Метеоритный дождь

— Всё кончено — тихо проговорила девушка рядом.              Я невольно повернулась, чтобы посмотреть на эту «хомо сапиенс», которая озвучила мысль, которую и так всё вертело на языке. Ты что, реально отбитая? У нас тут апокалипсис на носу, огромный мать-его-метеоритный дождь летит прямо на нас, и наверняка сотрёт большую часть человечества. А мы тут в лесу гуляем. Ещё и очевидное озвучиваешь. Тьфу на тебя. — Мира. А ты?       Мира? Мира типо хочет? Ишь, расхотюнькалась! — Я Мира. Тебя как величают? — усмешка. — На кой ляд тебе знакомиться? Скоро всё в руинах будет, а ты об именах печешься. Астероиды, вон, не здороваются. — Хотела бы прожить последний момент хотя бы дружелюбно. — Вера — чувствуя, что мне не отвязаться, произнесла я.       Она ничего не ответила. Лишь села, порылась в своём рюкзаке и достала чаёк в бутылке. И пачку печенек. Послышалось шуршание вскрываемой пачки, и я, голодная, чуть не подавилась слюной. Моя собеседница не обратила на меня никакого внимания. — Хочешь печеньку? — видимо, кое-кто вспомнил о вежливости.       Я помотала головой — ещё чего, брать еду у незнакомого человека, да и ещё странно при этом себя ведущего! Но, сколько бы не говорили, что через желудок — путь к сердцу мужчины, на самом деле он ведёт к женской душе. Мира медленно хрустела печеньками, распуская дивный аромат выпечки. Я ну просто не могла устоять. — Сдаюсь. Одну печеньку, пожалуйста.       Мира победно ухмыльнулась и протянула целую пачку. Мол, она не голодна, да и всегда мечтала заняться благотворительностью. К своему удивлению, я посмеялась. Даже начала испытывать что-то вроде симпатии. Стало немного неловко за грубость в её адрес — Мира человек неплохой, а я на эмоциях... — Прости.       Она долго спрашивала меня, почему я извиняюсь, ведь ничего такого не произошло. Но потом до Миры дошло, и она с улыбкой сказала, что мне не о чем беспокоиться — всякое в жизни бывает. И почему-то мне стало очень тепло, приятно и комфортно, будто ей можно было рассказать всё на свете. Всё равно она не успеет выболтать.       Мы сидели довольно долгое время. Постепенно границы таяли. Мы пили остывший чаёк и говорили ни о чём и в то же время обо всём. О закатах, листьях, парнях. О том, кто мы. О нашей жизни.       Нет, мы не нашли ничего общего. Но зато нам было интересно слушать друг друга. Ветер шелестел, сгущалась ночь, а мы будто не замечали. Чай заканчивался... У меня в сумке оказалась Кола — извечная спасительница. Мы продолжали сидеть — а куда нам идти? В город, который возможно снесёт? Я рассказывала о том, чего до боли не хочу терять; Мира тихо-тихо пыталась не заплакать. Всходили звёзды, и за ними взнеслись кометы. Хвосты ослепительно сияли, подчёркивали созвездия, добавляли линии. И мы загадывали. Мы загадали кучу желаний — быть счастливыми, богатыми, успешными и далее-далее-далее... Мира не боялась говорить их вслух — быть может, Небеса услышат и помогут. Нам было хорошо, до тепла на кончиках пальцев.       Мы рисовали в небе завещания, разговаривали со звёздами и ветром. Нам не хотелось терять жизнь, мы еле сдерживали слёзы, неумело шутили и устало улыбались. Ночь двигалась кошкой, запутывала широбокую луну в сетях созвездий и несла сожаления. Казалось, что наши она пообещала забрать с собой. И мы тянули руки к вышине, пытались дотронуться до мягкого-мягкого меха.       Ночь шла, бежала, меняла пейзажи. Кометы перестали сиять. Осторожно пробиралось летнее утро: небо окрашивались в самые разные тона. Глаза слипались, кола с печеньками закончилась, а мы неверяще смотрели на самолёты. Разве они взлетели бы в последний день? Звучала мягкая музыка — мой плейлист никогда меня не подводил. Солнце показалось из-за деревьев, торопливо подтягиваясь ввысь. Мы не верили, не доверяли, еле дышали, боясь спугнуть утро, которое нам увидеть было не суждено...       Мы схватили рюкзаки и, наперебой крича, побежали к городу. Не знаю, сколько мы прошли — в конце концов, мы обе здесь потерялись. Но, хвала небесам, я запомнила примерный путь. Мы бежали и бежали, пока не вышли на большую дорогу. Пахло пылью. Как оказалось, астероидный дождь и правда представлял для людей угрозу. Но всё обошлось, и он пролетел мимо... Почти. Пара обломков всё же задела несколько домов. — Значит, всё кончено? Я имею ввиду, всё плохое кончено. Мы не умрём! — тихий смех. — Слышишь, Вера? Мы выжили!       У меня отлегло от сердца. Мы будем живы. Я вдыхаю летний запах, прикрываю глаза... И отвечаю тихо-громко, неверяще торжествуя: — Да, всё кончено.