Корица и бергамот

Когда взлохмаченная Гермиона появляется на пороге, Луна лишь спокойно улыбается, ведет ее в кухню и наливает ароматного чаю. Кажется, что она совершенно не удивлена неожиданной визитерше. А Гермиона уже сама не понимает, что делает здесь. Как так неожиданно получается, что, когда тебе плохо, и пойти-то не к кому. Джинни и Гарри слишком увлечены карьерой и детьми, бывшие одноклассницы так и остались бывшими одноклассницами, а Рон… Что Рон. Из-за него она и идет сюда. Сейчас она сидит на стуле, подобрав под себя ноги, и пьет обжигающий чай. - Мята и бергамот, то, что тебе сейчас нужно, – меланхолично замечает Луна, едва заметно покачиваясь на стуле, отчего ее сережки мелодично звякают. Когда она допивает первую чашку, хозяйка наливает ей следующую и, наконец, интересуется, - Что у тебя случилось, Гермиона? И ее будто прорывает. Она рассказывает про проблемы на работе, как ей сложно и тяжело, и никто не верит, что она сможет чего-то добиться, и то, что Рона почти никогда нет дома, и она не знает, правда ли он все время на работе или нет, потому что Гарри возвращается намного раньше. Рассказывает даже про то, что уже давно не может забеременеть и, кажется, Рона это сильно расстраивает… - Мне тяжело так… - наконец, заканчивает она и совсем по-детски хлюпает носом. Луна мягко обнимает ее, Гермиона послушно ревет ей в плечо, а она поглаживает подругу по непослушным каштановым локонам. Гермиона вслушивается в мерный стук сердца Луны и постепенно успокаивается. Она думает и пытается понять, когда жизнь ее перестала соответствовать ее планам. - А как у тебя дела с мужем? – неожиданно спрашивает она у хозяйки уютной квартиры. - Мы развелись полгода назад, - все так же спокойно отвечает она, отстраняясь. И Гермиона начинает злиться. Да как она может быть такой спокойной! Их жизни, их судьбы… Все идет под откос, а она, кажется, не придает этому никакого значения. И чтобы как-то вывести ее из этого вечного спокойствия, Гермиона делает то, что никогда раньше не пришло бы ей в голову. Она тянется вперед и, цепляясь пальцами за хрупкие плечи, целует ее нежные, податливые губы, пахнущие мятой. И светловолосая девушка все так же мягко и неспешно отвечает, что лишь больше раззадоривает Гермиону. Она рвет пуговицы на одежде, буквально тащит ее к дивану, но спокойствие девушки отказывает ей лишь раз – когда она выгибается и стонет под ее губами-руками. А потом они тихо спят, обнявшись. Наутро Луна варит ей кофе, не менее ароматный, чем чай, с корицей и шоколадом. - А я первый раз мужу изменила, - сообщает Гермиона, делая несколько глотков. Луна кивает, с чем-то соглашаясь. - И первый раз была с женщиной, - задумчиво добавляет гриффиндорка. Луна чуть улыбается краешком губ: - Второе волнует тебя намного меньше, не так ли? Гермиона прислушивается к себе и понимает, что и первое уже теряет свою актуальность. Ведь Рон так и не поинтересовался, где она была в эту ночь. Она понимает, что, если бы хотела, то давно узнала бы все про то, где он пропадает, но ей легче было закрывать глаза. Ей не хочется уходить, и она с сожалением поглядывает на часы. - Мне нужно идти, - говорит она со вздохом и поднимается. - Ты можешь вернуться, - кивает ей в ответ Луна, - если будет нужно. Гермиона выходит из маленькой квартиры, думая о том, что будет нужно, и составляя в голове список документов для развода.