Моё слепое счастье

Сидя на лавочке, под теплыми лучами летнего солнца, с закрытыми глазами, я раз за разом вспоминаю тот ужасный день... "Мне десять, я счастливый ребенок, который не знает что такое печаль и грусть. У меня счастливые родители, любимый старший брат, который правда в последнее время занят больше своими друзьями и вечеринками, но обожающий свою младшую сестренку. Сегодня мы возвращаемся от друзей папы по работе. На улице сыро, идет дождь. Но настроение у всех отличное, так как мы дружно напеваем какую-то песню играющую по радио. Яркий свет... Резкая боль... Тьма... В сознание я пришла глубокой ночью (как мне тогда показалось), вокруг кромешная тьма, и ни чего что могло бы хоть немного осветить эту комнату. Я сильно напугалась, так как всегда боялась темноты, а точнее то, что может в ней скрываться. Дома я всегда спала с включенным ночником. Я резко села и начала осматриваться вокруг. Вздрогнула от ощущения чьих-то рук на своих плечах. — Тише малыш, это я. — услышала я родной голос брата над своей головой. — Тём, включи свет, мне страшно. — начала я хныкать обнимая того. — Эль, но тут и так светло... — удивленно проговорил брат." В тот день Артём рассказал мне что когда мы возвращались домой, на встречную полосу выехала другая машина, водитель которой заснул за рулем. Мапа и папа в реанимации, их состояние очень тяжелое, так как весь основной удар пришелся на них. Я же отделалась всего переломом ноги и сотрясением, ну по крайней мере изначально так считали врачи. Но после моего пробуждения выяснилось что у меня поврежден зрительный нерв от удара головой, в следствии чего я погрузилась в полную тьму. Для десятилетней меня это было слишком сложно понять и принять всю ситуацию. Почему мама с папой не поправляются? Почему Тёма всегда грустный? И как я могу не видеть? Для ребенка, который слишком сильно любил все краски жизни, мне было слишком сложно и страшно привыкать к темноте. Я проводила практически все свое время плача, успокаивалась только когда приходил Тёма. Два месяца я провела в больнице с гипсом, а когда его сняли брат забрал меня домой, где я, можно сказать, заново училась жить. А через еще неделю не стало родителей... Последующий месяц для меня стал размывчатым пятном в памяти. Похороны. Прощальные речи. Соболезнования знакомых. Все сливалось в большую черную кляксу. Я еще не успела свыкнуться к жизни в темноте, как уже эта темнота забрала моих любимых родителей... Когда я более менее начала приходить в себя, я старалась не доставлять проблем Тёме своими истериками и слезами, так как понимала как ему тяжело. Он ведь так же переживал потерю родителей, и плюсом ко всему меня хотели забрать органы опеки. Но Тёме на тот момент было уже двадцать лет, он бросил университет и начал работать, что бы обеспечивать меня и себя, так как больше родственников кроме нас двоих у нас не было. Он смог оформить опеку надо мною, и нам не пришлось расставаться. Так как он работал на двух, а бывало и на трех работах, постоянно беря дополнительные смены, у него совсем не оставалось времени на меня, а я со своей слепотой требовала такого же присмотра как годовалые дети, нам на помощь приходили друзья и бывшие колеги родителей. Они поочередно присматривали за мною, помогали учиться жить. Одна мамина подруга купила для меня специальную литературу и помогала мне изучать шрифт Брайля, при помощи которого в последствии я смогла проводить свое свободное время за чтением. Папин начальник помог найти в соседнем городе специальное учебное заведение, с возможностью проживания там, но Тёма не смог меня отпустить, и поэтому этот же начальник помог с поиском специального педагога, таким образом я начала обучение на дому. Так и проходили дни, которые складывались в недели, те в месяца, и вот я уже десять лет живу в своем темном мире. Брат несмотря на неоконченное высшее смог добиться успеха непосильным и упорным трудом, теперь он заместитель руководителя в одной строительной фирме, где начинал работу обычным рабочим, и теперь мог больше времени проводить со мною, но мне уже не требовалась такая опека. Поэтому я начала уговаривать его начать строить свою личную жизнь, тридцать как никак, а до сих пор холост. Пару лет назад мы переехали загород, так как Тёма переживал за меня, огромный город, шум, много машин, и куча невменяемых водителей купивших свои права, а так же кучи отморозков, все это по его словам могло причинить слепой девушке много опасности. Я конечно это понимала, но и не хотела что бы из-за меня он отказывался от перспектив в большом мегаполисе, но все же он просто купил нам дом, на который копил пять лет и мы переехали. И опять же пришлось привыкать к новой обстановке в нашем новом доме. С чем я быстро справилась. Так как я не могу зрительно различать вещи или людей, я начала больше прислушиваться к другим чувствам. Например слух. Я могу по стуку обуви узнать брата еще метров за десять до того как он ко мне подойдет. По запаху так же можно многое узнать. Руками можно очертить предмет и представить какой он на вид. Только так я сейчас и живу. Хотя жизнью назвать это можно только в натяжку, больше как существование, не более. Иногда ко мне приходит соседка, баба Люба, с ней мы пьем чай в нашем небольшом саду, за которым она помогает мне присматривать, ну точнее она выполняет все работы, а я просто сижу на лавке и слушаю ее рассказы о каких-нибудь цветах или кустах. Иногда она помогает мне прогуливаться по улицам, или доходить до берега речки, которая не так далеко протекает от нашего поселка. Я давно перестала обращать внимание на окружающий меня шепот, по началу было обидно до слез за эти разговоры по поводу специальной трости, за смех детей по этому поводу, но со временем стало все равно. А пол года назад брат купил мне специального пса-поводыря. Стало не так одиноко проводить дни. Арчи, а так звали этого золотистого лабрадора, стал мне и другом и глазами, и личной подушкой для слез. Ему я могла высказать все что накипело внутри, он хороший слушатель. С ним я смогла одна покинуть уже ставший мне родной двор, и гулять днями напролет. Как и любая девочка, в детстве я мечтала о красивом принце, который полюбит меня а я его, но со временем детские мечты имеют привычку разрушаться. Я, по словам брата, красивая, но кому нужна девушка с дефектом? Вот и я о том же. В основном эти мысли в последнее время чаще всего посещают меня. Хочется тепла, объятий и возможно чего-то большего, но... Вот и сегодня, на улице по теплому светит солнце, что я понимаю по тому как припекает кожу, не скрытую летним сарафаном, я подставляю лицо с закрытыми глазами этому теплу. В ногах мирно спит Арчи, но подскакивает с негромким рыком, после чего я отчетливо слышу за своей спиной шаги. Это не Тёма. Кто-то чужой. — Извините, а Артём Владимирович дома? — доносится до меня вопрос приятным голосом скорее всего молодого парня.

"Никита"

Ну и где носит этого Артёма? Ищу его уже пол дня, и зачем ему только нужен телефон? Если он не берет трубку. На рабочем месте его нет, а мне край как надо что бы он подписал договор, поэтому узнав его адрес я отправился к нему домой, надеюсь там его застать. Я два часа добирался сюда, и если его здесь не обнаружу то точно потом прибью. И зачем он перебрался в эту глушь? Но и хрен с ним, у богачей видимо свои причуды, не мое дело. Хотя за три года дружбы мог бы хоть что-нибудь мне рассказать о себе. Но да ладно, не лезу так сказать в душу. Итак, калитка открыта, после пару минут ожидания под дверью, мне ни кто так и не открыл, и я решил проверить задний двор, вдруг там говнюк отдыхает. Еще из-за угла заметил в небольшом саду девушку, что сидела ко мне спиною, только потом собаку, которая встала в стойку готовой кинуться. Это ни есть хорошо. — Извините, а Артём Владимирович дома? — подал я голос. — Нет, он на работе. — ответила мне девушка приятным голосом не повернувшись. — Его там нет, и я не могу ему дозвониться. Может вы скажете где он может еще быть? — спросил я, немного успокоившись заметив что пес на поводке. — Сейчас я ему позвоню, подождите минуту. — ответила мне она доставая кнопочный телефон. Что? Кнопочный? — Тём, а ты где? — спросила она, конечно, ей он ответил, — А кто вы? — Никита Соколов. — ответил я той, ведь явно вопрос был уже адресован мне. — Никита Соколов. — повторила она за мною, — Да, хорошо. — проговорив это она положила обратно телефон в карман. — Он скоро подъедет, можете его подождать. — проговорив это она немного отодвинулась на край лавки, повернувшись ко мне в пол оборота, что показало мне немного ее лицо. А она красива. Дождавшись пока она еще и пса сдвинет к себе ближе я присел на другой конец скамейки. Она смотрела вперед, но как будто в никуда, и я без угрызения совести рассматривал ее. Тёмыч никогда не рассказывал что живет с кем-то, вот гад, прятал такую красоту, видимо не хотел приревновать. Она очень красива, повторюсь, прямые волосы песочного цвета, бледно-серые глаза, пухлые губки, отличная фигурка. — Артём не рассказывал что живет с такою красотой. — не выдержав, проговорил я это вслух, после чего ее щечки слегка порозовели, мммм... еще видимо и скромную себе гад отхватил. — Спасибо. — тихо проговорила она опустив взгляд на свои руки, лежащие на коленях, — Но не стоило. — Не смог ни чего с собою поделать, но тебе Артём и так наверняка это по сто раз на дню говорит. А после наступила тишина. Я не стал подкатывать к девушке своего друга, не правильно это было бы (хоть и хотелось), а она просто молчала, все так же смотря безразличным взглядом куда-то вдаль. — Ник, прости я совсем забыл о тебе. — прервал нашу тишину подошедший Артём, — Идем в мой кабинет, там все обсудим. — проговорил он целуя девушку в щеку, добавил, — Малыш я скоро. — Красивая она у тебя. — сказал я уже когда мы были в его небольшом кабинете. — И как ты скрывал такую красотку ото всех? Или новая? — Не нарывайся. — сверкнул грозным взглядом на меня тот. — Не не не, не подумай ничего плохого. Я надкушенное яблоко из твоего рта забирать не собираюсь. — подняв руки вверх как бы сдаваясь сказал я. — В смысле? — непонимающе посмотрел он на меня. — Фу! Фу! Фу! — засмеялся он, — Эля не моя девушка. Она моя сестра. — пояснил он мне на мой вопросительный взгляд. — Так это же замечательно! — обрадовался я. — И ты кстати не говорил что у тебя есть сестра. — Нет! — возразил он. — Даже не думай. — Но что ты сможешь сделать если я ей понравлюсь? — изогнув бровь вопросительно посмотрел я на Тёму. — На такого красавчика только слепая не посмотрит. — Поверь мне, ей это не так уж и интересно. — как-то грустно проговорил тот. — Ладно, об этом позже поговорим еще. А сейчас собственно то за чем я тебя искал, вот тут в договоре мне вот что непонятно...