Чужое поражение

- Ты красивый, - говорил Данталион, проводя рукой по идеально шелковистым волосам Ситри. Он не лгал, он действительно так считал. Ситри даже многим девушкам мог дать фору в плане своей роскошной внешности. И волосы у него мягкие, их приятно трогать и гладить, пропуская меж пальцев бледно-голубые прядки с сиреневым отливом. Демон в ответ на комплимент улыбался сонно и лениво, не глядя в глаза. Казался при этом таким невинным, как ребенок. Все-таки ангельское происхождение в нем чувствовалось и казалось в подобные моменты очаровательным. Таким довольным он бывал разве только что после того, как уминал целый торт со сливочным кремом. Но и не поддеть его сейчас нельзя было, он ведь буквально напрашивался. - Слишком красивый, как кукла, - добавлял нефилим, с улыбкой ожидая реакции. Она последовала незамедлительно. Сначала ярко блеснули голубые глаза. Недовольный… нет, даже больше. Возмущенный. Он же так быстро заводится. - И такой же глупый, - добавлял Данталион, уже предвидя дальнейшую реакцию. Угадал. Ситри выгнулся, вырвался из ленивых расслабленных объятий, замахнулся и обязательно вцепился бы в лицо, если бы его руку не перехватили. - Тебе жить надоело, наглый недочеловек? Прозвучало это так надменно, что нефилим даже вздрогнул от этого неприятного холода. - И вспыльчивый, - вздохнул Данталион, отпуская руку. Ее тут же выдернули. Ситри смотрел недоверчиво и даже, пожалуй, разозленно. - Ты тоже далеко не идеален, получеловек, - бросил он, высоко задирая нос, - посмотри на себя. Таскаешься за Уильямом, а он о тебе и знать не хочет. Ты для него - набор атомов! Это уже делалось смешным, если бы не было таким глупым. И даже таким печальным. Намотав на палец длинный бледный локон, Данталион потянул его на себя, тем самым вынуждая демона снова упасть в его объятия. - А сам-то? Ведь ты – такой же кандидат, как и я. - Не такой. Я не позволяю себя подобным образом унижать. Держусь независимо, доказываю степень собственной значимости. Ты же… как собачка за ним бегаешь. Разве не видишь сам?! - Кому и что ты там доказываешь? – усмехнулся Данталион. – В настоящий момент нет никого, кто был бы ближе Уильяму, чем я. - В каком качестве? Ты ему не друг, не любовник, не враг даже. Так, всего лишь надоедливая собачка, что вечно крутится у его ног. Эти слова больно хлестнули по самолюбию черноволосого демона. Он даже выпустил Ситри, позволяя ему отодвинуться на пару сантиметров, чтобы внимательно посмотреть в его глаза. - Жалкая пародия на демона, - безжалостно констатировал он совершенно безразличным тоном, - бывший человечишка. Данталион бессильно сжал кулаки. Сражаться… это желание на миг овладело им, заполнив разум и не позволяя думать о чем-то другом. Такое случалось часто, пора бы ему привыкнуть уже. Да и, должно быть, это нормально Тем не менее… как же хотелось свернуть эту шейку. Знал же, куда бить. Прекрасно выучил все больные места. Неудивительно, что такое злобное, высокомерное и мелочное создание изгнали из рая. - Более того, - уже тише добавил Ситри, опустив глаза, - я не хочу, чтобы ты так за Уильямом гонялся. Не хочу, чтобы ты забывал… обо мне. Не хочу, чтобы этот мальчишка, пусть он даже и потомок Соломона, занял мое место. Данталион удивленно посмотрел на него. Приподнял двумя пальцами его подбородок, заглянув в глаза – такие чистые и сверкающие, такие обманчиво невинные. Иногда это чудо его действительно удивляло. И в такие моменты он вспоминал, почему вообще пошел на все это, зачем ввязался в эти странные и, казалось бы, совершенно нелогичные отношения с другим демоном. Ситри просто было одиноко. Ужасно одиноко, а оттого больно. Потому ему нравилось проводить время на земле, в школе, где учился Уильям. Потому он обзавелся целым фан-клубом воздыхателей. Мальчишки любили и лелеяли свою прекрасную принцессу, и это тешило самолюбие демона. Правда, недостаточно сильно. Данталион удивился, когда Ситри пришел искать утешение именно к нему. К тому, кто не только был его первым соперником в борьбе за власть над Преисподней, но и являлся, по его же словам, самым неподходящим для этой роли, так как родился человеком. Но это не помешало ему прийти. Пусть даже начиналось все как соперничество. Но последний рубеж преодолел именно Ситри. Сам потянулся, а когда не оттолкнули, более того, поддержали, захотел большего. Такой коварный и невинный одновременно. Возможно, этому демону все-таки начали нравиться люди. Иначе как это еще можно было объяснить? Может быть, это из-за Уильяма? Но ведь даже Соломон не изменил его отношения к человеческому роду. Странно было бы, если бы это удалось мальчишке, склонному и вовсе отрицать существование демонов. Кроме того, такая мысль Данталиону не нравилась. Куда приятнее было думать, что Ситри действительно стало одиноко. Что он потянулся к нефилиму потому, что ему так захотелось. В конце концов, Балберит обращался с ним далеко не так хорошо, как бывший ангел пытался показать. Значит, и поводы искать утешения у него были. Астарот восприняла столь неоднозначную новость на первый взгляд благосклонно, даже одобрила. - Это может оказаться выгодным, - говорила она, - советую тебе подумать над тем, что мы можем из этого получить. - Информацию? Ты предлагаешь мне выпытывать у него его тайны? Демонесса обворожительно улыбнулась. Покачала головой, словно развеселившись его наивности. - Выпытывать тайны? Я сомневаюсь, что племянник Балберита расскажет тебе что-то секретное и важное о своем дядюшке! Нет, достаточно будет просто поддерживать связь. Вы ведь, помимо всего прочего, еще и разговариваете, не так ли? - Разговариваем… - неохотно подтвердил демон. - Главное, чтобы Ламия ничего не узнала, - подмигнула ему Астарот, - иначе Ситри не позавидуешь... Неладное в отношениях двоих своих новых одноклассников заметил и Уильям. Сумел, наверное, каким-то образом это почувствовать. И недоуменно заявил: - В последнее время я все чаще чувствую себя среди вас лишним. Хорошо вы спелись, не так ли? - Лишним? – удивился Ситри. И замер, так и не донеся шоколадную конфету ко рту. - Ну вот, все замечательно, - продолжал развивать свою мысль Уильям, - и если я вам больше не нужен, значит, можно просто вас оставить и забыть обо всех этих бреднях о Соломоне и тому подобном. Это было глупо и совершенно невероятно, но в голосе избирателя звучала обида. - Ну уж нет, - возмутился Данталион, - Преисподней нужен временный правитель на замену уснувшего Люцифера. Избрать его можешь только ты. - И чем скорее ты это сделаешь, тем лучше, - поддержал его Ситри, - два первых претендента на эту роль как раз сейчас сидят перед тобой. Использовал бы этот случай. Уильям покачал головой и отвернулся. - Нет, вы в самом деле отлично спелись. Два первых претендента, ну конечно! И вы оба одинаково упрямы! Я ведь уже сказал, что не верю в демонов. И потому время свое тратить на сверхъестественную чушь не собираюсь. Это глупо, я должен учиться и думать о будущем, о том, как мне восстановить доброе имя моей семьи! Ситри подмигнул Данталиону и подсел к Уильяму поближе. Мягко так, грациозно. Положил одну руку на плечо, посмотрел на парня тепло и нежно. - Тебя не должны заботить подобные вещи, - прощебетал он избирателю на ухо, - ведь мы можем решить все твои проблемы. Тебе стоит только попросить. Данталион шумно сглотнул. Этот тон… ассоциации он вызывал вполне определенные. Скорее даже, воспоминания. Поймав полный нетерпения и раздражения взгляд Ситри, нефилим понял, что от него ожидают действий соответственно уже затеянной игре. «Когда это мы стали заодно в соблазнении Уильяма?» - недоуменно спросил себя Данталион, но возражать не стал. Подсел на диван с другой стороны, взял избирателя за руку, заглянул в его глаза. Недовольный и смущенный, как всегда. Довольно милый. Ситри, уже пристроившись голову на его плече и продолжающий наблюдать за Данталионом, тоже был милым, но совершенно по-другому. Таким соблазнительным, женственным и при этом стервозным не был, пожалуй, больше ни один демон. - Уильям, - обратился к мальчишке Данталион, - ты сам усложняешь себе жизнь. С нашей помощью любая твоя проблема будет решена. На твоей стороне два демона, и в нашей власти очень многое. Мы станем служить тебе до конца. «Я начал говорить «мы», - нахмурился нефилим, - пошел таки у него на поводу. Сделал так, как он хотел!» Но было ли это плохо? Хотел ли он поступить иначе? Теперь? А Ситри продолжал. Делал то, в чем так преуспел как демон – соблазнял. Лукавый взгляд, полуулыбка на пухлых губах, которую можно истолковать по-всякому, как только угодно. Ловкие и нежные пальцы заправили золотистую прядь за ухо, и Уильям дернулся – пока не привык к его прикосновениям. А вот Данталиону они были знакомы. И этот жест, и улыбка. Захотелось вдруг схватить этого падшего ангела, сдернуть его с Уильяма, чтобы не распускал руки… потому что касаться так он должен только его одного. - Да отстаньте вы от меня! – возмущенно воскликнул парень, вырывая свою ладонь из рук Данталиона, отталкивая Ситри так, что тот слетел с дивана и, не удержав равновесие, нелепо свалился на пол. – Мне не нужна ваша помощь! Я надеюсь только на себя. Только в свои силы верю! Мне нет дела до ваших игр, тем более, что они все выдуманы! Демонов не существует! Полный негодования, наследник Соломона подскочил на ноги и поспешно убежал из комнаты. Даже слушать ничего больше не захотел. - Кажется, мы его напугали, - нахмурился Ситри, озадаченно глядя вслед оперативно сбежавшему избирателю. - Еще бы, - фыркнул Данталион, поднимаясь с дивана. - Хм… - призадумался Ситри, - надо бы нам в таком случае менять стратегию и выдумывать что-то новое. Возможно, воздействовать на его друзей, подчинить себе его окружение. Тот мальчишка, Исаак… я думаю, мне стоит попытаться очаровать его. А ты пока займешься… - Нет, - решительно отказался нефилим, - план никуда не годен. Придумаем новый. - А? Почему так? – недовольно свел на переносице брови Ситри. – Чем тебя не устраивает то, что я тебе предлагаю? - Всем, - буркнул Данталион, так и не став вдаваться в подробности. Не станет же он признаваться, что готов прибить ни в чем не повинного мальчишку уже всего лишь за то, что Ситри просто предложил его соблазнить. На самом деле в подобном даже себе признаваться не хотелось. Данталиону уже было просто интересно, каким же окажется финал в этой истории. Но конец оказался в самом деле неожиданным – совсем не таким, на который он мог рассчитывать. Это случилось внезапно и всерьез удивило демонов, а также здорово спутало им планы. На такое все-таки никто не рассчитывал. Новость о том, что Люцифер все-таки проснулся, демоны Преисподней восприняли по-разному. Кого-то случившееся огорчило, как правило, это были противники великого властителя. А кто-то новости и обрадовался. В конце концов, смена власти наверняка означала перемены во многих уже ставших привычными областях. И никакой гарантии, что перемены эти окажутся благополучными, и демонам понравятся. Обрадовался в первую очередь Уильям. За все это время приставучие кандидаты уже успели здорово ему поднадоесть, а теперь мальчишка мог наконец свободно выдохнуть. Данталион был искренне уверен в том, что он расстроен новостью. Ведь ему так хотелось заполучить себе мальчишку. Он уже наметил себе цель – еще тогда, когда все только начиналось. Демон собирался соблазнить юного потомка Соломона и таким путем добиться его признания. Метод, как раз достойный истинного демона. Даже Ситри его одобрил – он ведь сам действовал точно так же. По крайней мере, намеревался изначально действовать. - Так ты расстроен? – улыбался голубоглазый демон. Улыбка получилась сонной и томной. После постельных игр бывший ангелок всегда так выглядел. И делался, как правило, таким миролюбивым. - С одной стороны – да, - начинал рассуждать нефилим, - я приложил уже достаточно усилий для того, чтобы рассчитывать на финальный приз. У меня было больше всего шансов на победу. Данталион действительно так считал. Потому испытывал легкую обиду. Но… почему-то действительно только легкую. - Ну конечно. Твой план был отвратителен с самого начала. Преданных собачек никто не любит, даже люди, - с закрытыми глазами пробормотал Ситри. - Твой план, если он вообще был, оказался ничуть не лучше моего. Потому что тебя Уильям вообще всерьез не воспринимал, - усмехнулся нефилим, поглаживая довольно жмурящегося демона по волосам. - Я, в отличие от тебя, построил куда более дальновидный и действенный план, - лениво покачал головой Ситри, - жаль, что он так и не осуществится теперь. Я бы стал временным правителем Преисподней, а тебя сделал бы своим подчиненным. - Да ну? Данталион уже открыто усмехнулся. Услышанное его действительно повеселило. И так было похоже на Ситри. А в том, что дразнить его ему понравилось, нефилим себе уже признался. - Ты просто не хочешь признавать собственное поражение. - Что?! - Ты же неглуп. На том этапе, на котором мы остановились, преимущества были именно у меня. Ты потерпел поражение. - Это не поражение. А если и поражение, то не мое. - Но и не мое. Чье же тогда? Ситри удивленно распахнул глаза. А потом усмехнулся. Вопрос был риторическим и в ответе не нуждался.