Кем ты являешься на самом деле?

             Антон лежал на кровати, по его щекам текли слезы. За что ему все это? Почему он не может жить такой же жизнью как и все остальные? Он не ненавидит Арсения, он это понимает, ситуация со свадьбой явно слегка разрядила обстановку между ними. Он испытывает к нему должным счетом ничего. Хотя, что кроме ненависти он может к нему вообще испытывать? Любовь? Симпатию? Нет, он не педик.       Время уже подходило к 10 вечера. Парень решил просто-напросто лечь спать и не нагружать себя такими мыслями.

***

Будильник прозвенел около восьми утра. Он встал и пошел умываться. Антон надеялся, что уже скоро они переедут, и Попов не будет заёбывать его. Матвиенко же уехал в другой город, к родственникам на пару недель, и парень будет совершенно один дома. Без друга он окончательно свихнётся с этим Арсением. Он накинул большую белую рубашку поверх черной водолазки и широкие джинсы. — Идеальная одежда в школу, Антон, — подумал он вслух. — Как телка. Уже в школе он побежал на второй этаж. Там у него проходил урок физики. По пути он решил покурить и пошёл в то самое место где когда-то его зажимал Попов. Дрожь сама собой прошла по его телу. Издалека было видно, что там уже занял место кто-то другой, но Антону было без разницы, ему хотелось курить. Твою ж мать, там стоял Арсений. — Что ты тут забыл? — бросил Шастун с комом в горле. — Тоже самое, что и ты, — с ухмылкой Попов осматривал Антона. — Не против если я постою с тобой рядом? Арсений одобрительно кивнул головой и продолжил выдыхать дым. Антон также зажёг сигарету и затянулся. Никотин начал проникать в его кровь, он расслаблялся. — Ты симпатичный, Антон, почему у тебя никого нет? Будь я девчонкой, сразу бы на тебя накинулся, — разрядил тишину юноша, пришедший первым. — Чего? Это можно считать комплиментом? — парень не успел договорить свою мысль, рука Арсения оказалась на его лице, и он притянул Антона к себе. — Да, — шепотом промолвил Попов. Антон замер, он не понял этот странный жест. Зачем касаться лица, чтобы прошептать что-то на ухо. Антон боится. Ему страшно. — Я недавно услышал интересную цитату, — Арсений уже поджигал вторую сигарету. — Люди слишком многое связывают с сексом, тогда как настоящая близость — глубже. Она в ласковом прикосновении, в спокойном взгляде и ровном дыхании рядом. Что думаешь о ней? Блять. Антон не то что думать о ней, он вообще думать не мог. При чем тут вообще цитата про секс? Собравшись с мыслями, он всё-таки нарушил молчание. — Это правда. Секс ничего не значит, тактильность намного лучше скрепляет людей, нежели он, — парень уж больно не любил говорить про половые акты, он сразу начинает смущаться, как маленькая девочка. — Проверим? — в шутку сказал Попов, выдыхая сигаретный дым в лицо Антона. — Давай, — парень сам не понял что сказал, это просто случайно вырвалось из его уст. Он уверен, что пожалеет о сказанном. Ошарашенное лицо Попова нужно было видеть, он явно не ожидал такого. Но, сдерживая слово, присаживается на корточки и расстёгивает ширинку красного, как помидор, Антона. Джинсы спадают с худощавых ног и парень остаётся в одних серых боксерах. Арсений проводит рукой по внутренней части бедра Шастуна, заставляя его издать глухой стон. Легкими движениями нижнее белье уже было на уровне колен, высвободив на удивление уже твёрдый член. Попов обхватывает губами головку и двигается дальше. Высунув его изо рта, он проводит языком по всей длине. Арсений заглатывал, как профессиональная шлюха. Он плавно двигает головой вперед-назад, втягивая щеки. Ему нравится слушать стоны Антона, который пытается ухватиться за что-то и в итоге впивается пальцами в его волосы. — Зачем ты это делаешь? — задыхаясь, спрашивает Шастун. В ответ тишина. Антон пытается не застонать на весь школьный коридор. Но тихие стоны, похожие на всхлипы, всё же вырываются из его рта. Он чувствует накатывающее возбуждение и спускает прямо Арсению на лицо. — Отвечу на твой вопрос, — Попов прервал тишину, вытирая сперму с лица. — Я сделал это, потому что знаю, что тебе все равно придется отплатить за качественный отсос. Не против встретиться у тебя дома на выходных? Не дожидаясь ответа, он развернулся и пошел в сторону туалета. Прозвенел звонок. Антон натянул штаны и пошёл в кабинет. Как такое рассказать Серёже? Это же позор. А если узнает вся школа? Он жалеет, что не остановил Арсения, хотя не стоит отрицать, что ему пиздец как понравилось. Это был самый первый минет в его жизни, и он получился чертовски хорошим. Шастун все-таки решил написать лучшему другу. Антон 9:54 СЕРЫЙ ЕБАНЫЙ В РОТ МНЕ ОТСОСАЛ ПОПОВ. Сообщение сразу прочитано, и ответ не заставил себя ждать. Серый 9:55 ЧТО?????????? ТЫ СЕЙЧАС ШУТИШЬ ИЛИ ЧТО НАХУЙ?????????? Антон 9:55 Если бы. Но сосет он ахуительно. Даю слово, тебе так ни одна девка не сосала. Серый 9:55 Ты теперь педик? Антон 9:56 Ахуел? Нет конечно. Серый 9:56 Ну я так и понял :) Пиздец, лучший друг считает его пидором. Вау, не жизнь а сказка.

***

Антон валялся дома на кровати и пытался осмыслить все произошедшее. Ему понравилось. Но понравилось бы ли ему если бы это сделал не Арсений? Почему такие мысли лезут в голову? Ему нужно срочно забыться, поэтому он открывает заначку «на черный день» и достает оттуда бутылку дешевого коньяка. Первый глоток и тепло алкоголя раздается по горлу. Он рад, что Сережа уехал. Очень рад. Спустя несколько минут от бутылки почти ничего не осталось, а парень уже полупьяный лежал на кровати и залипал в потолок. Ему чего-то очень хотелось, но он не знал чего. Телефон вибрировал от присланных кем-то сообщений, Антон даже не хотел смотреть, кто ему так настойчиво пишет. Нет надобности, он все равно не в силах ответить адекватно. В его голове всплывает образ Попова, его очаровательные голубые глаза, ухмылка, его взгляд. Что это за чувство? Неужели это бабочки в животе? О черт, Антон был возбужден. То ли алкоголь так на него действует, то ли с ним что-то не то. Решив не мучить себя, он начал стягивать с себя нижнее белье. Смочив ладонь слюной, он обхватил свой член рукой и начал двигаться по нему. Быстро водив рукой туда-сюда, в его голове всплывал образ Арсения, а руки стали ощущаться, как кольцо губ, мягко обхватывающих половой орган парня. От таких мыслей он обильно кончил в кулак с громким стоном.

***

На следующий день Антон буквально умирал со стыда, вспоминая минувшую ночь. Он дрочил на парня. На ебаного Арсения Попова. Он не понимал почему именно он. Он не гей или что-то вроде того. Его возбуждают девушки, но ни в коем случае не парни. Но почему среди парней Арсений какое-то исключение? Кстати, говоря о нем, он хотел встретиться у Антона дома. Что если он явится сегодня к нему без приглашения? Антон вообще не сможет смотреть ему в глаза. Да и вообще, почему еще не изобрели штуковину, стирающую память. Она бы сейчас ему очень пригодилась. Шастун все же решил посмотреть, кто так активно пытался заполучить его внимание через нереальное количество сообщений. Сложно было не догадаться. Он всегда был легок на помине, этот Попов. Он проинформировал Антона о том, что будет у него примерно через полчаса. И, о боже, ему нужно будет кое-что сказать. Надеюсь это будет «Я переезжаю из этого города», а лучше бы и страны. Или может «Я решил убиться, чтобы не причинять тебе дискомфорт» Настойчивый стук в дверь. Антон нехотя пошел в сторону двери, дабы открыть дверь нежданному гостю. И на пороге стоял тот самый «принц на белом коне». Хотя вовсе он не принц, да и коня у него вроде нет, тем более белого. Они смотрели друг другу в глаза и молчали. Скорее всего Шастун был красный, и его можно было сравнить разве что с помидором. Тишина прервалась вопросом, который они хотели задать оба. Но вслух произнести его смог лишь Антон, несмотря на ком в горле. — Что ты ко мне чувствуешь? Он очень боялся, что ему зададут встречный вопрос, ведь он из тех людей, которые совсем не понимают своих чувств и не умеют выражать их. Он ему симпатизирует внешне, да и характером он вроде не такой уж и конченный ублюдок, каким он ему казался последние так лет 5. Но то что он к нему чувствуешь не назовешь любовью или ненавистью. И безразличие тут тоже не подойдет. Вместо ответа он лишь увидел улыбку, выдавленную сквозь боль. Арсений притянул его к себе и крепко обнял, уткнувшись носом в его шею. Это было намного интимнее, чем то, когда он зажал его в коридоре, даже чем отсос в школе. Это было на другом уровне. Именно тогда он понял свои чувства, когда у обоих чуть ли не текли слезы, когда они открылись друг другу. Антон чувствовал привязанность, по крайней мере сейчас. Он уже не мог представить свою жизнь без его шуточек в школе, без их вечных словесных препираний, без его ухмылки, без него. По щекам пошли влажные дорожки, стекающие прямиком на плечо Арсения. Он не хотел, чтобы это заканчивалось, он бы стоял так целую вечность. Но больше он был рад ответу, на заданный несколько минут назад им вопрос. — Все, кроме ненависти, Антон. Правда, ты мне не безразличен, — он наконец-то отпустил Шастуна из своих крепких объятий. Бабочки в животе были у обоих. Но лишь одно Антон не мог понять, что он имеет ввиду под фразой «Ты мне не безразличен»?