Твои сожженные крылья

Олегу словно дышать стало легче. С того дня, как Сережа сам к нему пришел и мягко прикоснулся губами, все стало идти на лад. Ночные кошмары не исчезли полностью, но Сережа теперь лишь шептал что-то во сне, а не просыпался от истошного крика, задыхаясь, захлебываясь им. Сейчас Сережа снова рисовал, но движения были плавными, размеренными, умиротворяющими. — Что рисуешь? — Олег обнимает его со спины, Сережа при этом даже не вздрагивает, что не может ни радовать. — Сам еще не понял, — честно признается Сережа, а затем разворачивается и обнимает Олега за шею. — Ты где был? — Дела решал. Не думаю, что нам стоит долго оставаться в России, тебя ищут. — Я любил Питер, — говорит Сережа, и в его глазах на секунду проскакивает такая тоска, что Олег словно чувствует ее физически. — Мне жаль. — Я сам в этом виноват. — Если бы… — Договорить Олег не смог, потому что Сережа резко дергается и целует его. Олег не возражает, отвечает на поцелуй, запускает пальцы в волосы Сережи, слегка массируя кожу головы. Ему нравится ощущение шелковистых прядей между пальцев. — Не начинай больше никогда. — Сережа прерывает поцелуй, в голосе его слышатся стальные нотки. — Не смей винить себя, Волков, иначе я за себя не ручаюсь. — Ну, если в ход пошло Волков, то мне впору испугаться, — усмехается Олег и снова проводит по волосам Сережи. — Обрежь их, — вдруг говорит Сережа. Олег замирает и с непониманием смотрит ему в глаза. Сережа всегда любил свои волосы, даже гордился ими. Длинные, шелковистые, такие приятные на ощупь. Именно за них в детском доме его дразнили принцессой. Олегу нравилось смотреть, как ветер треплет Сережины волосы или как они разбросаны по подушке, когда Сережа спит или стонет под ним. От мыслей о стонущем Сереже Олег моментально чувствует возбуждение, поэтому немного отстраняется. Не хочет напоминать Сереже, потому что несмотря на то, что они стали ближе, до секса у них еще не дошло. — Зачем? — Не хочу помнить, как они… — Сережа замолкает, а затем дергается и прижимается к Олегу снова. — Хочу забыть, хочу стать другим, а не тем, чем или кем был там. — Ты не тот, что был там. Ты справляешься, Сереж, и волосы тут не причем. Хотя Олег понимает, что исполнит любую просьбу Сережи, если тому станет легче, но он не уверен, что тот не пожалеет об импульсивном поступке. Сережу иногда заносит, накрывает разным вихрем эмоций. Да, таких приступов стало меньше, но Олег не думает, что когда-нибудь они исчезнут окончательно. И он готов мириться с ними, как до этого был готов ждать сколько угодно, пока Сережа подпустит ближе. — Я хочу быть с тобой, — выдыхает Сережа, а потом снова целует Олега. Этот поцелуй другой. Сережа целует жадно, неистово, словно выплескивает в поцелуй всю боль, желание забыть, снова быть вместе. Кажется, Сережа пытается через этот поцелуй приблизиться к тому, что было между ними раньше. Словно их жизнь и любовь не разделились на «до» и «после». Олег подхватывает его под ягодицы, чувствуя, как Сережа обвивает его талию ногами. На кровать они заваливаются, продолжая целоваться, а еще попутно пытаясь стащить друг с друга одежду, при этом путаясь в ней, прям как подростки. Вскоре с одеждой было покончено. Олег нависает над Сережей, наслаждаясь их близостью. Сережа прикасается к нему везде, водит ладонями по спине, груди, целует шею, словно заново открывает Олега для себя. — Сереж, — стонет Олег, когда тот начинает ласкать его член пальцами, а соски — языком. — Хочу тебя, — шепчет Сережа. Олег не может сдерживаться, так долго он был рядом с Сережей без возможности физической близости. Но при этом старается не забывать о том, что случилось с Сережей. Олег растягивает его медленно, глядя в глаза, чтобы увидеть любое изменение в них, но Сережа не дергается, лишь продолжает скользить руками по телу Олега, не разрывая зрительного контакта. Когда Олег входит в него, Сережа стонет, но сам двигается навстречу. Они двигаются синхронно, словно срослись. Олег ласкает пальцами член Сережи, целует губы, шею, плечи. Он не может насладиться этим моментом. Сережа кончает первым, но Олег догоняет его почти моментально. Валится на спину, прижимает Сережу к груди, перебирая его волосы. — Олег, я все равно хочу их обрезать, — спустя несколько минут молчания говорит Сережа. — Сперва в душ, а потом я сделаю это, раз ты так хочешь. Олег не хочет обрезать Сережины волосы, но понимает, что тому это необходимо, поэтому отговаривать его он не собирается.