почувствовать что-то ещё кроме постоянной паники. -Боже, Гермиона, мы найдём тебя…мы..где ты? Ты можешь описать где ты находишься? Гермиона не стала теперь времени, батарейка в любой момент могла дать о себе знать. -Я в лесу. Не знаю как далеко от деревни, в которой проходила последняя операция. Возможно меня перенесли, но я этого не помню. Я только… я только уверена, что не могу пошевелиться, Гарри, - её голос срывался на каждом слове. Она боялась, что Гарри в какой-то момент мог отключиться, могло случиться всё что угодно. Гермиона ещё раз позвала друга. Он откликнулся сразу же, уверяя её, что слышал все прекрасно. - Мы искали тебя, Гермиона. Мы обыскали всю деревню и лес рядом. Мы могли упустить что-то, но потом туда вернулся Малфой. Он там уже больше пяти часов, второй раз обходит лес. Драко. Гермиона попыталась успокоиться. Она знала, что он так просто всё не оставит. С ней могли сделать что угодно, она могла остаться тут, но Драко бы все равно её нашёл. Девушка вздохнула, свет переполнял все внутри неё. Свет становился все более осязаемым. Когда Гермиона отчаявшись, махнула на свою жизнь рукой, её друзья и парень пытались найти её. Гермиона не могла чувствовать себя ещё лучше в этот момент. - Гермиона, - снова раздался голос Гарри. - Гермиона, мы вызвали Малфоя. Он будет здесь через минуту, ему должны передать потрключ. Ты только не отключайся, ладно? Говори с нами, ты должна говорить всё что видишь. Любую вещь, любые знаки… Что она могла им рассказать. Что она видит вокруг. Всего лишь деревья, много деревьев. Большие стволы сосен, несколько дубов вокруг. Впереди виднелся маленький холм. Этот холм больше напоминал маленькую горку из листьев, чем на холм. Это были единственные отличительные признаки, которыми она могла поделиться. Вдруг послышался сильный шум, рация стала издавать звуки похожие на визжание банши. Она закрыла здоровый глаз, попыталась перебороть в себе желание раскрошить зубы друг о друга. Через несколько ужасных секунд рева рация вновь заработала. Гермиона наконец-то услышала такой любимый голос. -Гермиона.. я боялся, что уже не успею. Я .. Гермиона, ты должна мне сказать что-нибудь. Я должен убедиться, что это точно ты. Драко так быстро говорил, что Гермиона могла только слушать и ждать, когда он скажет всё, что хочет. Девушка попыталась сдержать слезы, но в последний момент, когда она знала, что на той стороне ждут её ответа, она расплакалась, как маленькая девочка, которая очень хотела домой. - Да, я .. Драко, боже, я тут. Я знаю, я только знаю, что жива, Драко. Но это я, это я Драко. Ты меня слышишь? - тихий всхлип каждый раз вырывался из её груди. Можно было представить себе, что все кто сейчас её слушают, прекрасно знают, что Грейнджер держится из последних сил. Драко молчал, он сможет пожалеть Гермиону после того, как найдёт её. Она это знает, сейчас он будет давать ей указания, будет держать с ней связь и приложит все силы, чтобы найти то, что от неё осталось. Поэтому после того, как она сказала о том, что жива он снова принялся говорить быстро и четко, чтобы она легко могла разобрать его слова. -Мне сказали, что ты не можешь пошевелиться. Как ты можешь разговаривать по рации? Она рядом с тобой? Её глаз снова метнулся к красной точке. -Я думаю, что кнопка передачи заела. Может поэтому я могу все слышать и я... Мне не нужно нажимать ничего. Я не знаю. Она оказалась около меня, ох... - Гермиона снова вспомнила, как в неё швырнули рацию. - Так вышло, - им не обязательно знать всей истории. Она может напугать их ещё сильнее. Потом Гермиона не сможет простить себе этого. Дальше было столько слов, сколько она не слышала за последний год. Были слезы Джинни, когда Драко передавал рацию. Он записывал все что слышал от Гермионы. Пытался составить карту, пока Джинни пыталась узнать хоть что-то о её состоянии. Оказалось, что в комнате собралось около двадцати человек. Все, кто находясь в штабе на данный момент. Гарри пытался отвлечь, рассказывая о людях, которые слушают прямую трансляцию из леса. Выход они запланировали через десять минут, когда будут уверены в данных по ближайшей местности около деревни. -Мы вернёмся за тобой, Гермиона, - это были последние слова Джинни, когда она передала рацию Драко. Драко вернулся к ней через секунды, когда убедил девушку, что находится в другой комнате, совсем один. -Милая? - голос Драко стал на тон ниже. Гермиона тут же почувствовала эту перемену. Он снял все маски, оставаясь с ней наедине, показывая свои чувства. Такого Драко могла слышать только она. При всех он мог казаться грозным, эгоистичным, взволнованным, как минутами ранее, но никогда таким, каким он был только с ней. -Гермиона..милая, я знаю, ты сейчас чертовски напугана, как и я. Я знаю, что ты сейчас там совершенно одна и ты так стойко боролась все это время. Я..я знаю, что мои слова могут и не значить ничего в такой ситуации, но я уверен, что ты выберешься. Я тебя найду. Ох, Салазар, я тебя найду и.. Гермиона, ты больше никуда не уйдёшь. Ты понимаешь, что ты сделала со мной? Ты сделала мне больно уже сотни раз, когда оставляла меня одного, когда убеждала меня, то с тобой всё будет хорошо. Она слышала, как он пытается сдерживаться. Сейчас не время им обоим впадать в такое состояние, откуда мало кто выбирается. Гермиона сдавлено прохрипела. Воздух в лесу становился холоднее. Она лежала в грязи и чувствовала как мокрая одежда плотнее прижимала её тело к земле. Повязка на лице уже высохла, но Гермиона все ещё не знала, может ли она видеть. Драко устало выдохнул в рацию. Он понимал, что Гермиона может получить переохлаждение и с её состоянием нельзя медлить. Он ещё раз проверил наличие данных и со второго раза ему доложили, что в ближайшем лесу Гермионы точно нет. - Ты меня слышишь? Мы выходим, я найду тебя, не оставлю. Я забираю рацию с собой и всегда буду на связи. Со мной будет Уизли, кто-то из них. Могу сказать, что твоего дружка не пустили. Он совсем не держит себя в руках. Грейнджер уже слышала этот тон, так Драко говорил, когда немного, а иногда много, ревновал. Парень прекрасно знал какие у неё отношения с друзьями, но постоянно пытаться скрыть свои чувства у него не получалось. -Хорошо, Драко. Мне нужно ещё что-нибудь знать? - Может быть, ситуация выходила из под контроля, а она об этом не знает. Ей не скажут об этом, но Гермиона хотя бы попробует разузнать. Драко шикнул на неё, убедил, что они скоро её найдут и направился к месту аппарации со своим отрядом. Девушка снова осмотрелась вокруг. Ничего не изменилось, кроме огромного месяца, что появился у крон деревьев. Девушка лежала с широко раскрытыми ногами, одна рука была свободна и лежала параллельно ноге, другая всё ещё покоилась на животе, голова была запрокинута в ожидании следующего удара. Гермиона лежала в такой позе уже больше пятнадцати часов и боялась, что в конечном итоге ноги у неё останутся в таком положении до конца жизни. Джинни говорила с ней последние несколько минут пока Драко отдавал команды своему поисковому отряду. Все рассредоточились по периметру леса, который находился в нескольких милях от главной границы. Они могли точно пойти по следу и найти её, а могли попасться на уловки местности и снова ни к чему не прийти. -Драко, ты идёшь? - ей срочно понадобилось услышать, что он не потерял с ней связь, что Драко находится в пути и не теряет веры. -Я иду, Гермиона. Мне... - Он выдохнул и перепрыгнул через что-то. - Мне надо только понять, где тебя искать, ты не отображаешься, если я пытаюсь применить поисковые заклинания. Опять прыжок. -Ты должна нам довериться. Я и Уизли будем искать тебя всю ночь, если понадобиться, я останусь и буду продолжать поиски. Она не промолчала, но на разговоры у неё не оставалось сил. Гермиона постарались не закрывать глаза. Нет, ей нельзя сейчас засыпать, она должна продержаться. Дрёма накатывала волнами, она устала. Гермиона всё хорошо слышала, она была уверена, что батарея не сядет ещё несколько часов, если не больше. Ей можно вздремнуть. Драко продолжал говорить, он останавливался только, когда замечал что-то странное, но потом снова пытался разговорить девушку. В какой-то момент Гермиона закрыла глаза и почувствовала как холодный воздух покрывает все её тело, она закашлялась и снова уснула. Не было сил просто поднять веко, открыть рот или заставить свой язык двигаться. Когда Гермиона снова открыла глаза, она сразу же обратила взор здорового глаза на маленький аппарат. Красная кнопка больше не горела и Гермиона издала истошный крик. Как она могла заснуть. Как она могла. Как… Она потеряла связь, она потеряла единственную возможность спастись. Смерть казалась теперь не такой уж плохой идеей. Гермиона пошла на поводу у своего состояния. Она кричала что есть мочи. Слезы застыли не щеке. Девушка стала считать до ста. Попыталась вдохнуть и ещё раз и ещё. Ничего не помогало. Гермиона потеряла Драко. Потеряла того, кого любила и сейчас не могла просто так отдалиться от него, отдав себя в руки смерти. В нескольких метрах от неё послышался шум. Глаз девушки дернулся в сторону звука. Дышать стало тяжело, она старалась не дышать, даже не глотать несуществующую слюну. Звук стал ближе, зашуршали листья и Гермиону накрыла истерика. Она не видела ничего вокруг. Всё также светил месяц, деревья гнулись от холодного ветра, стояла ночь. Ночь, которая принесла ей столько страданий. И сейчас она привела ещё и неизвестного зверя к её телу. Гермиона закричала ещё сильнее. Внутри её тела стала нарастать пульсация. Истерика, истерика. Она не может пошевелить даже пальцем. Что ей делать, как ей быть? Дышать было уже тяжело, грудная клетка поднималась и содрогалась в конвульсиях. Она потеряла нить, связывающую её с миром. Гермиона так испугалась своих страхов, которые жили в темноте, что не могла дышать как следует и просто задыхалась от своих криков. В один момент её тело пробило такое сотрясение, что от руки, которая находилась на животе стало появляться слабое голубое свечение. Оно было настолько маленьким, что Грейнджер даже не успела его рассмотреть. Оно взлетело вверх и понеслось в неизвестном направлении. Гермиона не могла успокоиться какое-то время. Это животное или что-то иное уже давно испортилось, если оно там и правда было. А Гермиона не могла унять своей дрожи и успокоилась только, когда поняла, что снова одна. Гермиона уснула и уже не старалась справиться с болью. Что она могла представить перед смертью? Скорее всего это будут последние годы в школе, Гарри, Рон. Она вспоминала Драко, свою любовь и привязанность. Возможно, она сможет отыскать его в следующей жизни. И они снова будут вместе. Голос Драко сопровождал её в путь, где она уже не чувствовала боли. Она слышала завывание ветра и тихий голос у правого уха, которой нашептывал так сладко: -Милая, я здесь. Я рядом. Ты со мной и мы всегда будем вместе. В полном бреду Гермиона открыла глаза и увидела, что находится над землей, в объятьях самого любимого человека. Теперь она была спокойна, теперь она была дома.